Темный бог академии

Глава 41 Разлад

Во все глаза смотрю на Ишу. Ее не смущает ни толпа, которая может нас услышать, ни то, что ее подругу, то есть меня, все еще трясет от пережитого. Она немедленно хочет слышать ответ.

Хватаю Ишу за руку и силком отвожу в сторону.

— Сказала бы, как только сама узнала. Неужели ты думаешь, что я бы стала такое скрывать? — рычу ей.

Меня тоже не устраивает, что в последнее время в мою сторону идут какие-то непонятные взгляды и обвинения.

— Не стала бы? — Иша не спрашивает, она упрекает.

Скрещивает руки на груди.

— Я только что сама узнала.

— И с чего вдруг куратор Сэйхар решил стать твоим наставником? — тон Иши наконец-то меняется.

Претензия во взгляде сменяется на любопытство, смешанное с подозрением.

— Возможно, потому, что я его об этом попросила, — резонно отвечаю подруге.

— А зачем ты попросила? Нет, стой! Куда больше мне интерсено, почему он согласился. Это же бессмысленно! У тебя всего одно кольцо! — выпаливает Иша с негодованием.

Но я не отвечаю. В горле застряет горький колючий ком.

— Яра… Я не… — спохватывается Иша.

Видимо, понимает, что сболтнула лишнее. Но слово не воробей.

— Я ожидала услышать это от каждого в этой академии, но не от тебя, — говорю подруге то, что на душе. — Что с тобой происходит в последнее время? Ты ведь злишься на меня, но не признаешься.

— Была бы ты внимательнее, сама бы поняла, — обиженно бубнит в ответ.

С дружбой мне по жизни не везло. Точнее те, кого я считала своими первым друзьями, разбежались, когда я «заболела». Когда появились видения, а после отравления волосы стали седыми и глаза изменили цвет. С тех пор я была изгоем даже в Параме.

Иша первая, кто так долго был рядом. Первая, кто не отказалась в меня даже в моменты опасности. Она могла сто раз перейти на сторону Рузанны, но согласилась на роль двойного шпиона.

И нет, дело вовсе не в остром уме и просчитывании выгоды на три хода вперед. Иша старательная, но хитрость и смекалка не ее конек. А вот мне стоило сообразить раньше.

— Тебе нравится куратор Ранд? — спрашиваю у подруги.

Иша сглатывает и смотрит угрожающе.

— Ты ведь понимаешь, что таким, как мы нет места возле выходцев из высшего общества. А если есть, то возле ног, грязной и поруганной, — напоминаю подруге то, что она и так знает.

— Я в курсе. Потому и молчала. Но одно дело смотреть, как мужчина, который тебе нравится, выбирает спутницу из своего круга. Другое, когда с ним сближается кто-то подобный мне, вопреки правилам, Яра!

— Я стала ученицей, а не возлюбленной. Это разное, Иша.

— Правда? Думаешь, он взял тебя из-за твоей исключительной магии одного кольца? — хмыкает она со злостью, а в глазах блестят слезы.

— Нет. Не из-за этого, — приходится признаться, чтобы вернуть доверие подруги. — У него тоже есть какая-то выгода.

— И какая же?

— Этого я еще не поняла. Но я лишь инструмент, Иша. И согласилась на эту роль, чтобы выжить и остаться в академии, — каждое слово говорю от сердца, а Иша усмехнувшись, отворачивается.

— Ну да, Яра Шторм только и умеет, что выживать. Притом делаешь ты это так, что вся академия гудит. И куратора Сэйхара себе в наставники заполучила, и сам наследник Святых по твою душу сейчас явился. И не говори, что это не так, Яра!

Молчу, потому что здесь мне возразить нечего.

— Знаешь, я одного не пойму, что в тебе такого особенно? Ты ведь…

— Стой, Иша, — перебиваю подругу. Пока еще подругу. — Не говори сгоряча то, о чем потом можешь пожалеть.

— Не пожалею. Ты защитила меня во время отбора. Я отдала тебе долг возмездием над Рузанной. Больше мы ничего друг другу не должны. Так что, дальше давай каждая пойдет своей дорогой!

Слова бьют больнее кнута.

— Ты… в самом деле, хочешь все вот так закончить⁈ Из-за куратора Сэйхара? — с трудом выдавливаю из себя вопрос. Горло сдавило, глаза начинает щипать. — Мы ведь столько всего прошли вместе. Мы живем в одной комнате. Нам теперь делать вид, что не знаем друг друга? Одно дело, если бы я намерено тебя огорчила, но это…

— Тогда откажись. Откажись быть ученицей! — требует Иша. — Если наша дружба для тебя хоть что-то значит.

Так тихо в моей голове еще не было. Отвожу взгляд в сторону — не хочу, чтобы Иша видела, как по щеке катится слеза.

Глупая. Она идет на поводу эмоций. Она пожалеет об этом. Но я со своим характером тоже не подарок. Не умею прощать. Мама с папой даже прозвище мне дали «Упрямая госпожа-обидка».

— По правилам не могу, Иша.

— Или не хочешь…

— Достаточно. Давай обе остынем, пока окончально все не разрушилось! — прошу ее.

Но натыкаюсь на взгляд, в котором уже отражено решение.

Так просто. Одним щелчком. Сказать прощай пусть и недолгой, но искренней дружбе. Хотя какая дружба не проходит испытания огнем? Наше, видимо, началось. И теперь от каждой зависит, к какому итогу все приведет.

Иша возвращается к толпе. Но ни куратор Ранд, ни кто-то другой не возвращаются. Когда звенит колокол, мы просто складываем весь инвентарь в корзину и идем в раздевалку. Стоит ли говорить, как сложно не общаться с тем, кто всегда был тебе как сестра?

Ком в горле становится больше. Горечь во рту не исчезает даже за ужином, который я провожу в полном одиночестве за столом. Адепты, видя, что Иша выбрала себе другое место, снова начинают коситься и шептаться.

Плевать.

Не доев и половины тарелки, ухожу в комнату. В комнату, в которую скоро тоже придет соседка. И мы обе будем молчать, как рыбы. Как незнакомки. Как враги.

Уставшая от «веселой» жизнь ложусь на кровать поверх покрывала и даже не замечаю, как проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от громкого стука, — нет, — скорее грохота в дверь. Открываю глаза и вместо красок алого заката наблюдаю серый рассвет.

Иша тоже подскакивает. Она в отличие от меня переоделась и расправила кровать. А вот я без одеяла замерла, и форму по своей же глупости умудрилась память.

Грохот раздается снова. Иша угрюмо смотрит на меня. Поднимаюсь, подхожу к двери.

— Кто?

— Приказ ректора. Открывайте! — голос из-за двери строгий и громкий.

Кидаю взгляд на Ишу, чтобы прикрылась одеялом — в ночной сорочке же лежит, и после открываю дверь.

На пороге стоит молодой рыжий мужчина в черной мантии куратора. Не знаю его имени, но, кажется, он ведет боевую подготовку у третьего курса.

— Кто из вас Яра Шторм? — спрашивает он.

— Я, — отвечаю мужчине.

Хотя уверена, глянув на мои волосы, он уже понял, по чью душу пришел. «Слава» моя на всю академию уже разрослась.

— Собирайте все самое необходимое, адептка Шторм, и немедленно следуйте за мной. У вас пять минут.