Книжная деревушка в Шотландии. Весна перемен

Глава 43. Шона

— Боюсь, это не галлюцинации. — Нейт перекинул руку через двадцатисантиметровое оргстекло, отделявшее конкурсные работы от посетителей, и коснулся таблички. — К сожалению, она настоящая.

— Сейчас же отойдите! — К ним подбежала женщина — одна из организаторов ярмарки. Ее темные волосы до плеч были собраны в тугой хвост, а очки в красной оправе сидели на переносице так низко, что она напоминала землеройку. — Трогать конкурсные работы запрещено. Если я еще раз застану вас за этим занятием, боюсь, мне придется попросить вас покинуть зал.

— Я вообще не трогал торт, только табличку, — возразил Нейт. — К тому же это торт моей девушки. Не знаете, почему его дисквалифицировали?

— Нет, вам придется уточнить у жюри. Но не могу гарантировать, что у кого-то из них найдется время до церемонии награждения, — дерзко ответила сотрудница.

Нейт огляделся:

— Женщина с черно-белыми волосами стоит перед сценой. Давай спросим у нее. Может, они просто забыли убрать табличку.

— Но они убрали ее после того, как я все объяснила! — Шона чуть не расплакалась. Какое правило конкурса она нарушила в этот раз?

Если раньше Мэри-Энн Хейзлвуд выделялась из толпы своими выкрашенными в черно-белый цвет волосами, то теперь она выглядела еще более экзотично в длинной красной шубе из искусственного меха. Она болтала с хостесс, и, когда увидела приближающихся Нейта и Шону, ее лицо, только что такое веселое, стало совершенно несчастным.

— Вы видели табличку?

Шона кивнула.

— Мне очень жаль. Я говорила вам, как мне понравился ваш торт, и уже представляла, как буду составлять с вами книгу рецептов. Но не следовало выкладывать фото торта в «Инстаграм»^◊. В правилах прямо указано, что конкурсные работы не должны появляться нигде в интернете, и из-за того, что нас тегнули, публикация не прошла незамеченной.

— Ты запостила торт? — спросил Нейт.

— Нет! Я вообще не пользуюсь «Инстаграмом»^◊. — Аккаунтом ее кафе занималась… Айла.

Мэри-Энн уже достала телефон.

— Вот, — сказала она. — Никто бы ничего не увидел, но тот, кто ведет вашу страницу, сделал отметку аккаунта ярмарки. — Она показала Шоне фотографию торта.

«А теперь держим кулачки! — написала Айла под фотографией. — Это произведение искусства сейчас находится в Эдинбурге, на @bake_a_cake, и участвует в конкурсе на тему „Там, где живет любовь“. Вперед, вперед, вперед! А какая тема вдохновила бы вас на участие в конкурсе тортов?»

— Вот зараза! — выругался Нейт, заглядывая через плечо Шоны.

Да, иначе и не скажешь. Шона была готова убить Айлу! Она не помнила, чтобы когда-нибудь так сильно злилась. Не только на Айлу и ее желание делиться всем в соцсетях, но и на себя. Она ведь знала, какая Айла! Почему же не сказала ей, что нельзя публиковать фото торта до объявления победителя?

— Полагаю, на церемонию награждения ты оставаться не хочешь? — сказал Нейт.

Шона покачала головой. Она была совершенно разбита.

Да, с самого начала покупка коттеджа «Бэйвью» была безумной идеей. У нее просто нет денег. Даже если бы она выиграла конкурс и смогла внести первоначальный взнос, ей пришлось бы копить на ремонт. Но она так любила этот коттедж! Как было бы здорово жить там и каждый день наслаждаться этим невероятным видом. И как было бы здорово, если бы многочисленные воспоминания, связанные с ним, продолжали там обитать! Теперь ей придется сказать Сильви и Айви, что покупка дома отменяется.

Шона зажмурилась, чтобы сдержать слезы.

Она почувствовала руку Нейта на своей руке и открыла глаза.

