Звезды, пламя и сталь. Книга 4

Глава 3

Девуля провела нас через главный зал, где чинно обедали какие-то люди. Ну, или ужинали — день-то, как таковой, уже закончился, и свежеющий воздух намекал на то, что скоро и ночь наступит…

Люди эти, в большинстве своём, были одеты модно и дорого. И, что интересно, когда наша группа появилась в зале, на нас смотрели чуть ли не брезгливо. Особенно дамы, которые обычно придают гораздо большее значение внешности, нежели мужчины. Так вот, сначала они морщили носики и всячески выражали своё пренебрежение.

Но в какой-то момент всё изменилось — меня узнали. Зашушукались, начали рассматривать, хорошо хоть пальцами не тыкали…

Надо сказать, что большинство из здешних богатеев так и не распрощалось со своими старыми привычками и зачастую вели себя, как привыкли… То есть как попало. Далеко не каждый пират считает нужным изучать этикет, да…

А внимание почтеннейшей публики можно было, наверное объяснить тем, что я только что отличился, грохнув местного чемпиона.

Да, тот числился далеко не на первых позициях, но всё-таки являлся фигурой достаточно заметной.

А тут — на тебе… Но, как бы не волновался народ, а занимать место на арене, до сего дня принадлежавшее этому хмырю, я и вовсе не планировал.

Мне совсем не улыбалось день через день драться насмерть за то, чтобы обеспечить себе кусок хлеба с маслом… И закончить свою жизнь так же, как он, плавая в луже собственной крови. У нас другой путь…

И пока я меланхолично размышлял о бренности человеческой жизни и тех извилистых тропках, которые нас ведут по жизни, очаровашка, которая представилась Лиссой привела нас в кабинет.

Да, ребята успели заказать кабинет и обговорить меню, пока я рисковал своей жизнью и нещадно потел на арене под вечерними лучами Латоти и взглядами кровожадных зрителей. Парни просто безоговорочно в меня верили — иначе это не объяснить, да…

Но вот мы расселись, и, пока официанты не начали таскать сюда еду, я кивнул Тихому. А тот сноровисто разлил по высоким бокалам лёгкое игристое вино и выжидательно посмотрел на меня.

Я постучал вилкой о край бокала, чтобы привлечь внимание соратников:

— Друзья! — сказал я с улыбкой, — если вы думаете, что мы приехали сюда только за тем, чтобы набить брюхо деликатесами, то вы ошибаетесь, — увидев на лицах товарищей лёгкое недоумение, я пояснил, — брюхо, конечно, набивать никому не возбраняется, но основная наша цель сегодня, это наметить и спланировать мероприятия, которые мы будем проводить в будущем для достижения наших целей. И главное, нам надо определить эти самые цели, к которым мы будем стремиться. — ага, беззаботность ушла из глаз присутствующих, задумались… — вот за это и выпьем! — этим предложением я закончил свою непривычно длинную фразу.

Как только мы опрокинули бокалы, дверь открылась и несколько девчонок, одетых так же нескромно, как и давешняя Лисса, начали заносить блюда с салатами, нарезками и прочими закусками…

И на некоторое время способность мыслить разумно была нами утеряна, так как вся кровь в наших организмах отлила от головы и прилила к желудкам… А глядя на Дрища, я невольно задался вопросом, куда она у него прилила… Уж очень он на этих официанток поглядывал плотоядно. И Чиж, кстати тоже. Нет-нет, да и вопьётся взглядом в… Ну, вы поняли.

Так или иначе, но пока разговаривать мы не пытались. Слишком много было на столе вкусного, и попробовать хотелось всё. Хоть умом я и понимал, что это физически невозможно — уж очень много парни заказали на радостях.

— Итак, все набили брюшко? — народ, услышав этот мой вопрос утвердительно замычал. Говорить членораздельно, очевидно, было просто лениво.

Обед, как таковой, закончился. Ведь всё хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и наши животы оказались переполнены, и есть мы больше не могли. Хотя, надо сказать, что некоторые блюда выглядели так, словно призывали себя отведать даже через «не могу».

И теперь мы сидели, переваривали, и осоловело смотрели на то, как девчонки уносят грязную посуду, и одновременно тащат сюда чашки с кофе, мороженки, печеньки… В общем, тащат всё то, что не даст нам заскучать даже во время скучных деловых бесед.

Кстати, и Чиж и Дрищ перестали бросать сальные взгляды на прелести официанток, так как хорошенько обожрались, и кровь в их организмах всё-таки была вынуждена прилить к тому органу, где она была всё-таки нужнее, то есть к желудкам.

