Берсерк 3: Гнев бездны

Глава 16 Один против клана

На самом деле Силине очень повезло, что я стал несколько сдержаннее. То ли это план смерти на меня так влиял, то ли я старею? Не знаю. Но секунда моего промедления спасла ей жизнь, и эльфийка успела уронить на пол оружие, выставив ладони вперёд.

— Постой! — воскликнула она.

Как дроу позже призналась, в ту секунду она по-настоящему испугалась. Будто сама смерть смотрела на неё моими глазами. И это было недалеко от истины.

Тем не менее Силина успела сделать шаг в сторону, открывая моему обзору третье тело, лежащее на подоконнике.

Я плохо соображал в этот момент. Так стараться ради друзей, чтобы в итоге найти их убитыми. Это стало для меня ударом, от которых я уж отвык.

— Не двигайся, — прохрипел я Силине и на ватных ногах подошёл к Блэку и Тинки.

Они лежали на кровати, которая предназначалась мне. Их глаза были широко распахнуты, на лицах читался предсмертный испуг. Но позы убитых говорили о том, что они ничего не успели сделать. Их просто застали врасплох.

Силина спешила объясниться:

— Деменс, я…

— Дай мне минуту, — перебил я её.

Внутри меня царил хаос и ад, грозившиеся вырваться наружу. Ногти на руках впились в ладони, пробивая кожу. Да так, что на пол падали капли крови, прожигая что-то вроде ковра.

Я же пытался глубоко дышать, чтобы подавить эмоции и не наделать сейчас глупостей.

Сделав ещё пару вдохов и выдохов с закрытыми глазами, я произнёс:

— Рассказывай.

К этому времени уже прибежал Варгал и даже «мопсы». Так что, девушке не пришлось объяснять всё дважды.

Ей не спалось, и Силина хотела выйти на верхнюю площадку башни, чтобы подышать. В какой-то момент она заметила внизу возле одного из окон странное движение.

Кто-то бесшумно залез в оконный проём, где находились Блэк и Тинки.

Наверху башни находилась куча всякого барахла, среди которого, на счастье, была верёвка. Поэтому Силина, дабы не тратить время на спуск и застать лазутчика врасплох, закрепила верёвку и прыгнула на ней вниз, влетая в окно.

Оказавшись в спальне, она убедилась, что ей не показалось, и внутрь действительно проник посторонний. Она вступила с ним в схватку, но поняв, что так просто без оружия с ним не справиться, закричала, дабы привлечь внимание.

Убийца понял, что скоро он останется в меньшинстве и попытался сбежать, но Силина сумела его задержать и даже обезоружить. После чего его собственным же кинжалом ударить убегающего. Собственно, он так и остался лежать на полпути к свободе. На этом моменте их уже и застал я.

— Позволь осмотреть твоих людей, — попросила Силина.

Я в ответ лишь кивнул, а сам подошёл к телу убийцы. Ожидаемо, это был дроу без опознавательных знаков.

— Но капюшон и маска намекает на Кивул, — заметил Варгал.

— Не обязательно, — покачала головой Силина, осматривая тело Блэка. — Свои убийцы есть у всех кланов. Даже Скердукил, как бы ни кичились своим воинским мастерством, в случае нужды не гнушаются подобными методами.

— Нашла что-нибудь? — спросил я у дроу.

— Да, смотри, — она протянула мне две тонкие иглы. — Их убили этим.

— Иголками?

— Не совсем. Это яд. Очень мощный. Способен если не убить, то как минимум, значительно ослабить даже легендарного монстра. Подобные вещества стоят крайне дорого.

— Похоже, что кто-то хотел убить именно тебя, Деменс, — заметил Варгал.

И пазл начинал понемногу складываться. В этой спальне и должен был ночевать я, но отдал её Блэку с Тинки. А кто изначально мог рассчитывать именно на моё присутствие здесь?

— Вирго! — вырвалось у меня, и я подхватил поставленную у стены [Бойню].

