В самом Сердце Стужи. Том VII

Глава 7 Виктор

Следующие два дня превратились в сущий дурдом. Сначала я приказал аккуратно, не трогая лишний раз за рукояти, закинуть топоры в костер. То, что не заразились один раз не значит, что не заразимся в следующий. А сколько времени бактерии чумы могут прожить на древесине, я проверять не хотел.

После этого к нашему лагерю подвезли свежую одежду, новые палатки и припасы, а на другой стороне поля разбили еще один чумной лагерь, но уже для тех дружинников, которые заезжали в то самое село. В общей сложности под карантин попали уже десять человек, включая меня — это треть бойцов, доступных Херцкальту.

— Милорд! — выдохнул Арчибальд, глядя на меня прямо из седла. Я разрешил мужчине не скакать лишний раз туда-обратно, все же, ему стоит поберечь силы. — Вы же совершенно здоровы! Примите командование!

— Я буду командовать отсюда, — упрямо мотнул я головой. — Где Ларс?

— Я послал за младшим Морделом, к вечеру будет, — ответил мой помощник. — Но милорд, вы уверены, что соблюдать столь строгие меры необходимо? Если вы больны, то…

— То будет уже поздно, я позаражаю кучу народу, — жестко ответил я. — Пока у нас есть люди, которые точно не бывали в чумных поселениях, надо придерживаться существующей тактики. Ты передал мои приказы касательно фартуков, перчаток и повязок на лицо?

— Да, милорд, — кивнул Арчибальд. — И ваше послание по поводу спирта тоже было подготовлено для господина Фарнира, его зачитают ученому. Я послал его с тем же бойцом, что отправился за Ларсом.

— Хорошо, — кивнул я.

Хотелось спросить, как там Эрен, но я понимал, что моя жена просто еще не успела передать послание. Скорее всего, письмо привезет лично Ларс — тогда-то я и смогу узнать, как с ситуацией справляется моя супруга.

То, что чуму не удалось удержать на одном месте, и она стала расползаться по поселениям, было ожидаемо. Нет, я надеялся, что мои меры предосторожности уберегут надел, но если бы все было так просто, эта инфекция не выкосила бы половину Европы в свое время. Так что сейчас нужно пользоваться другим преимуществом — знаниями о том, как она передается от человека человеку или от животного человеку.

С последним было довольно просто — свести контакт с лошадьми, собаками и кошками к минимуму, а если животное было в зараженном районе, то оно там и оставалось на карантине, либо же шло под нож. Очень не хотелось терять боевых коней, так что пока лошади, стреноженные, свободно паслись недалеко от наших чумных лагерей, а уход за ними мы вели самостоятельно, благо, стараниями Арчибальда недостатка в чистой воде у нас сейчас не было.

Я понимал, что слишком сильно окапываться в лагере и засиживаться тут тоже не стоит. Еще три-четыре дня и надо будет возвращаться в свет, если ни у кого из моего отряда не проявится тревожных симптомов. И пока все шло довольно-таки гладко.

Когда прибыл Ларс, выглядел мой бывший заместитель неважно. Молодой мужчина скакал без отдыха весь путь от Херцкальта — это было видно и по взмыленному коню, и по пыльной одежде самого примака Морделов.

Не дожидаясь моих приказов, Ларс выпрыгнул из седла и застыл примерно в двадцати метрах, на утоптанном пятачке, который остался после визитов Арчибальда.

— Командир! — прокричал молодой купец, запуская руку под плащ. — Я привез…

На свет появился футляр для писем.

— Бросай! — крикнул я. — Поймаю!

Ларс, видимо успевший переговорить с Арчи, отвел руку и плавно, снизу вверх, перебросил через разделяющее нас пространство послание от моей супруги. Когда я поймал футляр, внутри стукнуло несколько камней, и я окончательно убедился, что Ларс прибыл подготовленный и знал, что футляр нужно будет бросить.

— Что мне передать миледи? — спросил купец.

— Ты с кем-то говорил или приближался? — спросил я.

— Только с Арчибальдом, но мы стояли точно так же, как и с вами сейчас, милорд, — прокричал в ответ Ларс.

Я на секунду замер, раздумывая.

— Когда прибудешь в город, прикажи подготовить бадью с горячей водой и мылом, сбрось всю одежду, хорошенько вымойся и протрись спиртом, после этого, в чистых вещах, через три дня сможешь войти внутрь стен.

— Так долго? — удивился Ларс.

