В самом Сердце Стужи. Том VII

Глава 20 Виктор

Фридрих прибыл в Херцкальт с помпой, достойной владельца ключей от южных житниц королевства. Три большие речные баржи, которые никогда не поднимались выше Атриталя, стали на прикол у причала Херцкальта, а едва были сброшены мостки, на берег посыпались слуги и бойцы графа Зильбевера.

Со стороны могло показаться, что это вторжение, однако же основной контингент сопровождающих графа состоял из грузчиков и слуг, а его личной охраны было всего три латника и дюжина бойцов, оружие и доспехи которых сейчас сверкали на солнце.

Вот, появился на палубе и сам граф Зильбевер. В богатых одеждах из лучших тканей, берете с высоким пером и массивной цепью на шее — подозреваю, с копией цепи лорда Кастфолдора — граф замер у борта баржи, после чего не спеша сошел на берег в сопровождении своих латников, и направился в мою сторону.

— Приветствую лорда Кастфолдора на моих землях, — я поклонился графу Зильбеверу, как того требовали приличия.

Эрен накануне заставила меня тренироваться в этом движении, потому что был важен каждый градус. Поклонюсь недостаточно низко, мои люди подумают, что я не уважаю южного соседа. Поклонюсь слишком низко, решат, что я пресмыкаюсь перед Фридрихом.

— Приветствую лорда Херцкальта, — кивнул в ответ граф Зильбевер.

Когда Эрен посвятила меня во все тонкости приема высоких гостей, мне стало даже немного не по себе. По уму, я должен был выехать навстречу Фридриху, ведь я был ниже по статусу, чем граф Зильбевер, пусть и выступал принимающей стороной. Но я физически не мог покинуть окрестности замка. Благо, все разрешилось тем, что Фридрих решил плыть до самого Херцкальта на баржах вместо того, чтобы сойти на берег где-то в Атритале или на границе надела — это значительно упростило всем жизнь и позволило сократить дистанцию выхода навстречу до пути между причалом и западными воротами города.

— Будьте гостем в моем замке и городе, дорогой граф, — продолжил я формулу официальных приветствий.

Вместо того чтобы продолжить чопорничать, Фридрих просто шагнул вперед и с широченной улыбкой обнял меня, похлопывая ладонями по плечам.

— Барон! Очень рад быть твоим гостем! — громко ответил Фридрих, чтобы четко обозначить наши с ним отношения. При этом он демонстративно тронул пальцами цепь на своей шее, после чего перевел взгляд мне за спину.

Я понял его жест однозначно. Заранее подготовленная цепь Херцкальта, которая сейчас лежала на подушке, и которую Грегор готовился преподнести Фридриху в качестве жеста доверия с моей стороны, была определенно лишней. Фридрих как бы говорил «мне вторая цепь на шее не нужна». Так что я незаметно махнул пальцами, чтобы Грегор оставался на месте, а сам, заняв позицию слева от графа, повел гостя в сторону замка. Этому меня тоже научила Эрен.

— Не ожидал, что вы отнесетесь к моему визиту столь серьезно, — шепнул Фридрих, пока мы шли к воротам. — Миледи Эрен не теряет бдительности?

— Я бы сам точно не додумался устраивать такой спектакль, — едва шевеля губами, ответил я. — Но…

— Я рад, что ты справился, Виктор, — ответил граф. — Все сделано правильно, я доволен.

Конечно же, Фридрих рисковал, нанося подобный визит лично. Он не выдвигал мне каких-то особых требований по церемониалу, по всей видимости, уверенный, что все можно будет обставить как ничего не значащую поездку в случае, если я напортачу. Но то, что Эрен предусмотрела и политический момент этой встречи, сыграл нам всем на руку.

Барон Гросс знает свое место и встречает графа Зильбевера как положено. Без излишней любезности, при этом сохраняя собственное достоинство. Самое важное, как объяснила мне Эрен, заключалось в том, чтобы граф вошел в город и, соответственно, в замок, в моем сопровождении, а не заехал, как к себе домой. Это означает, что граф признает во мне хозяина Херцкальта и не посягает на мой суверенитет.

