У леди Эшби плохое настроение (СИ)

Глава 6

Засыпая, Эмили надеялась, что утро принесет ей сюрприз. Она уже скучала по наставлениям мамы, визгам Катрины и всегда сдержанному молчанию отца. И почему она раньше думала, что семейка у нее с приветом? У нее была самая лучшая семья. И она им обязательно об этом расскажет.

После того, как они с Лорой буквально наощупь пробрались в дом, чтобы не встретить никого, Эмили практически замертво упала на кровать. Сначала, правда, пришлось потратить кучу времени, чтобы снять все бесконечные слои одежды.

— Хочу домой, — шепнула она в пустоту, закрывая глаза.

Вот только чуда не произошло.

Открыв поутру глаза, Эмили нервно скинула одеяло и села на постели. Как по часам, в комнату вошла Лора, под глазами которой от недосыпа залегли синяки.

— Уже проснулись, — улыбнулась она.

— Да, — Эмили поднялась и потянулась, — а тебе бы надо отдохнуть.

— Как я могу, мисс, — хмыкнула Лора.

Скоро, наверное, Эмили привыкнет к тому, что для умывания ничего делать не надо — все подносила прислуга. Увидев вновь кучу одежды, которую предстояло надеть, она захотела забраться обратно в постель. Но кто бы дал… Хотя Эмили подозревала, что домочадцы только и ждут, чтобы она заперлась в комнате. Желательно, на всю жизнь.

— Надеюсь, виконт, сдержит слово и не запятнает вашу честь, — вклинились слова Лоры в мысли Эмили.

— Конечно, сдержит. Или ему придется на мне жениться, — усмехнулась она, — а он этого не желает.

— Очень жаль, мисс, что ваши чувства остались без ответа, — сочувственно сказала Лора.

Эмили вздохнула. Даже в ее жизни были мудаки по типу Тони. Но Морган — явно не Тони и даже не слюнявый Холвелл. Морган олицетворял собой именно тот тип джентльмена, который восхваляла в своих романах Остин. Их, к слову сказать, Эмили даже не читала, ей достаточно было сериалов и рассказов матери. И в образ Морган вполне укладывался — человек долга и чести, правда, глупо влюбленный в идиотку Маргарет.

Его вчерашнее вмешательство Эмили не понравилось — она хотела пойти за Катриной. Плевать, где именно та жила, ей подольше хотелось находиться рядом со знакомым человеком. Быть новенькой всегда тяжело, неважно, где — в садике, в школе, на работе…

— Я его тоже больше не люблю, — отозвалась Эмили и посмотрела на себя в зеркало.

Выглядела она уже лучше. Наряды холодных оттенков, естественный румянец, простая коса, аккуратно уложенная к макушке, делали ее образ лучше. Она выглядела идеально, романтично и миловидно, а большего Эмили и не нужно было.

Уже подходя к столовой, она услышала разговор Марии и Маргарет и специально замедлила шаг, чтобы насладиться по-полной.

— … и ее не было всю ночь? — в голосе Марии звучала радость.

— Когда мы проверяли, ее не было, — подтвердила Маргарет.

— А утром заходили? — допытывалась Мария.

— Нет, зачем? Ночью же не было, а значит, случилось что-то… Ну там, может, в канаву упала… Всякое случается, — довольно ответила Маргарет.

— Было бы неплохо. Я так от нее устала, стараюсь, стараюсь, а она никак не гнется. И Смита прогнала при отце, он уже начал сомневаться, говорит, что Эмме нужен покой и чистый воздух, — сокрушалась Мария.

— Может, отправит ее в Бат? — мечтательно предположила Маргарет.

— Еще чего! Это сколько фунтов надо! Нам тебе еще нужно приданое собрать и платья сшить самые лучшие, — строго заявила Мария. — Виконт и так уже на крючке, еще немного — и он сделает предложение. Сегодня на обед к Холвеллам надень то платье с синеватым кружевом…

Эмили кисло усмехнулась. Быстро же о ней забыли.

— Доброго всем утра, — оповестила она, зайдя столовую, и отметила, что Эдварда за столом не было. — А где отец?

Две дамы уставились на нее так, словно увидели призрака.

— Что ты… Как ты… — заикалась Мария, как испорченная виниловая пластинка.

— Что-то случилось? — Эмили села на предложенное слугой место.

