Звезды, пламя и сталь. Книга 4

Глава 5

Робот обладал глубоким бархатистым голосом и повадками опытного камердинера. Он предложил мне следовать за ним и не спеша двинулся через холл.

Но, что интересно, он пошел не к высоким дверям, которые я увидел впереди. Те двери, очевидно, вели в главный зал.

Нет, он отправился ко входу в неприметный коридор, который начинался слева от нас. Я его и не замечал, пока мы не подошли к нему ближе, чем на десять метров.

В конце этого коридора была лифтовая площадка. Стоило нам только встать перед дверью лифта, как она распахнулась, приглашая нас войти внутрь.

Робот зашёл в просторный лифт, ну и я последовал за ним. Стены и потолок были покрыты светлым металлом, который был к тому же идеально полирован и отражал всё, словно хорошее зеркало. Так что я даже немного растерялся. Ещё бы, куда бы я ни посмотрел, я встречался глазами со своим отражением.

А когда дверь снова открылась, и мы с роботом вышли в небольшой холл, задрапированный тяжёлой золотистой тканью, я увидел первого живого человека в этом ресторане.

— Предъявите свой ФПИ, — голос того, кто обращался ко мне, был совершенно лишён эмоций. Мало того, это был не человек в полном смысле этого слова. Это был довольно причудливый киборг.

Начнём с того, что его левый глаз заменяла электронно-механическая конструкция, где в паутине тончайших деталей, в глубинах черепа, тускло подрагивал красно-фиолетовый огонёк. Смотрелось это жутковато, так как этот прибор никак не сочетался с бледной до синевы кожей лица и правым глазом, который был совершенно обычным, с радужкой небесно-голубого цвета.

Нижние конечности киборга были полностью из металла, причём коленный сустав выгибался назад. Корпус закрывала сегментированная керамо-металлическая броня. А верхних конечностей было аж целых четыре. И все были одеты в металл и усилены множеством сервоприводов.

Причём две из них были лишены кистей и вместо них торчали раструбы плазмомётов. Третья конечность сжимала в блестящих металлом пальцах рукоять тяжёлого станера. А вот в четвёртой был считыватель, который этот бодигард и протянул ко мне, чтобы получить данные с карточки ФПИ.

Убедившись в том, что я — это я, страж лязгнул металлом, отшагинул в сторону и освободил для меня проход.

— Следуйте прямо, в конце налево будет дверь… — следуя этим инструкциям, я пошёл по коридору. Миновал ещё двоих охранников, которые были похожи на того, что меня тут встречал, как близнецы-братья. В левой глазнице каждого из них тоже теплился багровый огонёк…

Наконец я увидел перед собой дверь. Просто дверь. С филёнками из дорогого дерева и отполированной бесчисленными прикосновениями ручкой. Я повернул ручку, и дверь без скрипа отворилась. Шагнул вперёд. Огляделся.

Комната была небольшой. Но обставлена роскошно. Причём роскошь не была кричащей. Всё выглядело бы вполне обыденно, но каждая линия была строго выверена. Интерьер безупречен. Ничего лишнего, что могло бы отвлечь зрителя от созерцания этот поистине совершенный дизайн…

И в этом кабинете и ждал меня сам Кирин Аргуссос.

Со вкусом одетый мужчина. Выглядел лет на пятьдесят. Подтянутый. В густой шевелюре редкие седые нити.

Я знал, что внешнему виду доверять никак нельзя. Его деньги открывали ему широкие возможности для продления жизни и коррекции как внешнего вида, так и состояния внутренних органов. Не исключено что за его плечами уже несколько процедур полного омоложения. И лет ему не пятьдесят, а сто пятьдесят, а может даже и поболее…

— Добрый день, молодой человек, — он смотрел на меня с прищуром, как будто целился. У меня даже мурашки по спине побежали, — садитесь, не стесняйтесь. Если хотите есть, то всё. что стоит на столе к вашим услугам, — и он сделал широкий жест рукой, мол. ни в чём себе не отказывай, да…

— И вам добрый день, — сказал я, выбирая себе место, куда бы сесть. В конце концов, я остановил свой выбор на удобном кресле, стоявшем в аккурат напротив олигарха.

