Бастард рода Неллеров. Книга 10

Глава 3

Неллер. Замок. Вдовствующая герцогиня Мария. Вечер шестнадцатого дня третьего осеннего месяца 2109 года.

Бывшая правительница герцогства расхаживала по террасе третьего этажа дворца, кутаясь в отороченный мехом горностая шерстяной плащ. Утро выдалось прохладным и зябким из-за влажности, накрывшей город после ночного ливня. Кроме того, замок находился на высокой возвышенности, и здесь часто гуляли ветра, летом принося освежающую прохладу, а вот сейчас наоборот создавая неприятные ощущения. Тем не менее, Мария не спешила скрыться внутри дворца, ей хотелось немного подышать свежим воздухом. Так ей легче думалось.

У входа на террасу застыл караульный гвардеец, а рядом с ним остановилась вошедшая сюда только что Марго, её первая фрейлина и лучшая подруга.

— Он пришёл, — сообщила баронета. — Ричард вернулся.

— Уже? — герцогиня отвернулась от созерцания города. — Пусть войдёт, Марго. И распорядись, пожалуйста, чтобы нам принесли сюда вина и закусок.

— Ты не замёрзнешь тут? — участливо поинтересовалась подруга. — Ветер, смотри, какой сильный и прохладный поднялся. Может в гостиной переговорите?

— Марго. — чуть подняла бровь Мария, не любившая.

— Слушаюсь, — склонилась миледи Вирская, чуявшая, когда можно настаивать, а когда с герцогиней лучше не спорить.

Виконт Ричард Ванский появился почти сразу же, едва фрейлина покинула террасу. Мария доброжелательно посмотрела на друга. Он был молод, моложе её в полтора раза, красавчик и дуэлянт, её личный бретер. Кто-то за глаза и шёпотом — но ей доносили — называл его её любовником. Задолго до глупой гибели Виталия. Что было гнусным враньём. При жизни мужа, которого Мария неожиданно для себя полюбила ещё до рождения Джея, она ни разу не посмотрела в сторону других мужчин. С Ричардом у неё впервые случилось совсем недавно, и Мария до сих пор испытывала из-за этого чувство стыда и горечи. Однако отказать себе в маленькой радости, отвлекающей от вдовьей доли не могла.

— Что-то не так? — спросил милорд, увидев оценивающий взгляд любовницы, словно она первый раз его видела.

Визитёр как обычно был одет со вкусом, но неброско, в отлично пошитый светло-серый костюм и такого же цвета егерский берет с серебристой кокардой неллерского рода. Короткий кавалерийский плащ, небрежно висел у него на одном плече. Украшений носил необычайно мало, и даже ножны великолепного меча из малансской стали — Мария лично на его клинок накладывала плетения разрыва — покоился в неприметных ножнах.

— Прости, задумалась. — Мария обернулась к перилам и упёрлась в них руками. — Она уехала?

— Он, — коротко рассмеялся Ричард. — Да, уехал. Баронет Антон Парнов покинул Неллер сразу же после открытия ворот. Направился в сторону Рансбура в сопровождении всего лишь одного слуги, в гильдию наёмников не обращался. А куда на самом деле дорога вынесет эту взбалмошную особу, один Создатель ведает.

Это была её идея попытаться использовать беглянку в качестве раздражающего северных соседей фактора. Хотела уговорить маркизу Анну остаться в Неллере в качестве почётной гостьи с намёком на возможный возврат к рассмотрению её кандидатуры на роль невесты бастарда Степа с последующим получением графского титула.

В выполнение данного обещания Мария и сама не верила, однако считала, что лишившейся поддержки своего рода девушке выбирать особо не приходится. И герцогиня ошиблась. Она честно призналась себе, что её сын оказался прав. Она не учла характера юной маркизы и не понимала побудительных мотивов её бегства.

— Взбалмошная особо? — повторила вдовствующая герцогиня эпитет Ричарда. — Да она полностью безумна! Неуправляемая, самолюбивая, дерзкая, невоспитанная. Знаешь, никогда не испытывала добрых чувств к нашим северным соседям, но тут поймала себя на мысли, что начала сочувствовать Гуннару и Василисе. Бедолаги. Даже не представляю, каково это иметь такого отпрыска в семье. Хвала Создателю, мои Джей и Агния не такие.

В этот момент две служанки споро накрыли небольшой столик у стены террасы, перед которым размещались три стула. Мария заняла один из них, не предлагая милорду один из оставшихся, но тот сам сел, без приглашения. Когда девушки закончили, она их отослала, заодно дав знак гвардейцу, чтобы тот оставил её наедине с гостем.

