Бастард рода Неллеров. Книга 10

Глава 23

Я проснулся рано, но вылазить из-под тёплого лоскутного одеяла не хотелось. Вообще полночи провёл под ним. Рано я вчера обрадовался камину, его хоть раб и топил на полную, но, видать, система дымоотвода здесь устроена вовсе уж по дурацки. Что у меня в обители, что во дворце Неллеров хотя бы часть стен становится тёплой, а тут ни черта. Жар от очага идёт, а дышать всё равно холодно.

Понятно, вставать всё равно пришлось. Ночевавшая на полу в моей комнате Ангелина — она ночью перетащила свой тюфяк почти к самому камину — уже давно проснулась, если конечно вообще спала, и принесла мне два ведра воды, холодной и горячей, не сама лично, а командуя дворовым стариком.

Из окна увидел, что на улице распогодилось, зато похолодало. Создатель, неужели минус по Цельсию? С трудом протиснув голову в оконную щель — хорошо, что не застрял, а то вот умора-то была бы — обратил внимание на лужи от вчерашнего дождичка. Нет, льдом не покрылись. Значит всё же плюс, хотя и холодно. А так-то хорошо, вот бы до самого Готлина лить перестало. Эх, мечты, мечты.

Велел рабу сразу же погасить закоптившие факелы, едва тот их поджог в очаге, и активировал световой амулет. Изготовленные мною светляк вспыхнул так ярко, что в мрачной комнате стало как на улице солнечным днём. На кумачовой простыни вижу маленькие точки умерщвлённых мною накануне с помощью магии клопов и бельевых вшей, вздыхаю от понимания, что как минимум ещё одну ночь придётся провести в их компании, и начинаю разминку. Сегодня обойдусь без тренировок, разве что вечером, если будет время.

— Ангелина! — кричу. — Ну где тебя волки носят?

— Меня ребята позвали, я им объяснила, откуда воду брать. — прибежала на мой зов девушка и сразу же схватилась за кувшин, начала мне поливать из него на руки. — Сержант Торел сейчас сменил караул у дверей, остальных отправил вниз.

— Передай ему приказ, пусть снимает часовых. Днём здесь ничего не угрожает, да и охранять будет некого. Всё, иди, помоги миледи Алисе, а то её рабы на городских конюшнях остались ночевать.

Одеться я и сам могу, руки есть. Благо, от всех этих вычурных моделей с завязками по бокам, а то и вовсе на спине, я отказался, едва покинул Неллер, отправляясь служить аббатом. С тех пор у меня даже парадные одеяния, в которых блистаю на балах и пирах, хоть и клоунские, зато вполне практичные.

Уже заканчиваю одеваться, когда за мной является дворецкий, миледи Алиса ожидает в коридоре. С ней ждёт с докладом сержант Николай Торел. Я-то подумал, рутина, ан нет. Оказывается ночью, закутавшись в накидку сюда приходила миледи Нелла, хотела узнать, уснул ли аббат Степ. Очень уж ей хотелось со мной обсудить одно спорное место в трактате кардинала Римнарского королевства. Её удалось убедить, что милорд Неллерский настолько устал с дороги, что уснул сразу же, едва прикоснулся к постели.

— Кто в это время стоял на посту? — спрашиваю.

— Виктор с капралом Олегом.

— Обоим по драхме. — людей за грамотное несение службы надо поощрять. Молодцы, не стушевались перед напором благородной юной настоятельницы. — Скажешь Эрику сам, а то я могу забыть.

На завтрак прибываем всё в тот же пиршественный зал. Тут ещё прохладней, чем в моей спальне и даже в коридорах, кто-то умный догадался с одной стороны окна открыть. Сибиряки видать нашлись. Хорошо, что мы с Алисой, как и все присутствующие, не на пляж собрались, одеты тепло, не замёрзнем.

