Бастард рода Неллеров. Книга 10

Глава 17

Нет, спасибо конечно наставнику, довёз письмо, и всё ж можно ведь было бы как-нибудь поаккуратней с ним обращаться? Ладно, мятое и мятое, главное текст совсем не пострадал. И есть преимущество в отсутствии прописных букв. Так-то у любимой моей кузины Юлианы почерк не ахти, но читается легко.

Сначала сел в кресло, потом передумал и расположился на диване, углубившись в послание. Юля не пожалела чернил, свиток длинный, такой без склеивания не сделаешь. Зато на бумаге строчки после такого обращения с письмом могли бы и расплыться, а тут нет.

Сестрёнка, что называется, взяла с места в карьер — или галоп? — не важно — и сразу же поведала, как ей не хватает меня, насколько сильно она скучает по нашему общению. Выразила надежду, что вскоре мы с ней сможем, пусть и не надолго, встретиться. Они с супругом собираются совершить паломничество к Готлинскому источнику, чтобы получить благословение Создателя для своего будущего ребёнка.

Гоню от себя крамольные мысли, что кузина едет в мою обитель не столько ради божественной благодати, сколько ради встречи со мной. Скучно поди при графском дворе.

А нет, не скучно. Вот дальше пишет, что у неё замечательная свекровь, и они уже обе занимаются не только замковым хозяйством, но и теми делами графства, которые традиционно лежат на плечах супругов владетелей. Уверяет, легко всё даётся, папа и тётя Мария ему многому учили, а наставники по финансам, торговле и праву к ней приходили лучшие в Неллере.

Тут да, я помню, у неё каких только фолиантов не было. Правда, в основном по целительству, но и экономические трактаты лежали, и своды законов, и наставления по лекарству или алхимии. Высшая аристократия хоть в университетах не обучается, образование получает по местным меркам очень хорошее. Я не в счёт, это другое.

Немного волнительно, что кузина отправится ко мне в гости в начале уже второй половины своей беременности. Ладно, она ж целительница, не родит раньше времени. Что касается всевозможных опасностей путешествия, так с мужем Андрэ и сильным эскортом ей в наших краях сам чёрт не страшен.

К тому же, хорошие урожаи этого года и мудрость глав рода Неллеров, ограничивших продажи продовольствия за пределы провинции, резко сократили поток желающих заняться разбойным ремеслом, а вкупе с проведёнными массовыми облавами и рейдами в лесах герцогства сделали поездки практически безопасными.

Посмотрим, что будет весной, когда запасы крестьян и городские склады покажут своё дно. Но это будет уже позже. Тогда и решим.

Ого, вот это ничего себе! Получается, ко всему прочему мне достался и дар провидца? Точно помню, мелькали мысли, что Эйты может оказаться одарённой, и вот случилось. Прямо во время пира, когда негритянка принесла хозяйке плед, чтобы та укутала плечи — наверное в зале тогда было прохладно — чернокожую красавицу и скрутило. Упала на пол и принялась извиваться что та змейка. Разумеется — Паргея мир магический — все догадались быстро, что произошло.

Не сказать, что б девушке досталось прям сильное ядро, скорее не самое слабое, всего семь нитей, но тем не менее это источник и сила, которые сделали из рабыни благородную миледи. Юлиана по этому поводу так радуется, будто не потеряла служанку, а клад нашла.

Впрочем, какая-то логика в её эмоциях всё ж присутствует. Деваться-то девчонке по большому счёту некуда, кроме как дать вассальную клятву роду Дитонсикх, входящему в неллерский клан. Или кузина попробует получить себе личного вассала? Ничего про такое не написала. Разберётся тут без моих советов.

А я конечно молодец, чего уж. Придумал же имя девчонке. И как теперь будет звучать? Миледи Эй, ты из Дитона? Красиво, чего уж. Плохо, что не переделать теперь. Раз записана под таким именем в приходской книге храма, значит под ним и освящена Создателем на жизнь по Его заветам.