— Если честно, рассчитывал, что мы будем ужинать в твоей спальне. — нагло посмотрев на неё, сказал милорд Ванский. — Мари, чем вызвана твоя опала? Кстати, ты мёрзнешь? Возьми ещё мой плащ. — предложил он.

На ней было длинное шерстяное платье, да ещё и плотная с мехом накидка, к тому же внутри террасы не так ветрено как у парапета, и она от предложенного плаща отказалась. Лишь плотнее закуталась в свой.

— В спальне нам найдётся, чем другим заняться. — ответила на его вопрос, почувствовав, что уши предательски покраснели, и разозлившись на себя за это. Не девчонка ведь, возраст уж к пятидесяти приближается. Магия омолаживает тело и лицо, но ведь не эмоции же и характер! — Расскажи, что в городе интересного. И угощайся, — предложила. — Мне совсем немного плесни, я только что от невестки. Ольга хвасталась передо мной блюдами, приготовленными под её присмотром по рецептам моего пасынка. Степ не устаёт удивлять. Откуда в нём столько талантов, Рич?

— Кровь, Мари. — милорд наполнил кубки. Как она и просила, ей лишь наполовину. — Наверное я дурак, что тебе об этом напоминаю, но не забывай, чей он сын, внук и правнук. А про его прапрадеда ведь до сих пор по кабакам легенды рассказывают. Так что, чему удивляться? Создатель иногда пробуждает в потомках аристократов многое из умений древних. А в городе в основном продолжают обсуждать переход очередного полка в наёмники. Все всё понимают, кроме меня.

— Чего тебе-то непонятно? — усмехнулась герцогиня.

— Зачем все эти сложности? Ну отправил бы герцог Джей два полка Филиппу. Для чего представлять их наёмниками? Все ж и так знают, что это наши кадровые солдаты под командованием своих офицеров. Никого этот маскарад не обманет.

Многие напрасно полагали, что она по прежнему руководит Неллером из-за спины своего сына. На самом деле это было не так. Мария действительно старалась не вмешиваться в дела рода, кроме тех случаев, когда требовалось участие всей семьи при обсуждении общей политики. Текущие же дела целиком легли на плечи Джея.

Иногда вдовствующей герцогине хотелось вмешаться, когда казалось, что сын принял не самое лучшее из возможных решений, но постоянно одёргивала себя. Пусть Джей сам себе шишки набьёт. К тому же, грубых ошибок он не совершал. Исходя из такого подхода, Мария никогда не обсуждала действий молодого правителя герцогства, даже с самыми близкими. Вот и сейчас она не стала никак комментировать отправку неллерских полков на помощь принцу под чужим стягом. Джей хотел оставить формальный повод заявить о неучастии в разборках внутри рода Саворских, хотя конечно же вызвал этим явное неудовольствие и претендента на трон Кранца, и, главное, старого друга и союзника герцога Конрада Ормайского.

— В этот вопрос я не вникала. — пренебрежительно махнула рукой Мария и потянулась к кубку. — Что ещё интересного в городе?

Она с удовольствием всегда слушала своего верного бретёра. Рич был остроумен и очень наблюдателен. Нет, он не раскрывал ей каких-то намечающихся заговоров и не доносил на тех, кто осмеливался порочить правящую семью, зато удивительным образом оказывался в гуще смешных, забавных происшествий и умел о них рассказывать.

Когда исчерпалась первая из двух бутылок готлинского молодого вина урожая монастыря аббата Степа, кстати, вино там как и сыр или оливковое масло просто великолепно, милорд Ванский неожиданно прервал очередной рассказ.

— Мари, прости, вижу, ты сегодня мыслями часто уносишься куда-то далеко. — внимательно посмотрел на неё. — Ты ведь не за тем меня сюда позвала, чтобы выслушивать городские сплетни? И зачем-то нашего боевого парня с поста отослала, хотя раньше нам караульные беседовать не мешали. Хочешь сообщить мне нечто важное?

Герцогиня, стерев с лица полу-улыбку, с которой только что выслушивала историю о стычке двух толстых торговцев и их жён на выходе из амфитеатра после гладиаторских боёв, вздохнула.

— Нам нужно будет на какое-то время расстаться. — пояснила причину навалившейся на неё грусти. — Из Рансбура поступают тревожные новости. Кузены Курт и Андрей просят указаний, что нашим людям делать в случае, если Эдгар всё же решит снять с себя обруч правителя и передаст его сестре. Джей написал достаточно подробное послание и хочет, чтобы его отвёз именно ты. Он не захотел некоторые указания доверять пергаменту. Кое-что надо будет передать на словах. Сын сам с тобой завтра утром побеседует на эту тему. Да и твоя помощь там явно не будет лишней. Мне жаль с тобой расставаться на длительный срок, но…

— Я всё понимаю, Мари. Дело есть дело. И конечно же выполню всё, что герцог поручит.