Но вот стол был сервирован, посторонние нас оставили и можно было начинать серьёзный разговор.

Я решил мыслесвязь не использовать, ибо мы все, особенно я, пребывали в состоянии полного расслабона. А общение по этим каналам требовало всё-таки хоть какой-то концентрации, которая никак с расслабоном нашим не сочеталась.

Поэтому я просто глянул на Тихого, который, в стандартных ситуациях, уже стал понимать меня вообще без слов.

Поймав мой взгляд, Тихий кивнул и извлёк из кармана небольшую коробочку. Он покрутил её перед глазами и нажал какой-то сенсор. На коробочке заморгал янтарный огонёк. Увидев, что девайс запустился, Тихий сыто вздохнул и положил коробочку рядом с собой.

Теперь подслушать нас было практически невозможно. Глушилка у нас была не простая, а восьмого поколения. Стоила она совершенно конских денег. Но, следует признать — она каждый вложенный в её покупку кредит отрабатывала.

— Итак, начнём, — я поёрзал в кресле и пододвинул к себе ближайшую мороженку. — и начнём мы с вопроса. Важного вопроса, без ответа на который мы не сможем добиться успеха. Ибо не будем понимать, в чём он, этот самый успех будет для нас заключаться… В общем, скажите мне, чего каждый из вас хочет добиться. Ради чего он будет вкалывать, терпеть трудности, лишения и прочие невзгоды… Чего ради?

— Ну, что ты так, — на меня посмотрел расстроенный Чиж, — только, можно сказать, начали жить как люди… Вот сейчас, например, очень хорошо покушали. — сказал он, потирая живот, — а ты опять про лишения и трудности… Разве нельзя жить так, чтобы не сильно надрываться? Того, что мы нашли на том планетоиде нам, я так думаю, хватит до конца жизни, если не сильно в крутизне раскрываться… — и вопросительно на меня посмотрел.

Его логику я понимал. Но это ему так казалось, что схема жизнеспособна. А на самом деле…

— У кого ещё мысли есть какие?

— А я бы ЧВК создал, — мечтательным голосом сказал Гвидо, откинувшись в кресле и прикрыв глаза.

Не иначе, как представлял сейчас, как он лихо берёт на абордаж чьё-нибудь корыто, гружёное всякими ништяками.

— Ага, хмыкнул я, — и грабить корованы… — мысль, если честно, здравая. Но если только этим заниматься, то это будет тупик… Да и ресурсов для этого будет надо «мама, не горюй». И, что самое обидное, рано или поздно найдётся кто-то, кто просто окажется сильнее… И на этом наша история закончится.

— А если… — это Дрищ решил принять участие в разговоре, — а если просто заняться доставкой? Ну, как это модно сейчас говорить, создать логистическую компанию?

Я глянул на Тихого, который, кстати, выступать не рвался. И, как обычно, помалкивал и мотал на ус. Поймав мой взгляд, он едва заметно покачал головой, показывая. что говорить не расположен — лучше меня послушает.

— Значит так, — я оглядел парней, — я думаю, что не жили хорошо, так нехрен и привыкать.

Эта фраза, естественно, вызвала возмущение в массах. Но я тут же пояснил свою позицию:

— Мы слабы. То есть, мы можем решать какие-то задачи, как боевая пятёрка. Но задачи, рассчитанные на более мощное подразделение нам уже не по зубам.

— А драться обязательно? — спросил расстроенный Чиж, чем заработал осуждающий взгляд со стороны Гвидо.

— А по другому не получится, — я покачал головой и посмотрел в глаза Артёма, — вот скажи мне, ты действительно считаешь, что арварцы, которые сейчас до нас докопались, просто так отдадут нам проигранный фрегат, и пойдут в уголок плакать?

Тихий с Дрищём переглянулись, улыбаясь, а Гвидо не скрываясь гыгыкнул. Чиж смешался и затих.

Обидно, конечно, получилось, но он сам эту ситуацию создал. Не стоит игнорировать очевидные угрозы.

— Ну чего ты сразу… — расстроился наш ранимый Чиж.

— Не бери в голову, — улыбнулся я, — я не ставил целью тебя задеть, — тут я оглядел всю нашу честную компанию, — и вообще не хотел никого задевать… А эти вопросы я задал для того, чтобы посмотреть, как вы видите наше будущее. Не завтрашний день. А будущее более отдалённое… Перспективу, так сказать. И пришёл к выводу, что вы видите его очень упрощённо и примитивно.

