У леди Эшби плохое настроение (СИ)

Глава 13

Вся нервозность от общения с Кристофером сошла на нет в тот момент, когда Эмили переступила порог дома. Там собралось все семейство в полном составе, явно обсуждая ее саму. Услышанное Эмили очень насторожило.

— …дорогой, ты же понимаешь, что Эмма не в порядке, она позорит нашу семью, нашу честь. Отправь ее к кузену в Чиппенхэм, пускай он пристроит ее, иначе она не даст нам житья, — вещала Мария.

— Дорогая… Я поговорю с дочкой и решу этот вопрос, — пообещал Эдвард.

— Ты много ей позволяешь, а я говорила, что она нездорова. После визитов Майкла она становилась более нормальной и спокойной, — продолжала пилить Мария.

Эмили сжала кулаки. Как вообще можно быть такой бесчувственной и мерзкой? Хотя чему Эмили удивлялась, Мария, судя по дневнику, никогда не отличалась добротой и любовью к Эдварду. Ею руководила собственная выгода. Наверное, и первого мужа в могилу свела, а как поняла, что в долгах как в шелках, подсуетилась и нашла дурака.

А «папочка»… Эмили судорожно вздохнула.

Она быстро поднялась к себе в комнату и устало повалилась на кровать.

— Мисс, вам надо переодеться, — торопливо пролепетала Лора.

Эмили не хотелось шевелиться. Она эмоционально вымоталась и теперь чувствовала лишь смиренную апатию. Ей уже не вернуться домой, а тайник Эммы — это наверняка какая-нибудь ерунда, а не портал, который она уже себе напридумывала. И стоит ли тогда так рваться в дом Моргана?

От воспоминаний о последнем у Эмили снова аж кулаки зачесались, так и хотелось залепить ему в морду. Стать его любовницей! Ничего лучше он придумать не мог.

Эмили, как и любая девушка, всегда втайне хотела романтики, ухаживаний, свиданий, поцелуев под дождем и тихих вечеров в обнимку. Но по итогу получала всегда одно: ее использовали. Так делал Тони, так хочет сделать Морган.

— Мир для мужчин, — простонала она.

— Конечно, — подтвердила Лора, снимая с нее туфли, — а роль женщины — управлять мужчиной и всем тем, что ему принадлежит.

— Да у тебя передовые взгляды, — усмехнулась Эмили и, поднявшись, начала раздеваться самостоятельно.

Она определенно начала ко всему привыкать. А еще вдруг поняла, что знает, как вести себя за столом и как к кому обращаться. Значило ли это, что она полностью ассимилировалась?

Эмили мотнула головой.

В этот момент в комнату постучали.

— Дорогая, это папа, — услышала она голос Эдварда.

Поправив платье, Эмили открыла двери и отослала Лору из комнаты.

— До меня дошли слухи, что ты ночевала в отеле, — немного помявшись, начал Эдвард.

— Да, — призналась Эмили, — дороги были небезопасными.

Эдвард вздохнул и покачал головой.

— Эмма, дорогая, я знаю, что был не самым лучшим отцом, но… Я прошу тебя остановиться. Не порти жизнь кузине и… — начал вещать он.

— Да при чем здесь кузина? — отмахнулась Эмили. — Почему ты все время говоришь о других? Почему я должна заботится о чьем-то благополучии, когда на мое все забили?!

— За-забили? — переспросил Эдвард.

Эмили подошла к нему.

— Выгони ты и Маргарет, и эту женщину, они ведь как паразиты! Любят они только себя. Не скажу, что это плохо, но и эта любовь у них больная, потому что ради нее обязательно кто-то должен страдать, пока они идут по головам. По нашим с тобой головам! Так не должно быть, — горячо сказала она.

Эдвард поджал губы. Казалось, в глубине души он и сам все это прекрасно понимал.

— Есть много нюансов, не позволяющих сделать то, что ты просишь. Во-первых, Мария не только моя жена, но и мой партнер. В случае моей смерти только она о тебе и позаботится, — возразил он.

— Да она меня вслед за тобой отправит первым рейсом, — фыркнула Эмили.

— Не говори так, Мария очень набожна! Она очень хороший человек! И никогда не сделает ничего, что могло бы нам навредить, чего не скажешь о тебе. Если ты не прекратишь, я буду вынужден отправить тебя к кузену в Чиппенхэм, он содержит приход и сможет устроить тебя, — выдал тираду Эдвард.

