Дед в режиме мастера. Том 4

Глава 24

Проулок неподалёку от дома Вороновых

Брюнет в коричневом вязаном свитере напряжённо смотрел сквозь окружающий его магический купол на устроенную им бурю. Сильные порывы ветра носились по кругу как торнадо, подняв в воздух пакеты с мусором, пыль и даже банки из-под пива.

Молнии сверкали одна за другой с такой силой, что сварка рядом с ними была ерундой на постном масле. И из-за этих вспышек невозможно было увидеть Зверева. И уж тем более услышать… Треск молний, пронзительные вопли кошек и свист ветра заглушали все прочие звуки.

— Где ты, пёс? Сдох уже или ещё корчишься? — зло прошептал себе под нос кукловод, расплывшись в предвкушающей улыбке. — Тебе не выжить. Слишком ты слаб. Твой дар не обладает даже восьмидесятым уровнем. «Воздушный щит» не спасёт тебя от моей магии, а другой защитой ты не обладаешь, слабак. Все твои артефакты разряжены из-за воздействия демонского камня, похозяйничавшего в доме Вороновых.

Ещё более широкая улыбка распорола самодовольное лицо мужчины, чьи глаза слезились от ярких вспышек. Он глубоко втянул в себя смрадный воздух, будто хотел сполна ощутить запах своего триумфа.

— «Монтировка», — передразнил он Зверева и следом рыкнул, победно вскинув кулак: — Нет у тебя ни хрена! Теперь твоё обугленное тело украсит эту помойку. Ха-ха-ха!

Кукловод довольно захохотал. Он не мог сдержать эмоций, хотя внутренний голос шептал ему, что не следует торопиться, нельзя расслабляться раньше времени, сперва нужно воочию увидеть труп Зверева, а уж потом гоготать, плясать и открывать шампанское.

И в миг его величайшего триумфа в окружающую брюнета «сферу Перуна» ударил сперва «каскад молний», потом «клинки», а следом из эпицентра затихающей бури вылетел багряный луч.

Он окончательно пробил «сферу Перуна», ударив брюнета в бок. Тот закричал от страшной боли, чувствуя, как магия прожигает его плоть. Кровь закипела, рёбра треснули и опали прахом. А в ноздри ударил насыщенный запах горелого человеческого мяса.

Кукловод отлетел к мусорному баку и затих, безмолвно разевая рот. Из него доносились лишь хрипы. Крик застрял в горле, сжатом клещами чудовищной боли. Глаза едва не вылезали из орбит, а во взгляде, несмотря на страдания, громадное удивление соседствовало с шоком…

— Суки… суки… — сумел прошептать кукловод трясущимися губами, уставившись на бурю.

Он ждал, что из неё вот-вот выйдут те, кто успел прийти на помощь Звереву. Но они опоздали. Хренов старик уже наверняка мёртв!

— Дело сделано… — зло просипел брюнет, чувствуя приближение смерти. — Пусть я умру, но и он сдох. Хозяин будет доволен…

Мужчина попытался приподняться, чтобы посмотреть на чудовищную рану, но не сумел этого сделать. Он так и остался лежать, упираясь головой в ржавый мусорный бак.

Его джинсы пропитывались грязью и кровью. А в кармане активировался артефакт, отвечающий за ускоренную регенерацию. Но артефакт был недостаточно силен. Он не сумеет затянуть настолько страшную рану. Кровь щедро хлестала из неё, а кое-какие органы оказались сильно порваны…

— Суки… а ведь всё шло так хорошо, — еле слышно прохрипел кукловод, не спуская взгляда с бури.

Та уже почти стихла, молнии пропали. Только мусор и пыль летали по воздуху.

И вдруг из этой чёрной кружащейся воронки вышел… Зверев! От него шёл дым, а волосы оплавились, как и борода.

— Эх, очередной костюмчик изгваздал, — сокрушённо покачал он головой, хлопая по рукаву, дабы сбить пламя.

— Как… как? — вне себя от удивления прошептал брюнет, вроде как даже передумав помирать прямо сейчас.

— Как? Да молния твоя паскудная шандарахнула, а мне, между прочим, костюмчик этот в императорском дворце подарили.

Всё тот же проулок неподалёку от дома Вороновых

Я с кривой усмешкой посмотрел в лицо брюнета. Тот таращил зенки и разевал рот, как выброшенная на берег рыба… весьма потрёпанная рыба.