— Вот ты всё усложняешь, — хмыкнул Гвидо, — нам нужна сила? Так я про это и говорил… Хорошая ЧВК вполне сможет и за себя постоять, и денег заработать. В нашем мире постоянно кто-то с кем-то выясняет отношения — и на этом можно бабла хорошо поднять…

Ага, — улыбнулся я, — а ты представляешь, какие ресурсы нужны для поддержания боеспособности хотя бы пехотной роты? Заметь, я не говорю о роте спецов нашего с вами уровня. Я сейчас говорю о простых парнях, которые молча тянут свою лямку в те же Планетарных Силах…

— Я как-то об этом не задумывался, — смутился Гвидо.

— А я тебе скажу, что годовое содержание простого служаки Планетарных Сил обходится Империи от ста тысяч до полутора сотен тысяч кредитов. Это если на круг. С вещёвкой, питанием, расходниками и вооружением и всеми прочими затратами…

— Ахринеть… — выдохнув это, Гвидо отвалился на спинку кресла и задумчиво уставился в потолок, забавно шевеля губами.

— Так что у нас пока денег хватит только на содержание усиленного взвода… Рыл пятьдесят, не больше. Это, конечно, с учётом того, что и нам самим что-то кушать надо будет… А у нас ещё прочие проекты есть, и они тоже денег требуют для своего развития. А ты говоришь, ЧВК… Хотя, жизнь заставит нас и в эти вопросы окунуться, — Гвидо посмотрел на меня, явно не понимая, что я хочу сказать, — но позже.

— Единственное, что я понял, так это то, что та жизнь, которую мы распробовали, спустившись на планету, вам по вкусу. Так?

Одобрительное мычание товарищей подтвердило мою правоту.

— Тогда пойдём от простого к сложному, — я понял, что для того, чтобы избежать ненужных вопросов, нужно говорить как можно проще, — Главное — мы хотим жить, ни в чём себе не отказывая.

Посмотрев на парней, я прочёл в их взглядах немой вопрос. Я, типа, говорю банальности, которые понятны даже ребёнку. А откровения где?

— Едем дальше. Для того, чтобы так жить нам нужны деньги. Много денег. С этим спорить, я думаю, не будет никто? — вопрос был, как вы понимаете, риторическим. — и вот тут возникают первые трудности. Деньги надо заработать.

Я сделал паузу, как бы предлагая желающим взять слово. Но ребята продолжали хранить молчание и ждали, что я ещё скажу.

— И мало эти самые деньги заработать в достаточном количестве. Их надо ещё и сохранить.

— Ну да, — это Тихий впервые взял слово, — сейчас мы с этими трудностями и столкнулись. Эти чёрные ребята настойчиво пытаются с нас хоть чего-нибудь, да слупить…

— Но пока они только платят, — хмыкнул Гвидо.

— Нам просто пока везёт, — не согласился с ним Тихий. — и ты упускаешь ещё один очевидный момент.

— Какой? — удивился Гвидо.

— Ты упускаешь то, что стоит нам где-то показать слабину, как желающих с нас что-нибудь слупить станет намного больше.

— Ну да, — Гвидо помрачнел, — слабых бьют…

— Точно, — это я вклинился в их беседу, — мы не имеем права не то что быть, а даже выглядеть слабыми. Иначе нас просто сожрут. И, как только здешние бандиты поймут, что у нас можно хоть чем-то поживиться, то никакие местные понятия нам не помогут. Едва мы удалимся дальше орбиты пятой планеты, как на нас откроют облавную охоту…

— Так что же делать? — вскинулся Дрищ, — ты, Алекс, говори уже. Я же тебя знаю — ты этот разговор не просто так завёл. Есть у тебя какой-то план. — сказал это, и уставился на меня, как работник СБ на завсклада-ворюгу.

— Быстрый какой, — ухмыльнулся я, — но, прежде чем я начну излагать своё видение ситуации, я вас послушаю.

— А нас-то чего? — удивлённо спросил Дрищ.

— А помните, что вчера я просил вас навести справки по ряду вопросов? — не без некоторого злорадства спросил я, — так вот, для того, чтобы строить планы, нам нужна та самая инфа, которую вы и обещали собрать!

На самом деле, эта инфа мне действительно не повредила бы. Но я и без неё могу обозначить основные направления нашей деятельности, развивать которые следует в первую очередь. А сейчас я этот вопрос поднял больше из-за вредности своей.