— Ты… тебя же не было! — с упреком заявила Маргарет.

— Я была, — наигранно возмущенно сообщила Эмили. — Всю ночь спала в своей постельке. Сладким сном после приятной прогулки.

— Позорница! — рыкнула Мария. — Уверена, стоит нам выйти, и сразу услышим себе в спину какую-нибудь непристойность.

В этот момент в зал вбежал встревоженный Эдвард. Его всегда идеально уложенные волосы растрепались, а щеки раскраснелись.

— Эмма, дорогая! — он вдруг обнял ее безо всякой причины: действительно крепко и по-отечески нежно. — Я так волновался, отправился искать… Так боялся…

Эмили на секунду стало его жаль. Все-таки оставалось в его сердце что-то к дочери. Наверное. А может, это было беспокойство за репутацию. В общем, Эмили вздохнула и погладила теплые руки Эдварда, успокаивая его.

— Все в порядке, па, — она кокетливо заморгала ресницами. — Мы сегодня приглашены к Холвеллам? — решила Эмили быстро сменить тему. — Я так давно не видела Джастина, успела соскучиться.

Эмили знала, что изначально брать ее с собой никто не собирался. Она широко улыбнулась, глядя на кислые мины Марии с Маргарет и взволнованного Эдварда, который тут же закивал.

А Эмили и правда хотела увидеть своего несчастного жениха, напомнить ему о вчерашнем вечере и узнать про Катрину.

Выезд на обед напоминал Эмили подготовку к свадьбе. Она еще часа два ждала, когда все соберутся. Лора советовала и ей сменить платье на более нарядное, но у Эмили просто не было сил переодеваться. Тем более серое платье с голубым отливом смотрелось вполне прилично.

В экипаже она села рядом с Эдвардом, который крепко взял ее за руку.

— Скажи мне, где ты была? — спросил он.

— Не волнуйся, — вздохнула Эмили, наткнувшись на острые, как иглы, взгляды женской части «семьи». — Я просто гуляла, а потом опустилась ночь, и мы приехали домой.

— Но почему тебя никто не видел? — не успокаивался тот.

— Не хотела никого будить, — ответила она.

Эдвард недовольно фыркнул. Точно же боялся за репутацию и хотел подготовиться к возможным последствиям.

— Дядя, а Кристофер будет? — Маргарет будто вся засветилась, теребя безымянный палец на правой руке.

— Холвеллы послали ему приглашение, но он не ответил, — сообщил отец.

«Какая похожая ситуация», — подумала Эмили, вспоминая Супермена. Стало интересно, помнит ли он о ней? И тут же вопрос показался ей глупым. Он уже наверняка улетел куда-нибудь на своей серебряной тачке в компании грудастой блондинки.

Эмили грустно усмехнулась.

— А если его там не будет, тетя? Что мне тогда делать? — панически ахнула Маргарет.

— Успокойся, — настраивала ее Мария на позитивный лад. — Мы ничего не теряем, скорее, наоборот. Узнаем, как обстоят дела с конкурентками.

Эмили только покачала головой и отвернулась к окну, разглядывая приятный цветущий пейзаж и думая о том, что Лора перестаралась с затягиванием ее корсета. Почему-то за завтраком она этого не заметила, а вот сейчас ощутила себя, словно в тисках.

Особняк Холвеллов напомнил Эмили старые фильмы с молодой Вивьен Ли или Одри Хепберн. Местность была настолько незнакомой, что она не могла понять, в какой части Лондона они находились. К крыльцу бесконечно подъезжали экипажи, а значит, обед собирался быть очень многолюдным.

Так оно и было. Когда они прошли внутрь, им сказали, что все собираются в саду.

— Держи спину прямо, — напутствовала Мария беспокойную Маргарет. — Мне сказали, что Морган еще не приехал, но вроде как не отказывал…

Эмили вздохнула, держа под руку Эдварда. Как ни крути, а за столетия ничего не изменилось: матери мечтали выдать дочерей замуж за богатенького принца.

— Мэри, дорогая! — тоненьким голоском вскрикнула дама, похожая на Джастина.

Эмили узнала ее по округлому лицу и такому же курносому носу. «Жених», кстати, стоял рядом с таким лицом, будто его сейчас стошнит. Кучерявые волосики его были весьма скудны и на солнце больше напоминали детский пушок.