Что мы, собственно, и сделали.

Едва мы подошли к городским воротам, по обе стороны от нас с Фридрихом выстроились мои бойцы с копьями и мечами, чуть потеснив латников графа. Вступая на территорию Херцкальта, граф становился моим гостем и его защита — теперь моя обязанность.

Мы прошли улицей под крики моих горожан, вышли на рыночную площадь, которая сегодня была зачищена от лотков, чтобы встретить Фридриха, и тут же свернули направо, к главным замковым воротам.

Не слишком стесняясь, лорд Зильбевер взял меня под руку и, опираясь на мой локоть, с интересом начал разглядывать все вокруг.

— А знаешь, твой город выглядит вполне неплохо, — заметил граф, когда мы приблизились к замковым воротам.

— Благодарю, — степенно кивнул я.

— И ты уже провел обслуживание укреплений? — уточнил Фридрих.

— Пришлось. Я ожидал набегов этой зимой, так что подготовился.

— Удивительная предусмотрительность, — покачал головой мужчина.

На пороге замка же нас уже ждала Эрен вместе с женщинами и слугами, и церемония приветствия графа Зильбевера практически повторилась. После того, как гость и моя жена раскланялись друг другу, Эрен заняла позицию уже за моим левым плечом, и мы повели Фридриха сразу в главный зал, где усадили на самое почетное место.

Внутри гостя тоже ждали. Вдоль одной из стен стояли представители от всех цехов и королевский стряпчий, а с другой стороны расположились мои дружинники. Пока же проходила рассадка гостей — сопровождающих графа Зильбевера усадили за второй стол справа, мои дружинники и препозитор сели слева, а горожане — в дальней части зала. Там же разместились артисты и музыканты, которые с готовностью приехали ради выступления из Атриталя по моему приглашению.

Все время, пока проходила официальная часть пира и гости, соблюдая старшинство — начиная от Арчибальда и Петера и вплоть до мастеровых — поднимались и приветствовали графа и его людей в Херцкальте, Фридрих сохранял невозмутимое выражение лица, лишь время от времени потягивая фрамийское вино из серебряного кубка.

— Барон, баронесса, — наконец-то тихо сказал гость, — я приятно удивлен подобным теплым приемом.

— Благодарим вас, милорд, — кивнула сидящая по левую от меня руку Эрен, низко склоняя голову.

— Более ни один из представителей других партий не сможет сказать, что барон Гросс не знает себе цену, — продолжил Фридрих. — Вы все прекрасно устроили. Но пришло время и мне отплатить за ваше гостеприимство.

Встав со своего места, граф поднял руку, после чего, когда зал притих, дважды хлопнул в ладони.

Слуги Зильбеверов, которые остались ждать за дверьми главного зала, засуетились и начали вносить в зал подарки. Отрезы тканей и парчи для Эрен, железо в слитках и пластинах для доспехов и мечей моим дружинникам, куски качественной кожи на сбрую и седла. Каждый вносимый дар был не вещью, а ресурсом, который мне и моим мастерам предлагалось обработать самостоятельно.

Как я понял, Фридрих намеренно не привез ничего, имеющего завершенную форму, показывая уважение не только к нам с Эрен, но и к мастерам Херцкальта.

— Ну и последний подарок лично для вас, барон Гросс, — спокойно, но так, что его услышал весь зал, проговорил Фридрих. — Я проследил за тем, чтобы выбрали лучшие ростки.

Едва граф закончил говорить, в зал занесли дюжину саженцев с перевязанными в мешковину корневищами. На вид деревцам было уже несколько лет, хотя я мало смыслил в садоводстве.

— Это три сорта яблонь из моего личного сада, того самого, который так любила госпожа Зильбевер, — продолжил граф. — Мягкие летние яблоки, которые вывел еще мой дед, сочный и крепкий осенний сорт, отлично подходящий для изготовления сидра, привезенный моему отцу с Запада. И особый, северный сорт зимних яблок, черных, как ночь, но радующих до самого лета своей сладостью. Эти я раздобыл уже сам. Так пусть же эти деревья окрепнут и станут сердцем ваших садов, барон, и пусть каждый год будет для вас отныне урожайным!