Выдавать себя за другую личность в каких-то обстоятельствах она может, а вот истинное имя теперь с нею навсегда. Да уж, подложил я девчонке свинью. Так кто ж знал-то? Не думал ведь, что мои мысли про её будущую инициацию — это всё серьёзно.

Прочитав письмо, бережно его расправил и, поднявшись, отнёс к шкатулке, в которой у меня хранились разного рода документы. Выбрасывать не стану, по приезду в монастырь уложу в шкаф к остальным свиткам. Мало ли, вдруг историкам в будущем пригодятся, когда через много лет после моей смерти возьмутся за жизнеописание пути великого боевого мага, выдающегося целителя, философа, учёного, а в дальнейшем может быть и политика милорда Степа Неллерского, ко всему прочему и просто хорошего человека? Наверняка ведь биографам-историкам потребуются и мои послания, и письма, и труды, и личные записи. Дневник может завести? Чёрт, зачем думать об очередной неизбежной своей смерти и её последствиях, когда вся жизнь впереди? Надейся и жди. Да.

— Сергий! — зову секретаря.

Нет, Юлиана меня уважила, строчки написаны её рукой, вот и я буду сам выводить буквы, а не надиктовывать. Но у Сергия есть лист с описаниями нарядов принцессы, обеих королев и самых заметных девиц при дворе, которые они надевали на последних торжествах. Я ж мудрый, знаю, что девчонок в провинции интересует, особенно в мире, где нет ни журналов, ни газет, ни телевидения, ни интернета. Кроме слов, совершенно искренних слов, о своей братской любви и краткого описания случившихся со мной или вокруг меня событий, сообщу Юлиане и о новинках столичной моды. Те записи, которые лежат у секретаря сделаны под диктовку тёти Ники. Сам я, увы, слаб в описании рюшечек, завязочек, бантиков, разрезов-вырезов, низких или высоких приталенностей, ширины, длины юбок, рукавов и прочих премудростей портняжного искусства.

Ну, когда я сам в чём-то не соображаю, не стесняюсь просить советов и помощи у тех, кто разбирается. Благо, рядом со мной буквально кладезь мудрости в сфере моды — баронета Ворская.

— Вызывали? — прибежал Серёга.

Я уже переместился за стол и без его помощи достал все письменные принадлежности.

— Ага, вызывал. — говорю. — Давай, куда ты там спрятал описания платьев, причёсок и прочего?

Об ужасе из волос, который на университетском балу украшал голову миледи Берты, писать не стал. Не хочу, чтобы кузина, которая и так имеет индивидуальную внешность, изуродовала себя ещё и такой причёской. Да, там в Дитоне таких куаферов как в столице нет, но я по своим Дарье и Лесе помню, какими женщины могут быть находчивыми и изобретательными, когда что-то вобьют себе в голову.

С задачей я справился, посыпал строки песочком, свернул письмо в трубочку, вложил в тубус, в нём-то уж точно не помнётся, опечатал и отдал Сергию, чтобы послал кого-нибудь из состава караула к баронету Василию. Тот с ближайшим же караваном отправит в Неллер, а оттуда уж быстро доберётся — между стольными городами герцогства и графств весьма активное сообщение.

Пока с этим разбирался, с Заячьего острова вернулся Николас.

— Отнёс? — спрашиваю у штаб-капрала, когда тот замер на пороге.

Стою возле окна и до его появления смотрел на внутренний двор, где почтенная Грета Ойлар чихвостит и в хвост, и в гриву дворового раба. Размышлял, что мне на себя надеть при походе в «Золото Кранца». Решил дождаться вызванных Карла с Гербертом и одеться по их примеру.

— Да, отнёс. — доложил Ник. — Ух, господин, там такое творится, такое! Почти вся шайка вернулась с улиц, им сейчас не до подённых работ, воровства иль попрошайничества, всё руку Фрица рассматривают.

