Темный бог академии

Глава 48 Нарушение

— Да полчаса назад в лес ушли! — говорит мне истощенная женщина, которую я встретила у окраины города.

И указывает в сторону открытых малых ворот защитной стены, где стоит четверка стражников. Люди с травами снуют туда-сюда. Получается, это выход для крестьян, работающих в полях для обеспечения продовольствием города.

Приходится спешиться, расспросить стражников. Видя мой костюм, они отвечают быстро. И про то, что мимо проскакал рыжеволосый заклинатель, тоже упоминают. Под ложечкой сосет все сильнее. Выйдя из толпы крестьян, вновь заскакиваю на коня и гоню его в лес. Понятия не имею, как буду искать своих, но должна. А здесь темень и такой туман, будто не утро, а поздний вечер.

Проехав где-то полтора километра, конь резко встает на дыбы. Чудом удерживаюсь в седле. Сердце грохочет, кровь шумит в ушах.

— Тихо, милый. Мы должны идти, — уговариваю скакуна, принюхавшись и убедившись с помощью собственных сил и камертона, что демона рядом нет.

Но и наших не видно. А тропа узкая. Дальше верхом не проехать. Привязываю коня к стволу, чтобы не ушел, и дальше пешком.

Ориентация в лесу у меня так себе, но точку на карте я еще со вчера запомнила, и, судя по мху и солнцу, едва виднеющемуся в кронах хвойных деревьев, маршрут выбран правильный. А путь кривой и коварный — резкий спуск, откуда можно запросто кубарем скатиться.

Держу камертон наготове и медленно, зигзагами ступаю в низину, как что-то мелькает в стороне. Чуйка срабатывает отлично, как и рефлексы.

Вспышка магии из камертона, и мелкое существо, от которого я четко ощутила демоническую примитивную ауру, катится вниз. А следом и я из-за неправильного движения. Соскальзываю, бьюсь локтем о торчащий корень, затем достается по ребрам и голове. Лес перед глазами кружится несколько секунд, а когда замираю, пелена слез едва не укрывает от меня мелкое дымящееся существо, пытающееся содрать с себя путы, выпущенные мной.

— Стой! — пытаюсь прорычать и встать.

Направляю в демона камертон, и тот застывает в моих путах.

Темная дымка рассеивается, показывая мне не что иное, как самую обычную белку с глазами, полными испуга. Мелкий демон.

Сжимаю камертон крепче, нужно выпустить вспышку. Нужно убить, как требуют правила, но пальцы трясутся, еще и под ребром болит так, что хочется взвыть.

— Что ты такое? — спрашиваю существо, вместо того, чтобы исполнить свой долг.

Эти темные глаза, беззащитная поза. Демонам нельзя верить. Нельзя идти с ними на контакт. Главное правило заклинателей. Если нужен допрос пленных, приведи в ведомство и отдай специалистам.

Так я должна поступать, но какого-то рожна поступаю иначе.

Белка хмурится, точно изображая человеческие эмоции. Принюхивается.

— Заклинательный душок, — голос у белки хриплый, старческий, мужской. — Обычно ваши убивают без вопросов.

В интонациях демона то ли упрек, то ли обида.

— Ты промышляешь на окраине города? — задаю следующий вопрос.

Мысленно напоминаю себе, что нужно остановиться, но не могу… Не могу я просто так его убить!

От белки исходит что-то похожее на горькую усмешку.

— Я мелочь, еще и полудушная. Сунулся бы я чинить пакости в город, полный артефактов?

— Что значит полудушная?

— А заклинателей нынче плохо учат? Когда проползаешь в трещины из-за стены, можешь и часть себя потерять. Вот у меня и не хватает. Думаешь, не атаковал бы, коли была сила и возможность спастись? — спрашивает белка.

Звучит логично.

— Тогда что ты делаешь в этом лесу?

— Караулю. Сюда приходят крестьяне. У них своего горя достаточно, чтобы напитаться и не умереть, — сообщает демон.

— Ты не выглядишь упитанным.

— Так я и не жадный. Это вы, заклинатели, все думаете, что мы хотим сожрать этот мир. А мы просто выжить хотим. По крайней мере, я. Больше, чем нужно, не беру.

— Тогда почему убегал? От кого? — спрашиваю, подозревая, что наши где-то рядом. Он учуял их, а значит, может сказать мне, в какой стороне их искать.

— Так не ты одна тут шастаешь, — отзывается белка и вновь подозрительно прищуривается. — Отпустишь, и я скажу, кто на самом деле творит здесь зло.