Схватив тело убийцы левой рукой, я выпрыгнул в окно и оказался на улице, где уже вовсю оживилась стража. Звучали колокола, означавшие тревогу, и зажигался свет на столбах.

— Вирго!!! — взревел я, глядя на самую высокую башню.

— Не кричи! Я здесь! — внезапно ответили мне.

Из-за спин охраны вышла сама матриарх и задала вопрос:

— Что у вас произошло?

Я бросил ей под ноги тело убийцы:

— Я надеялся, что это ты мне объяснишь!

Тяжело дыша, я смотрел за действиями матриарха. Она склонилась над телом и поднесла к нему руки. Из её ладоней наружу пробились несколько десятков маленьких щупалец, подобных тем, которыми меня лечил Мерунес. Они проникли под кожу трупа, и Вирго прикрыла глаза на пару минут.

— В нём нет специфических маркеров, относящихся к тому или иному роду, — наконец покачала головой она.

Но покопавшись в карманах убийцы, она извлекла маленький цилиндрический футляр. Открыв его, она продемонстрировала ещё одну иглу, как те, с помощью которых убили Блэка и Тинки.

— Зато мне известно, что это, — задумчиво произнесла Вирго.

— Говори! — прорычал я.

Матриарх пристально посмотрела мне в глаза и попросила:

— Деменс, прошу, только без глупостей.

— Говори!!!

— Хорошо. Только успокойся. Это «игла Ишша». Она несёт в себе крайне мощный яд.

— Я знаю это и без тебя. Что мне это даст?

— А то, что подобным оружием владеет только один дом.

— Какой?

— Сам подумай, какой дом специализируется на ядах? Секрет производства подобного оружия хранится в строжайшем секрете, так как с его помощью добываются трофеи с самых опасных монстров.

Я напряжённо смотрел в глаза Вирго, пытаясь уличить её во лжи. Но очередной кусочек пазла сложился. Кому вообще была бы выгодна моя смерть? Вчера Вирго проверила меня на послушность, и я прошёл тест. Как я понял, у неё всё ещё большие планы на мой счёт.

Зато Сунере и всем венатурам я как комок посреди горла. И Вирго поняла это даже раньше меня, поэтому попыталась успокоить:

— Послушай. Вернись к себе. Я направлю официальное обвинение в совет домов. Благодаря тебе у нас сейчас колоссальное политическое влияние. Мы сможем привлечь Венатур к ответу!

— Ты способна принести мне голову Сунеры? — огрызнулся я.

— Прости, но это невозможно. Ни один клан не пожертвует своим матриархом.

— Тогда эту голову я добуду сам! — прорычал я и развернулся в ту сторону, где должны были располагаться здания Венатур.

— Я запрещаю тебе! — попыталась остановить меня Вирго.

Я же обернулся через плечо и взглянул на неё таким же взглядом, от которого лишь недавно чуть не схватил Кондратий Силину. Я говорил тихо, но эти слова услышал каждый из присутствующих здесь, так как эти слова произносила сама смерть. И она вынесла свой приговор.

— Не смей мне мешать, Вирго. Иначе ты разделишь судьбу Сунеры и всего её дома. Я клянусь тебе.

Матриарх Кунас не нашла что ответить, и меня больше никто не пытался задержать. Никто, кроме Варгала. Серый тигр настиг меня, стоило мне пройти пару метров и принял человеческую форму.

— Ты к венатурам⁈ Я с тобой!

Я подошёл к перевёртышу и мягко взял его за затылок, прислоняя свой лоб к его:

— Послушай меня. Если я не вернусь, ты должен будешь отыскать и спасти Проклятых. Вирго знает, где они. Выторгуй эту информацию. Или сбеги с американцами, пусть они выведут на след. В любом случае это останется на тебе.

Варгал покачал головой и положил свою руку мне на плечо:

— Нет, брат. Ты вернёшься, и мы найдём их вместе. Пообещай мне.

Я посмотрел ему в глаза и после секундной паузы кивнул:

— Я постараюсь.

— Большего мне и не надо, — кивнул Варгал.