Эмили тяжело вздохнула, понимая, что с ним общий язык у них найти явно не получится.

— Хорошо, постараюсь сидеть тише воды ниже травы вплоть до свадьбы Маргарет и виконта, — согласилась она на уступку.

— А твой влиятельный жених… Это же выдумка? — робко поинтересовался Эдвард.

Эмили уже и забыла об этом.

— Вовсе нет, он… — начала лихорадочно соображать она, но в этот момент в комнату постучалась Лора.

— Извините, мисс, за вами прибыл экипаж от леди Берненгем, — сообщила она.

— Что? — удивилась Эмили.

— Вы были приглашены на обед, — напомнила Лора.

— К леди Берненгем? — Эдвард тоже был удивлен. — Она редко кого приглашает к себе на обед.

Эмили поморщилась. Неужели сегодня был уже вторник? Черт, она так устала, что совсем забыла об этом приглашении.

— Скажи, что у меня… плохое настроение. И я навещу леди в другой раз, — велела она.

— Ты должна поехать! — вдруг вмешался Эдвард. — Леди Берненгем — отличная покровительница! Если ты заслужишь ее доверие, она может забрать тебя в Лондон.

«И сдать в сексуальное рабство», — невесело подумала Эмили.

— Хочешь избавиться от меня, па? — в шутку ляпнула она, но Эдвард молча и так серьезно взглянул на нее, что стало очевидно — так оно и было.

Поразмыслив с минутку, Эмили решила, что и впрямь надо поехать. В конце концов, леди Берненгем стала свидетельницей весьма неловкой сцены, так что стоило попытаться сделать ее своей союзницей. Наживать своим пренебрежением врага в ее лице было бы чревато неприятными последствиями.

Кажется, Морган был прав — Эмили так и норовила вечно попасть в неудобные ситуации.

Всю дорогу до особняка Берненгемов Эмили думала о том, что ей говорить и как себя вести. Но от всего этого только голова разболелась. Потом она решила, что будет действовать, как всегда учила ее матушка, гордившаяся тем, что у нее какой-то там процент настоящей леди в генах. И эта «внутренняя леди» в Эмили советовала ей молчать, если не знаешь, что сказать, улыбаться и в любой непонятной ситуации говорить о погоде.

О чем, о чем, а о погоде в этом сезоне можно было говорить бесконечно. Стояла такая жара, что Эмили ощущала себя сосиской, затянутой в тугую обертку. Хотя вроде Лора, смирившаяся с ее чудачествами, и не затягивала ей слишком сильно корсет.

Особняк Берненемов был просто невероятно роскошным и огромным. Насколько Эмили помнила, в будущем его слегка переделают под музей. Оно и неудивительно — четырехэтажный дом с каменными лестницами и многочисленными статуями, изображавшими полуголых девушек и юношей, ничем другим стать и не мог. Уже сейчас здесь все походило на какую-нибудь экспозицию, и Эмили даже растерялась поначалу, завороженная окружавшей ее красотой.

Когда двери дома перед ней открылись, она попала в огромный холл, выложенный чистым белым мрамором, словно готовое к разрисовке полотно.

— Мисс Эшби, вас не укачало в пути? — заботливо спросила Сара Берненгем.

Она встретила ее как давнюю знакомую или лучшую подругу — с широкой улыбкой и крепкими объятиями.

— Спасибо, все хорошо, — сдержанно ответила Эмили.

— Пойдемте, я покажу вам дом. Гордон пока распорядится подать на стол, мы ждали вас на десять минут позже, — пригласила ее Сара.

Эмили согласно улыбнулась в ответ.

Пока все шло неплохо. Сначала они с Сарой мило поговорили о погоде. Затем Эмили провели по всему дому и рассказали подробности его строительства, а также поделились необычными историями, связанными с этим особняком. Оказывается, дом проиграл лорду Берненгему некий виконт, застрелившийся впоследствии. Берненгемы доставшийся им особняк решили сделать фамильным.

Эмили только кивала и восхищалась, хотя ее саму приводила в ужас идея сделать фамильным домом место, прежний хозяин которого застрелился, не выдержав проигрыша. Даже Сара после этой истории стала казаться жутковатой опасной дамой.