Поскольку господин Аргуссос предложил мне отбросить стеснительность, я последовал этому его совету и сам, не дожидаясь отдельного приглашения, налил себе кофе. Благо и чашка рядом стояла, и за кофейником далеко тянуться не пришлось.

— Ну, поскольку погода на станции неизменна с момента её принятия в эксплуатацию, — начал олигарх, — мы, наверное её обсуждать не будем, и сразу перейдём к делу… Надеюсь, вы не будете возражать? — и посмотрел мне в глаза. У меня мелькнула мысль, что этот взгляд. похоже, пытается проникнуть аж в глубины моего сознания.

И, похоже, я если и ошибся, то совсем чуть-чуть. Доминатор показал, что была попытка пси-вмешательства:

…Фиксирую попытку ментального сканирования. Создаётся эмуляция верхних слоёв со стандартным набором фоновых мыслей…

Я ощутил какое-то странное чувство, словно что-то шевелилось под черепной костью, но давление и дискомфорт почти сразу сошли на нет, а мой собеседник холодно улыбнулся:

— Ну, что ж, давайте я начну. Мой интерес возбудила партия диспрозия, которую мы приобрели на бирже Латоти. Как выяснилось, — он смерил меня взглядом, — этот металл принадлежал вам.

Я согласно кивнул. Как я понял, покупка второго лота была совершена в интересах именно этого господина.

— Когда эта партия металла пришла на завод, то по результатам анализа стало ясно, что содержание стабильного изотопа 156Dy в вашем металле превышает норму чуть более, чем в 2 раза. Оно составляет до двенадцати десятых процента от веса всего металла.

— Это хорошо, или плохо? — этим вопросом я дал понять, что в изотопах диспрозия не сильно разбираюсь и пояснений по этому поводу никаких дать не могу.

— Понятно, — хмыкнул олигарх, — тогда я немного проясню для вас этот вопрос. Нам приходится обогащать этот металл для того, чтобы он соответствовал технологическим требованиям, которые… — тут он осёкся, видимо. задавая самому себе вопрос, типа, а не слишком ли много я тут рассказал… — в общем, я не думаю, что вам будут интересны подробности. Скажу короче — используя именно ваш металл я смогу снизить его потребление на двадцать процентов. Но…

— Так я и думал, — это же я улыбнулся, — в любом деле есть своё «но», которое усложняет жизнь.

— Совершенно верно, — покладисто согласился Кирин, — в данном случае, чтобы начать экономить металл, мне нужно наладить по другому линию, на которой мы производим… — тут он опять буквально проглотил уже готовое вырваться слово. — неважно, в общем… А линию имеет смысл перенастраивать только если производство после этого будет идти не менее, чем в течение полугода.

— Ага, — я кажется начал что-то смутно понимать, — а для того, чтобы линия работала в течение этого времени, нужен соответствующий объём металла. Так?

— Какой вы догадливый молодой человек, — хмыкнул олигарх, — в общем да, вы правы. Возня с настройкой имеет смысл, если только мы сможем приобрести нужный объём металла с теми же количеством изотопа 156Dy, что было и в той партии, что мы купили у вас через биржу.

— И какой же объём вы хотели бы получить? — теперь мне стало понятно, что этот дядька хочет дополнительно сэкономить. А экономия эта возможна именно при наличии именно моего диспрозия, — и что по ценам будет?

— Мне нужно… — он закатил глаза, словно только вот сейчас решил посчитать, какой размер партии его удовлетворит, — не менее, чем сорок тонн. А что касается денег… — тут он тоже потянулся за кофейником. — Сорок тонн я готов взять по той же цене, по которой прошла наша сделка на бирже. А вот то, что свыше сорока тонн, я готов брать с премией в пять процентов к той цене. — и опять с прищуром на меня уставился.

Ну, я себя не обманывал. Этот дядя был достаточно крут, чтобы узнать размер моих запасов диспрозия, благо особого секрета я из этого не делал. Поэтому темнить и ловчить смысла пока не было.