При нашем появлении, пикировка графини с преднастоятельницей Неллой прекратилась. Я уловил лишь отголоски их язвенных фраз, однако суть вечных пожизненных разногласий между ними мне и так давно известна, спасибо Карлу, собравшему трактирные и базарные сплетни. Миледи Олская является одновременно и признанным бастардом графа, и племянницей графского семейства. Она дочь младшей родной сестры графини Бритни. Вот так вот в жизни и случается, одна сестра получила руку Олского владетеля и стала хозяйкой графства, а другая сердце графа Андрея и по наследству нищее владение родителей где-то в глубине Рысиных дебрей, куда тот любит наведываться на охоту. После одной из таких облав милостью Создателя и появилась на свет Нелла, одарённая источником на восемь оттенков магии.

— Миледи Наталья, наша аббатиса, очень расстроится, что вы так и не заехали к нам, — сказала юная преднастоятельница, ничуть не смущающаяся от того, что мне наверняка доложили об её ночном визите с откровенной попыткой стать матерью сильно одарённого мага.

— Можно подумать, в первый раз, — фыркнула графиня Бритни, высокомерно посмотрев на племянницу-падчерицу. — Пора бы уж ей привыкнуть, что милорду Степу не хочется посещать вашу скучную обитель.

— Завтра у нас будет весело, — нарочно зля мачеху-тётку, будто не обращая на её сарказм внимания, продолжала улыбаться миледи Нелла. — В поселении при обители большой отряд наказующих. Днём будут сжигать двух ведьм — старуху и девчонку. Соберутся толпы народа, прибудут дворяне со всей округи с семьями, дадут представления скоморохи и циркачи. Её преподобие решила по такому случаю устроить ярмарку. Может всё-таки свернёте к нам? Тут совсем рядом.

Ага. Если уж здесь чуть не изнасиловали, представляю, какие опасности и испытания меня ждут в женском монастыре. Нет уж.

— Тороплюсь, увы. Как только починимся, так сразу продолжим путь. Надеюсь в один день со своими делами в Олске уложимся. — развожу руками.

Жрать хочется сильно. Нагулял в дороге аппетит, но тут на столе опять груды пережаренной сверху и недопечённой внутри дичи. Придётся снова налегать на сыр и колбасы. Эх, где мои монастырские сыры? Скорее бы до вас добраться. Все ваши запасы подъели.

— У его преподобия такое веселье каждую неделю, — опять вступила в разговор графиня Олская. — Ему ваши развлечения скучны. Мы ему сегодня покажем сдирание кожи с насильника над собственной дочерью. В полдень на площади перед ратушей.

Так и хочется сказать, не ссорьтесь, девочки, но вслух произношу другое:

— Ох, не знаю, найду ли время, — жму плечами. — У нас с миледи Паттер много целительских дел. Но если получится, обязательно подъедем на зрелище. Давненько я не видел, как кожу сдирают.

Соврал и в том, что подъедем, и в том, что давно не видел, как подрезают кожу в нужных местах, цепляют разрезы металлическими когтями и снимают верхние пласты плоти. Так что, да, обманываю хозяев замка. Увы, приходится иногда проявлять не лучшие человеческие качества. Ложь, лицемерие, обман, тут без этого никуда. Иначе дурачком будешь выглядеть, да и долго не проживёшь, во всяком случае, счастливо и богато.

После завтрака, как я и предполагал, граф Андрей решил попросить меня об услуге. Так-то он мужик не очень приятный, да и как владетель плохой. Впрочем, тут я может возвожу напраслину. Просто графство у него само по себе бедное. Здесь кроме сельского хозяйства, мелких ремёсел, лесозаготовок и каменоломен по сути и нет ничего, что приносило бы хорошую прибыль. Ни рудников, ни солеварен, ни оживлённых торговых маршрутов.

Отец графа Андрея попытался было начать брать проездные с неллерских товаров, да сюда явился мой биологический дедушка в сопровождении пяти полков, город не стал штурмовать или осаждать, зато неудачливых олских таможенников на границе графства перевешал, пригороды Олска пожёг, а угодья на десяток миль вокруг разорил. Убедил больше рогаток на дорогах не ставить. Так что, убогий замок, грязный городишко и шатающиеся под напором ветра задолго до наступления весны крестьяне вполне возможно не результат графской бесхозяйственности. Просто денег нет.