— Кто?

— Сними путы.

— Могу сломать тебе ноги.

Белка пугается, но быстро смелеет.

— Не можешь. Ты не такая, как другие, — делится наблюдениями демон. — Ты ведь чувствуешь, что на моей душе крови нет, не так?

— С чего ты взял?

— Глаза такие. Я, может, магии и лишен, а вот двухсотлетний опыт жизни никуда не делся, девочка. И магия у тебя интересная…

— Зубы мне не заговаривай. От кого убегал? Где другие заклинатели?

— Вот-вот угодят в ловушку высшего, — усмехается белка. — Не совалась бы ты. Там скоро бой не заклинателей, а двух демонов будет.

— Двух демонов?

— А ты, видать, не знаешь, что среди твоих есть наши… И не просто наши.

— Что за чушь ты несешь?

— Отпусти, и расскажу тебе то, что убережет тебе жизнь, — торгуется белка.

— А ты сначала докажи, что сведения действительно ценные.

— Шад здесь, — одной фразы демона хватает, чтобы дрогнул не только камертон в пальцах, но и сердце.

— Бог демонов? — голос срывается на дрожащий шепот. — Кому ты врешь? Он запечатан за Стеной, и ему не пройти через трещины.

— А как, по-твоему, высшие проходят? Суют мелких сошек как я, делают за счет наших жизней разлом побольше и проскакивают, пока проход не закрылся. Правда, кусок души часто теряют. С ней и часть сил.

— Хочешь сказать, Шад убил кучу мелких демонов, чтобы пройти?

— Шад сам себя разрезал себя аж на сорок семь кусков. Ходят слухи, что преданные ему демоны переправляли эти части в течении ста лет. И двадцать лет назад за стену проникла последняя. Смекаешь, заклинательница? — спрашивает белка.

— Пытаешься сказать, что Шад уже здесь? Что собирает части своей души по всему свету?

Белка кивает.

— Ну что? Достаточно ценная информация? — спрашивает меня.

— Ценная. Вот только какой тебе прок сообщать своему врагу о том, что готовят твои сородичи?

— Демон демону рознь. Я просто хочу тихо мирно жить. Может, однажды обрету человеческую форму, искуплю грехи и стану обычным человеком. Но если начнется война, то я и моя семья первыми прольют кровь. Теперь понимаешь, заклинательница?

Его слова звучат логично, хотя место для сомнений остается. Хотя бы сам факт, что первый же демон открывает мне страшный заговор врага. Скорее уж, это его ловушка. Потому и велено нам не вести разговоры с демонами, а сразу убивать.

— Ну что, отпустишь?

— Последний вопрос. Где другие заклинатели?

— Запашок заклинателей я чуял с поляны за тем холмом. Но там не только заклинатели. Там — истинное зло, — говорит белка и вдруг резко оборачивается, будто что-то переменилось в воздухе.

Но я не чувствую.

— Пусти меня, девица! Идут они! — требует демон, нет, умоляет.

Беличьи глаза полны слез.

Если сюда идут наши, то мне нужно лишь подержать оковы на демоне, а потом… потом смотреть, как его лишают жизни.

— Сюда смотри! — опускаюсь на колено. — Отвечай, вредил ли ты людям!

— Вредил. Два века назад, когда только обратился и хозяину служил. Как бежал и перебрался за Стену — никогда не трогал и не трону. — выпаливает белка и тут же сжимает рот, будто сболтнула лишнего, и удивленно выпучивает на меня глаза, забыв про свои попытки спасения.

А решать, отпускать ли, нужно сейчас. И, может, я полная дура, но верю ему. Однако моя ошибка может принести огромные проблемы другим.

Решай, Яра. Быстрей!

— Ты… — растерянно мямлит демон.

— Дам тебе фору в полчаса. Это все, что я могу сделать, — перебиваю его.

Беличьи глаза округляются, будто, несмотря на все свои мольбы, он не ждал пощады. Даже слезы наворачиваются, но я стараюсь не верить. Демонам — нельзя.

Однако путы снимаю.

— Иди уже!

А он стоит.

— Напомнила мне ты сейчас кое-кого, — говорит демон.

— Я дала тебе шанс сбежать.

— Вот и я дам тебе шанс выжить. Демон, который вас сюда заманил, не просто высший. Это Табриус, — сообщает белка.

Имя, названное им, эхом отдается в ушах. Один из ближайших приспешников Шада. Единственный, кто мастерски владеет иллюзией. Все сходится. Но…

— Разве он не умер в битве до запечатывания Стены? — спрашиваю я.

