Чертов менталист 3

Глава 26

— Но ведь это означает, что мы теперь сможем отстоять честь нашего филиала! Прямо вот без вопросов к составу команды. Или ты ревнуешь? — Милана искоса поглядела на меня.

— Прости, но ты пока не слишком адекватно оцениваешь обстановку, — вздохнул я. — Да, у нас формально уже не один первокурсник-воздушник, а целых два. И Капитонов во многих вещах делает меня как стоячего. С этим спорить трудно. Вот только откуда ты знаешь его реальные мотивы? А что, если он специально перевелся к нам, чтобы испортить наше выступление? Не забывай: в Новосибирске засели недоброжелатели Вилюкиной, которые до сих пор не зарыли топор войны. Они по-прежнему хотят, чтобы она как заведующая кафедрой опозорилась максимально сильно. Не удивлюсь, если переезд отца Андрея в столицу был инициирован именно ими. Слишком уж подозрительно выглядит его перевод к нам сразу прямо после объявления условий турнира. Сама подумай и придешь ровно к тем же выводам, что и я.

— Ты параноик? Валерьян, я просто слов не нахожу! — возмущенно всплеснула руками Сонцова. — Так и скажи, что изо всех сил противишься тому, чтобы я взяла себе в пару на турнир более сильного напарника. При всем уважении к тебе, ты не поможешь мне победить, а с Андреем у меня есть хоть какие-то шансы.

Я сосчитал до тридцати. Порадовался, что третьей стихией у меня воздух, а не огонь, иначе бы непременно выдул из ноздрей и ушей что-нибудь эдакое на манер рассерженного дракона.

— Давай поступим так. Занятия по понедельникам и четвергам у Ярослава — только наши с тобой. В конце концов, я за них плачу, мне и решать, кто на них присутствует. На субботнем факультативе делай что хочешь, слова лишнего не скажу. Но на занятия по джазовому танцу и растяжке ты всё равно продолжаешь ходить.

— Потому что ты их тоже оплатил? — фыркнула девушка.

— В том числе, — подтвердил я. — И потому, что от этого зависят дополнительные баллы на турнире, получить которые ты явно будешь не против.

— Но я не понимаю, каким образом эти танцы помогут мне победить!

— Не тебе, а твоей команде, и неважно, из кого она будет состоять. А еще, говорят, любящие женщины верят своему мужчине. Вот я и думаю: у нас какой вариант? Ты мне веришь? Или до сих пор не доверяешь, несмотря на всё, через что мы с тобой успели пройти?

Кто бы знал, как тяжело мне нынче сдерживать свои порывы. Да, где-то там глубоко внутри ты — крутой пожилой перец, много чего успевший повидать. Но вскладчину с юным телом коктейль получается всё равно взрывоопасный. И я сейчас взывал к Всесоздателю с просьбой хоть как-то ниспослать мне успокоение, чтобы я не сорвался.

Началось всё вроде бы безобидно. Вчера я рассказал Милане о том, что в наш филиал внезапно перевелся парень из Новосибирска. Что он вполне силен касательно вопроса его владения стихией, а вот характер так себе. И к чему это привело?

Сегодня в среду она успела найти Андрея между парами, познакомилась с ним и даже заручилась согласием на парное выступление в турнире! Я реально колебался между тем, чтобы признать это предательством на уровне измены, или же банальной глупостью. Но чем дальше мы обсуждали с Сонцовой произошедшее, тем больше я убеждался, что налицо, скорее, первый пункт. Она своими руками сжигала мосты между нами, а мне оставалось лишь с фатализмом обреченного смотреть на это, поскольку повлиять на это и хоть как-то остановить процесс я уже не мог.

Да, Филин уже неоднократно предлагал мне помощь. И Андрею исподволь внушить мысли о том, что он не желает иметь ничего общего с Миланой. И Милане внушить, что Капитонов — парень стремный, лучше бы держаться от него подальше. Но я категорически запретил ему лезть в это дело. Как будет, так будет. Как не собирался править мысли своих близких, так и не буду.