Признаться, чувствовал я себя ненамного лучше этого урода. Да, «духовная броня» спасла меня, хоть и пришлось потратить все души, но тело всё равно изрядно болело. Глаза же жгло так, словно в них залили смесь из серной кислоты, ядовитой слюны Владлены и правды, которая, как известно, глаза режет будь здоров.

Вдобавок магия отобрала у меня прорву выносливости. И ежели бы не «Вампир», отозвавшийся на мой зов, всё могло бы сложиться иначе. Без его участия я бы может и не смог пробить «сферу Перуна».

Сейчас же кинжал скрывался за поясом под тлеющими остатками пиджака и рубашки, больше похожей на рыболовную сеть.

Поправив уцелевшую бабочку, я, хромая, двинулся к распростёршемуся кукловоду. Его дыхание с трудом вылетало из груди, а кровь уже собралась в лужицу под поясницей.

— Уместно ли самодовольно сказать, что я оказался прав, когда говорил, что ты поплатишься? — насмешливо улыбнулся я, присев возле него на корточки.

— Ты… ты… мне мерещишься… сгинь… ты не мог выжить… ты всего лишь злой дух… — простонал он, глядя на меня лихорадочно мерцающими глазами. В них страдания соседствовали с почти мистическим ужасом.

— Нет. Я из плоти и крови. Гляди.

Лёгкая пощёчина заставила голову придурка качнуться, а зенки расшириться.

— Нет, нет, не верю… Ты должен был сдохнуть. Должен. Иначе… иначе всё было зря… — горячечно прошептал он и осёкся, едва не взвыв от досады.

— Да-да, выходит, что ты умираешь, как дворняжка, в засранном проулке просто так. Разве что ты так и рассчитывал сдохнуть, утащив в могилу мой шикарный костюм. Тогда хвалю, всё получилось именно так, как ты и задумал. Но мы оба знаем, что всё не так, — процедил я, добавив в голос звон металла. — Если ты, паскуда, хочешь жить, быстро выкладывай имя своего господина. Тебя ещё можно спасти. Где твой телефон? Я могу позвонить Владлене. Она тут неподалёку, примчится и подлечит тебя. Но сперва скажи имя своего господина.

Мой требовательный взгляд впился в кукловода. Его лицо внезапно застыло, окаменело, а во взгляде мелькнул страх смерти. Вены на шее вздулись. И страх вдруг ушёл. Его сменило жгучее осознание собственного поражения. Взор полыхнул дикой ненавистью, смывшей все прочие чувства, даже ужас от грядущей смерти пропал.

— Ничего я не скажу… — прохрипел он, пуская слюни. — Пусть я сдохну, но мой хозяин всё равно доберётся до тебя… Он убьёт тебя, вспорет живот и заставит сожрать потроха.

— А тебе что с того? Ты уже будешь в Аду, а ведь можешь жить. Не поступай как глупый порывистый ребёнок, который готов отморозить уши назло своей мамульке.

— Он убьёт тебя… убьёт, — зло просипел придурок и закашлялся.

Из его рта хлынула кровь, заливая подбородок и грудь.

Всё, ему конец. Можно больше не обрабатывать клиента.

— Чтобы убить меня, твоему хозяину потребуется больше ума, хитрости и… чудо. Да, без чуда он точно не обойдётся, — ухмыльнулся я и выпрямился, сверху вниз глядя на ещё живой труп.

— Он паук… а ты… ты всего лишь сраная муха… — затихающим голосом исторг бывший кукловод, бессильно раскинувшись на грязной земле, залитой кровью.

— Порой очень бойкая муха рвёт паутину. Умри с осознанием этого. А когда попадёшь в Ад, скажи, что тебя убил ведьмак, барон, полудемон и просто красавчик Ильи Черноградов, занявший тело старика Зверева, — проговорил я и полюбовался на изумление, возникшее в мутных зенках кукловода.

Он так и сдох, удивлённо пуча глаза. И его смерть точно не войдёт в топ самых героических и красивых. Зато его душа отправилась в «клетку», где, к слову, заняла аж семь «ячеек»!

Он оказался человеком с большой душой, хе-хе. Но оно и понятно. У него был высокий уровень дара.

Бой с ним позволил моему дару достичь аж восьмидесятого уровня! Приятно, пожри меня дракон!

Теперь и у меня открылся атрибут «сфера Перуна». А в ветви «пастырь душ» появился «духовный клинок». Для его создания требуется душа, и чем сильнее она будет, тем мощнее станет клинок. Всё то же самое, что и с «духовным доспехом».

Замечательно.

Но, к сожалению, мне так и не удалось узнать имя демона, которому служил брюнет.