С владетелем Олска мы дошли до его кабинета, куда лакей в чистой на поношенной ливрее принёс поднос с традиционным угощением. Граф накинулся на вино, будто не только что из-за стола. Я ж мотнул головой, отказываясь.

— Неудобно говорить об этом, — предложив мне сесть, Андрей Олский сам остался стоять на ногах. — Но у меня беда. В прошлом месяце после охоты, когда хожу в туалет, кровь из задницы льётся. У супруги нет возможности создавать даже простого целительского плетения, а просить о помощи племянницу и вообще целителей не хочу. Расскажут всем подряд. Не люблю насмешек над собой за спиной. У меня есть лекарь, он приготовил перцовую настойку, ну, чтобы протирать там. Только не помогает. Милорд, не окажете мне целительскую услугу? Я отплачу.

— Да какая плата? — пренебрежительно отмахиваюсь. — Ты меня так радушно принимаешь, что с моей стороны не помочь тебе было бы неблагодарностью. Пошли кого-нибудь за моим конспектом. Только я воспользуюсь твоими пером и листом бумаги, напишу своему сержанту, чтобы выдал. Служанка знает, где у меня что лежит.

Стыдливый какой выискался граф-то. Подозреваю, тут не в одной стеснительности дело. Орден целителей весьма дифференцированно, как сказали бы в моём родном мире, подходит к назначению платы за свои услуги. С Олского владетеля наверняка бы взяли много. Хотя, может я и не прав, и ему действительно неудобно с такой болячкой обращаться. Всё в ветхом сыром замке говорит о недостатке денег. Но уж на алхимические зелья-то, чтобы вывести клопов и вшей мог бы потратиться. Да, знаю по собственному опыту изведения этой нечисти в своей обители, дело непростое и не быстрое, но если месяц-другой мыть полы и стирать бельё с использованием специальных средств, то на какое-то время можно перестать быть кормушкой для кровососов. Мне вот зелий брата Симона хватает. Появляются иногда, но мы их уничтожаем сразу же, не давая размножаться.

Сырость, конечно, главный бич средневековых замков и монастырей. Что ж, и это решаемо. Переделать систему обогрева и не жалеть дров — рецепт вселенца из другого мира.

— Разрешите, господин? — заглянул в кабинет запыхавшийся лакей с моим конспектом.

А быстро он. Скороход что ли?

— Давай сюда, — не вставая, протягиваю руку.

Вообще, для лечения геморроя в любой стадии, как и в целом варикоза, имеются отдельные несложные плетения. Только они у меня где-то в фолиантах, а те при Сергии. Придётся воспользоваться тем, что в конспекте. Могло хватить бы и малого исцеления, но терпеть не могу что-то делать некачественно, так что, потратил чуть больше времени и энергии наложив на графа среднее.

Минут пять выслушивал слова благодарности и уверения, что в Олске мне всегда будут рады. Можно подумать, меня до этого на порог не пускали. Вырвался из липкой патоки напоминанием о том, что у меня вообще-то дел полно.

Миледи Паттер ждала меня уже полностью готовой на выезд. Никаких мазей, зелий и прочего целительского реквизита разумеется не было, всё у помощников.

Ангелину с собой брать не стали, ей есть чем заняться. Пусть проследит за уборкой и сменой белья. Дворецкий поклялся, что её в замке никто не обидит, накормят и выполнят любые пожелания касательно устройства моего быта.

Когда выехали нашей небольшой кавалькадой из замка — мы с лейтенантом-магом впереди, Николай с парнями следом — спрашиваю у спутницы:

— Алиса, знаешь, что я считаю очень важным в отношениях со своими соратниками?

— Предположений много, но хотелось бы тебя самого услышать. — хихикнула молодая женщина.