Пискнул дальфон, дав понять, что пришло сообщение. Следом еще одно. Я воспользовался предоставившейся паузой, чтобы выдохнуть и не разругаться с Миланой в хлам. Где-то исподволь мелькнула мыслишка, что слишком рано я решил, что Сонцова девушка серьезная и умная. Увы, гормоны юного девичьего тела лупили по ней столь же нещадно, как и мои по мне. А может, я и впрямь себе нафантазировал, что она — мой идеальный выбор в сложившихся обстоятельствах?

Вот только искать кого-то ей на замену я не хотел. Лучше один останусь. Да и какого черта, спрашивается, я должен ей объяснять очевидные вещи?

Еще раз призвав себя успокоиться, я полез читать сообщения. Так, первое от князя Асатиани. Радушно приглашает разделить трапезу с его семьей. Хм, красиво жить не запретишь. Судя по адресу, снял апартаменты в путевом дворце. Впрочем, если молодоженам захотелось задержаться в столице, кто же им запретит. Второе сообщение пришло от Минделя, и на ту же тему. Настоятельно просит не отвергать отцовское предложение, поскольку Леван очень хочет со мной перемолвиться парой слов.

То есть Асатиани, зная о нашей дружбе с его бастрадом, отдельно попросил того настоять на моем приезде. Я предполагаю, конечно, в чем цель этой встречи, но это не означает, что я прямо рвусь туда. У меня тут, как бы, своих проблем выше крыши навалило.

— Кто там? — поинтересовалась Милана, ловко соскочив со скользкого обсуждения темы доверия мне лично.

Я не счел нужным скрывать информацию, сообщив ей про приглашение.

— И когда мы едем туда?

Ого, какой поворот! То есть понятие «мы» еще существует. Особенно когда речь идет о приеме у богатого князя. Ладно, запомню, но акцентировать пока не стану.

— Может отправиться в любой вечер, судя по тому, что он мне написал. Но завтра у нас Ярослав, а в субботу факультатив. Так что остается только пятница, вечер субботы, ну и воскресенье, разумеется.

— А сегодня? Почему бы не отправиться туда сегодня?

Я мысленно вздохнул. Вот как объяснить ей, что на подобные приглашения надо реагировать соответственно. Не надо подпрыгивать на месте и мчаться по первому же намеку, словно охотничья собака на звук манка. Надо поблагодарить за приглашение. Сообщить, что как только найдется время в плотном графике, я тут же об этом поведаю, согласую время, и только после этого выдвинусь на встречу. А тут что? Мало того, что Милана даже не поинтересовалась, в каком формате нас пригласили, меня одного или всё же один плюс, она еще и пытается на корню угробить все эти ритуальные танцы. Всё бы ничего, но рейтинг мой после этого в глазах Асатиани упадет существенно. Хотя… а нужен ли он мне, по большому счету?

— Если ты настаиваешь, — ввернул я шпильку, посмотрев на Сонцову.

— Ой всё, поступай, как знаешь. Но у нас сегодня реально свободный вечер, так почему бы этим не воспользоваться?

Опять прозвучало «у нас». То есть явная попытка уйти к Капитонову ради участия в турнире не означает разрыв наших отношений. Хотя я уже заранее вижу, как этот гаденыш будет подкатывать к моей женщине. И не потому, что она ему так уж понравилась, а просто чисто из принципа. Насолить мне. Сделать как можно больнее и не страшно, если ради этого придется достаточно грязно и втемную использовать девушку. Мою девушку. О небеса, почему Милана такая юная и глупая⁈ Я ведь надеялся на несколько другой расклад…

Ладно, наплевать на репутацию. Я взял в руки дальфон и скоренько набросал послание Асатиани. Дескать, обстоятельства сложились настолько удачно, что вот прямо сегодня внезапно есть окошко в нашей плотной учебе, так что мы со спутницей готовы подъехать и провести теплый вечер в родной компании.

Ответ не замедлил прийти. Адрес и горячее пожелание прибыть пораньше, дескать, только нас и ждут. Хм?

— Одевайся, — вздохнул я, сообразив, что надежды на тихие посиделки в общежитии только что накрылись медным тазом. — Приглашение подтвердили.

— О, Всесоздатель, что же я надену? — встрепенулась Сонцова. — Не могу же я появиться там в том же платье, в котором была на свадьбе!