— Грэйс, — мачеха протянула ей руку. — Джастин стал еще мужественнее.

От этой лести Эмили тихо хохотнула и, заметив, что все посмотрели на нее, закрыла рот рукой, сделав вид, что закашлялась.

— Милая Эмма, — охнула Грэйс Холвелл. — Как твое здоровье?

— Вполне, — Эмили хотела было сказать, что с ней все в порядке, но Грейс уже отвлекли другие гости, и она кивнула ей чисто по инерции.

Джастин полетел вслед за матерью так быстро, как будто от этого зависела его жизнь.

— Па, мы с ним точно обручены? — спросила Эмили.

Эдвард удивленно уставился на нее:

— Конечно. И в конце осени я планирую договориться с ним о свадьбе.

— Он меня избегает, — заметила она.

— Неправда, Джастин просто взволнован, — Эдвард даже растерялся от такого заявления.

Эмили криво улыбнулась. Замуж за Джастина она все равно не собиралась. Да и вообще ни за кого не собиралась. И сильно подозревала, что Эмма тоже не была в восторге от его кандидатуры, раз призналась Моргану в своих чувствах. Только на что она надеялась?.. Эмили в очередной раз подумала, что неплохо было бы найти дневник Эммы.

Во дворе было жарко и людно. Обед, похоже, был очень важным, потому что на него собрались чуть ли не все уважаемые господа. Дамы сидели с зонтиками, обмахиваясь веерами, и Эмили очень хотелось последовать их примеру. А еще лучше — нырнуть в прохладный бассейн.

Жара стояла просто невыносимая.

Мария с Маргарет трещали и шептались с хозяйкой дома. Эдвард оставил Эмили на них, а сам направился к мужчинам.

— Как? — возмущенно шикнула мачеха. — Моргана видели с какой-то дамой поздно ночью?

— Леди Берненгем врать не будет, — Грейс указала в сторону той самой дамы, которую Эмили, пускай и не видела, но слышала прошлой ночью.

Леди Берненгем была весьма симпатичной, с живой мимикой, но нарядилась она, на вкус Эмили, чересчур ярко и пестро. Она будто всем своим видом кричала: «Я не такая, как вы! Я свободна».

И в чем-то Эмили понимала это ее стремление выделиться.

Их взгляды с леди Берненгем пересеклись. Эмили застыла и отвернулась — на секунду ей показалось, что та ее узнала.

— Боже, она такая сплетница, — фыркнула Мария.

Эмили тяжело вздохнула. Сердце забилось чаще, и она быстро подхватила стакан с водой, залпом осушив его. Жара невыносимо била по нервам, не говоря уже о том, что корсет жутко сдавливал ребра.

— Тетя, как он может… — Маргарет чуть не трясло от негодования.

— Успокойся, не раскрывай своего волнения, — напутствовала ее Мария. — Но ты должна ему показать, что не станешь вешаться ему на шею и все прощать. Ты — леди из высшего круга, а дама с ним ночью — всего лишь развлечение и подстилка.

Эмили усмехнулась, беззастенчиво подслушивая этот глупый разговор. Впрочем, замешательство Маргарет ей понравилось. Было бы неплохо, чтобы Морган прозрел… Правда, чем это могло кончиться? Его будущее стало бы лучше или наоборот? Вдруг Маргарет все же была его судьбой?

Эмили никогда до этой минуты не задумывалась о том, что попала в настоящее прошлое. Пока для нее все это больше походило на постановочную мелодраму.

— Морган здесь. Виконт прибыл! — услышала она шушуканье.

Мария и Маргарет тут же подобрались, гордо выпрямились и вздернули подбородки.

Морган вошел в сопровождении хозяина дома, который чуть ли не пригибался перед ним. Уверенным взглядом Морган обвел собравшихся. Эмили не была уверена, заметил ли он ее, но, наверное, нет, потому что его взгляд выцепил Маргарет, которая демонстративно отвернулась от него.

В общем, наблюдать за этим цирком было бы даже весело, если бы ей дали возможность в нем не участвовать.

Леди Берненгем внезапно оказалась рядом с ней. Ее ажурный белый зонтик заслонил Эмили от солнца.

— Я вижу в глазах юной леди тоску и ум, я права? — промурлыкала она.

Эмили на секунду замялась, но тут же изобразила приветливую улыбку.