— Ладно, придётся самому думать, как выйти на него, — пробормотал я, снова присев на корточки возле трупа.

Пошарил по его карманам и не нашёл телефон, зато раздобыл камень-артефакт третьего ранга, способный усиливать регенерацию. А ещё чуть ли не в каждом кармане отыскал наличку. Откуда у него столько денег? Он в дождь, что ли, таксовал?

Усмехнувшись, вернул заляпанные кровью деньги на место, решив, что они мне не нужны. А вот артефакт отправился в карман моих штанов.

Возможно, он мне пригодится. Есть у меня мыслишка…

Пока же я выпрямился, ещё раз глянув на тело, ощерившееся торчащими сломанными рёбрами. Это уже второй агент демонов, убитый мной в данном мире. И чем больше я их отправлю к праотцам, тем сильнее привлеку внимание демонов.

Сейчас они наверняка не считают меня угрозой, просто думают, что мне повезло убить того демона на вершине горы Заячья в Лабиринте. Потому они натравили на меня всего одного агента. И вот теперь он пал от моей руки.

Что теперь сделают демоны? Пошлют двух? Трёх? Или по мою душу явится профессиональный демон-убийца?

В любом случае у меня есть какое-то время перед их очередным ударом. Надо использовать его с умом.

Нахмурившись, я двинулся к выходу из проулка и внезапно заметил там два силуэта, выглядывающие из-за угла.

— … Клянусь, он убил кого-то, — донёсся до меня перепуганный тонкий голос, явно принадлежавший подростку. — Надо что-то делать.

— Что? — коснулся моих ушей другой голос, злой и тревожный. Его хозяин точно был не старше восемнадцати лет. — Что ты сделаешь? Переедешь его на своём электросамокате? Погнали лучше отсюда. Слышишь, уже и полиция едет…

— Да они ещё далеко. Блин, как назло. А помнишь, когда я случайно витрину разбил, так они сразу тут как тут, словно ждали в кустах…

— Поехали, говорю.

— Эх, поехали.

Силуэты скрылись и следом раздалось удаляющееся жужжание двух электросамокатов. А вот полицейская сирена наоборот приближалась.

Я морально приготовился к встрече с представителями правопорядка, но, выйдя из проулка, первым делом увидел знакомый чёрный внедорожник и микроавтобус, вынырнувшие из-за угла.

Недолго думая, принялся им махать.

Машины остановились возле тротуара. И из внедорожника грузно выбрался, как всегда, помятый полковник Артур Петрович Барсов. Он одёрнул криво застёгнутый китель и глянул на меня усталыми глазами с трёхъярусными мешками под ними.

— Все не спите, Артур Петрович? О России-матушке думаете?

— Да и вы, гляжу, не спите, Игнатий Николаевич. Прямо горите на работе, — скупо усмехнулся он, пробежавшись взглядом по моему дымящемуся костюму, изобилующему подпалинами.

Снять бы его, да кинжал тогда видно будет.

— А вы, полковник, оказывается, умеете острить. Приятно удивлён.

— Умею, умею, — покивал тот и посерьёзнел. — Что ж, наверное, хватит вежливых расшаркиваний. Что у вас стряслось, Зверев? Владлена Велимировна по телефону ничего толком не объяснила.

— Да, она такая. Ещё небось угрожала вам, что ежели вы через миг не приедете, то страшное проклятие падёт на весь ваш род?

— Не без этого, — улыбнулся полковник.

— Узнаю Владлену, — усмехнулся я и перешёл к делу: — Стряслось же у меня следующее… Внучок чуть не убил своего дедушку, известного своей святостью.

— Павел⁈ — ахнул Барсов, отправив в ночные небеса кустистые брови.

— Нет, он пока не рискнул расквитаться со мной за все те шуточки, что я сочинил о нём. Речь идёт об Алексее. Он воспользовался хитрым артефактом, который ему дал какой-то хлыщ, что нынче тихо-мирно возлежит возле мусора вот в этом проулке. Мне удалось вычислить этого засранца, а затем навязать бой. Во время него в кармане этого гада взорвался огненный артефакт, разворотив ему весь бок. Любо-дорого посмотреть, — прищёлкнул я языком, по своему обыкновению соединив правду и ложь.

Мне ведь надо сохранить в секрете то, что у меня есть мощный артефакт, плюющийся багровым лучом невероятной температуры. Вот потому-то я и выдумал огненный артефакт.

— И кто этот хлыщ? — осведомился полковник с профессиональным интересом.

