У леди Эшби плохое настроение (СИ)

Глава 24

Первый день Эмили спала.

Спала мутным, темным сном, лишенным каких-либо сновидений.

Когда открывала глаза, перед ней обязательно склонялся кто-то из медицинского персонала, что-то проверял, а затем уходил.

Не было больше рядом улыбчивой Лоры и мягкого солнца, светившего в окно. Эмили не нужно было открывать глаз, чтобы понять, что она все еще находилась в больнице. Специфический запах лекарств и растворов окутывал ее душным облаком.

Спать она перестала на третий день. И в этот же день провели столько обследований, сколько она за всю свою жизнь не проходила.

Функции организма восстанавливались медленно. Как ей сказали, то, что она вообще очнулась — настоящее чудо. Ее почти похоронили, а близким уже предлагали подумать над отключением аппаратуры. Эмили не знала, как на это реагировать, она все еще ощущала себя в подвешенном состоянии.

Она потерялась во времени, не понимала многое из того, что происходило.

— Поздравляю, мисс, — обрадованно сообщил доктор, проверив все заключения после обследования. — Вы просто как будто проспали дольше обычного, с вами все в порядке.

Эмили не сомневалась в этом. Не в порядке у нее были лишь мозги после всего случившегося.

— Я могу идти? — спросила она.

— До конца недели вы побудете у нас, — покачал головой врач с индийским корнями и типично английским именем «Джонни». — Нужно убедиться, что все хорошо. Сегодня вы сможете повидать родственников, они пытаются увидеть вас уже целую неделю.

— Неделю? — Эмили нахмурилась.

Сколько вообще прошло времени?

— А как долго я была без сознания? Мне никто так и не рассказал, что случилось, — попыталась разобраться она.

— Вас нашли на улице возле остановки, вы были без сознания. Полиция не нашла никаких следов нападения или ограбления. Мы думали, вы под действием наркотика, но все тесты были отрицательными. В общей сложности вы пролежали неделю и три дня под ИВЛ. Вы очень удивили нас, Эмили, и даже заставили поломать головы многих профессоров, — охотно поделился с ней врач.

Кажется, его и правда заинтересовал ее случай.

— И к какому выводу они пришли? — Эмили сильно сомневалась, что в диагноз ей вписали «неизвестный обряд вуду с использованием подозрительной брошки», но версию врачей все же хотела услышать.

— Вам официальный ответ или житейский? — уточнил доктор.

Эмили пожала плечами. Она сама не знала, что ее бы устроило больше.

— По официальной версии у вас произошел микроинсульт, но по нашим предположениям вы были под воздействием гипноза, — доктор замолчал, ожидая ее реакции.

Эмили ничего не ответила. Ей показалось глупым что-либо рассказывать, иначе обязательно примут за сумасшедшую.

Все это был сон. Как она и предполагала.

Первой Эмили увидела маму. Ее лицо было серым, а глаза, казалось, запали. Она постарела на десяток лет разом, но Эмили не стала ей об этом говорить. Мама стиснула ее в объятиях, и это было именно то, чего она так хотела в этот момент.

— Какая же ты глупая девчонка, — рыдала мама.

— Мам… — невольно хлюпнула носом Эмили.

Ее сердце сжалось было, но тут же успокоилось.

Она вернулась.

Все теперь было на своих местах, так, как и должно быть.

Катрина с отцом стояли поодаль, как будто ожидая своей очереди, чтобы дотронуться до нее. Все дрязги между ними испарились.

Да и не было их вовсе, если разобраться. Семейные отношения не всегда складывались легко, но ведь самое главное — чтобы родных людей связывала любовь. А ее любили, Эмили это чувствовала всегда, что бы ни происходило.

Пока мать и отец общались с врачами, Катрина сидела на кровати, держа Эмили за руку, как будто она могла куда-то убежать.

— Знаешь, я больше никогда не разрешу тебе уходить одной, — строго заметила Катрина. — Что с тобой произошло в тот день?

Эмили помнила все: и куклу, и брошь, и Лунджил.

Но рассказывать про это, разумеется, не стала, лишь тепло улыбнулась.

— Инсульт, — ответила она, не совсем понимая значение этого слова.

Катрина вздохнула и еще крепче обняла ее.

— Я много раз корила себя за то, не ушла с тобой, — призналась она.

Эмили не хотелось это обсуждать, поэтому она попросила рассказать обо всем, что случилось за то время, пока она отсутствовала.