— Мое предложение в силе. Я могу одолжить тебе оставшуюся сумму, — произнес Нейт. — Не сейчас, а когда закончу книгу. Тогда получу вторую половину аванса, и…

Шона покачала головой:

— На возврат долга уйдет целая вечность, а потом еще и предстоит капитальный ремонт. Папа сказал, что крыша долго не продержится. — По крайней мере, отец будет очень рад, что она останется жить с ним…

Вернувшись в Суинтон, Шона сразу же поехала к Грэму и Вики, чтобы забрать Бонни, а затем к отцу.

— Хочешь вернуться в Милл-хаус? — Пол нахмурил кустистые брови.

Ладно, его радость оказалась не такой бурной, как думала Шона.

— Да. Если ты не против.

— С чего мне быть против? — проворчал он. — Я просто спрашиваю. Тебе стало слишком одиноко там, на холмах?

— Нет, но я не буду покупать коттедж «Бэйвью».

Папа поднял брови:

— Сегодня первое апреля?

Шона покачала головой:

— Оно уже прошло, и это не шутка!

— Почему такая внезапная перемена? Я думал, сделка уже заключена и осталось только подписать договор.

— Случилось то, чего я не ожидала.

— И что же? — нетерпеливо спросил он. — Не заставляй меня вытягивать из тебя каждое слово!

Шона на мгновение закрыла глаза. Как же неловко! Поставить мечту о коттедже в зависимость от победы в конкурсе кондитеров, а потом вести себя перед всем миром так, будто покупка — всего лишь формальность. Папа назвал бы ее сумасшедшей! Безумной и наивной! Обычно она такой не была. Но коттедж «Бэйвью»… От мысли о том, что теперь он потерян для нее навсегда, снова подступили слезы. Бонни Белль, которая лежала в ногах у хозяйки, желая удостовериться, что та снова не уйдет и не оставит ее одну, встала, положила голову на колени Шоны и посмотрела на нее своими большими карими глазами.

— О боже! — Папа неловко похлопал Шону по плечу. — Что случилось?

— Я была так близка, — всхлипнула она.

А затем все ему рассказала.

— Этот проклятый интернет! Я так и знал, что однажды он нас погубит, — пожаловался папа, когда она закончила. Его лоб был испещрен глубокими морщинами, глаза полны жалости. — Я мог бы тебе… — предложил он. — У меня есть кое-какая заначка.

— Ни в коем случае! — Как и в недавнем разговоре с Нейтом, Шона энергично покачала головой. — Ты только что отремонтировал половину дома. К тому же было бы неправильно занимать деньги. Прежде всего потому, что я не знаю, когда смогу их вернуть. Если буду покупать дом, хочу профинансировать все сама.

— Сама! Ты знаешь, что это было одно из твоих первых слов? Твой брат, наоборот, сказал «помоги». — Пол расхохотался, и Шона тоже улыбнулась. Так похоже на Грэма. И на нее! И хотя она понимала, что принимать помощь необязательно значит показывать слабость, но когда дело касалось покупки дома, ей этого не хотелось. Даже если это означало, что она разочарует Сильви и Айви, а в коттедж «Бэйвью» — или в дом, который будет стоять на его месте, — вскоре переедут чужие люди. Шона шмыгнула носом.

— Ах, малышка! — Папа обнял ее и на мгновение прижал к себе. — Когда думаешь, что все пропало, откуда ни возьмись пробьется лучик света, вот увидишь. И когда одна дверь закрывается, открывается другая. Эта жизненная мудрость всегда верна. Ну, почти всегда. — Он криво улыбнулся.

— Тогда я подожду и посмотрю, какие чудеса преподнесет мне вселенная.

Тихий звуковой сигнал ее мобильного телефона возвестил о входящем письме. Она включила уведомления, когда с нетерпением ждала каждое новое сообщение от Курта — он же Нейт, — и совершенно забыла их отключить.

Шона взглянула на экран и застонала.

— Что такое? — спросил папа. — Еще плохие новости?

— Нет-нет, просто письмо от крайне назойливого человека. — Шона закатила глаза. Снова послание от редактора. От женщины, которая писала ей несколько дней назад, потому что отчаянно хотела превратить письма из ее блога в книгу! Только этого еще не хватало! Разве у издателей нет выходных?