Вернувшись в башню, перевёртыш наткнулся на двух взволнованных человек и одну дроу.

— Куда он отправился? — спросил Майк.

— Убивать венатуров.

— В одиночку⁉ Мы должны ему помочь!

— Нет, — покачал головой Варгал. — Сейчас мы будем ему только мешать.

— Но его же убьют!

— Ты недооцениваешь Деменса. Они забрали у него то, что было ему дорого. Теперь им не помогут даже боги.

Выйдя с территории Кунас, я оказался в квартале, считающемся условно нейтральным. То есть формально не принадлежащем ни одному из домов. Хотя это лишь потому, что по сути это были трущобы для простолюдинов, не представляющие особой экономической ценности. Так как здесь не было каких-то значимых производств или точек торговли.

Хотя как только до властьимущих дроу дойдёт опыт земных застройщиков и понимание того, что любое жильё само по себе источник дохода и способ выкачивать ресурсы из населения, думаю, ситуация резко изменится.

Вскоре я оказался на территории дома Венатур. Понял я это по высокой стеле, на вершине которой красовалась золотая чаша — символ дома. Саму стелу охраняли часовые клана.

Они выглядели немного иначе, нежели новички на арене. Вместо простой ткани они носили уже мало-мальски приличную броню с торчащими в разных местах трубками и неотъемлемый атрибут бойцов Венатур — респиратор.

Завидев меня, охрана ощетинилась копьями, к которым были подведены трубки из заплечного резервуара.

— Стоять! Это территория дома Венатур! — воскликнул их старший.

Но стоящий ближе всех к нему стражник округлил свои глаза и воскликнул:

— Это же тот короткоухий! Тот, что вырезал всех новичков этого года!

Предводитель охраны недовольно покосился на подчинённого:

— Мы же не новички! Так что, если посмеет перейти границу, убейте его!

Граница, к слову, была чётко очерчена выложенными кирпичами на мостовой. Я остановился ровно перед ней, и когда главный стражник закончил раздавать указания, сделал один шаг вперёд и оказался обеими ногами на территории Венатур.

Венатуры стояли в нерешительности. Я же просто смотрел на них, ожидая ответных действий. Но даже руководитель этого ансамбля мальчиков-зайчиков застыл, не решаясь напасть.

Я медленно отвёл руку с [Бойней] в сторону, и взгляды стражников проследили за секирой. Взмах! И сразу трое дроу лишились голов под действием [Вихря].

На ногах остались двое. Видя, как больше половины их отряда пала в один миг, выжившие побежали со всех ног вглубь своей территории, чтобы поднять тревогу. И звуки оповещения не заставили себя долго ждать. Но я никуда не торопился, так и оставшись стоять возле стелы.

Наконец, в глубине квартала я заметил копошение и собирающиеся по тревоге отряды защитников дома. И вскоре из этого хаотичного шума появился первый отряд из десяти голов и встал передо мной ровным строем, ощетинившись копьями.

Вперёд вышел дроу, с виду отличающийся от остальных по экипировке. Никаких трубок, респираторов или резервуаров с ядом. Эти примочки были нужны рядовым пешкам, чтобы компенсировать свою слабость. Командиры же были уже довольно опытными с виду адептами сил бездны. У предводителя этого отряда был даже оракул. Я понял это потому, что рядом с названием расы теперь читалось и его имя, которое я даже не пытался запомнить. Зачем мне знать, как звали какой-то труп?

— Я начальник второй смены службы стражи дома…

Бум! Я прервал речь эльфа ударом секиры об стоящую рядом стелу, не сводя глаз с противников.

— Именем дома Венатур я приказы…

Бум! По стеле пошла внушительная трещина.

— Прекрати сейчас же! — не выдержал дроу.

Но я только начинал разогреваться. С третьим ударом стела рухнула, едва не придавив парочку стражников.

— Ты за это заплатишь! Выстрел!!! — взревел начальник какой-то там смены.