— Дети, — философски замечаю.

— Ага, — кивнул штаб-капрал. — Дополнительные продукты им сегодня кстати. Думаю, пир закатят с танцами, — это дружок мой немножко шутит. — Услышал, мечтают, чтобы какие-нибудь негодяи вновь попробовали бы миледи Берту похитить, а они бы спасли.

— Гадство, лишь бы до инсценировки нападения не додумались, — рассмеялся я, и тут вспомнил о совете наставника. — Ник, ты Павла-Жердь же помнишь? Он наш сверстник.

— Это с Мытищ который что ли? — свёл брови штаб-капрал. — Ну, помню. Мы его с тобой, ой, с вами, когда он у нас груши тётки Лимы отобрал, вечером подловили и в Нелку столкнули с мостков. Он же, да?

— Он-он, — подтверждаю. — Чибит мне в Неллере сказал, что Жердь женился. Представляешь?

Вообще-то ничего особенного в ранних браках на Паргее нет, тут и вовсе могут в детском возрасте привести в храм, как родители брачующихся сговорятся или их покровители, чьей воле молодожёны не вправе или не в силах противостоять. Нет, так-то и любовь-морковь, всё такое здесь тоже есть, но, увы и ах, этим руководствуются в последнюю очередь, когда решают, кому быть чьим мужем или женой. Да что там, сам в таком же положении. То ли останусь священником-бобылём, то ли подсунут какую-нибудь кикимору под венец. Всё решают выгода или имевшиеся обязательства.

— Так это я давно знаю, — хохотнул Николас. — Ему Ольгу ж, ту страшную дочь приказчика у старика Арнольда, чей сын её обрюхатил, подсунули. Как и Эрвину-Свистку такую же неосторожную дурочку в жёны сунули. Правда за обоих девок хорошие приданые дали и места работы.

— Не понял, кто чей сын и кто кого обрюхатил, хоть и жутко интересно, — смотрю на друга детства внимательно, хочу сейчас уловить его настоящую реакцию. — Лучше скажи, хочешь получить сержанта городской стражи в Неллере или получить домик в нашем поселении при обители, где выберешь? Я к тому, что ты это, жениться не хочешь?

— Жениться⁈ — изумился мой дружок детства.

— Ну, да, жениться. — говорю. — Среди сержантов у меня половина женатые, и ничего. Ты ж парень уже состоявшийся, с радостью буду видеть тебя у себя на службе. А если захочешь спокойной жизни, то я тебе её вариант озвучил. Уж поверь, патент сержанта стражи легко выправлю, и, заметь, бесплатно. Мы ж не чужие люди, Ник.

— Рано мне жениться! — воскликнул парень, вижу искренне. — Да и на ком⁈

— На Юльке, на ком же ещё. Не на принцессе же. Обжиматься с моей служанкой и целоваться тебе не рано, по вертепам с Иваном и этим — как его? — рыжим, не рано, а в храм идти не хочешь?

— Не хочу, господин, вы чего⁈ — он явно испугался.

Ладно, не стану уподобляться своим родственникам, которые решают за меня, с кем мне жить, не буду прессовать Николаса. Нормальный парень и боец перспективный. Да и командир из него впоследствии неплохой получиться должен. Эрик натаскает.

— Ладно, не хочешь, так не хочешь, — улыбаюсь, успокаивая штаб-капрала. — Иди тогда отсюда, больше вопросов к тебе пока нет. В увольнение собираешься? Смотри, без приключений там. Юльке, смотри, о нашем разговоре не проболтайся, а то опомниться не успеешь, как вас сам благословлю на совместных детей. Всё, теперь иди.