— Еще один вопрос и будешь ждать неделю, — ответил я. — И проверь, чтобы на коже не было укусов блох или чего еще. Они тоже переносят заразу, если я правильно помню.

— Блохи? — удивился примак Морделов. — Может, клещи? Я знаю, что некоторые клещи ядовиты и потом…

— Нет, — покачал я головой. — Именно блохи.

— Будут еще распоряжения?

— Переговори со старшим Морделом, но тоже аккуратно, — предложил я. — Пусть ваша семья оплатит изготовление фартуков. Я дал подробное описание Арчибальду, он расскажет тебе. И броня, которую я заказал для ополченцев, ее тоже можно пустить на фартуки, если кожи будет не хватать…

— Сколько? — задал короткий вопрос Ларс.

И вот тут я увидел различие между своим старым заместителем и бойцом, и новым Ларсом-купцом. Четкость, с которой был задан вопрос. Раньше он так не делал, хоть и всегда понимал меня с полуслова.

— Четыре дюжины. Лучше больше, до сотни, — ответил я. — Пусть будут на смену для дружинников и работников, запас карман не тянет. А потом, если все будет хорошо, разберем да сделаем броню…

— Понял вас, милорд, будет сделано.

Ларс по старой привычке ударил кулаком в грудь и склонил голову, я только же в ответ поднял руку и махнул ему, мол, хватит кланяться, езжай работать.

Сам же чувствовал, как футляр с письмом только что не жжет мне пальцы.

Впрочем, внутри меня ждало почти что разочарование.

Послание от Эрен было совершенно сухим и деловым, буквально будничным. Жена интересовалась, когда я вернусь в Херцкальт, стоит ли ей что-либо подготовить к моему возвращению и что послужило причиной моего исчезновения.

Именно в таком порядке, словно то, что я на несколько суток исчез на границе своего надела, было само собой разумеющимся событием. На секунду я даже засомневался — а Эрен ли написала это? Но почерк был ее, а пожелай моя жена передать мне знак, то выкинула бы какой-нибудь фортель. Например, допустила грубую орфографическую ошибку, что было бы для нее совершенно нетипично. И что малограмотные Ларс и Арчибальд просто не заметили бы.

Впрочем, разгадка этой тайны вскрылась уже на следующий день, когда я увидел Эрен в седле на границе чумного лагеря.

Сначала мне и вовсе показалось, что меня все же догнала инфекция и все это — просто бредовая галлюцинация, вызванная жаром, но моя жена, сидящая полубоком, по-женски, в седле смирной серенькой кобылы никуда не девалась, сколько бы я не тер глаза. И только когда Грегор заметил, что мне стоило бы подойти к баронессе, ведь она ждет уже минут пять, я окончательно признал реальность происходящего.

Отчего мне стало совсем невесело.

— Ты совсем сума сошла! — прошипел я так, чтобы нас не расслышали бойцы, но получилось все равно слишком громко. Между нами были уже привычные по общению с Арчи и Ларсом двадцать метров.

— Весь город на ушах стоит! — выпалила Эрен, изо всех сил стараясь сдерживаться и оставаться на месте. — Что я должна была делать?

— Сидеть в Херцкальте! — заявил я.

— Мор начался раньше срока? — спросила моя жена. — Это брюшная хворь?

— Арчибальд должен был тебе все передать.

— Он и передал, но таковой болезни я никогда не встречала, а господин Фарнир говорит, что эпидемии черного мора случаются на восточном континенте, но на юге. Но точно не у нас, в Халдоне, — ответила моя жена. — Виктор!

Я мог понять ее тревоги. Мог понять и поведение, что привело Эрен сюда, на границу надела. Но как же не вовремя! Ведь если следовать моим же правилам, она должна оставаться в карантине еще неделю, прежде чем сможет вернуться в город.

— Ты с кем-нибудь контактировала? — спросил я. — Да неважно, ты приехала на зараженные территории…

— Виктор! — опять воскликнула моя жена. — Ты ведешь себя безответственно! Очнись!

— В чем я безответственен по-твоему⁈ — не выдержал я, срываясь на крик.

Паника. Глухая, давящая паника, которая постепенно копилась в моей груди. Чувство беспомощности, которое, казалось, я оставил в другом мире. Вот что вызывала у меня чума. Я был против нее совершенно бессилен и это пугало, парализовало волю, делало из меня параноика.

— Арчибальд сообщил, что те, кто заболели в соседнем селе, слегли уже на второй или третий день! — продолжила Эрен, сверкая на меня своим взглядом. О да, моя жена была определенно зла. — А ты уже сидишь тут почти неделю, когда надел нуждается в своем лорде! Скажи, у тебя есть жар? Бросает в пот?