— Возьмёшь с собой столько воинов, сколько посчитаешь нужным. И ещё у меня будет к тебе отдельная просьба, не связанная с политикой и борьбой Эдгара с Филиппом. Она касается моего пасынка.

Герцогиня замолчала и с благодарностью приняла от милорда вновь наполненный кубок.

— Слушаю внимательно, — в отличие от неё Ричард вино пока от себя отставил. — Мой ученик что-то не то сделал?

Немного подумав, как же объяснить Ричарду встревожившие её новости, мотнула подбородком.

— Нет, Степ всё делает правильно, пока правильно. — сделала ещё пару глотков и отщипнула от кисти винограда одну ягоду, но в рот её так и не положила, вернув в блюдо. — Мне не понравилось во вчерашнем письме Ники её весёлость и непонятные намёки насчёт той девушки, Берты. Ты наверное не помнишь.

— Почему же? Помню. Она новый член нашего рода. Из простолюдинок. Чуть ли не двенадцать ли нитей у источника…

— Четырнадцать, Рич. — поправила Мария.

— Ого. Даже так? Это и вовсе прелестно. Такие сильные одарённые везде под особым присмотром. Нам повезло, считаю, очень повезло. Или с ней какие-то проблемы?

— Да не знаю же. Эта интриганка Ники никогда прямо ничего не напишет. Так и хочется ей иногда как в детстве в волосы вцепиться. Но ладно. Я потому и прошу тебя разобраться, что там у неё, у этой девочки, и у моего пасынка. Какие между ними чувства. Степ сейчас в том возрасте, когда совершаются самые большие глупости в жизни. Присмотрись. Если, как я подозреваю, там вдруг любовь, то напомни ему, пожалуйста, что он не безродный парень с улицы, а из семьи Неллеров, и поступать сообразно своим желаниям не всегда возможно. Если же он решил вдруг просто позабавиться с девчонкой безо всяких дальнейших обязательств, то укажи своему ученику, что эта Берта теперь принадлежит к нашему роду, и любое её бесчестие станет пятном на нашей репутации.

— По простому, пусть не протягивает к ней руки. — перевёл для себя милорд Ванский, улыбнувшись. — Жениться он на ней не сможет, а затащить в постель не имеет право. Так?

— Если грубо, то да. — подтвердила вдовствующая герцогиня. — Только сначала присмотрись. Может и говорить ничего не потребуется. Вот когда увидишь, что мои подозрения верны, тогда в словах себя не сдерживай. То, что ты скажешь, пусть считает сказанным мною и Джеем. — она передёрнула плечами. — Что-то совсем зябко стало. Действительно, пошли ко мне в покои. — она поднялась и с намёком посмотрела в глаза любовника. — О делах у нас будет время ещё поговорить. О приятном тоже не следует забывать.

Рансбур. Особняк миледи Берты из Новинок. В это же время.

Конечно же все приглашённые приехать одновременно не могли. Первым примчался дядюшка Ригер, да не один, а с Эльзой, та, узнав о причинах вызова, бросила лавку и магазин на помощников и увязалась за мужем. Следом прибыла на карете баронета Ника и тоже не одна, а с супругом. Баронет Митрий, главный маг королевства, счёл нужным в столь напряжённый для короны момент, отстраниться от всевозможных бесконечных совещаний и прибыть ко мне, чтобы участвовать в делах рода. Вице-канцлер Андрей Торский прибыл один, буквально через пару минут после руководителя неллерского столичного клана баронета Василия Нарата, наш виконт не женат, иначе поди тоже бы прихватил супругу. Прелата Курта ещё не было, прервать затянувшуюся мессу он не смог, поэтому начали без него.

Поскольку на такое количество гостей я не рассчитывал, в гостиной нашего с Бертой особняка оказалось немного тесновато. Тут же присутствуем ведь и мы с миледи, и Карл, и лейтенант Герберт Вилков, и лейтенант-маг Алиса Паттер. Они тоже не усидели, как только до Михайловского замка дошли сведения о произошедшем. Своих офицеров я не звал, но и прогнать их посчитал неправильным.

Мест на двух диванах и в трёх креслах не хватило, поэтому слуги принесли ещё и стулья из моего и Бертиного кабинетов. Заодно доставили дополнительный стол. Мой повар расстарался, но к выставленным угощениям никто не думал притрагиваться. Рассесться-то все расселись, однако часто вскакивали, то один, то другой. Пощёчина, полученная неллерами оказалась весомей, чем я предполагал.

Всё это время мне в который уже раз приходится передавать подробности похищения миледи из Новинок и предпринятых мною шагах. Вначале Ригеру с Эльзой, затем по очерёдности прибытия и всем остальным. Приедет дядюшка Курт, начну опять всё заново пересказывать.