Дроу вскинули копья, и из патрубков, присоединённых к древку, полились струи тёмно-зелёной жижи. Но не успела она толком въесться в мою кожу, как я применил [Очистку] и рванул в образовавшийся столб газа.

Преодолев завесу, я настиг первого стражника, ломая тому грудную клетку. Его товарищ попытался ткнуть меня копьём сбоку, но я перехватил этот удар, и струя яда пролетела мимо меня, а выстреливший повис у меня в руке с проломленным черепом. От следующего залпа я прикрылся уже его трупом. Как бы живуч я не был, яд был действительно очень неприятной субстанцией. Мало того что он обжигал кожу и верхние дыхательные пути. Так кроме этого, я чувствовал, что даже у меня перед глазами картинка начинает плыть. А значит, нужно было простимулировать [Порождение отчаяния]. И вскоре мне с этим помогли.

Знатные дроу по замашкам напоминали аристократию Европы семнадцатого века. В то время как простые солдаты были вооружены наиболее массовым и эффективным оружием, простым в освоении, носители высокого статуса в доме предпочитали в основном эльфийские сабли. Причём эти предпочтения не особо зависели от дома. Сабли почитались представителями знати всех кланов, как символ знатного происхождения. Умение фехтовать считалось едва ли не самым главным для каждого высокопоставленного члена высшего общества дроу.

Поэтому меня вскоре и ткнули именно такой саблей. Во второй руке командир отряда держал родовой кинжал. Обычно при таком сочетании оружия, кинжал использовался для парирования атак. И дроу действительно попытался парировать удар моей секиры, но вместо этого едва не лишился руки.

Развивая успех, я совершил второй замах, на этот раз выбивая основное оружие из рук противника.

Тут же схватив его за горло, я прикрылся его телом от очередных струй яда, и мы очутились в облаке отравляющего пара. Только дроу к этому времени уже успел натянуть на себя респиратор, который я поспешил с него сорвать.

Он поначалу немного закашлялся, но потом усмехнулся и прохрипел:

— Я Венатур. Думаешь, яд может меня убить?

— Нет, — покачал головой я, — Но может она.

Я поднёс [Бойню] к его лицу и дроу опасливо покосился на секиру.

— Говори, как мне найти Сунеру, — прорычал я.

— Она сама тебя найдёт, — оскалился дроу.

Я кивнул:

— Это хорошо.

Дроу тут же упал на мостовую со сломанной шеей. Разобраться же с остатками первого отряда не составило особых проблем. Причём каждого из них я старался убивать в ближнем бою, дабы ускорить свои движения за счёт [Напористости].

К слову, как работает [Взор смерти], про который я уже и забыл, я так до сих пор и не понял. После очередного убийства он должен показывать мне слабое место ближайшего врага, но почему-то никаких указателей или чего-то подобного я не замечал. Может, потому что мне ещё не попадались действительно серьёзные противники? Ведь у дроу для меня слабое место — всё их тело.

Расправившись с этим отрядом, я вышел из боя уже практически восстановленным. Регенерация от [Отрицания смерти] и [Бесконечной жатвы] немного даже мешали. С другой стороны, при столкновении с действительно сильными или многочисленными противниками, они будут незаменимы.

И кстати о противниках. Пока я шёл по улице, впереди уже образовался очередной заслон. На этот раз прислали уже не простых «ядометчиков», а обученных бойцов, по-видимому, из знати, так как вооружены они были спаренными саблями — излюбленная комбинация фехтовальщиков дроу.

Чтобы пользоваться таким оружием, нужна неординарная скорость движений и реакции. И у первого стоящего на моём пути противника её оказалось недостаточно.

В боях я обнаружил ещё одно полезное свойство своих сапог. Они полностью нивелировали скольжение на твёрдой поверхности, когда я совершал рывок вперёд. За счёт этого мои движения становились ещё быстрее.

Вот и сейчас слегка ускоренный после уничтожения предыдущих отрядов я в один миг оказался перед целью настолько быстро, что успел посмотреть в прорези для глаз на его шлеме, заметив в них удивление.