Я тут распинаюсь, понимаешь, напрягаюсь, доношу до всех свет истины. Хотя мог бы прикрыть глаза, и погрузиться в нирвану, подобно сытому удаву.

Так что один я страдать и напрягаться не намерен. Пусть и они немного взбодрятся. А то вон, Гвидо, кажись, уже и вправду задремал… Обожрался видать, болезный…

— Ну, кто начнёт доклад? — спросил я, в общем-то уже зная, кто будет говорить.

— Давай, наверное начнём с меня, — как я и ожидал, первым решил выступать Тихий.

И тема. о которой он будет докладывать является сейчас весьма насущной. Он собирал инфу о наших самых явных, на сегодняшний день, врагах — об арварцах. С одним из них, я, кстати, сегодня разделался. Мелочь, а приятно.

— Итак, — сухим голосом начал Тихий, — начну с того, что мы имеем дело с жалкими остатками одного из некогда мощных арварских кланов. Чуть более трёхсот лет назад в Империи Арвар произошло восстание Ханидов. Не буду вдаваться в подробности, но именно тогда из Арварской империи выделилось королевство Ханид. Само собой, этот процесс сопровождали кровавые столкновения и прочие разные эксцессы…

Тихий у нас оратор ещё тот. Горло у него уже после первых слов пересохло. Но, надо сказать, он это предвидел и запасся минералкой, а потому почти сразу продолжил свой доклад, после того, как сделал пару больших глотков:

— Так вот, мало того, что народ ханидов откололся от империи, смута случилась и внутри самого этого народа. Принц Гарке, который был лидером ханидцев, вынужден был сражаться не только с империей Арвар, но и с собственным младшим братом. Брата звали Дакос и он восстал против Гарке, преследуя какие-то собственные цели. Но и это не так важно. Для нас важно то, что мы имеем дело с остатками клана Эзекве, которые шли за Дакосом. Но Дакос проиграл, и остатки этого клана бежали из пределов молодого королевства Ханид.

Причём, как вы понимаете, в Арварской империи их тоже могли ждать только для того, чтобы подвергнуть мучительной ритуальной казни. Так что они стали изгоями не только Ханида, но и Арвара, от которого королевство Ханид отделилось. Принц Гарке принял имя Ханид Второй и взошёл на престол. Но это нас не интересует.

— Отлично, — я не удержался от радостного коммента, — то есть, нам повезло?

— Ну, не сказать, что вот так вот совсем повезло, — хмыкнул Тихий, — но этот вариант для нас самый, я бы сказал, щадящий. Представителей этого клана тут не любит никто. Их терпят в системе только потому, что они сражались на стороне Совета Капитанов Против своих же сородичей — арварцев. — он увидел в глазах Чижа, который с историей дружил не очень, немой вопрос и пояснил. — Ну, это когда два арварских флота пытались эту систему захватить… Кстати, их лидер, Мганга Эзекве тогда и сложил свою буйну головушку, да…

— И что, они теперь ещё и без руководства остались? — это Гвидо восстал ото сна.

— Ну, не то, чтобы совсем. — не особенно уверенно ответил Тихий. — теперь кланом руководит, если так можно сказать, его дочь, Эрсилла Эзекве.

— Это которая с платиновой причёской? — опять спросил Гвидо.

— Ну да, — даже Тихий был удивлён такому взрыву интереса со стороны здоровяка…

— А она ничего, кстати, — выразил Гвидо своё мнение и обернулся ко мне, — Ржавый, если это будет возможно, давай её убивать не будем?

— А что это так? — мои брови взлетели вверх, — ты её, никак на поруки взять решил?

— Ну, типа того, — немного смутился Гвидо.

— Я не так кровожаден. как ты думаешь, — со смехом продолжил я, — если ты гарантируешь, что она будет вести себя прилично, то я не вижу причин её убивать. Всё таки женщина красивая… И родовитая, как выяснилось.

— Вот-вот, — радостно улыбнулся здоровяк, — так что постарайтесь брать её живьём, — тут он взял небольшую паузу, потом добавил, — а я её уже, гммм, перевоспитаю.

Это заявление вызвало смех у всех присутствующих. Гвидо смущённо умолк.

— Ну ладно, отвлеклись, развеялись, — я решил, что нужно продолжать, так как вопрос важный, за окном уже темнеет, а мы ещё к решению даже первой, самой насущной проблемы не подобрались…