По счастью, вскоре им сообщили, что уже стол накрыт к обеду. Как раз вовремя — Эмили уже порядком устала улыбаться и расхаживать по огромным залам.

Да, дорого, богато, красиво… Но ее все это совершенно не интересовало.

За столом они с Сарой были вдвоем.

— Вы знаете, мне всегда было интересно, кого выберет себе Кристофер. Ну, он мужчина очень приметный, весьма завидный жених. Такие, как он, всегда нарасхват, — поделилась рассуждениями Сара.

Эмили, признаться, с самого начала ждала, когда она затронет эту тему.

— Да, виконт Морган привлекателен, — согласилась Эмили, отпив немного воды и положив салфетку на колени.

— И как вам удалось подобраться к нему? — допытывалась Сара.

— Не понимаю, о чем вы, — Эмили сделала удивленное лицо.

— Не увиливайте, я видела вас с Кристофером в весьма щекотливой ситуации! И, поверьте мне, еще ни разу он не позволял себе такого, тем более на таком многолюдном мероприятии, — всплеснула руками Сара.

— Все было совсем не так! Виконт Морган спасал мне жизнь, мой корсет был так туго затянут, что я не могла сделать вдох. Виконт просто помог мне, потому что не хотел, чтобы его нашли рядом с моим трупом, — объяснила Эмили все причины «щекотливой ситуации».

Сара внимательно ее слушала, а на слове «труп» и вовсе зависла, хлопая ресницами и задумчиво пережевывая еду. А затем громко рассмеялась.

— Вы такая забавная, Эмма! Да Кристофер лучше с трупом побудет, чем поставит себя в неловкое положение, — хмыкнула она.

— Думаю, в тот момент он решил иначе, — отрезала Эмили.

Сара снова засмеялась так, что даже закашлялась. В этот момент к ним присоединился ее муж Оливер Берненгем. Низкорослый и улыбчивый, он оказался весьма милым. Весь такой суетливый на вид, но с очень цепким взглядом. Его внешность располагала к себе, однако он остро напомнил Эмили гнома из сказок, который за свою помощь требовал непомерно высокую цену.

— И как мисс Эшби в нашем славном доме? — улыбаясь, спросил он, нежно держа Сару за руку.

— Уютно, — коротко ответила Эмили.

Сара переглянулась с Оливером:

— Я же говорила, она очень мила.

Эмили не знала, хорошо это или плохо. Дальше, впрочем, обед проходил вполне приятно. Разговаривали в основном о погоде и о Хрустальном дворце.

До времен Эмили этот памятник архитектуры не дожил, но здесь он по-прежнему существовал.

— …говорят, из Америки привезли кареты без лошадей, но две сломались по дороге, — расхохотался Оливер.

— Кареты без лошадей? — заинтересовалась Эмили, устав от разговоров о зоопарках и погоде.

Супруги Берненгем удивленно посмотрели на нее.

— Да, выставка идет уже несколько дней. Все над ними смеются, — заметила Сара.

— Я думаю, зря, — Эмили усмехнулась. — Считаю, это перспективно.

— Боже, у девочки есть свое мнение, — похвалил Оливер. — А вы были на выставке в Хрустальном дворце, мисс?

— Нет, — пожала плечами Эмили.

— Тогда нам нужно туда попасть, — твердо заявил Оливер. — Хочу, чтобы вы сами увидели эти кареты.

Эмили вдруг и сама загорелась этой идеей. Вот Брэдли потом ржать будет, когда она ему расскажет, что там было, хотя… Он наверняка посчитает ее фантазеркой.

— Конечно, — подхватила Сара. — Оставайтесь сегодня у нас, а завтра мы все вместе поедем в Хрустальный дворец.

— Ох, нет! — спохватилась Эмили. — Лучше встретимся на месте.

— Эмма, дорогая, не бойтесь, мы сообщим вашим родным, что будем приглядывать за вами, как за родной дочерью! — заверил Оливер.

— И никакой виконт не сорвет с вас корсет, — добавила Сара, хитро глядя на нее.

Эмили же все гадала, что было нужно от нее этой женщине. Ей так было важно знать, какие их с Морганом связывали отношения? Но ей-то это зачем, не в невесты же к нему она набивается, в самом-то деле!

— Хорошо, — кивнула Эмили, решив не пререкаться лишний раз. — Тогда поедем вместе.