— Мы ходили с Полом на свидание… Вспоминали школьные годы и… В общем, я ему больше не звонила, мне показалось неправильным веселиться, когда ты в таком состоянии, — поделилась Катрина.

Надо же, Пол. Тот самый парень, который был первым мужчиной Катрины. Насколько Эмили помнила, он тоже, как и сестра, пережил неудачный брак, разве что детьми не обзавелся. Пол не был богатым, но он всегда отличался трудолюбием. Сейчас, по словам Катрины, Пол работал на заводе, а в выходные занимался волонтерством. В общем, был идеальным простым парнем без вредных привычек и пристрастий.

— Теперь я в порядке, — заметила Эмили. — Я надеюсь, ты пригласишь его к нам.

— Мама будет в ярости, — усмехнулась Катрина.

Эмили заметила, как погрустнели ее глаза.

— Если ты чувствуешь, что он твой, не теряй времени. Ты уже пробовала жить без него и счастливее не стала. Но сейчас у тебя есть шанс изменить свою судьбу, вдруг вы должны быть вместе? — подбодрила она Катрину.

— Нет, я… Пол… Он хороший парень, и Макс его обожает, но он не то, что мне нужно… Наверное, — совсем тихо отозвалась та.

— А что тебе нужно? Богатый альфа-самец на красном бентли? — фыркнула Эмили.

— Почему бы и нет, — легонько толкнула ее в бок Катрина.

Эмили вдруг вспомнила Марка Вилсона. Он как раз подходил под стандарты сестры… А еще он был похож на человека, который завладел ее, Эмили, сердцем.

Человека из снов, из далекого прошлого…

Хорошо, что его не существовало.

— Кстати, твой парень приходил к нам. Тони, кажется, он спрашивал о тебе, — оживилась Катрина.

Похоже, она очень хотела перевести тему. Эмили, услышав о бывшем, даже перекрестилась. Ну, хоть один плюс от этой ее одинокой прогулки, приведшей ее на больничную койку — идиота Тони больше не было в ее жизни.

— Мы с ним расстались, — чересчур радостно заявила Эмили.

Катрина удивленно вскинула бровь, но не стала задавать вопросов.

— Значит, у нас у обеих не все хорошо в личной жизни, — подытожила она.

В ее словах не было ни злости, ни радости, одна только только грусть.

— Зато теперь я знаю, чего и кого хочу, — улыбнулась Эмили.

— Альфа-самца на красном бентли? — пошутила Катрина, повторив ее же недавние слова.

Морган тоже любил так делать. Эта мысль обожгла болью, и Эмили даже зажмурилась на мгновение, усилием воли отгоняя эти… «воспоминания».

— Нет… Мне нужен тот, кто будет желать проводить со мной время. Человек, который не будет бояться узнать мой мир и показать мне свой, сможет исполнить мои желания и сделать меня счастливой, — перечислила она.

На меньшее Эмили не была согласна. Точно не теперь, когда она (неважно, приснилось ей все или нет) знала, каково это — быть любимой.

Лицо Катрины изумленно вытянулось, и она успокаивающе потрепала Эмили по плечу.

— Таких мужчин не существует, — сочувственно сказала она.

Эмили ответила ей грустной улыбкой.

Родители с Катриной просидели с ней почти весь день. Лишь вечером все беспокойное семейство выставили из больницы, чтобы не мешали Эмили принять лекарства и пройти все необходимые процедуры.

Во время обхода ее зашла проверить заступившая на смену медицинская сестра. Ее знакомый голос буквально ошпарил нервы, и Эмили застыла, увидев перед собой Лору.

В этот раз ее темные волосы тоже стягивал чепчик, но уже медицинский. Она ни капельки не изменилась, только, кажется, стала взрослее. И имя у нее было совсем другим.

Эмили несколько раз сморгнула. Может, ей показалось. Но нет. Это была все та же Лора, вежливо улыбнувшаяся ей в качестве приветствия.

— Если вас что-то будет беспокоить, нажмите эту кнопку, и я подойду, — мягко сказала она.

— Мы с вами э-э… нигде не встречались? — уточнила Эмили, потому что никак не могла понять, откуда в реальности оказался человек из сна.

Ведь ей же все приснилось, верно?

— Может быть, вы слышали мой голос, когда были без сознания, — ответила «Лора». — Мне нужно идти.

И она ушла, оставив Эмили в замешательстве. Это же точно был сон? Этот вопрос заставлял ее сердце неистово биться в груди. Но потом здравый смысл взял верх: люди не могли попадать в прошлое или будущее. Это было попросту невозможно.