— Здесь жарко… — протянула она. — И нас не представили друг другу, — вовремя опомнилась Эмили.

— О, я вас понимаю, — вздохнула Леди Берненгем. — Зовите меня Сара, юная леди.

— Эми… Эмма, Эмма Эшби, — ответила ей той же любезностью Эмили.

Сара смотрела на нее изучающе, будто сканировала, и у Эмили вмиг пересохло в горле.

— Вы не находите, что здесь очень скучно? — спросила наконец Сара.

— Есть немного, — кивнула Эмили.

— Тогда лично вас я приглашаю в следующий вторник к нам на обед, — заявила Сара.

Эмили посмотрела на нее.

— Э… Спасибо, я подумаю… — промямлила она, не сильно желая связывать себя обещаниями.

— Я не принимаю отказов! — возмущенно запротестовала та. — Я пришлю за вами экипаж, чтобы вы не сбежали.

Более Эмили не возразила, хотя и подозревала, что с Сарой Берненгем лучше было не связываться.

Как только та ушла, вновь подставив ее макушку знойному солнцу, Эмили ощутила легкое головокружение. Нужно было поскорее найти тень.

Она направилась глубже в сад, туда, где деревья стояли плотнее, и, найдя укромную беседку, обвитую плющом, присела там на лавочку.

Эмили буквально ощущала, как корсет режет ее кожу. Она ощупала голову — кажется, у нее слегка поднялась температура.

— Мисс Э-эмма… — услышала она дрожащий голос Джастина.

Только его не хватало.

— Я-я хотел бы поговорить о вчерашнем… — продолжил он бубнить.

— А что случилось вчера? — Эмили попыталась глубоко вздохнуть, но не вышло.

— Вы… Вы… Что вы делали в таком месте? — вдруг перешел в наступление Джастин, явно стараясь держаться, как мужчина.

Он даже героически приосанился, небрежно опираясь на изгородь беседки, будто позировал для портрета. Вот только голосок и старательно подбираемые слова говорили о том, что он жутко боялся.

— Я отдыхала, — отмахнулась Эмили, поднимаясь.

— Мне бы не хотелось, чтобы моя будущая супруга вела такой образ жизни. Я оповещу отца о вашем поведении, так что вам лучше находиться дома до нашего бракосочетания, — заявил Джастин.

У Эмили так заломило в висках, что выслушивать глупости этого идиота было выше ее сил. Она подошла к нему и положила руку ему на плечо. От неожиданности того как будто прибило к земле, и он пугливо замер.

— Слушай, Джастин, лучше не суйся ко мне со своей свадьбой, — устало попросила Эмили. — Иначе покусаю.

В шутку Эмили клацнула зубами. Джастин вздрогнул.

— Что… что вы говорите? — растерялся он.

— Что замуж за тебя не пойду, так что давай договоримся, — Эмили сделала паузу, давая ему время все осознать и переварить. — Ты забываешь о моем существовании, а я — о твоем.

Глаза Джастина округлились и стали похожи на два идеальных блинчика.

— Хотите сказать, что… — с надеждой переспросил он.

— Да-да, — Эмили кивнула, — никакой свадьбы между нами.

Тот просиял и явно сдерживал улыбку.

— Как вам будет угодно, мисс Эмма, — он резко поклонился и гордо удалился.

Хорошо хоть не запрыгал от радости. Эмили бы и сама попрыгала, да у нее с этим проклятым корсетом не получилось бы.

В беседке было прохладно, но положения это не спасало.

— Вы разбрасываетесь женихами, мисс Эмма, — раздался знакомый насмешливый голос.

Эмили обернулась и увидела стоявшего в тени Моргана. Он небрежно подпирал плечом колонну и смотрел, в противовес веселому тону, очень серьезно и строго.

— Сама себе найду, — Эмили подобрала подол платья, — кого-нибудь старого и богатого.

Кристофер приподнял брови.

— Старого и богатого? Зачем вам… — не понял он.

— Чтобы помер раньше меня, — отбрила Эмили.

Морган оттолкнулся от колонны, приближаясь к ней.

— А вы с каждым днем все интереснее становитесь, — улыбнулся он.

— А вы наоборот, — процедила Эмили. — И почему вы тут, а не с Маргарет?

Морган вздохнул и прищурился, взглянув на плотный плющ, закрывавший их от гостей.