И, надо признать, проводить время у Берненгемов оказалось весело. Ну, не считая порой скучных разговоров о погоде. Детей у Оливера с Сарой не было, только дальние родственники, так что эти двое жили на полную катушку. Они были странными — словно тоже, как и она сама, пришли в это время из другой эпохи. Но в их отношении друг к другу прослеживались искренность, безграничное доверие и теплота.

Эмили даже немного позавидовала им, но совсем чуть-чуть. Она мечтала о таком с Тони. От мыслей об этом на нее накатывали грусть и меланхолия.

Вечером, во время пикника в саду у дома, когда они с Сарой лежали на мягких диванах, последняя спросила:

— О чем задумались, Эмма?

Эмили, задумчиво глядя на натянутый среди деревьев балдахин, который закрывал их от закатного солнца, тихонько вздохнула.

— О вас, — не стала она юлить. — Зачем вы позвали меня, зачем оставили погостить?

— Вы мне интересны, — спокойно ответила Сара.

— А мне почему-то кажется, что это из-за Моргана, — заметила Эмили.

— Отчасти, — Сара потянулась за виноградом и отправила ягоду себе в рот.

Оливер неподалеку развлекался игрой в крикет с дворецким, который делал все, чтобы хозяин победил.

— Понимаете, я Кристофера знаю с пеленок. Раньше он бегал за мной с просьбами выйти за него замуж, поэтому в каком-то роде вы моя соперница, — Сара рассмеялась.

— Поверьте, я не краду Моргана ни у кого. Ни у кузины, ну у вас, — вздохнула Эмили. — Морган отверг мои чувства.

Она не стала уточнять, что не так давно он попытался «отменить» свой отказ. Потом, правда, перевел все в шутку, но…

— Отверг? — заинтересованно переспросила Сара.

— Да, потому что без памяти влюблен в кузину, — пояснила Эмили.

Сара недовольно фыркнула.

— Лучше бы он связался с Гибсонами, чем с этими Смитами, — проворчала она.

— Так что, думаю, ничего интересного между нами не происходит, — продолжила Эмили, поглядывая на Сару.

— А вы та еще интриганка, мисс Эмма, — прищурилась та. — Но Кристофер не выглядел незаинтересованным, когда прижимался к вашим губам.

Эмили вспыхнула, вспоминая ночь в отеле. И откуда бы Саре было об этом известно? В следующий момент она запоздало сообразила, что та имела в виду тот случай в конюшне — со стороны действительно казалось, что они с Морганом тогда целовались… Но момент уже был упущен: Эмили выдала себя реакцией.

— Вы ошибаетесь, — повторила она, поспешно подхватывая веер и начиная обмахиваться, будто ей внезапно стало жарко.

И именно поэтому она покраснела, да!

— Время покажет, дорогая Эмма, — загадочно проговорила Сара и присоединилась к своему неуклюжему мужу.

Эмили вздохнула. Ей вдруг очень захотелось, чтобы Морган тоже был здесь — не ей одной же отдуваться! Хотя во всем была виновата лишь она сама.

Эмили подняла глаза к темнеющему небу. Сумерки сменились ночью, и воздух стал чуточку прохладней. Зной отступил, чтобы набраться сил и вернуться завтра.

Сара, казалось, зондировала почву, старалась узнать Эмили получше. Но, похоже, подставлять или унижать ее не собиралась. Она просто была слишком любопытна, не более того.

Эта мысль слегка успокаивала, но заснуть у Эмили, уединившейся в выделенной ей комнате, все равно не получалось. Ее покои в доме Берненгемов были еще больше, чем в поместье Эшби. И на огромной кровати она никак не могла расслабиться.

Сдавшись, она поднялась и подошла к открытому окну, из которого веяло ночной прохладой. Воздух был чистым и свежим, вокруг царила тишина.

Недолго, правда — ее нарушило ржание лошадей и шум подъезжающей кареты. Из нее вышло несколько молодых девушек и парней. Дворецкий встретил их и повел куда-то в сторону от главных дверей.

Эмили наблюдала за ними, пока те не скрылись за углом.

— Так вот, в чем состоит секрет крепкой стабильной семьи, — пробубнила Эмили себе под нос. — Свободные отношения.

Если так и дальше пойдет, то в институте брака она совсем разочаруется.