Если по отношению к другу детства идея с его женитьбой была скорее шутливой, то вот насчёт замужества Юльки я задумался всерьёз. Нет, конечно можно довезти девушку на обратном пути до Неллера и там дать ей пинка под попку, только я на такое без того, чтобы потом меня не мучили угрызения совести, пойти не смогу. Не так воспитан. Да и прежний Степ вряд ли подобным образом смог бы поступить, слишком много общих воспоминаний, зачастую трогательных и смешных, даже меня порой пробивает отголосками тех добрых эмоций прежнего хозяина этого тела. Хотя, кто знает. Зачастую выбившиеся, что называется, из грязи в князи проявляют чудеса преображения, становясь непревзойдёнными снобами.

Ладно, смог бы настоящий Степ жёстко поступить с Юлькой, не смог бы, теперь уже не скажешь, а милорд Ричард прав, девчонку уже без жестоких методов, от которых в отношении неё меня воротит, не перевоспитать. Значит нужно избавляться. Кстати, награждать достойных служанок достойным браком и приданым тут общепринято. Вон, Агния своих Лейлу и Гейлу как здорово пристроила. Вопрос лишь в том, за кого мне эту сладкоежку выдать, чтобы и ей плохо не стало, и желание вступить в брак было бы обоюдным.

Вот уж никогда не думал, что однажды буду примерять на себя кафтан сводника, я и намерении Леськи выйти замуж узнал уже постфактум, там у меня Дарья руку на пульсе держала, всё о чём-то шушукалась с нашей кровиночкой. Зато в новой жизни мне явно придётся заниматься этим не раз. Справлюсь, думаю. Не такое сложное дело. С Ангелиной, той совсем проблем не будет, и без моего участия с лейтенантом сыска у них, похоже, всё серьёзно. Разница в возрасте большая? Ну, да. Только в этом мире видал я гномов и покрупнее. В смысле, с больше разницей в годах между мужем и женой. Принцессу и ту хотят за старика сосватать.

От Ангелины мне пока избавляться можно не спешить. Она вполне хорошо подходит на роль моей служанки, а все её неправильные поступки, все до единого, спровоцированы подружкой. Не станет рядом с ней Юльки и упрекать будет не в чем.

Сегодня в Михайловском оставался командовать лейтенант Ромм. Миледи Алиса, наш лейтенант-маг тоже там покрутилась и опять исчезла в неизвестном направлении. Подозреваю, она не только по магазинам с лавками или амфитеатрам с уличными представлениям ходит. Больно уж у неё вид цветущий. Явно завела какую-то интрижку на стороне. Ну да не мне морализаторством заниматься. По должности души лечу, а со своими телами мои люди пусть сами разбираются.

Карл с Гербертом Вилковым приехали ко мне вместе. Милорды были одеты в свои недавно купленные в столице, но совершенно повседневные костюмы. Вот и я не стану выпендриваться, надену что-нибудь поскромнее.

— Один? — спросил милорд Монский, когда оба офицера пришли ко мне в гардеробную, где я выбирал себе камзол.

— Ещё кого-то тут видишь? — вопросом на вопрос ответил ему.

— Я вообще спрашиваю, — коротко рассмеялся он. — Куда студентку дел? Надеюсь её снова не похитили?

— Можно сказать, и похитили. — нашёл подходящую куртку. В Неллере купил, а носил всего пару раз. — Баронета Ника принимала её в гостях, а сейчас по магазинам где-то ездят.

— У-у, это надолго, — сделал вывод мой вассал. — А ты чего ещё не готов? Мы, понимаешь, спешили с Гербом, а ты вон как. Клинок-то боевой с собой возьми, а не этот набор золота и драгоценностей.

— Без тебя бы я не догадался, Карл. Всё, я готов.

Во дворе меня уже ждал конь и пятёрка солдат. Вроде и так направляюсь в «Золото Кранца» в сопровождении сразу двух милордов, причём одарённых, причём прекрасных мечников, парни не нужны, однако вступать в очередные препирательства нет никакого желания, пусть едут. Если захотят погулять, не стану возражать против посещением ими этого самого дорогого заведения Рансбура. Но именно что возражать, платить за ребят не собираюсь, они у меня прилично получают. Решат тратиться в три дорога — их дело.