А разговор о том металле, что ещё оставался на планетоиде, я заводить не хотел, так как туда надо было ещё добраться. Да ещё так, чтобы хвоста за собой не приволочь… Потом надо было этот металл ещё и обратно на станцию привезти.

А пока мы не разобрались с бандой арварцев, даже это нехитрое действие могло привести к совершенно неожиданным результатам.

— Сейчас я могу предложить вам семьдесят четыре тонны, — говорил я спокойно, стараясь не показывать эмоции, — они есть в наличии и находятся на складах биржи.

— Ну, это я и так знаю, — ухмыльнулся олигарх, — а что вы можете сказать насчёт дальнейших поставок? — я уже стал привыкать к его прищуру, и сейчас переносил этот взгляд сравнительно легко.

— Пока ничего обещать не берусь, — тут я был честен, я действительно не был уверен в том, что смогу надёжно обеспечить дальнейшие поставки. — но обещаю, если у меня появится возможность поставить ещё несколько партий диспрозия, то я непременно дам вам об этом знать.

— Хорошо. — ответил Кирин, — тогда в течение завтрашнего дня с вами свяжутся мои люди и с ними вы утрясёте все технические вопросы. Мы же заключили сделку, не так ли? — и опять прищурился. Может у него с глазами что не так?

— Конечно, — подтвердил я.

— Я рад, что мы понимаем друг друга, — улыбнулся господин Аргуссос, — на этом, наверное, будем считать нашу беседу законченной.

— А можно вопрос? — меня очень заинтересовали бодигарды этого дядечки.

— Валяй, — деловая беседа закончилась, и Кирин Аргуссос перешёл на неформальный язык, так сказать.

— А что это у вас за команда бодигардов? Я первый раз вижу таких странных существ. У них действительно четыре верхних конечности, или это результат работы нейро- и био-технологий?

— Вы не знаете о Креатах? — брови олигарха взлетели вверх, настолько он удивился, — да, даже у сравнительно неглупых молодых людей в наше время образование оставляет желать лучшего, — эти слова он произнёс сокрушённо, словно действительно переживал за уровень моих знаний о мире.

— Нет, — подтвердил я свою дремучесть, — а кто это?

— Для начала я должен поинтересоваться, а есть ли у вас время? — вполне доброжелательно спросил олигарх.

— А что, рассказ может затянуться? — время у меня было, но узнать, сколько займёт разговор было бы не плохо. Но, в любом случае послушать надо было.

И по многим причинам.

Во-первых, мне было интересно, что это за существа, откуда они взялись, ну и вообще…

А во вторых, если целый Кирин Аргуссос снизойдёт до того, чтобы рассказать мне что-то, это можно будет уже зачислить себе в плюс.

Ибо этот эпизод даст мне возможность свести не только деловое, но и, так сказать, личное знакомство с этим действительно значительным человеком. Причём, я почему-то подозревал, что к его мнению прислушиваются не только на Латоти…

— Ну, я думаю, что мне хватит часа, чтобы восполнить этот досадный пробел в ваших знаниях. — похоже, что его хобби и было — изучать иные расы.

Интересно, а он может что-то и про Ушедших рассказать? Я, конечно, что-то знаю, что-то станет мне известным из баз знаний… Но это далеко не всё, что нужно знать об этом сложном мире.

— Так вот, начнём с очень краткой истории появления расы четырёхруких Воинов, которая сейчас и носит название «Креаты». Эта раса была создана искусственно. Их создателями были, предположительно, Сеятели. Так вот…

И он продолжал рассказывать. Говорил увлечённо, и было видно, что он обладает действительно глубокими знаниями в этой области.

Я узнал, что сначала представители этой расы более всего были похожи 4х-рукого снежного человека. Их самоназвание было «Кри».

При их создании была допущена фатальная генетическая ошибка. Вот эта ошибка создателей в конце концов и привела к тому, что через тысячи лет раса оказалась на грани вымирания. Бесплодие.

В этой, казало бы, совершенно безнадёжной ситуации на помощь им пришли Джоре. И, в результате смелого генетического эксперимента раса вновь обрела способность продолжить свой род.