— Доверие, Алиса. Вот что. — не поддерживаю её веселья, отвечаю серьёзно. — Без него обязательно рано или поздно возникнет недопонимание, которое может привести к разрыву добрых отношений.

— Не понимаю, — нахмурилась миледи Паттер, перестав улыбаться.

— Вот и я не понимаю, Алиса. Объяснишь всё же, как ты из Олайского герцогства оказалась в Неллере, а потом у меня на службе?

— Так я ж рассказывала, — отвела взгляд в сторону лейтенант-маг. — У моих родителей крошечное имение в горах, и сотни крепостных не наберётся. Меня даже отправили жить к тётке, чтобы я могла учиться в её замке вместе с кузиной. Нанять достойного учителя, который бы согласился переехать жить в наши скалы, денег бы не нашлось. Вот.

— Дальше. — тороплю с рассказом лейтенанта-мага, когда мы спустились от замка к Ратушной площади и повернули в сторону городских конюшен. — Эту часть твоей истории я уже слышал. Не от тебя, от Герберта.

— Всё так и было, — провела она ладонью по гриве своего коня. — Он и остальное ведь рассказал? Услышала, за кого меня хотят выдать замуж. Воспользовалась правом одарённой откликнуться на королевский призыв. Пошла в войско, воевала с виргийцами, вначале в состве седьмого пехотного, затем второго егерского, потом в отряде магов твоей сестры маркизы Агнии. Война закончилась, Герберт сказал, настоятелю монастыря требуются офицеры, и вот.

— Это понятно. — мы уже подъехали к трактиру с дурацким названием «Добрая сова», но седла я не оставляю, разговор у нас ещё совсем не закончен. — Не понятно другое — зачем тебя наказующие ищут?

— Наказующие? Ищут? — растерялась и покраснела миледи Паттер.

— Ага, наказующие, ищут. — подтверждаю. — Алиса, слушай, ты ведь не первый день меня знаешь. Должна понимать, что своих людей я в обиду никому не дам. Говори мне сейчас всё, как есть. Клянусь, не сделаю тебе ничего плохого. Даже если узнаю, что ты детей на обед ела, то мы просто расстанемся. Если же твои проблемы чуть меньше, смогу тебя защитить.

Из уст молодого парня, которому ещё нет и шестнадцати, такие слова звучали излишне пафосно, но миледи Паттер знает, что они полностью соответствуют действительности.

— Я не ела детей, — слабо улыбнулась.

— Тогда в чём дело? — начинаю уже раздражаться. Мне из неё информацию клещами что ли тащить? — Николай, заходите в трактир, мы с лейтенантом немного задержимся. — приказываю сержанту и спрыгиваю на землю, отдавая поводья одному из солдат.

Отошли с Алисой подальше, встали за коновязью, и она рассказала мне о постигшей её семью беде. Правда, беду ту отец Алисы сам к себе зазвал. Когда-то он был безземельным дворянином, но имея слабый магический дар сумел хорошо проявить себя во время восьмилетней войны за габарийское наследство, и Пётр Третий, отец Эдгара, нашего нынешнего короля, козла и урода, пожаловал ему участок земли с полу-развалившимся замком. Во время одного из походов милорд Паттер обнаружил в старых развалинах небольшой сундук со свитками. Вначале хотел про находку забыть, но сумев продраться сквозь неразбериху старинных букв вдруг понял, что стал обладателем обряда усиления магического ядра. Многого древние маги не обещали, но на пару-тройку дополнительных оттенков энергии можно было рассчитывать.

Никому не сказав о найденных знаниях, милорд Карл Паттер решил попробовать провести этот ритуал на себе. Другой вопрос, что для него требовались человеческие жертвы. Что ж, в прошлом боевой офицер не увидел в этом никаких проблем, в скальной местности вокруг его имения водилось множество разбойников, контролировавших контрабандные тропы из Верции и Ладунзы. Выходить со своей небольшой дружиной с десяток ветеранов на открытый бой с многочисленными бандами он не стал. Просто устраивал время от времени облавы на небольшие шайки и копил пленников в своих подземельях.