Я уже взялся за луку седла, чтобы вскочить в него, когда вдруг из-за дома раздались крики и шум. Сержант Николай Торел вместе с одним из бойцов спрыгнули с коней и быстрее караульных, выскочивших из флигеля, забежали за угол.

Вскоре ко мне приволокли скрученного здоровяка, парня, которого я сразу же узнал.

— Бычок! — я отошёл от коня навстречу пленнику. — Какими судьбами, Игорь, и почему воровскими тропами через заднюю калитку? Вот же ворота. — махнул рукой, показывая, и скомандовал: — Отпусти его, сержант. Он, видать, по делу. Я правильно понимаю, что ты нашёл всё ж своего дружка Лёву? — это уже здоровяку.

Тот поморщившись от боли и потирая запястья — ребята с ним не церемонились — низко, чуть ли не в ноги поклонился и встал, переминаясь с ноги на ногу и отводя взгляд от меня чуть в сторону. Боится всё же. Не до конца верит, что прощён. А я не обманываю. И простил за своевременное предупреждение, и мать его готов исцелить, если сейчас приподнесёт мне бывшего подельника на блюдечке с голубой каёмочкой.

— Дык я ж и в прошлый раз через ту калитку к вам приходил. — напомнил мне Игорь. — А Лёву, да, я нашёл. Он тайком вернулся в город, наших бывших уж в Ямах нет, он того, он у Марны прятался, это, ну, его подружка. Я его сегодня у мостков к Говнотечке выследил, у Лёвы там тайник был в заброшенной землянке. Я его там и оставил связанным. Значит, он там сейчас, господин. Я эта, ну, выполнил, что обещал.

— Молодчина какой, — хвалю. — Я уж и надежду потерял. Ладно, сейчас с тобой пройдут ребята, если всё как ты и говоришь, то… — вспоминаю: — так, завтра ко мне сестра ректоровской супруги на исцеление придёт. — и уже опять Бычку: — значит, с матушкой твоей вечером вопрос решим. Николай, — говорю сержанту. — Возьми кого-нибудь из парней и съезди с Игорем, куда он покажет. Возьмёшь там козла одного.

— Сюда доставить?

— На кой он мне тут нужен? — морщусь. — Вези к прелату Курту, настоятелю главного храма. У него есть специальные гостиничные номера для таких уродов, как тот Лёва.

Так что, на встречу с моим наставником наша благородная троица отправилась в сопровождении такого же количества солдат. Интересно, что там Ричард придумал для меня? Хотя и так догадываюсь — вино и девок. Чувствуется, мачеха хорошо его накрутила насчёт Берты, вот он и решил научить меня не только мечом владеть, но и отдыхать, чтобы меньше всяких мыслей о невинных девицах было. Зачем они, когда под рукой вон какие прелестницы?

Через четыре дня сборное войско Эдгара направится навстречу его дяде Филиппу, а пока город наводнён герцогскими вояками. В основном конечно гуляют офицеры, реже сержанты, но и пара солдат с гербами герцога Ронерского попались. Мы как раз мимо Любкиного парка проезжали. Там какой-то бородатый мужик гнал перед собой и хлестал прутом по спине мальчишку-оборванца под весёлые смех и комментарии зевак.

На дворцовой пришлось огибать толпу народа, там шло ярмарочное представление и, к тому же, большая часть пространства была заставлена прилавками и телегами с товарами. Но добрались даже ни разу не воспользовавшись плетьми. Люди в эти напряжённые дни проявляли особую внимательность и при виде компании дворян с эскортом спешили освобождать нам проезд.

— Мы допоздна, — сообщил милорд Монский старшему из пары рабов, принявших у нас поводья лошадей. — Так что, не к коновязи, а отведи в стойла. С хозяином рассчитаемся.

Тройка сопровождавших нас парней первыми вошла в «Золото Кранца». Мы зашли следом.