— Маргарет расстроена, и, думаю, вам известна причина, — ответил он.

Сильно расстроенным, впрочем, Морган не выглядел.

— Я бы вам посочувствовала… — Эмили хотела съязвить, но в этот момент ее слегка замутило.

Она прижала было руку ко рту, но в следующую минуту ее, по счастью, отпустило, только головокружение усилилось.

Морган оказался рядом быстрее, чем она успела понять, что падает.

— Мисс Эмма… — он крепко держал ее за талию, почти оторвав от земли.

— Помоги мне… — выдохнула Эмили.

Морган вопросительно взглянул ей в глаза. Эмили даже зарычала с досады, что он сам не догадался, что с ней творится, и рявкнула:

— Расстегни этот чертов корсет!

От ее просьбы Морган заледенел, но Эмили было так плохо, что она не могла понять, отчего он медлит. Реально, в этом корсете можно было забыть, как дышать. Он давил так, что вдохнуть полной грудью было невозможно, а выдох причинял только боль.

— Я сейчас умру, — глаза Эмили расширились от ужаса, она открыла рот, жадно пытаясь глотнуть воздуха.

Похоже, это напугало Моргана. Он подхватил ее на руки с такой легкостью, будто она ничего не весила. Вены на его шее вздулись, но на лице не дрогнул ни единый мускул. Эмили не понимала, куда он ее нес и зачем, она хваталась за его плечи, сжимая, как последнюю надежду.

Скрипнула тяжелая дверь, и Эмили оказалась в душном помещении, наполненном запахами навоза и травы — видимо, в конюшне, если судить по ржанию лошадей.

Для ругани не было сил. Морган опустил ее на колючее сено, встал за спиной, и его ловкие пальцы в одно мгновение справились со множеством маленьких пуговиц. Лиф платья с нижней сорочкой спустился с плеч и осел на талии. Шнуровка корсета поддавалась быстро, словно Морган каждый день помогал кому-то одеваться. Или раздеваться. С каждой секундой Эмили все больше ощущала, как отпускают ее тиски одежды, в легкие наконец хлынул долгожданный воздух. Хотя, возможно, все дело было в том, что они находились под крышей. И пусть здесь и было душно, но хотя бы не палило солнце.

Когда корсет словно отлип от ее кожи, Эмили потребовалась минута, чтобы прийти в себя. Она даже не понимала, как до сих пор стояла на ногах… А потом поняла, что все это время Морган одной рукой придерживал ее за талию, а второй — раздевал.

Да уж, поразительная способность.

— Вы спасли мне жизнь, — выдохнула она, повернув к нему голову.

Морган не ответил.

Кожу спины приятно холодил сквозняк, и Эмили с удовольствием сняла бы с себя и корсет, и сорочки. Все три.

Они так и стояли: Эмили шумно и жадно вдыхала воздух, а Морган, застыв, молчал.

— Я теперь вся пропахну навозом, — сказала она, не ожидая ответа.

Но Морган тоже нарушил тишину.

— Это не самое худшее, — спокойно заметил он.

Свою руку с ее талии он все еще не убрал, и Эмили пришлось сделать это самой. Она повернулась к Моргану, и тот, будто не ожидая этого, отвернулся сам. Для Эмили ее внешний вид был приемлемым. Она не светила голой грудью, сорочка прикрывала все. Натянув платье, она поняла, что теперь ей нужно его застегнуть, но из-за ослабленного корсета это вряд ли удастся.

Вывод напрашивался один: она загубила свою репутацию, а заодно навлекла на Моргана нежелательный брак.

— Вы можете идти первым, — зачем-то предложила Эмили.

Морган повернул голову и тактично посмотрел куда-то поверх ее макушки.

— Куда? — спросил он.

— Не будьте идиотом, Морган, — Эмили нахмурилась. — Создайте себе алиби.

— Я не верю, что мы остались незамеченными, поэтому не вижу в этом никакого смысла, — отозвался тот.

— В вас говорит пессимист, — усмехнулась Эмили. — Тогда я пойду первой.

— Даже если вы застегнете пуговицы, не найдется ни одной дамы, которая не поймет, что с вашим нарядом что-то не так. Даже опытный глаз горничной сразу найдет все новые складки там, где их не должно быть, — заметил Морган.

