Чертов менталист 3

Глава 17

— Ты сам на себя не похож, — ласково укорила меня Милана. — Тебя так этот зачет вымотал?

— Согласись, не каждый раз на рядовую сдачу аж целый ректор приходит, да еще и сам экзаменует, — вздохнул я.

— Но ты же сдал на пятерку. Что не так?

— Меня специально заставили ждать и впустили в аудиторию последним, — проворчал я. — А терпение никогда не было моей сильной стороной.

— Ну вот, заодно потренировался, — усмехнулась Сонцова. — Не будь букой, тебе не идет.

Я же лишь криво улыбнулся ей в ответ. Мне требовалось уложить в голове то, что сообщил Филин, поэтому даже заказ в «Пижонах» на сей раз делала Милана с моего дальфона. И нет, бонусный код от деда я ей не сообщил, ввел сам. И не потому, что я не доверял своей девушке, просто Игорь Семенович поделился им со мной и только со мной. У нас с ним и так хватало сложных моментов, чтобы давать повод для лишних подозрений и наездов.

Отдельно радовало то, что рыться в мозгах Мещерского Филин полез, уже когда я был достаточно далеко от главного здания, и обвинить меня в запрещенных ментальных воздействиях у ректора не вышло бы даже при большом желании. Я по-прежнему считал его крайне серьезным противником и не собирался преждевременно демонстрировать перед Константином Константиновичем свои умения, поскольку это могло оказаться смертельно опасно для меня.

А еще меня кой веки раз раздражало щебетанье Сонцовой. Мне настоятельно требовалось уединение и тишина, а моя красавица всячески пыталась растормошить меня после противостояния с Харитоновым. И я не знал, как лучше до нее донести, что лучше бы оставить меня хотя бы на полчаса в покое.

«Папаша, нет проблем! Скажи, что хочешь коротко вздремнуть, потому что встал рано. Попроси ее саму принять заказ из ресторана. И вот тебе минимум полчаса свободного времени», — тут же влез с подсказкой конструкт.

А кстати, неплохая идея. Так и поступил. Если виновато улыбаться и сонно тереть глаза, даже и не такая дичь прокатить может. Милана принялась караулить курьера, я же прилег на кровать, отвернулся к стене и наконец-то смог…

Да ни черта я не смог! Мои мысли скакали дикими козами по уступам бетонной плотины и задерживаться на одном месте не спешили. Потому что, если верить Филину, а не верить ему у меня причин не было, то Мещерский подумал, что я — интересный парень. Безо всякого там второго и третьего подтекста. Его реально позабавило наше… и ведь даже противостоянием это не назвать. Поэтому просто: наше общение.

Он прекрасно знал, кто я такой. То есть реально навел обо мне справки до того, как прийти на экзамен. Видимо, хотел понять, из-за кого его предшественник лишился места, и не являюсь ли я профессиональным революционером, который будет по привычке огрызаться на любую власть. И надо отдать человеку должное, измываться надо мной не стал, хотя и мог. Зато превосходнейшим образом стукнул по носу господина Харитонова, исполнив тем самым мою заветную мечту.

По всему выходило, что мы с Константином Константиновичем вполне способны поладить. И это… настораживало, поскольку рушило в труху все мои предварительные выкладки. У него не было ментальной защиты: ни персональной, ни артефактной, хотя он должен был хотя бы в теории предполагать, что внук деда-менталиста сам может оказаться не слишком простым парнем. Да и злодеем, который раз за разом планирует похищения и убийства, Мещерский тоже не выглядел.

С одной стороны, прямо гора с плеч. В мои ближайшие планы не входило, мягко говоря, вступать в открытое противостояние вот уже со вторым ректором подряд. Я вообще человек предельно мирный и спокойный. Я — исследователь, а не бунтарь. С другой стороны, я уже настолько поверил в то, что источник моих бед именно Мещерский, что теперь с некоторым усилием возвращался в реальный мир с пониманием, что я так и не знаю имени главного злодея. А это значит, я сам и мои близкие по-прежнему находятся под угрозой.

Уж не знаю, как оно так вышло, но я действительно умудрился задремать, так что, когда курьер принес заказанные Миланой блюда, ей пришлось меня будить. Правда, предварительно она успела накрыть на стол, и я бы крайне признателен ей за столь трогательную заботу.