— Пока неизвестно, но, думаю, мои новые коллеги выяснят это. Вас же я позвал для того, чтобы мне не пришлось разбираться с полицией. Да и будет просто замечательно, ежели ваше благородное, почти генеральское лицо тут помелькает.

— Ох вы и хитрец, Зверев, — усмехнулся Барсов. — Что ж, пойду разбираться с полицией, заодно оцепление прикажу выставить.

— Отличная идея. И вот ещё что… Не забудьте, что завтра мы с вами идём в Лабиринт, в локацию «Небесный замок».

— Помню, помню, — покивал полковник и направился к остановившейся возле тротуара полицейской машине.

Её проблесковые маячки мигали красным и синим светом, а сирена наконец-то замолчала.

Вздохнув, я двинулся к дому Вороновых, ощущая на себе десятки взглядов. На меня глядели и из окон жилых домов, и от приснопамятного бара, где сейчас целая толпа топталась по осколкам стекла.

Наверняка кто-то даже снимал меня на камеру телефона. Потому я, несмотря на боль в пояснице, гордо выпрямил спину и расправил плечи. Но, наверное, со стороны я всё равно выглядел как грешник, выбравшийся из адского котла. Да и пах соответствующе.

— Кажется, это Зверев… — долетел до меня женский голос из толпы. — Я по телевизору его видела.

— Так тот уже пожилой, а этому мужчине лет пятьдесят, — вставил кто-то, ещё чуть выше подняв мою самооценку, хотя, казалось бы, что выше уже некуда…

Я даже улыбнулся, но моя улыбка мигом исчезла, стоило услышать вопль, раздавшийся где-то в стороне дома Вороновых.

Опять что-то стряслось! Вряд ли же так вопит какой-то автовладелец, увидевший новые цены на бензин.

Взяв ноги в руки, я побежал, взлетел на крыльцо Вороновых и распахнул дверь. За ней меня поджидала не прихожая, а кухня. Она оказалась здесь из-за работы того чёрного камня-артефакта, перестроившего дом.

— Маша, Маша… — навзрыд плакала Жанна, стоя на коленях перед телом мёртвой служанки.

Девушка держала холодную руку женщины, чьи стеклянные глаза отражали свет нескольких ламп, горящих под потолком.

Здесь же обнаружился и Павел. Он с хмурой физиономией возвышался над Жанной, ободряюще положив руку на её вздрагивающее плечо.

Супруги Вороновы стояли возле кухонного стола, на котором красовался трёхъярусный шоколадный торт. Слуги не успели принести его в гостиную, когда мы там ужинали, перед тем, как всё это началось.

Впрочем, Владлена всё же отведала лакомство. Она прямо сейчас уплетала приличный кусок, по-дикарски вырвав его из торта.

— Будешь? — предложила мне сладость Велимировна, заметив мою скромную персону, замершую в тени возле двери. — Вкусный торт. Где вы его заказывали, госпожа Воронова?

Хозяйка дома не ответила, с жалостью глядя на дочь. А та плакала из-за смерти служанки. Видимо, они были близки. И судя по всему, услышанный мной вопль издала как раз Жанна.

— Не люблю сладкое, — проговорил я и вышел на свет.

— Ого! — ахнул внук, в шоке уставившись на меня. — Деда, что с тобой произошло? Ты будто в Преисподней побывал.

— У меня была весьма жаркая встреча с пособником Алексея. Тот наблюдал за этим домом. Ну, пока я его не убил.

— Кто это был⁈ — сразу же требовательно уставился на меня Воронов, успевший отмыть лицо. — Где он достал тот артефакт? Почему помогал Алексею?

— Не знаю, — пожал я плечами. — В результате нашей быстрой, но эпичной битвы у него в кармане взорвался огненный артефакт, отправив его на тот свет. Грубо говоря, ему хватило ума умереть после первого же удара.

— Что же вы наделали⁈ — полыхнул зенками аристократ, сжав пальцы в кулаки. — Мы теперь ничего не узнаем!

— Милый, успокойся, — мягко провела по груди дворянина его супруга и с признательностью посмотрела на меня. — Игнатий Николаевич, мы вам за все благодарны. Вы спасли нас. Теперь мы обязаны вам.

Она украдкой пихнула мужа локтем, а тот отвёл взгляд и нехотя процедил:

— Благодарю вас, Игнатий Николаевич. Мой род в долгу перед вами. И… простите меня за вспышку гнева. Я не должен был так говорить. Вы все сделали правильно.