— Нет, — я отвел глаза, чтобы не смотреть на жену, которая меня сейчас по факту вычитывала.

— А у твоих сопровождающих? У Грегора? — продолжала сыпать вопросами Эрен. — Или у коней пошла пена изо рта? Они беспокойные?

— Ничего этого нет, — опять ответил я.

— Тогда почему ты так себя ведешь? — спросила Эрен. — Почему не возвращаешься в Херцкальт?

Ответа на этот вопрос у меня не было, но слова жены запустили в моей голове цепочку рассуждений, подняли воспоминания и мысли, которых я старался всеми силами до этого избегать.

И в самом деле, почему? Отчего я стал так остро реагировать на проблемы, конкретно эту эпидемию? По всему Халдону время от времени прокатывались волны тифа и туберкулеза — инфекций не менее страшных, а при этом еще более коварных, чем бубонная чума. Но почему-то я не стал бросать все силы на борьбу с этой заразой. Да, под моим руководством в Херцкальте привели в порядок отхожие места, регулярно чистили и проверяли колодцы, а я следил за тем, чтобы заболевшие получали должный уход. Петер немало помогал мне в этом деле — через жреца Алдира я донес до жителей опасность обезвоживания, а также вел работу по предотвращению болезней. Люди стали использовать больше мыла, которое в Херцкальте было почти всё привозным, так как у нас не было собственных мыловаров, и с моей подачи продавалось буквально за копейки. Люди начали кипятить больше воды, потому что, опять же, я не стал жестко ограничивать заготовку дров и поощрял работу углежогов — когда в большие ямы закладывалась древесина, и способом закрытого горения делался древесный уголь для очагов и каминов.

Я понимал, что не смогу заставить полтысячи взрослых людей жить по моим стандартам, но по чуть-чуть, потихонечку я выводил Херцкальт на качественно новый уровень в плане санитарных норм и профилактики опасных заболеваний. Нет, мой надел не стал райским уголком, где все дети доживают до половозрелости, а роженицы не сгорают в пламени послеродовой лихорадки. Но такие случаи стали если не единичными, то их частотность заметно уменьшилась. Просто потому что я дернул в нужных местах за нужные ниточки. Тут поговорил с Петером, здесь — подбросил пару серебряных монет на закупку мыла, а там — просто не стал облагать работящих людей дополнительными поборами, позволяя заготавливать столько топлива, сколько они посчитают нужным. И это точечное воздействие приносило свои плоды. Лучше позволить системе развиваться самостоятельно. Где-то хаотично, где-то не слишком удачно но, в конечном счете — максимально адаптивно и эффективно. Командные методы хороши на малых числах, например, в масштабах моей дружины. Но я не мог увязать вместе работу сразу нескольких цехов и одновременно влезть в быт каждой семьи без огромных финансовых вложений и напряжения административных ресурсов. Да и не хотел я этого делать — ходить строем, чеканя шаг, не лучший путь, и уж точно не самый подходящий метод для работы с такими свободолюбивыми людьми, как херцкальтские мастера и горожане. Не говоря уже об общинниках и крестьянах, которые на все новое смотрели с огромным подозрением.

Пока я пытался хоть что-то придумать для ответа жене, Эрен стала действовать. Баронесса спустилась с коня и медленно пошла в мою сторону, а я смотрел на нее, словно зачарованный. Будь на ее месте Арчи, Ларс или любой другой человек, я бы уже орал во всю глотку, чтобы они остановились, а на Эрен я мог только смотреть.

В итоге жена подошла ко мне вплотную и без затей взяла за руку.

От ее прикосновения я вздрогнул, ведь в последние дни я не подпускал к себе даже Грегора.

— Выглядишь как побитая собака, — покачала головой супруга, внимательно разглядывая мое лицо. — Ты хотя бы спал эти дни?

— Спал, — ответил я, опуская голову. Словно появилось ощущение, что меня отчитывают старшие.

— То, что ты запретил деревенским заходить в город и другие поселения, наказал сидеть по домам, это верное решение, — продолжила Эрен, держа меня за руку. — Ведь горожане не могут прожить взаперти, им хотя бы надо выходить столоваться или за хлебом. Но и неделя слишком большой срок.

— Фарнир сталкивался с этой болезнью? — серьезно спросил я.

Эрен не ответила — только поджала губы и уверенно кивнула. Было заметно, что она тоже нервничает.