Оставшиеся экзамены и зачеты я сдал безо всяких сложностей. И эта подозрительная легкость меня, откровенно говоря, пугала. Как-то привык к тому, что если всё идет хорошо, то это означает лишь одно: я чего-то вовремя не заметил.

Возник лишь единственный вопрос. И за то, что он вообще возник, спасибо Агнессе Игнатьевне. Сдавать экзамен по практической магии воздуха я должен был со вторым курсом. А это значило, что проставить сдачу экзаменов за первый курс по этой дисциплине мне должны были автоматом. Что до теории — тут я подсуетился сам, в итоге экзамен у меня принимали сразу и Вилюкина, и Ярослав. И чтоб уж два раза не вставать — за оба семестра, чтоб не превращать этот процесс в долгоиграющее шоу. Оба знали, что в теории я силен, поэтому процесс превратился в чистую формальность.

А вот с практической магией… все было непонятно. Но тут на помощь неожиданно вновь пришел Мещерский и своей волей постановил: в случае успешной сдачи текущего экзамена по материалам второго курса, сразу же проставить мне сдачу и по первому. Если же я засыплюсь, то смогу претендовать лишь на пересдачу, и про оценку за второй курс могу забыть сразу же.

Надо ли говорить, что я шкуркой наружу вывернулся, но экзамен сдал. Как по мне, не блестяще, но на фоне прочих студентов вполне себе неплохо. Я бы себе поставил крепкую четверку, но Агнесса Игнатьевна сочла, что за проявленное старание и тягу к знаниям меня вполне можно наградить пятеркой. А я и не возражал.

Вот так и вышло, что в субботу тринадцатого числа мы с Миланой, уже полностью свободные и счастливые студенты, сидели в «Сморчке» в компании Минделя и обсуждали предстоящее нам в ближайшее время мероприятие: фальшивую свадьбу моей мачехи и князя Асатиани, отца Эраста. На самом деле, присутствие Сонцовой изначально там не планировалось, учитывая предысторию их отношений с моим приятелем, но… я счел нужным отдельно попросить Глафиру о том, чтобы мое приглашение значилось как «Валерьян +», и мачеха пошла мне навстречу. Милана домой возвращаться отказалась наотрез, равно как и общаться с родителями, а оставлять ее одну в общаге в то время, как мы с приятелем поедем веселиться на семейное мероприятие, мне показалось в корне неверным. Тем более свою девушку я открыто называл невестой и всячески демонстрировал, что у нас с Сонцовой всё серьезно.

— Так какой подарок мы подарим молодым?

— У них всё есть, — тяжело вздохнул Миндель. — Я уже голову сломал, об этом думая.

— Значит, надо дарить впечатления, — прищурилась Милана.

— А это как? — удивился приятель, опередив меня буквально на доли секунды.

— Впечатления делятся на прошлые и будущие, — менторским тоном поведала нам Сонцова. — Будущие — это всякие билеты и сертификаты. Прошлые — это история. Сентиментальная и добрая, разумеется.

— Ничего не понял, но насчет сертификатов я бы поостерегся, — задумался Эраст. — Ты же знаешь, что Глафира Анатольевна несколько… в тягости. Поэтому всякие там прыжки с парашютом и комнаты ужасов точно идут мимо. Равно как и иммерсивные театры. Напугают ее ненароком, нам потом всем головы не сносить. Уж я отца отлично знаю. Он за свою женщину моментально впряжется.

— Я согласен с Эрастом, — тут же сообщил я, чтобы не было разнотолков. — Давайте тогда что-нибудь из прошлых впечатлений используем. И да, кстати: это как?

— История знакомства — беспроигрышный вариант, — пожала плечами Милана. — Как хотите добывайте их совместные фотографии той поры, остальное уже дело техники. Ну и закладывайте с запасом три дня на печать фотокниги.

— Книги? — опешил Миндель. — Книга подразумевает текст. А я не слишком хорош как сочинитель.

— Я тоже, — поддержал я приятеля.

— Вам же хуже. Значит, воспользуетесь стандартным вариантом. Только сразу скажу: это прямо сразу чувствуется, что фотографии подгоняли к готовому шаблону, так что потом не пеняйте, если ваш подарок сразу на антресоли уберут с глаз подальше.