— Я лично вообще поеду в джинсах и свитере, — спустил я Милану с небес на землю. — И тебе рекомендую поступить так же. Мы не на официальный прием собираемся, а на камерные семейные посиделки. Не удивлюсь, если и Эраст там же будет.

— У него сегодня практика допоздна в медицинском, — тут же среагировала Сонцова. — Не приедет, если только не решит прогулять, а он парень ответственный.

Хм, как много выводов можно сделать из одного маленького предложения. Миндель насколько мог склонил меня принять приглашение. Он продолжает общаться с Миланой, иначе бы откуда она знала про его текущий график. И я до сих пор не могу понять, в чем его интерес? Он же вроде с отцом долгое время в ссоре был, так чего вдруг так резво метнулся обратно под его крыло?

«Папаша, не огорчай меня!».

«Малой, вот не начинай! Либо говори, что хотел, либо проваливай и даже не начинай».

«Мне кажется, тебе стоит сменить обстановку. Ты реально будто шоры на себя напялил и очевидных вещей не замечаешь. Ну ничего, я тебе всё поведаю. Ты пока одевайся, а я как раз начну», — Филин явно решил присесть мне на уши.

Да и наплевать. Настроение и так ниже плинтуса. Что мне подколки одного особо продвинутого конструкта?

Милана как раз ускользнула в свою комнату подыскивать наиболее выгодный с ее точки зрения наряд, поэтому я мог даже материться вслух, не боясь прослыть человеком с нестабильной психикой. Ну, Филин, жги напалмом!

«Папаша, ты приоткрыл для девушки дверцу в иной мир. Мир, где её родители так за всю свою жизнь ни разу и не побывали. Богатые князья, обслуживание по высшему разряду, вот это всё. И она может сколько угодно мечтать о том, как сменит тебя ради турнира на этого Капитонова, но это всё останется только в её голове. Потому что Андрей — не того уровня игрок. Ему до Асатиани прыгать и прыгать. И даже в „Пижоны“ он её никогда не пригласит».

«А тебе почем знать?» — хмуро осведомился я.

«Так я, видишь ли, счел нужным провести всю необходимую разведку. Результаты сейчас доложу, но ты лучше сядь. Не пойми неправильно, не хочу сказать, что ты у меня такой старый, но всё-таки проще будет, если ты даже в теории не сможешь упасть от моих откровений».

«Хорош уже нагнетать! Говори, как есть».

«Капитонов с родителями не в ладах. Пока живет в гостевом общежитии. Но его вот-вот должны выгнать оттуда к нам. Так что будь готов к тому, что он хоть тушкой, хоть чучелком попробует поселиться с другой стороны от комнаты Миланы».

«За предупреждение спасибо, а почему он в таком случае в Новосибирске не остался? Вроде взрослый парень, мог бы с таким же успехом после отъезда родителей отправиться в тамошнее общежитие и остаться со своим курсом. Что он здесь забыл?»

«А вот тут как раз наступает кульминационный момент! — Филин поднял голос, и я будто бы оказался на футбольном матче в момент, когда комментатор напряженно ждет, случится ли гол, или штанга поможет вратарю. — Андрей не поленился навести справки и узнать, что в центральном филиале есть только один первокурсник, изучающий воздушную стихию. Нулевик, к тому же. Ты это никогда не скрывал, хотя, пожалуй, стоило бы. И Капитонов решил, что это его шанс. Там, у себя на родине, он вечно был на вторых ролях. Здесь, на твоем фоне, он может выглядеть как…»

«Как король мега-воздушник, — прервал я излияния конструкта. — Лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме. Ладно, раз ты так уж вдумчиво изучил этого Андрея, может, подскажешь, как он отнесется к тому, что на старших курсах есть люди покруче него?»

«Не! — мысленно гыгыкнул Филин. — В том-то и вопрос, что Капитонов счел, что он станет звездой всего филиала! Он ведь слышал о том, что столичные воздушники — неудачники, которых еще поискать надо. Он видел тебя. Уж прости, папаша, но после этой встречи Андрей только убедился в правильности своей теории. Увидел Милану, которая первой полезла к нему знакомиться, после чего резко потеряла свой вес в его глазах. Пока он с ней нигде силенками не мерился, поэтому считает, что она тоже ниже средней планки идёт. С остальными воздушниками не общался, но заведомо считает их людьми второго сорта».