У Шоны чесались руки просто удалить письмо, даже не читая. Прежде она уже ответила этой женщине, что совершенно не готова раскрывать свой псевдоним и публиковать избранные письма из блога в книге. Но после того как они с отцом попрощались, любопытство взяло верх, и Шона открыла сообщение. Ей захотелось узнать, какие убедительные аргументы приведет редактор на этот раз. В прошлый раз она подчеркнула, что письма уже подарили многим читателям мужество, поддержку и утешение, а так про них узнает еще больше людей.

На этот раз она пошла еще дальше.

Поскольку наше издательство никак не может расстаться с этой идеей и вы, к сожалению, пока не решились обсудить проект лично, в этом письме мы хотели бы сделать вам конкретное предложение. Мы уверены, что эта книга станет прекрасным подарочным изданием, которое можно будет найти на витринах магазинов, и хотели бы сделать ее фокусным проектом в зимнем ассортименте этого года. Мы также предлагаем вам гарантированный гонорар в размере десяти тысяч фунтов стерлингов…

Шона понятия не имела, что такое фокусный проект. Но от Нейта она узнала, что такое гарантированный гонорар: аванс, который не придется возвращать, даже если книга продастся не так хорошо, как рассчитывал издатель. А еще она знала, что первая половина этой суммы выплачивается сразу после подписания контракта. Пять тысяч фунтов! Шона втянула воздух. Это даже больше, чем она выиграла бы в конкурсе кондитеров, а осенью заплатят еще пять тысяч! Шона зажала рот ладонью, чтобы не закричать. Это предложение… Неужели оно тот самый лучик света, о котором говорил папа? Дверь, которая открывается после того, как закрывается другая? Ее шанс все-таки купить коттедж «Бэйвью». И даже отложить деньги на первый этап ремонта.

Бонни ткнулась мордой в колено Шоны. Она будто спрашивала: «Мы можем идти дальше?» Но Шона стояла на месте. Конечно, ей придется раскрыть свой псевдоним, и все узнают, что самое первое письмо в этом блоге — ее послание Альфи! Издатель наверняка захочет его опубликовать. Но разве это так уж плохо?

Шона на мгновение задумалась и решила, что нет. По крайней мере, уже нет.

Зазвонил телефон. Это был Нейт.

— Ты благополучно добралась до дома? — спросил он.

— Да. Доехала без проблем и даже была у папы. — Стоит ли сказать ему сейчас, что у нее все-таки есть шанс купить коттедж? Нет, лучше сделать это лично.

— Увидимся вечером? Или завтра утром? Я… я хотел бы тебе кое-что показать. — Голос Нейта звучал нервно.

Книгу, которую он сейчас пишет? Тогда этот день действительно войдет в историю как день удивительных и хороших новостей!

— Можно приехать прямо сейчас? Потому что мне тоже есть что тебе рассказать. — Представив, какое лицо сделает Нейт, когда услышит о предложении редактора, Шона почувствовала, как ее губы расплываются в широкой счастливой улыбке.

Дверь коттеджа «Бэйвью» была не заперта, поэтому Шона просто вошла в дом. Как и раньше, когда здесь еще жили Сильви и Айви.

— Нейт! — крикнула она в прихожей. — Нейт!

Но он не ответил. Странно! Он ведь знал, что она придет.

Шона пошла на кухню посмотреть, не сидит ли он за столом в наушниках, стремительно допечатывая несколько предложений. Там, как всегда, стоял ноутбук, но он был закрыт. Сверху лежала стопка распечатанных листов. Это его нынешняя рукопись? Сгорая от любопытства, Шона подошла к столу.

Но это была лишь рукопись его первой книги.

В центре листа формата А4 большими буквами жирным шрифтом было написано: «Соло». А ниже, гораздо мельче: «Альфи Бирнс. Эта история для Шоны».

Какого черта?..

— Теперь ты знаешь. — Нейт прислонился к дверному косяку.