Перевод 5.Бесстыжий

ГЛАВА 35

ИВИ

*Ты — все.*

Слова еще не успели остыть на его губах, когда я впиваюсь в них своим ртом.

Я никогда не была достаточно смелой, чтобы первой инициировать поцелуй, но любовь в глазах Ретта дает мне силы взять то, что хочу.

Я расстегиваю его ремень, а потом мои пальцы становятся нетерпеливыми, пока вожусь с пуговицей. Разочарованный стон вырывается из моего горла, когда я борюсь с молнией.

Я хочу видеть его обнаженным, прикасаться к нему и пробовать его на вкус. Я так долго ждала этого момента, что у меня совсем не осталось терпения.

Руки Ретта накрывают мои, и он разрывает поцелуй.

Когда наши глаза встречаются, я не знаю, что он видит на моем лице, но это заставляет низкий рык прокатиться по его груди.

Его тело врезается в мое, сильная рука обхватывает мою талию, а потом я лечу на кровать. Ретт рывком стягивает с меня джинсы.

Достав бумажник из заднего кармана, он вытаскивает из него презерватив. Он бросает кожаный кошелек на мою тумбочку, а затем снимает джинсы.

Я быстро выпутываюсь из трусиков, пока Ретт стягивает боксеры.

Я была не со многими мужчинами, но размеры Ретта настолько впечатляют, что тру бедра друг о друга, просто чтобы почувствовать хоть какое-то трение.

Это движение привлекает его взгляд, пока он раскатывает презерватив по своему толстому члену.

Схватив меня за бедра, Ретт раздвигает мои ноги, прежде чем забраться на кровать. От этого зрелища мое тело гудит в предвкушении.

Выражение его лица дикое, когда он рычит:

— Я буду поклоняться тебе через десять минут. Прямо сейчас я не могу медлить.

Я хихикаю, но смех быстро умирает, когда его голова опускается и рот смыкается на пучке нервов между моих ног.

Я издаю визг острого наслаждения, и мое тело пытается выскользнуть из-под него, но он хватает меня за бедра и рывком возвращает туда, где хочет меня видеть.

— Ретт, это слишком... — Дыхание застревает в горле и обрывает мои слова, когда Ретт проталкивает палец внутрь меня, одновременно с силой посасывая мой клитор.

Мои пятки впиваются в покрывало, и бедра отрываются от кровати, когда мир разлетается на осколки наслаждения и цвета.

Мое тело все еще неконтролируемо содрогается, когда Ретт устраивается у моего входа.

Он ждет, пока я посмотрю на него, прежде чем протолкнуться на дюйм внутрь меня, со стоном:

— Вот чего я хотел. Черт, Иви. Как возможно, что ты одновременно моя погибель и мое спасение?

Ощущение растяжения и его слова почти сводят меня с ума.

Я с силой прижимаюсь к нему, и из меня вырывается стон одобрения, когда он переворачивается на спину и позволяет мне оседлать его. Я впиваюсь губами в его губы, и удовлетворение наполняет меня, когда он отвечает на поцелуй с такой же страстью.

Руки Ретта хватают меня за ягодицы, пальцы впиваются глубоко, когда я разрываю поцелуй.

Я обхватываю рукой его толстый ствол, чтобы опуститься на него.

— Черт, лучше бы это не был очередной мокрый сон, — стонет он, и когда я принимаю его в себя, опускаясь до самого основания, он едва дышит, пока экстаз захлестывает его.

Я заворожена его реакцией на меня, когда начинаю двигаться. Он позволяет мне задавать темп, и я держу его медленным и глубоким.

Когда он хватает меня за бедра, убираю его руки и кладу их на мою грудь, держа свои поверх его.

— Черт, детка, — рычит он, его голос напряжен.

Он стискивает зубы и начинает вытаскивать руки из-под моих, но я сжимаю хватку.

— Не убирай руки. У меня на кухне есть стяжки, и я не побоюсь ими воспользоваться.

Я сжимаю его внутренними стенками, двигаясь медленнее, смакуя ощущение его внутри себя. Я запрокидываю голову, когда его бедра отрываются от кровати и он пытается войти глубже.

— Детка… детка… — Услышав потребность в его голосе, пока его тело начинает дрожать, я опускаюсь на него так сильно, как только могу, двигаясь быстрее.

Пальцы Ретта впиваются в мою плоть, на грани боли.

— Иви, — выдавливает он, когда его тело выгибается дугой на кровати.

Каждая мышца в теле Ретта напрягается, его губы приоткрываются, и с них срывается судорожный выдох. Я чувствую, как он пульсирует внутри меня, и замедляюсь, чувственно покачиваясь на нем, пока мой собственный оргазм разрывает меня на части.

Пока я спускаюсь с вершины наслаждения, Ретт вырывает руки оттуда, где я держала их прижатыми к моей груди. Он хватает меня за плечи и, рывком притягивая к своей груди, переворачивает меня на спину. Накрывая каждый дюйм моего тела своим, он зарывается лицом мне в шею, и рыдание сотрясает его.

Я обнимаю его и прижимаюсь губами к его плечу и шее, пока мои собственные слезы согревают мои щеки.

Когда он снова обретает контроль над собой, он не пытается скрыть от меня свои слезы, а поднимает голову и целует меня.

Ощущая вкус наших слез, я теперь понимаю, что имел в виду Ретт, когда сказал, что я одновременно его погибель и его спасение.

Я чувствую то же самое.

Когда он разрывает поцелуй и смотрит на меня сверху вниз, он спрашивает:

— Откуда это в тебе?

Я застенчиво улыбаюсь и говорю:

— Я же говорила, что увлекаюсь экстремальными видами спорта.