Дело в том, что Джоре использовали собственные гены. И, добавив фрагменты своих генных цепочек представителям расы Кри, они достигли успеха. Кри получили второй шанс. Но их облик претерпел серьёзные измения, хотя, как мне кажется, в лучшую сторону.

Теперь они ничуть не были похожи на йети. После эксперимента они стали больше похожи на аграфов, но только с четырьмя руками. Из-за этого сходства, кстати, аграфы их теперь люто ненавидят.

Так вот, лица их обрели некую утончённость, шерсть исчезла, но силы в четырёх руках было по прежнему хоть отбавляй.

Раса теперь называлась Криаты, то есть Новые Кри. А когда был переход на единый язык Содружества, название немного изменилось, и теперь оно звучит как «Креаты».

Хоть вымирание расы и было остановлено, но восстановить былую численность так и не удалось. Сейчас это одна из самых малочисленных рас содружества. Под их контролем находятся всего три планеты.

Но даже то, что их относительно мало, никоим образом не умаляет того, что они — это лучшие воины Содружества. Непревзойдённые бойцы. Самые лучшие телохранители, найм которых могут позволить себе далеко не все. Да и мало иметь деньги для найма этих спецов.

Раса малочисленная, и те, кто посвятил себя военной стезе, как правило уже подписали контракты. И очень многие разумные, у которых есть желание нанять по настоящему элитных телохранителей вынуждены годами ждать, покуда та или иная боевая группа будет свободна и готова заключить новый контракт…

— Так это вам несказанно повезло, так получается? — спросил я господина Аргуссоса.

— Скажем так, не сколько мне повезло, сколько не повезло этим ребятам, — задумчиво проговорил Кирин, — ты же обратил внимание на то, сколько в них металла и электроники? Поверь, Креаты не стремятся себя улучшать за счет киберпротезов и прочей техники. Они и так совершенны. А это…

Эти парни выжили после того, как транспорт, в котором они ехали домой по завершении контракта, подвергся атаке и был уничтожен.

Да, так случилось, что на транспорт напали пираты. Причём никаких попыток абордажа не было.

Просто линейный крейсер без опознавательных знаков дал бортовой залп, и разнёс посудину, на которой эти ребята и ехали вдребезги и пополам. Всего их было семеро. Выжили только эти трое. Но изуродованы они были ужасно…

— А разве нельзя было восстановить всё в медкапсулах? — удивился я.

— А представитель этой расы в стандартной медкапсуле почти не может регенерировать, — пояснил олигарх, — генетика у них такая… перекрученная. И тут так получилось, что я оказался на той станции, где их выхаживали…

— И что? — мне было интересно. История весьма драматична. Но и у моего интереса была ещё одна причина. Раса Креатов — это лучшие бойцы. И, возможно когда-нибудь мне тоже будут нужны их услуги. Так что чем больше я о них сейчас узнаю, тем лучше.

— Я долго их уговаривал, — продолжил Кирин, — но, в конце концов уговорил.

Ноги свои они потеряли все. Поэтому каждый из них обзавёлся несколько необычными нижними конечностями. Так уж получилось, что колени у ребят теперь гнутся назад. Но ничего, они привыкли уже…

— Так это вы помогли им стать киборгами? — спросил я.

— Ну, да, — согласился Кирин, — я оплатил им всю эту аугментацию, нейроимпланты, и много ещё чего… Сейчас они эффективны примерно процентов на семьдесят относительно здоровых Креатов. Теперь они работают на меня. И поверь, — он посмотрел мне в глаза, — эти ребята уже раза три вытаскивали меня из глубочайшей задницы. И это при том, что я сам стараюсь не лазить туда, куда не надо. Но, знаешь ли, если ты из себя хоть что-нибудь представляешь, то с каждым годом людей, желающих тебе смерти, становится всё больше… А есть и те, кто не только желает, но ещё и делает практические шаги к тому, чтобы воплотить свои желания в реальности…

— Верю, — сказал я, — верю сразу и безоговорочно… Хоть и прожил я всего ничего, но мой опыт полностью с вашими словами согласуется…

— Ладно, засиделись мы тут с тобой, — улыбнулся олигарх, — за хорошей беседой время незаметно бежит… Так что, давай-ка, пойдём на выход.