С таким же удивлённым взглядом его голова и полетела по воздуху в сторону. И не успела она упасть, как в меня уже воткнулись сразу две сабли от зашедших со спины противников. Вот только этим они ещё сильнее меня ускорили за счёт повышения ловкости.

Я отмахнулся от них широким взмахом секиры и разрубил одному дроу плечо. Второй же успел увернуться и отойти, используя акробатический трюк. Кажется, на земле он называется рондат.

Но отпускать его так просто я не собирался. Не успел дроу принять вертикальное положение, как в него тут же врезалась [Бойня]. А в меня врезалась очередная пара клинков. Что, впрочем, меня не особо смутило. Я успел схватить двух напавших за руки и перебросить через себя. Одного я со всей силы приложил об землю, что-то ему ломая с очень смачным хрустом.

Вторым же отмахнулся от наседавших со всех сторон противников. Вот только мой расчёт немного не оправдался. Коварные эльфы не стали жалеть товарища и молниеносным движением отрубили тому руку, за которую я держался.

Кто-то попытался отрубить руку и мне, но его сабля наткнулась на мою неразрушимую кость.

Рана была довольно неприятной, так как снижала функциональность руки, и я поспешил её заживить, нанося удар в нагрудник ближайшего ко мне дроу.

Я рассчитывал его пробить, но броня оказалась чуть крепче, чем я ожидал, и она просто смялась вместе с его грудной клеткой.

Добивал я его уже, втаптывая торс в землю ногой, не сводя озлобленного взгляда с отошедших на несколько шагов его товарищей.

Те подрастратили весь боевой запал и явно начали меня опасаться. Поэтому никто не дёрнулся, когда я отошёл чуть назад и подобрал с земли секиру. Водрузив её на плечо, я обернулся и прорычал:

— Сунеру сюда! Живо!!!

Воины ошеломлённо переглянулись, и на миг мне даже показалось, что они засомневались, стоит ли им умирать здесь за своего матриарха. Всё-таки дроу были жуткими индивидуалистами. Даже удивительно, как матриархи умудряются худо-бедно, но сплачивать эти змеиные гнёзда вместе.

Не знаю, знатные воины побежали за своей госпожой или решили перегруппироваться, но драпали они так быстро, что через пару секунд я вновь остался на улице один.

Пришлось заняться добиванием раненых и идти дальше. Но тут в одном из окон я заметил мимолётное движение. Моя реакция не заставила себя ждать. Окно было взято штурмом, и я сбил с ног какого-то старика. Дроу упал на спину и закрылся руками:

— Нет! Прошу! Пощады!

— Говори, как найти Сунеру.

— Обычно госпожа находится в своей центральной башне. Самая высокая здесь.

Я присел перед стариком, опираясь на секиру, и взглянул ему в глаза:

— Я вижу тебе много лет. Если ответишь на вопросы честно, я оставлю тебя в живых. Скажи, на территорию Венатур уже совершались серьёзные нападения?

— Да, господин. Несколько были на моих глазах.

— Отлично. Скажи, как организована оборона квартала?

Старик замялся, но невзначай придвинутая к нему секира быстро разговорила эльфа:

— Сначала неприятеля встречает дежурная смена стражи и задерживает до подхода воинов дома.

— Это такие в броне и с саблями?

— Да, господин. Но те, которых вы сейчас победили, были лишь передовым отрядом, призванным оценить силу противника. Если противник оказывается слишком серьёзным, в бой вступают андермахи.

— Это ещё кто?

— Одарённые силами бездны. Каждый из них сразил тысячи сильнейших монстров за переделами города. Один такой боец стоит нескольких отрядов воинов.

— Отлично. А то я уже думал, будет скучно.

Выпрямившись, я собирался выпрыгнуть в окно, но внезапно старик бросил мне вслед:

— Но это ещё не всё. Впереди могут быть ловушки.

— Какие? — уточнил я обернувшись.