— Ты знаешь, что я не верю этому проходимцу, — тихо продолжила она. — Но, даже не читая твоих посланий, по одним лишь словам о черных язвах, он очень точно описал все, о чем ты сообщал через Арчибальда. И про симптомы, и про смертность, и про способы борьбы. Единственное, с чем он был не согласен, это сроки заражения. Симптомы появляются намного раньше, в чем мы убедились по соседнему селу. Там заболели уже шесть человек, и все слегли буквально на следующий день.

— Мы намного крепче крестьян, наши тела могут сопротивляться дольше, — попытался я защитить свою позицию, но нарвался только на стальной взгляд моей жены.

— Ты уже и так потерял здесь слишком много времени, — уже почти ласково продолжила Эрен. — Виктор, надо возвращаться в город. Люди напуганы. Передвигаться по наделу запретили, ворота закрыли, барон пропал. Никто ничего не понимает. Тебе нужно срочно вернуться домой.

Слова Эрен ложились на мой воспаленный, тревожный разум, исцеляющим покрывалом. Согревали, успокаивали, давали силы думать не так, словно я загнанная в колесо белка, а как разумный человек. И чем дольше вкрадчиво беседовала со мной Эрен, тем лучше я понимал — она вырвала меня из когтей затяжной паники.

Внешне я никак не проявлял беспокойства, вроде бы был собран и разумен, но решения принимал крайне паршивые. Слабость моей позиции заключалась в том, что я действовал реактивно, словно одноклеточное — только реагировал на сиюминутные раздражители, имел горизонт планирования в сутки. Мое ООО «Херцкальт» требовало стратегического планирования, полноценного видения развития на годы вперед. Я же сейчас действовал, как самый бездарный из всех возможных управленцев — затыкал текущие дыры, игнорируя проблемы, которые подобные действия могут породить в будущем. Сорвался в петлю сиюминутных решений, думал на день вперед, вместо квартала или сезона, как должен думать лорд.

Управление землями — это бизнес, который мы с Эрен вели вместе. Это детище, которое требует взвешенных решений на среднюю и длинную дистанцию.

Раньше у меня хватило воли не влезать в жизнь простых людей и не ломать их быт об колено. Я не стал заставлять крестьян и мастеровых ходить строем, не начал воздвигать коллективные хозяйства, не стал даже рушить крайне неудобную для меня крестьянскую общину. Потому что в долгосрочной перспективе это приведет только к проблемам, а в краткосрочной — требовало огромного напряжения сил и ресурсов.

Так почему же я зациклился на неподходящих решениях сейчас?

Почему вообразил, что должен действовать исключительно наверняка?

Как любил говаривать мой мастер на стройке, стопроцентную гарантию дают только в морге, да и то иногда ошибаются. А тут, что я мог гарантировать? В первые сутки я все сделал правильно, но вместо того, чтобы играть в сломанный телефон, я уже со вчерашнего утра должен был сидеть в своем замке и планировать эту крайне непростую зиму. Логистика, поставки, контроль маршрутов и территорий. Дополнительные расходы на средства индивидуальной защиты и профилактику. Чума не приговор, я же как-то прожил четыре года рядом с тифом и неизвестно какими инфекциями. Так что меняет чума, кроме процента смертности, тем более, если она бактериальной, а не вирусной природы?

— Я прикажу парням собираться, — тихо проговорил я. — А ты пока подожди меня вместе с Арчи. Хотя…

— Знаю, знаю. Не подходить к ним, они были в зараженном селе, — пробубнела Эрен. — Тебе надо скорее возвращаться в замок, господин Фарнир сказал, что без твоей поддержки он не сможет собрать перегонное устройство достаточного размера, чтобы обеспечить надел спиртом. И ему понадобится брага.

— Да, понимаю, — кивнул я, отпуская пальцы Эрен.

Жена еще раз посмотрела мне в глаза, только на этот раз этот взгляд был наполнен теплотой. Обычно я вытаскивал Эрен из подобных состояний, особенно в самом начале нашего пути, и сейчас я был благодарен ей за то, что она проявила своеволие и прискакала сюда. Чтобы дать мне отрезвляющую оплеуху.

Баронесса Гросс была совершенно права. Наделу требовался его лорд, а значит, пора заканчивать с карантином и возвращаться под стены Херцкальта. Там я потеряю еще сутки, пока буду сидеть в карантине, но лучше так, чем остаться еще на три дня здесь.

Впереди меня ждало много работы.