Еще когда граф произносил свою речь, я услышал, как сидящая рядом со мной Эрен нервно втянула воздух. Я скосил взгляд на супругу, но она мне так ничего и не сказала — только сверкнула глазами, чтобы я не отвлекался на такие мелочи. Но по нетипичной реакции Эрен — наверное, это была вообще ее самая бурная реакция на какой-либо внешний раздражитель за весь наш брак — я понял, что произошло что-то экстраординарное. А ведь эта женщина не вздрогнула, даже когда я на дуэли убил ее родного отца! Впрочем, похожим образом отреагировал и зал. Притихшие до этого момента, после слов Фридриха столы буквально взорвались. Со всех сторон слышались крики благодарности и пожеланий долгой жизни и процветания лорду Кастфолдора, а некоторые мастеровые буквально хохотали и обнимались от восторга, с гордостью глядя в нашу с Эрен сторону.

— Что случилось? — тихо шепнул я Эрен.

В ответ жена только ткнула меня кулаком в бедро, заставляя вернуться к гостю.

Я вопросительно посмотрел на Фридриха, но граф Зильбевер сохранял невозмутимое спокойствие, со знанием дела терзая вилкой и ножом кусок дичи.

— Барон, вы говорили, что хотите разбить яблоневый сад для миледи, — наконец-то произнес Фридрих, когда зал притих и пир продолжился в обычном режиме.

— Именно, — согласился я. — Но милорд, двенадцать яблонь… Не многовато ли для первого подарка?

Фридрих поднял глаза на зал, убедившись, что все заняты едой и питьем, после чего наклонился в мою сторону.

— Виктор, я своими глазами видел, в каком состоянии твой надел, даже не сходя на берег, — шепнул лорд Кастфолдора. — Ни один из соседей и подумать не должен, что ты слаб или одинок. Так что дюжина саженцев достаточная поддержка в эти непростые времена. Я не дарю тебе меч, но показываю свою дружбу. Пусть твои соседи и недруги оглядываются, если замышляют что-то недоброе.

После чего Фридрих опять выпрямился и сделал вид, что вовсе ничего не произошло. Очевидно, это был разговор, не предназначенный для общего зала.

Когда основная часть пира миновала, мы наконец-то смогли проводить графа в подготовленную для него комнату. Чтобы разместить гостя, пришлось вынести арсенал и обставить ранее пустующее помещение новой мебелью. Благо, Фридрих знал, что Херцкальт старый замок, и оказался готов к подобному развитию событий.

— Знаете, барон, ома много рассказывала мне о старом укладе лордов Халдона, — начал Фридрих, пока слуги раскладывали вещи и двигали мебель так, как привык их хозяин. — Я даже удивлен, что для меня нашлись столь просторные комнаты.

— Это помещение раньше пустовало, — честно сообщил я. — Прямо напротив наша с Эрен спальня, а эту комнату я использовал как арсенал.

— Умно, — согласился Фридрих. — Держать оружие поближе к себе правильно. Я заметил, что ты серьезно подготовился к набегам. Неужели все было настолько плохо этой зимой?

— Хуже, чем ты думаешь, — ответил я, устало подпирая плечом стену, при этом рассеянным взглядом наблюдая, как возятся слуги. — Я вообще не знаю, как мы выжили…

Фридрих внимательно посмотрел на меня, а в его взгляде читалась тревога.

— Ты не писал, что было настолько тяжело, — наконец-то проговорил граф. — Я бы мог помочь соседу.

— Дело было не в деньгах, — ответил я. — Много людей умерло от черной хвори.

— Тот странный мор, что гулял по твоему наделу? — уточнил Фридрих.

Наконец-то слуги закончили и по команде своего хозяина покинули помещение, оставив нас с графом вдвоем. Нормальный обед в узком кругу я проведу на днях — будут приглашены только самые важные люди города — так что на сегодня мы были совершенно свободны. По крайней мере, мы довольно быстро разделались с официальной частью, оставив моих горожан и свиту Фридриха пить и веселиться.