— Вы преувеличиваете, — отмахнулась Эмили. — Я вот…

Она не договорила. Охнула, потому что пальцы Моргана легли на ее губы, заставляя замолчать. В этот момент конюшня наполнилась голосами.

— Я в курсе, что у Холвеллов самые дикие жеребцы во всей Англии, — веселый голос Сары Берненгем навевал жуткий холод.

Эмили испуганно уставилась на Моргана, который неотрывно смотрел на нее своими ледяными глазами. От его рук пахло эвкалиптом, а еще они были твердыми и нежными одновременно.

— Конечно, леди Берненгем, мы своей репутацией дорожим, — расхваливал Джастин своих коней приторным голосом.

— Мой муж собирался у вас купить несколько скакунов и устроить соревнования в следующем месяце в честь закрытия сезона, — заявила леди Берненгем.

— Мы будем только рады, — голос Грейс Холвелл напоминал пение скворца — такой же тоненький и елейный.

Казалось, они были очень близко. Стойло, в котором скрывались Эмили и Морган, было пустым и совершенно ничем не огороженным. В ожидании неизбежного Эмили даже зажмурилась, как будто это могло сделать их невидимыми. Ее не слишком пугал скандал, который мог разразиться, куда больше ее пугало отношение Моргана к тому, что могло произойти.

Он как будто принял все, как есть, и просто теперь ждал результата. И уповал на удачу.

Но им не повезло. Когда Эмили приоткрыла один глаз, она заметила леди Берненгем, удивленно смотрящую на них. Но это продлилось всего секунду. Затем та вдруг развернулась и быстро направилась к Холвеллам.

— Здесь так душно, прошу вас, обсудим сделку чуть позже. И принесите вашего семейного напитка, — попросила она и увела толпу подальше от конюшни.

Эмили и Морган смотрели друг на друга еще минуту, ничего не говоря. Поверить в то, что скандал миновал, оказалось очень сложно.

Наконец, Морган убрал пальцы от ее губ — от этого прикосновения они теперь словно горели огнем.

— Что это может значить? — шепотом спросила Эмили.

— Не знаю, — честно признался Морган. — Возможно, леди Берненгем хочет более яркого разоблачения.

Эмили стиснула зубы. Морган посмотрел на нее как-то странно — изучающе и тоскливо.

Следующие минуты были похожи на какую-то комедию. Морган и правда вышел первым — но только для того, чтобы привести Лору к ней, — а затем удалился.

Лора чуть не заплакала, когда увидела ее платье. И Эмили было даже немного стыдно, но она ведь и правда не могла терпеть! И теперь из-за этого могли пострадать люди.

Лучше бы настоящая Эмма была здесь. Она явно не допустила бы таких ошибок.

Закрыв позор платком, Эмили нашла отца и сказала, что плохо себя чувствует и хочет домой. Маргарет и Мария, разумеется, покидать мероприятие не пожелали, поэтому было решено ехать в одиночестве. Эмили нисколько тому не расстроилась.

Покидая этот обед, она еще раз столкнулась с широкой многообещающей улыбкой леди Берненгем. Моргана она так и не увидела снова после всего случившегося. Хотя, возможно, он уже уехал.

Джастин ее уход проигнорировал, и только Грейс Холвелл проводила ее весьма холодно — будто бы уже знала о разрыве между ней и ее сыном.

Оказавшись в закрытом экипаже, Эмили глубоко вздохнула, убирая платок с плеч. Разрешила Лоре сесть рядом и теперь слушала ее причитания.

— Что же теперь делать, мисс? А если вас кто-то увидел? — сокрушалась та.

— Увидел, — подтвердила Эмили.

— Боже, — захныкала Лора. — Это ужасно!

Эмили усмехнулась. Все это было так глупо. Их, в конце концов, не целующимися и не занимающимися любовью застали. Они просто… Эмили задумалась над ситуацией, представив себя со стороны.

Она стояла с расстегнутым платьем, а Морган торчал рядом с ней и держал пальцы на ее губах. Как ни крути, а даже для двадцать первого века это стало бы поводом для подколов.

Но если леди Берненгем задумала какую-то гнусность — она не с той связалась. А слухи… Это всего лишь слухи.

Однако с этого момента Эмили решила, что от Моргана нужно держаться подальше. И если вдруг ей опять станет плохо — лучше падать на руки отцу.