— Простите, этого я точно сказать не могу. Ремесленники дома постоянно их изменяют и модифицируют. Но, скорее всего, они будут с ядом. Возьмите это!

Дроу подбежал к ряду шкафов и достал оттуда два стеклянных пузырька. Когда он мне их протянул, я запросил информацию у оракула.

[Универсальное противоядие]. Редкое зелье. Значительно повышает устойчивость к отравлению на полчаса. Клеймо мастера: Нургин.

— Нургин, это ты?

Старик молча кивнул в ответ.

— Почему ты мне помогаешь?

— Хочу отомстить. За сына. Он был агентом Ма'Шаэл. Помогал бороться против кланов. Но его раскрыли.

— А почему пощадили тебя?

— Я был важным алхимиком для дома. Но после этого меня перевели в обычные ремесленники.

Уж не знаю, за что больше хотел отомстить этот алхимик, но скрытое презрение, с которым он говорил про кланы, меня убедило, и я выпил одно из зелий.

— Спасибо, старик, — кивнул я ему. — Буду должен. А пока что спрячься. А ещё лучше беги из квартала. Здесь будет очень жарко.

Оказавшись снаружи, я отметил гнетущую угрожающую тишину. На улице не было ни души, и весь квартал будто разом вымер. Но не весь город. В соседних районах, наоборот, нарастал какой-то странный шум, но мне было не до этого.

Так, я дошёл до небольшого перекрёстка, на котором сходились сразу три улицы. И тут на мостовой я заметил некоторую особенность, которой раньше не было. Здесь были водостоки. Точно такие же, как в наших земных городах. Вот только, зачем нужны водостоки под землёй, где нет дождей⁈

«Ловушки», — дошло до меня. Но почему их до сих пор никто не запустил? Или, быть может, они уже давно работают?

Я присел возле одной из решёток и поднёс к ней ладонь, ощущая лёгкий ветерок из ливнёвки. Происходило то, чего я и опасался. Ловушки уже работали и выпускали на улицы какой-то газ.

Нужно было подняться на крыши зданий. Подальше от источника отравляющего вещества. Вот только, когда я попытался встать, то ощутил головокружение. Некритичное. Поэтому я устоял на ногах.

— Он догадался, — послышалось откуда-то со стороны.

Это был мужской голос, исходящий будто отовсюду. И вскоре ему вторил уже женский:

— Меня больше волнует, почему он до сих пор стоит на ногах.

— Он явно скрывает свою ауру. То количество ран, которое он перенёс на арене, говорит о том, что он намного выносливее, чем кажется.

— Значит, нужно добавить, — заключил женский голос, и я ощутил лёгкий укол в плечо.

Это был маленький дротик. Как те, что выплёвывают из трубок. Даже не успел я его выдернуть из себя, как едва не свалился на землю. Пришлось упасть на одно колено и опереться на секиру.

— Как легко ты заставляешь мужчин преклонять колени, сестра! — послышался смешок.

— Он должен был уже лежать, — не скрывая недовольства, ответил женский голос.

Я подумал, что раз должен, значит должен. Завалившись набок, я просунул руку туда, где у меня хранился родовой кинжал дроу. Мне его отремонтировали и перековали, так что теперь это был вполне нормальный режик.

— Ну, вот и всё. А паники-то было! — усмехнулся мужчина. — Предоставляю тебе возможность покончить с ним.

— С удовольствием!

Мне пришлось изрядно напрячься, чтобы хоть как-то ощутить лёгкие беззвучные шаги за спиной. Не доходя до меня, они остановились, и я услышал полушёпот:

— Кровь? Откуда?

Она заметила текущую по мостовой кровь из раны, которую я нанёс себе сам. А всё для того, чтобы хоть как-то взбодриться и взбодрить [Порождение отчаяния]. Пришлось даже пожалеть, что оно заменило [Дитя отчаяния], и прибавка в выносливости стала меньше.

Но даже так я по большей части пришёл в себя. Вот только обладательница женского голоса что-то заподозрила и не спешила ко мне. А раз гора не идёт к Магомету, значит, к горе летит топор.