Мы с Эрастом тоскливо переглянулись.

— Ладно, текст с меня, — не хотел я впрягаться в эту новомодную стенгазету, но, похоже, придется, ведь других вариантов подарка на ум не приходит, к сожалению.

— А может, не знаю, всё же по старинке? Фарфор там подарить? Или ложечки десертные? — Минделю откровенно не хотелось впрягаться в поиск подходящих фотографий. — Валерьян, чего любит твоя мачеха?

— Косметику, — хмыкнул я. — По крайней мере, раньше она мимо очередного супер-крема пройти не могла.

— Не, не подойдет, — затрясла головой Милана. — У каждой женщины свой взгляд на то, какие патчи и маски использовать. Подаришь не те, даже дорогие, рискуешь стать злейшим врагом.

— Ну, не преувеличивай, — осадил её я.

— Парни, вы хоть знаете, сколько скандалов началось с того, что барышня разглядела в наименовании подарка слово «от морщин»? — хмыкнула Сонцова. — Да что далеко ходить, у меня так родители лет пять назад чуть не развелись. Мать отцу до сих пор тот случай поминает.

Наша троица замолчала. Похоже, мы перебрали все подходящие варианты из тех, что были нам доступны.

— Цветы? — робко предложил Миндель. — Сбросимся на большой букет и все.

— Банально, — припечатала Милана. — Или хочешь сказать, твой отец своей невесте такие не дарил еще? И чем тогда вашей Глафире запомнится этот подарок? Денег потратите немерено, а выхлоп будет с гулькин нос.

— Может, что-то для малыша будущего подарить? — вбросил я очередное предложение.

— А ты можешь с уверенностью сказать, что это будет правильно воспринято? — скривилась Сонцова. — Некоторые женщины очень суеверны. Пока ребенок не родится, ничего для него не покупают. Опять же: как я поняла, срок там небольшой. Вполне вероятно, многие гости вообще еще не в курсе пикантного положения невесты. А тут вы такие со своими колясками и пинетками: давайте мы всем самую главную тайну расскажем!

— Получается, лучше вообще без подарка, чем с абы каким, — печально резюмировал Эраст. — И тогда я всё же голосую за букет.

— Кажется, у меня есть идея. Да, это будет впечатление. Будущее впечатление. Но мы в этом никоим образом участвовать не будем.

— Что ты задумал? — осведомилась Милана.

— Фотоаппарат с моментальной печатью. Приличный запас фотобумаги к нему. И фотоальбом, чтобы было, где хранить готовые фотографии. Да, я знаю, что пик моды на подобные вещи прошел давным-давно, но есть ведь и вполне современные модели. Мне тут рекламой что-то подобное выносило совсем недавно.

— Глупо, но… что-то в этом определенно есть, — кивнула моя красавица. — Супруги реально могут играться и дурачится, выбирать только лучшие фотографии, но… Тут попадание по всем фронтам. И впечатления, и безопасность.

— То есть они будут снимать свою жизнь в ожидании появления моего младшего брата? — оживился Эраст. — А ведь это реально круто! И мы ничьих тайн на торжестве не выдадим. Просто подарим от нас большую коробку, куда положим всё то, что ты сказал, открытку подпишем, а дальше пусть они сами веселятся. Не думаю, что им понадобится инструкция, когда они увидят этот набор. Валерьян, ты — чертов гений!

Я улыбнулся в ответ, подумав, что слишком уж часто в мой адрес звучит это определение. Дед вон вообще чертякой меня величает, хотя тише и благовоспитаннее меня человека еще поискать надо.

— Кстати, а какой на свадьбе будет дресс-код? — вернула нас с небес на землю Милана. — Официоз или всё же по-домашнему?

— Там уже под двести гостей, — вздохнул Эраст. — И это, похоже, не окончательная цифра.

— Понятно. Значит, официоз. У вас хоть подходящие костюмы для торжества имеются?

У меня имелся. Тот самый похоронный. Глафира меня в нем, кажется, не видела, но надевать его на столь светлое событие мне не хотелось до крайности. Судя по гримасе Минделя, у него с костюмами дела обстояли тоже неважно.