Все случившееся — это просто сон. И ее чувства — тоже.

В больнице пришлось пролежать, как и обещал доктор, еще неделю. За это время Эмили сдружилась с Лорой, они даже обменялись номерами телефонов. Ей действительно нравилось с ней общаться. А еще Эмили не хватало ее помощи по утрам, она к этому до странности привыкла.

Но возвращалась домой она с радостным предвкушением. И наплевать, что комната Эмили по сравнению с ее покоями в поместье Эшби была очень маленькой. Кровать, правда, показалась совсем крошечной, но Эмили ощущала себя замечательно. Она была дома.

И ее утра начинались с красивой улыбки Дэвида Бекхэма, запаха маминой стряпни и строительного шума с улицы.

Эмили понимала, что уже восстановилась и что пора возвращаться к привычному образу жизни, только вот ей нестерпимо хотелось перемен. Нет, машины ей нравились все так же, но провести всю свою жизнь в мастерской она больше не хотела.

— Думаю, мне надо пойти учиться, — сообщила она родным за ужином.

Отец уставился на нее, позабыв о своей газете. Мама перестала жевать и чуть не уронила ложку, которой кормила внука.

— Это сиюминутное желание или ты серьезно? — недоверчиво спросил отец.

Эмили его понимала.

Раньше она и говорить об учебе не хотела, но, побывав во времени, в котором женщины были бесправными и необразованными, изменила свое мнение. Эмили захотелось как-то себя реализовать. К тому же всю жизнь у Брэдли не проработаешь, да и должность выше механика без образования ей никогда не занять.

— Серьезно, — Эмили покачала головой, мельком отметив, что челка у нее за это время сильно отросла. — Я правда хочу получить образование и найти хорошую работу.

— Святые угодники, — выдохнула мать и, передав внука Катрине, подошла к Эмили, чтобы потрогать ее голову. — С тобой точно все в порядке?

— В полном, — вздохнула Эмили. — Я понимаю, что слишком долго занималась ерундой. Но в любом случае, судя по тому, как учился мой бывший, получить образование не так сложно, как я думала.

Эмили и не предполагала, что это ее заявление вызовет такую бурную реакцию. Родители были рады услышать эту новость, да и Катрина поддержала. В свое время она училась в не слишком престижном заведении, но родителей все равно радовало наличие хоть какого-то диплома.

— Это все моя голубая кровь, — похвасталась мама и снова завела свою старую шарманку про «настоящую леди» в их родословной.

— Конечно, дорогая, — снисходительно согласился отец.

— Кстати! — мама быстро сбегала в комнату и принесла оттуда старую обувную коробку. — Я недавно наводила порядок в нашем чулане и нашла старые фото, подтверждающие нашу связь с высшим обществом.

Эмили закатила глаза. Это высшее общество ей уже поперек горла было. Да и вся их «святость» на самом деле оказалась весьма преувеличена. Взять тех же самых Берненгемов. Жили бы они в их время, явно водили бы дружбу с Хью Хефнером.

Мама достала из коробки старые фото и протянула их Катрине, которая без интереса пробежалась по ним глазами, параллельно пытаясь сберечь пожелтевшие снимки от чересчур активного Макса, пытавшегося вырвать их из ее рук.

Эмили только улыбалась, наблюдая за этой борьбой. Катрина поймала ее взгляд и, фыркнув, сунула ей стопку фотографий.

Смотреть на них Эмили не очень хотелось — снов хватило за глаза. Но взгляд выцепил до боли знакомое лицо: на одном из снимков была изображена Маргарет.

Постаревшая, слегка располневшая, но все с теми же черными волосами и бровями. На лице у нее застыла привычная надменная маска. Она стояла на фотографии под руку с офицером, чей мундир был увешан наградами. Вокруг них расположились четверо детей разных возрастов.

— Маргарет Смит-Уолтер, — гордо заявила мама, заметив ее интерес. — Говорят, она долгое время была помолвлена с неким виконтом, но потом бросила его ради военного.

Эмили на миг забыла, как дышать. Сердце болезненно сжалось. Кажется, она даже судорожно вздохнула, чем напугала всех. Вокруг нее сразу забегали, Катрина сунула ей стакан воды, в который она с жадностью вцепилась, пытаясь прийти в себя, и чуть не поперхнулась.

«Это все сон! И совпадение!» — кричало ее подсознание, надеясь найти рациональное объяснение.

Было проще думать об этом так.

Иначе ее сердце остановилось бы от тоски.