Резко перекатившись, я бросил секиру в замеченную мной женскую фигуру. Но даже несмотря на [Порождение ненависти], метатель из меня до сих пор был так себе, поэтому оружие зацепило её по касательной.

Всё, что я успел рассмотреть, так это долговязая женская фигура дроу. Вот только совсем без волос. Она тут же рванула за ближайший угол и скрылась с моих глаз.

— Вот гад! — донеслось до меня.

— Осторожнее надо быть, — заметил мужской голос.

— Он не должен был двигаться! Я точно попала!

Мужчина ничего не ответил, а это значило, что сейчас будет следующий плевок.

Я смотрел во все два глаза, пытаясь определить, откуда полетит дротик, но он возник буквально из ниоткуда. Вот только угодил он мне как раз в наплечник и отскочил в сторону.

Стрелявший выругался, но я больше не слушал их болтовню. Я взял след. [Чутьё на кровь] ранее казалось практически бесполезным навыком. Но сейчас я ощущал чёткий шлейф запаха крови дроу. Его ни с чем не спутать.

Прыжок, и я проламываю ставни на втором этаже одного из домов, влетая в небольшую комнату. Там трое. Лысая дроу, бинтующая руку, и мужчина с женщиной, связанные по всей длине тела каким-то кожаным ремнём и вставленными в рот кляпами.

Увидев меня, дроу оскалилась и выхватила здоровой рукой одноручный меч. Её атака была молниеносной и точной. Клинок прошёл аккурат между рёбер, но на пару сантиметров в сторону от основного сердца.

От моей контратаки она увернулась и отпрыгнула назад, оставляя внутри меня свой подарок в виде меча. Оказавшись на дистанции, дроу схватила плавательную трубку и выпустила в меня дротик. Я прикрылся рукой, и он попал мне в левое предплечье.

Попадание обрадовало мою противницу, и, воодушевлённая, она вновь ринулась на меня, обнажая второй меч. Зайдя со стороны поражённой руки, она попыталась атаковать, но напоролась на моё яростное сопротивление.

Я отвёл её выпад голой левой ладонью, а секирой в правой руке переломал ей сразу обе ноги. Но вместе с криками боли противница завопила:

— Как⁈ Это был яд чёрной смерти! Твоя рука должна отмереть!

Я перевёл взгляд с корчащейся на полу девушки на торчащий из меня дротик. В месте проникновения действительно виднелся небольшой участок почернения, но он быстро зарастал здоровой плотью.

— Мёртвое не может умереть, — покачал головой я.

Пока моя противница корчилась от боли и пыталась остановить кровь, я подошёл к паре связанных гражданских и обнажил свой кинжал. Первоначальный испуг в их глазах вскоре сменился удивлением, когда я разрезал ремни, освобождая пленников.

Но тут взгляд мужчины стал каким-то подозрительным, и он заорал во всю глотку:

— Сюда!!! Он здесь!!!

Такой реакции я не ожидал, поэтому даже опешил, прежде чем вырубить крикуна ударом кулака. Женщина же оказалась чуть умнее и успела сбежать вниз по лестнице. Ну, да чёрт с ней.

Тем более что нарисовалась проблема посерьёзнее. В окно влетели два металлических шарика с шипами, и я услышал всё тот же мужской голос:

— Ложись!

Совет этот предназначался явно не мне. Но даже последуй я ему, это мне бы вряд ли помогло. Потому что эти артефакты, как заведённые, начали метаться по комнате, кроша мебель и предметы. И с каждым отскоком они метили в меня.

Шипы хоть и с трудом, но пробивали [Подкожную броню]. А зная Венатур, они наверняка были ещё и ядовиты. Поэтому долго принимать удары этих ежей было нецелесообразно. А значит, мне был нужен щит. И я решил, что живой щит здесь будет очень кстати.

Схватив за шкирку валяющуюся и прикрывающую руками голову дроу, я вытянул руку с ней вперёд, и оба ежа зависли в воздухе, не решаясь причинить ей вред.