«Непуганый идиот», — констатировал я.

«Именно! — радостно подтвердил конструкт. — И в этом твое счастье и окно возможностей!»

«Я признаю, что ты нереально крут, а твой папаша редкостный тормоз и всё такое. А теперь, пожалуйста, поведай, в чем именно ты видишь моё негаданное счастье?»

«Да в том, что тебе ничего не надо делать. Просто пусть события идут своим чередом. Как думаешь, через какое время он обидит Милану и отобьет у нее всю охоту видеть его своим напарником на турнире?»

«Полагаю, что в субботу, на факультативе по боевой магии?»

«Можем с тобой забиться, правда, не знаю, чего бы от тебя этакого потребовать. Да и сам спор нечестным выйдет, поскольку я на девяносто девять процентов уверен, что всё получится так, как я сейчас скажу. Он уже завтра покажет Сонцовой своё гнилое нутро, после чего она сама начнет плеваться ядом в его адрес».

«Так и скажи, что ты решил утешить своего павшего духом папашу, и не выдумывай чудесные истории», — мысленно вздохнул я.

«А вот и нет! — возмутился Филин. — Между прочим, я тут по собственной инициативе посещал лекции по психологии и теперь могу с достаточно высокой степенью достоверности составить прогноз, какое поведение предпочтет тот или иной индивид. Капитонову всё, что само дается в руки, ценности особой не имеет. А Милана так жаждет заиметь любого другого напарника на турнир, что даже не отдает себе отчета в том, насколько низко она уже упала в его глазах. На самый-самый пол, практически. Так что, папаша, не дрейфь. Я даже не буду тебе подсказывать, как себя вести дальше в сложившихся обстоятельствах. Уж на это ты точно сам способен».

С этим в высшей степени сомнительным напутственным спичем конструкт удалился. Я же, всё еще находясь под впечатлением от нашего мысленного разговора, машинально натянул на себя свитер. С оленями. Угу-ага, между прочим, практически такой же получил от Глафиры на прошлый Новый год. Теплый, к телу приятный. Прошлый сгорел в пожаре, но я не поленился найти себе почти такой же. Может, мачеха его вспомнит и хотя бы улыбнется тому факту, что я до сих пор ношу её подарки.

А потом меня вдруг холодной водой из ведра окатили. Да какого военно-морского я тут духом падаю? Да ещё из-за бабы, пусть даже и любимой! Валерий Старостин себе такого не позволял. А значит, и Валерьян Птолемеев до подобного не опустится. Хочет Милана прыгать по граблям? Кто я такой, чтобы запрещать ей этот вид спорта? Я предупредил ее о Капитонове? Дал понять, что лучше с ним не связываться? Вот теперь пусть сама думает, как лучше поступить, и не плачет, когда он по своей великой глупости сравняет её с плинтусом.

С этими мыслями я окончательно взбодрился, накинул на плечи куртку и добыл дальфон, чтобы вызвать такси. Три раза постучал в стену. Видит небо: ждать не стану, пусть даже потеряю из-за этого еще много баллов в глазах Сонцовой. Мне тоже как бы сложившаяся ситуация изжогой отыгрывается.

Но Милане так не терпелось еще раз попасть в гости к князю, что она прибежала ко мне буквально через полминуты после стука. Даже накраситься успела, надо же.

До места, где остановился Асатиани, ехать пришлось больше часа. Не знаю, что было тому виной: нечищеные трассы или дальнее расстояние, но я уже мысленно вздыхал, представляя себе столь же тягомотную дорогу обратно. Ладно, хорошо, что пока начало нового семестра, не так страшно, если вдруг опоздаю на завтрашнюю первую пару. Хотя не хотелось бы, ведь Законоведение неожиданно стало моим любимым предметом. Люблю, знаете ли, когда меня заранее предупреждают о том, где и за что мне может прилететь, даже если я не делал ничего плохого.

Встретила нас Глафира, и тут же, не обращая внимания на Сонцову, прошептала мне на ухо:

— У князя опять приступ. С тобой сегодня от его имени общалась я. Если ты ничего не сможешь сделать, то боюсь, уже никто не справится.

Приехали. Вот таких приветственных слов я точно не ожидал…