— Ох, бестолковые, — вздохнула Сонцова. — Встаем, нечего тут штаны просиживать. Пошли подыскивать одежду.

— Что, прямо сейчас? — изумился Эраст.

— Пока выберем подходящую модель, пока под вас всё подгонят. Да и мне стоило бы присмотреть что-нибудь свежее, из актуальной коллекции, — непрозрачно намекнула Милана на то, что я должен ей платье, раз уж тащу с собой на семейное торжество.

— А и поехали. Но на такси! Какой адрес?

— Угомонись. Сначала пройдемся по местным точкам. Начнем с Олимпии.

Название показалось мне смутно знакомым. Ах да, возле этого торгового центра я тогда лез в канализационный люк, спасая Тоню Вележеву. Смешно, но внутри самого ТЦ я так ни разу и не был. В любом случае, хорошая альтернатива поездке в город.

Как ни странно, но мы смогли подобрать себе одежду. Потратили, правда, почти три часа, блуждая от магазина к магазину, но результат нас не разочаровал. Плюс Милана поставила себе на дальфон какое-то хитрое приложение, вылавливающее динамические скидки, и мы словили два бинго из трех. Наши с Эрастом костюмы обошлись нам на четверть дешевле заявленной цены. А вот с платьем подобный фокус не прокатил, поскольку оно было из новой коллекции. Его даже на манекен надеть не успели. Но глядя на то, как струящийся шелк облегает фигурку Сонцовой, я был готов раскошелиться вдвое против того, что за него просили.

Чтоб покончить с предсвадебными хлопотами, в пункте выдачи маркетплейса сделали заказ с доставкой через день: купили фотоаппарат и все, что к нему прилагается. Вопрос с будущей упаковкой шедевра Милана взяла на себя, за что я был ей искренне благодарен. С прошлой жизни не люблю возиться со всеми этими ленточками-бантиками. Но поскольку наш коллективный подарок рассчитан в большей степени на Глафиру, нежели на Левана, придется заморочиться по полной программе и не экономить на заклепках, так сказать.

— Ладно, вы как хотите, а я пошел к себе, — сказал в конце нашего шопинга Эраст. — У меня послезавтра в медицинском экзамен, а мне еще отчет по кафедре готовить.

Мы с Миланой лишь сочувственно вздохнули. Наш общий друг категорически не хотел становиться исполняющим обязанности заведующего кафедрой некромантии, однако же ему пришлось. Кое-какие бонусы он от этого, конечно, получил, включая удобное расписание сдачи экзаменов и повышенную зарплату, но и геморроя существенно прибавилось. Миндель никак не мог привыкнуть к тому, что теперь он не рядовой преподаватель, а очень даже продвинутый. Правда, лишний раз дразнить его, напоминая об этом факте, я не рисковал. А то с него станется, еще заставит меня лекции по некромантии читать, пользуясь тем, что теперь я формально имел на это полное право.

Мы тепло распрощались и разошлись по своим корпусам. Я уже предвкушал тихий вечер в обществе своей любимой женщины, как вновь дал о себе знать Филин.

«Папаша, тут дело такое. Помнишь, ты мне на всякий случай велел присматривать за Романом Гомиловским?»

«Допустим. И?»

«Его сейчас жестко допрашивают. Лично Игорь Семенович не поленился ради такого приехать. Могу устроить прямое включение».

Пришлось экстренно изобразить расстройство желудка, хотя понимаю, что мое реноме в глазах Сонцовой от этого, скорее всего, пострадало. В общежитии мы разошлись по комнатам с условием, что минут через двадцать она стукнется ко мне, когда повесит свежекупленное платье в шкаф и вдоволь на него налюбуется. Ну и даст мне время, так сказать, для дел сортирных.

Понятное дело, в уединенную комнату я не пошел, а просто плюхнулся на кровать и полноценно подключился к картинке, которую вот уже некоторое время транслировал мне Филин. Так, и что тут у нас такое происходит?..

— Зятек, ответь мне как на духу: что бывает с человеком, который вот уже дважды осмелился соврать сотруднику особого отдела? — вкрадчиво спрашивал в этот момент дедуля.

Хм, уже даже дважды? Интересно, интересно…