— Он самый, — кивнул я. — Но вроде бы, мы справились с этой напастью.

— Вот только ты здоровье подорвал, — покачал головой Фридрих. — Я сегодня же напишу письмо домой и отправлю со своим голубем, пусть пришлют меда и укрепляющих южных трав…

Говоря это, граф прошел в центр отведенной ему комнаты и внимательно осмотрел помещение.

— Нет, определенно, ома была права, — хмыкнул Фридрих.

— В чем? — спросил я, подходя к гостю.

Обсуждать состояние моего здоровья не хотелось, но жаль, что от графа Зильбевера не укрылось влияние барьера. С момента отбытия Фарнира прошло чуть меньше двух месяцев, а я чувствовал себя так, словно я на самом деле тяжело болею. Наверное, так чувствуют себя больные раком, постепенно изо дня в день, теряя силы, хотя мне не с чем было сравнивать, я мог только предполагать. Единственное время, когда я испытывал нечто похожее на свое нынешнее состояние — когда я только сломал спину и наказывал сам себя тем, что не ел и не двигался. Тогда я сильно похудел, спал по восемнадцать часов и чувствовал себя просто отвратительно. Вплоть до того, что мне прописали капельницы с глюкозой, чтобы поддержать организм. Но тогда все решилось нормальным питанием и обучением новой жизни, а теперь же… Нет, аппетит у меня стал намного хуже, но не потому что я стремился похудеть, а наоборот — исхудавшее тело требовало меньше энергии и, соответственно, пищи. Я ел досыта, нормально высыпался, даже без проблем занимался делами. Только начал быстрее уставать, но Фарнир предупреждал, что барьер будет давить… Вот только не сказал, что это будет настолько заметно.

— В том, что условия раньше были суровые, как и времена. Ах, да, и кроме меда и трав надо бы написать и про укрепляющие микстуры, — внезапно продолжил неприятный разговор Фридрих.

— Лучше объясни, почему у Эрен дыхание перехватило от вида саженцев, — проговорил я, отодвигая один из стульев и предлагая Фридриху сесть для разговора за небольшой, но крепкий стол.

Противиться гость не стал, я же опять налил нам вина. Все равно время стремилось часам к шести вечера, работать сегодня я уже не планировал. Можно и выпить.

— Я думал, ты будешь более впечатлен, — усмехнулся Фридрих. — Хотя глядя на тебя сейчас, Виктор, мне кажется, что удивительно, как ты вообще стоишь на ногах.

— Давай не о моем самочувствии, — отмахнулся я. — Закончатся беды, отосплюсь и отъемся, все будет в порядке. Лучше объясни неграмотному наемнику, что произошло в зале.

— А чего у баронессы не спросишь? — лукаво спросил Фридрих, пряча улыбку за кубком вина. — Ты же понимаешь, что я получил разрешение из Патрино приехать к тебе в гости, да?

— Само собой, — кивнул я, делая небольшой глоток. — Правда, я не совсем понимаю, зачем все было обставлять с такой помпой. Как я понял, яблони, сорта которых собирали три поколения Зильбеверов, это поистине щедрый дар.

— Скажу прямо, это подарок достойный даже герцога, — согласился граф Зильбевер. — Но на самом деле кронпринц был обеспокоен вестями с твоего надела. Налогов не будет второй год кряду, сведения, которые подал в счетную палату твой стряпчий, крайне тревожные.

— То есть, ты прибыл с проверкой? — уточнил я. — Как мы и ожидали.

— Скорее, убедиться, что ты останешься исключительно вассалом Его Величества, — ответил Фридрих. — А яблони… Для кого-то это жест, что пока все не успокоится, ты под защитой Зильбеверов, но а я же считаю, что это просто подарок, о котором мы договаривались. Ведь и ты немало мне помог, Виктор.

— Вот как?