Так писалось в бестиарии, но демон горько усмехается в ответ.

— Уж своего бывшего хозяина я за версту учую и ни с каким другим не перепутаю. Но он ослаб. Теперь и дюжины заклинателей хватит, чтобы с ним справиться, — сообщает демон.

И спину тут же обдает огнем. А рядом пролетает вспышка, врезаясь в землю прямо у ног демона. Белка отскакивает, вновь клубится черным дымом. Еще одна вспышка, но уже не золотистая, а фиолетовая, и прилетает она с другой стороны.

Демон изо всех сил несется по склону, взрывая землю и раскидывая сухие листья.

Оборачиваюсь в сторону, откуда прилетела первая вспышка, и застываю на месте. Дэмиан стоит далеко. Запыхавшийся, с решительным взглядом, который пронзает меня даже отсюда.

Ох, как я не хотела его встречать. И тем более смотреть на него… Он далеко. Метрах в двадцати, но тело простреливает молниями, а кожу обдает огнем. Кажется, я даже вдыхаю запах омелы и дыма…

— Схватить его! — раздается голос с другой стороны.

Ранд пускается по следу белки, успев наградить меня не просто гневным, а убийственным взглядом. За ним вдогонку — Нотт.

Бьянки пока что не видно. Окидываю взглядом все вокруг, но девушка так и не появляется, зато Дэмиан все еще стоит с искрящимся камертоном на возвышении склона. И в его зеленых глазах, в которые до сих пор страшно смотреть, лишь один вопрос: «Что ты наделала, Яра?».

Иными словами: зачем я говорила с демоном? Зачем отпустила? Неужели он видел?

Плевать. Хотел погубить — губи, сколько хочется. Уже терять нечего.

Отворачиваюсь, и со всех ног кидаюсь вслед за Рандом. Сначала взбираюсь по крутому склону, затем, стараясь игнорировать боль в голени, нагоняю своих.

Ранд и Нотт стоят посреди небольшой поляны. Они запыхавшиеся. Нотт устало опирается на колени. А Ранд яростно оглядывается по сторонам.

Они не догнали демона. Зато куратор настигает взглядом меня.

— Какого демона, Яра? — гаркает так, что вздрагиваю, хотя этого стоило ожидать. — Почему ты его не убила, когда был шанс⁈

— Потому что шанса не было! Она успела лишь накинуть путы. — раздается голос за спиной. На поляну пришел Дэмиан. Но я не оборачиваюсь к нему. Не хочу. Не могу на него смотреть.

— Что ты говоришь? Какие путы, когда враг перед тобой? — Ранд срывается на брата.

— А сам-то ты в первый бой был таким же решительным в плане убийства? Первогодка его поймала, а не ты.

— А ты чем занимался? Ты работал с ней вместе, хотя я отдал другой приказ? — Ранд зол не на шутку.

— Нет. Увидел Яру, пошел за ней. Она поймала демона. Подумал, что для новичка сложно будет убить, и выстрелил сам издалека, но промахнулся, — заявляет Дэмиан.

Но это полная чушь. Он лучший стрелок! Попасть с двадцати метров для него проще простого!

Ранд тоже чует неладное, косится на меня.

— Так и было, Яра?

Дэм выходит вперед, будто пытаясь перекрыть на меня обзор своим плечом, но я обхожу препятствие и останавливаюсь прямо перед Рандом. Пусть лучше мне выговор сделают, чем принимать помощь от демона в человеческом обличии.

— Когда я наткнулась на демона…

— Да. Так и было. — перебивает меня Дэмиан.

Сжимаю камертон с такой силой, что пальцы болят. Но бога не смотрю. Не понимаю, какого демона он сейчас вмешивается. Пытается выгородить меня? Зачем? Чтобы я была ему потом должна? В хорошие намерения он не оставил мне шанса поверить.

— Куратор Ранд! — резко поднимаю голову, решив признаться во всем, кроме самого разговора.

— Не сейчас, Яра. Я разговариваю с братом, — жестко отрезает он и испепеляет Дэмиана взглядом. — Объясни-ка мне, как ты мог промахнуться? Ты ведь лучший в меткости!

— Поскользнулся, — ровным тоном отвечает Дэмиан.

Однако злость, которую он пытается скрыть, я чувствую каждой клеточкой тела. Отхожу еще на пару шагов подальше, чтобы, наконец-то, не чувствовать его. Не вдыхать омелу.