Берта забилась в угол дивана и пытается спрятаться от часто бросаемых на неё взглядов за баронетой Никой. Зря я наверное девушку-красавицу сюда затащил, здесь-то её совет точно не потребуется. А с другой стороны, она тут главная героиня, причина нашего сегодняшнего собрания.

— Нет, конечно всякое случалось! — вскочивший главный королевский маг подошёл к окну и стукнул кулаком по подоконнику. — И убивали, и похищали, и нападали, чтобы захватить в плен. Но чтобы какая-то чернь осмелилась здесь в центре столицы похитить вассала одного из великих родов, да ещё и с целью совершения насилия, о таком я даже не слышал. Сейчас уже наверняка по кабакам начинают это обсуждать, хихикают, а вскоре смешки перейдут в откровенное презрение, если мы в ближайшее же время не ответит.

— Успокойся, Митрий, — поморщился выбравший себе в качестве сидения виконт Торский. — Никто никому ничего спускать не собирается. С Дорбовыми всё ясно. Я знаю виконта, неплохой дворянин, но он совершил ошибку в воспитании сына и за это заплатит, — вице-канцлер посмотрел на моего вассала, и Карл кивнул. — Ну вот, вызов на смертельную дуэль ему отправлен. Других мужчин в его роду нет. С семейкой Усковых я сам разберусь. Нет такого торгового предприятия, где не нашлось бы к чему придраться. Уже эту ночь и сам торгаш, и все его компаньоны проведут в городской тюрьме. Нужные показания с них получат быстро, даже лишнего ничего выпытывать не придётся, уверен. Имеющихся за ними случаев подкупов, уклонения от налогов, подлогов, некачественных товаров, контрабанды вполне хватит, чтобы в конце этой недели они все сдохли на площадях в страшных муках, и ни у кого не возникнет вопросов по поводу причин, по которым власть вдруг проявила конкретно к этим торгашам столь пристальное внимания. Остаётся только проблема с отцом того придурка — хозяина дома, куда нашу вассала увезли. Тот ведь главарь банды, один из тех, кого называют ночными королями Рансбура?

— Да, — подтверждаю. — Прозвище Шипящий. Он когда-то после гарроты, от которой его отбили подельники в Ламбере, долго не мог говорить. Потом исцелился, но кличка осталась. У него около двухсот человек в банде. Если считать с малолетками.

— Тогда какая проблема? — фыркнула лейтенант-маг, до этого молчавшая и лишь с любопытством слушавшая. — У нас же почти восемь десятков бездельников в Михайловском, устала их от травм после пьянок исцелять. Но бойцы-то они у вас отменные, они эту шваль за полчаса всю вырежут.

— Не всё так просто, дорогая миледи, — ответила ей баронета Ника, тщательно спрятав надменную усмешку, ну, я-то заметил, успел тётушку изучить. — Ямы — это район трущоб. Там полно оборванцев тысяча-две-три, которых преступники легко могут привлечь на свою сторону. А это баррикады, камни, летящие со всех сторон, подлые удары ржавым железом в спины и прочее. В прошлом году, когда там вспыхнул мятеж, объединённых сил гвардии и городской стражи его подавить не хватило. Сюда в столицу вводили целиком пехотный полк и пару рот или даже больше кавалерийского полка. Этот урод — Шипящий? — наверняка уже в теме того, что его сыночек-ублюдок натворил, и знает, чего теперь ждать. Так что, ни выманить его, ни застать врасплох не получится. Пусть наши мужчины думают, что делать. У нас есть два десятка дружинников, но больше половины их в имении. Я пошлю туда гонца, завтра к вечеру прибудут не раньше.

— Я могу собрать больше под сотню вооружённых людей. — сообщил баронет Василий Нарат. — Это с учётом наёмников. Правда с ними контракты на охрану складов и магазинов, но если дополнительно заплатить, то, думаю, они согласятся. И трофеи пообещать.

— Да какие в Ямах трофеи? — отмахнулся виконт Андрей. — У меня десяток вояк имеется. У кузена Курта, полагаю, столько же. Можно обратиться за содействием к королю и в ратушу, чтобы выделили гвардию и стражу, только это сильно снизит уважение к Неллерам. Лучше обойтись без этого.

У меня уже появилась одна идея. Зря что ли я получил себе должника, причём крупного, в лице Леона Роффа, другого ночного короля столицы? Только насколько допустимо для чести аристократии такое сотрудничество, не скрытное, а явное?

— У меня есть предложение дождаться всё ж дядю Курта, — прерываю деловой разговор. — А пока давайте поедим. Я постарался, чтобы вам тут всё понравилось.