Когда их число перевалило за сотню, тёзка моего вассала устроил им массовый забой. Не учёл только, что среди самого ближнего окружения нашлись люди весьма набожные. В общем, надолго его действия тайной для матери-церкви не остались. Милорда Паттера схватили и препроводили на кардинальский суд в Рансбур. Там его вина была установлена не только с помощью многочисленных свидетельских показаний — все дружинники под пытками подтвердили вину своего господина, но и вещественными доказательствами в виде трупов, изуродованных в соответствии с тёмным ритуалом. Не поленились привезти.

— Он пожизненно помещён в подземную тюрьму Наказующих, — завершала Алиса свой рассказ. — Не знаю, жив он или мёртв. Также не знаю судьбу брата. Говорю же, я обо всём узнала много позже от тётки. Я жила рядом с Ормаем и дома не была очень давно. В армию пошла конечно же не из-за жениха, желающих особо не было. Прости, что обманывала. Просто, Степ, прошло уже четыре года с того суда, мне никаких обвинений не выдвигалось, да и при чём здесь я? Это простолюдинов карают семьями, меня должны судить особо. И что смогут предъявить? Ничего. Я невиновна, ваше преподобие. Клянусь благодатью Создателя.

— Я тебе верю, — киваю. — Есть у меня мысли, с чего вдруг к тебе решили прицепиться, — ну Ульян, ну скотина мстительная, не смог всё ж простить, что я миледи из Новинок у тебя увёл? Хочешь мне нервы потрепать? Подмочить репутацию? Тратиться на церковную судебную волокиту? Ну-ну, посмотрим ещё, кто кому потреплет. — А получилось хоть? Ну, у отца-то твоего получилось усилить источник?

Наконец-то она посмотрела мне прямо в глаза. Поняла, что я и правда от неё не отступлюсь из-за чернокнижия отца. А я что? У меня самого в сундуках лежат древние фолианты, доставленные Леоном Роффом. Глазком одним глянул, там вообще жуть жуткая. Ну, то что удалось разобрать. Закорючки букв там действительно чересчур витиеватые. Место этим книгам на костре, да, пожалуй, они вскоре в нём и окажутся. Следовать кровавым ритуалам я не собираюсь. Но любопытство вещь сильная. Прежде чем избавиться от трудов языческих жрецов, сначала их изучу. Чтобы бить врага нужно знать его оружие.

— Если я скажу, что да, получилось, это же будет одним из страшных богохульств? — вопросом на вопрос ответила Алиса.

И она права. Только Создатель в своей милости может награждать людей магическими дарами. Анти-Создателю такое недоступно, как бы он ни злобствовал, ни вводил в смущение людские души. Ложным богам древности тем более.

— Конечно, — соглашаюсь. — Поэтому вопрос снимается. Зато понятно, почему наша добрая мать-церковь не пожалела усилий, чтобы вытащить из глуши мелкого дворянина и судить его в столице. Милорд Паттер решил утверждать, что усилил свой источник? Тоже не отвечай. Пошли, нас уж заждались. Кстати, как смотришь, чтобы поработать сегодня коновалами?

— Не в первый раз же, ваше преподобие, — с облегчением от закрытия крайне для неё неприятной темы рассмеялась Алиса.

Стыдно должно быть похлеще кровавого геморроя графа Андрея, но мы с миледи Паттер, будучи благородными дворянами, исцеляем лошадей нашей роты, когда в том возникает необходимость. Кому рассказать об этом, не поверят. Не каждая дворянская семья может позволить себе лечебные услуги магов, а тут лошади. Только я смотрю на всё практично. Даже если и пойдут слухи, мне плевать.

— Добро пожаловать, господа, — вышибала, какой-то слишком мелкий для своей должности, услужливо распахнул перед нами дверь трактира.