Темный бог, как назло, дергается, будто собираясь преследовать, но, к счастью, остается на месте. А в воздухе появляется какой-то горьковатый привкус.

Странно, что я все чувствую сейчас так остро. Уж не появилось ли еще кольцо или хотя бы намек на увеличение силы?

Задираю рукав униформы, но на запястье пока ничего не изменилось.

— Мы будем обсуждать мои ошибки или искать врага? — тем временем спрашивает Дэмиан.

Теперь я не чувствую запаха и жара, зато кожа реагирует на голос. Убить его что ли, чтобы жизнь не отравлял?

Было бы славно.

— А как его искать прикажешь? Сиганул на дерево, ушел по веткам. Там дальше водоем, за ним след не взять, — рычит Ранд.

— Я столкнулась с ним! — на поляну выбегает растрепанная Бьянка в подранном костюме и с камертоном наготове. — В той стороне! Только что!

— Где⁈ — спохватывается Нотт.

Но едва он шагает к ней, как Дэмиан достает камертон и, не мешкаясь, выпускает вспышку прямо в Бьянку.

Бьянка рефлекторно отбивает вспышку защитным куполом из камертона и в ужасе пятится.

— Что ты творишь⁈ — вспыхивает Нотт.

Кидается к брюнетке, но Дэмиан еще одной вспышкой останавливает того.

— Не подходи к демону! — рычит темный бог.

Блондин замирает и переводит на Дэма ошарашенный взгляд.

— Ты с ума сошел? — вопит с обиды Бьянка. — Совсем ослеп? Это же я!

— Где подвеска, Бьянка? — с леденящим душу спокойствием спрашивает Дэмиан, не сводя камертона с брюнетки.

— Подвеска? — шепчет Нотт.

Ранд не вмешивается наблюдает.

— Та самая, которую я дал каждому в группе, — напоминает Дэмиан.

— Не знаю. Сорвалась. Упала. Я только что дралась с демоном! Он трижды нанес удар черным дымом! — злится Бьянка.

В глазах слезы и обида на несправедливость. Но белка не могла нанести удар. У нее не хватает части души. Если бы у нее были силы, то она атаковала бы и меня, и остальных, чтобы замедлить преследование.

— Назови фамилию профессора по демонологии, — требует Дэмиан.

— Ты издеваешься? — фыркает Бьянка, и складывается последний пазл.

— Демон может притвориться другим человеком, но, не завладев телом, не может получить его воспоминания, — шепчу себе под нос.

— Именно, — отзывается Дэмиан.

Услышал, хотя я стояла неблизко?

Нотт и Ранд поднимают камертоны против Бьянки. Точнее, против иллюзии с ее лицом.

— Куда ты дел Бьянку, демон? — спрашивает куратор.

Брюнетка косится на Дэмиана, на Нотта, на всех остальных, а затем расходится хохотом. Небо, почерневшее в какой-то незаметных для меня момент, расходится громовым раскатом и молнией. Ноги окутывает холодный туман.

— Лучше о себе беспокойтесь, — скалится демон в обличии Бьянки, а в следующий момент его лицо и тело передергивает черной дымкой.

И вместо девушки перед нами стоит Максимилиан с безумным взглядом и хищным, пугающим до ужаса оскалом.

— Ну, что, желторотики, хотите спасти ту знойную брюнетку? — с издевкой спрашивает он.

Щелкает пальцами, и с одного из деревьев выпадает тело. Бьянка. Она не долетает до земли, повисает на веревках и взывает от боли.

— Не верь! Это иллюзия! — приказывает Дэм, но стоит Нотту дернуться, как он исчезает из виду.

— Это еще что? — охает Ранд, а вместе с ним и я.

— Контролируй эмоции, — велит Дэмиан.

А сам заслоняет меня своим телом от демона.

Контролировать эмоции? Но они же не нужны высшим демонам, чтобы питаться. Однако могут использовать их для усиления собственной магии. Особенно, такие древние демоны, как Табриус… Точно!

Я должна им это сказать!

— Это Та… — выкрикиваю, и в этот же миг что-то скользкое обвивает мою ногу и дергает вниз.

Отчаянный крик вырывается из недр души. Земля под ногами проваливается. Лечу вниз, но горячие пальцы смыкаются на моем запястье.

Однако вверх не вытягивают. Падение продолжается. Зрение окутывает темнота. Тепло с руки исчезает, все вокруг холодеет. Дэмиана рядом больше нет. Со мной лишь свистящий в ушах ветер.

А затем голову пронзает невыносимая боль. В глаза бьет вспышка…