— Именно, — кивнул Фридрих, отставляя в сторону кубок. — Твой рецепт тушеного мяса и способ его хранения, а также подсказал запасти побольше зерна. Не знаю почему, но я последовал твоему примеру и пережил этот год без особых проблем. Даже смог принять нищих с других земель, и они сейчас трудятся на благо Кастфолдора. Я поднял на треть больше полей, чем обычно, начал строительство двух каналов и заработал огромную гору серебра, распродавая запасы по весне другим лордам. И все это благодаря твоим советам.

— Не благодари, — кивнул я. — Я рад, что у Кастфолдора и рода Зильбевер все хорошо.

— Но на самом деле, твои сеялки… — начал Фридрих. — Честно сказать, я приехал за ними. И за твоими мастерами-колесниками. Мне нужно обучить своих плотников, колесников, кузнецов, договориться с тобой о поставке древесины, у нас нет такой прямой сосны, как на севере. Это удивительные устройства.

— Ты их успел опробовать? — удивился я. — Когда?

Фридрих потянулся к кувшину и налил еще вина, сделал глоток.

— У меня есть пара орошаемых полей, барских полей. С помощью твоих телег я засеял озимые, и результат оказался выше всяких ожиданий. Знающие землеробы говорят, что урожай будет в полтора раза выше, чем обычно, даже с учетом того, что в прошлом году земля была пережжена засухой. Поэтому я и приехал лично — мне нужны твои сеялки на следующий год, и я готов платить не векселями, а полновесным серебром за обучение и материалы.

— Уже договорился о перепродаже на юг? — улыбнулся я.

Граф Зильбевер замер, словно я поймал его за руку, после чего рассмеялся.

— Я разузнал об этих сеялках все, что мог, сам понимаешь. И узнал, что ты пытался распространять их через цеховых мастеров, но пока безуспешно.

— Да, я надеялся на цеховые отчисления, — согласился я.

— Мастера Кастфолдора возьмутся за эту работу, — тут же сообщил граф Зильбевер. — А я прослежу, чтобы все было честно.

Каких же результатов добились работники Фридриха с моей сеялкой, что могущественный граф Зильбевер сейчас буквально мёд мне в уши лил, лишь бы я согласился на его условия? Очевидно, после истории с голодом и засухой Фридрих видел во мне если не визионера, то довольно прозорливого компаньона, и сейчас он стремился оседлать производство, которое еще не успело разойтись по всему Халдону. Снять первые сливки, как я это сделал с торговлей консервами в Патрино.

Причем и о моем интересе граф не забыл. Как я когда-то и планировал, мне предложили контракт на обучение людей и поставку местных материалов, под которые и проектировался изначальный механизм. Конечно, можно было бы подобрать более долговечные и удачные сорта древесины, но сосна была дешевой и простой в обработке, а сейчас время работало против нас. Год-два, максимум пять лет — и сеялки распространятся по всем углам континента.

— Это хорошее предложение, я дам ответ через пару дней, — уклончиво ответил я.

Фридрих согласно кивнул. В таких делах не нужна спешка, договоренность эта масштабная и затрагивает не только лично нас, но еще и цеховых обоих наделов, так что тут требуются подготовка и планирование.

А еще я не хотел говорить Фридриху, что с каждой минутой сидеть и беседовать с ним мне становилось все сложнее и сложнее. Раньше я бы даже не почувствовал этих нескольких глотков вина, сейчас же спиртное навалилось на меня, словно медведь на свою добычу. Совершенно неистово и беспощадно. Меня мутило, а голова резко стала чугунной, как при тяжелом похмелье.

Кое-как высидев еще с полчаса, я наконец-то смог оставить важного гостя в одиночестве, отдыхать. Вышел за дверь, остановился посреди коридора, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Кружилась голова, а ноги казались будто ватными. Этот день определенно меня вымотал.

Я подошел к нашим с Эрен покоям и устало толкнул хорошо знакомую дверь плечом.

— Как граф? — с порога спросила Эрен, а после подняла на меня глаза. — Всемогущий Алдир! Виктор! Что с тобой⁈

Я сначала не понял, почему моя жена резко побледнела, и только потом почувствовал что-то теплое на губах. Коснувшись лица и носа, я понял, откуда эта слабость и головокружение. Моя недавно отросшая борода и вся грудь были залиты ярко-алой кровью.