Пользуясь моментом, я отбросил пленницу в сторону и схватил оба шарика, чтобы раздавить их у себя в ладонях.

После этого безобразия комната выглядела так, будто здесь пробежал дикий слон, размахивающий моргенштерном. Кстати, под его удар попала и голова гражданского, звавшего сюда андермахов.

— Сам напросился, — пробурчал я, бросая на него мимолётный взгляд и подхватывая потрёпанную, но всё ещё живую, дроу.

Я выскочил из окна на перекрёсток, держа пленницу на вытянутой руке. В другой моей руке была [Бойня].

— Выходи, иначе ей конец! — воскликнул я.

Но ответом мне послужила лишь тишина. Поэтому я решил провести эксперимент. Могут ли дроу ценить чью-то жизнь, кроме своей, и сочувствовать хотя бы близким?

Одной ноги у женщины уже не было, а вторая была перебита, но ещё держалась. Пришлось исправлять эту недоработку, вызывая её страдальческий крик.

— Тебе конец! — ругалась она сквозь стоны. — Скоро здесь будут остальные!

— Да? А чего же они сразу не пришли? — спросил я и сломал ей запястье.

Ответом она меня не удостоила, поэтому я беспристрастно продолжил пытки, вызывая у пленницы крики и плач по мне женевской конвенции. Но её напарник так и не высунулся. Значит, либо сбежал, либо готовит какую-то пакость.

И второй вариант оказался верным. На этот раз в меня полетел не дротик, а практически целое копьё. Оно также вылетело из ниоткуда, но за секунду до этого меня предупредил мой амулет. Опасность исходила сбоку, и я в последний момент успел повернуться на девяносто градусов и прикрыться своим живым щитом.

Щит широкими глазами уставилась на свою грудь, из которой торчало древко. Наконечник же его едва не зацепил и меня, пробив тело дроу насквозь. И боюсь, что даже царапина от него мне бы не понравилась, так как снаряд был не простым. В нём виднелась система впрыска яда. Который, похоже, подействовал на пленницу, и она, наконец, испустила дух.

Откуда-то донёсся дикий крик, и посреди одной из улиц я заметил мужскую фигуру. Этот дроу также был без волос и чертами лица довольно сильно смахивал на почившую.

— Ты поплатишься! — воскликнул он. — Я убью тебя своими руками!

Я небрежно забросил секиру на плечо и ответил:

— Ну, так чего же ты ждёшь?

Дроу ринулся на меня, обнажив два коротких меча. Перед этим он призвал сразу с десяток дротиков, обсыпавших меня дождём. Вот только, похоже, из-за такого их количества кинетической энергии в каждом оказалось меньше. И даже те, что попали в меня, не пробили [Подкожную броню]. Зато смогли немного отвлечь, чтобы противник захватил инициативу, навязывая свою манеру боя.

Но ему это не помогало. Я не стал идти у него на поводу и просто, пропустив пару ударов, ответил взмахом секиры наискосок, заставив того отпрянуть. Следом тут же в него брызнула кислотная кровь, капля которой попала в глаз. Но он не обратил на это внимания, продолжая атаку.

Вот только природа не просто так дала нам бинокулярное зрение. В процессе боя дроу пришлось вновь временно отступить, и я тут же применил [Вихрь]. Секира прилетела в него ровно со стороны повреждённого глаза и попала в область таза, ломая тому суставы.

Я не дал дроу упасть на землю. Подхватив его за воротник, я поднял его на уровне глаз и спросил:

— Где остальные?

— Они придут! Не сомневайся!

— Так, а чего же сразу не явились? Я всё у вас спрашиваю.

Дроу промолчал, и я воткнул в него его же собственный меч.

— Это было наше пари, — простонал он, наконец.

— Значит, вы проиграли.

Раскроить вражеский череп об мостовую не составило труда. И сразу после этого я выпрямился и осмотрелся по сторонам. Увиденное заставило меня злобно улыбнуться:

— Ну, наконец-то.