Дикая

Глава 29

Бост хмуро смотрел на тушу недавно убитого ушана. Зверь был небольшим и худосочным. И это странно, учитывая, что лето стояло в самом разгаре. К этому моменту многие звери набирали вес, готовясь к новой длительной зиме.

– Больной, – заключил он, внимательно оглядывая выступающие сквозь шкуру ребра.

Неудивительно, что так легко удалось его поймать. Если зверь действительно был болен, вряд ли он мог бороться за свою жизнь с полной отдачей.

Но ничего не поделаешь. После ухода Медведя жизнь в племени стала напряженной – еды не хватало. Поэтому охотники ловили все, хоть отдаленно похожее на мясо.

Этого ушана вряд ли хватит даже на завтрак. Бост не знал, что делать дальше. За годы, что Медведь возглавлял охоту, многие мужчины просто растеряли навыки, а некоторые так и вовсе ничего не умели.

Медведь был стар, за время, пока он жил в племени, успело вырасти целое поколение людей, которые никогда не прилагали особых усилий на охоте.

Бост не понимал, почему раньше никогда не беспокоился об этом. Положение в племени было привычным, поэтому он, как и все остальные, считал подобное в порядке вещей.

Зачем кому-то подвергать свою жизнь опасности, когда есть Медведь? Они привыкли стоять за его спиной, позволяя одному делать всю работу.

Поначалу Бост разозлился на Медведя из-за того, что тот ушел. Он, как и остальные соплеменники, не понимал, зачем тому вдруг понадобилась жена. Кого в таком возрасте может волновать женитьба?

Великие Духи, Медведю двадцать пять! Большинство людей в это время уже уходят на ту сторону, а он надумал жениться! Разве это разумно? Что он может дать жене? Разве у него еще осталась мужская сила?

Нет, обычной силой Медведь даже в двадцать пять не был обделен, но по части всего остального…

В общем, Бост был возмущен, как и прочие соплеменники Медведя.

Он тоже думал, что Медведь должен был давно уже смириться, что судьба не послала ему жены. Он обязан был и дальше заботиться о племени, ведь они столько ему дали.

Что именно они дали Медведю, Бост в тот момент как-то не думал. На самом деле, племя как раз ничего не дало могучему охотнику. Люди только тянули из него, позволяя охотиться для них и жить рядом.

Обо всем этом Бост подумал гораздо позже, но поначалу его переполняло негодование и возмущение.

Первые несколько дней, когда мясо еще имелось, племя на все лады склоняло имя Медведя, обвиняя, что он так легко отказался от них ради призрачной надежды найти жену.

Все ругали его, обижались и презирали. Они насмехались над его возрастом и заранее жалели его жену, которой достанется такой старик.

Когда мясо закончилось, перед охотниками встала проблема пополнения запасов. Женщины племени не понимали, почему мужчины настолько встревожились.

Они, конечно, знали, что всю работу обычно делал Медведь, но те, кто никогда не был на охоте, вряд ли понимали, насколько опасными могут быть дикие звери.

Если говорить коротко, многие в племени попросту не осознавали, какой вклад в их жизнь вносил Медведь и насколько им всем повезло, что все эти годы именно он вел за собой охотников.

Еды не было, поэтому мужчинам не оставалось ничего иного, как выйти на охоту.

Первая же вылазка едва не закончилась трагедией. Все выжили, но несколько человек были сильно покалечены. Им едва удалось унести ноги от разъяренного зубра.

Животное было ранено, отчего его свирепость возросла многократно.

Зубр лежал среди громадных валунов и почему-то был один, без стада. Хищника, который ранил зверя, поблизости тоже не наблюдалось.

Поначалу люди подумали, что зубр на последнем издыхании и им фантастически повезло наткнуться на него до того, как тушу растащат дикие животные.

Однако стоило приблизиться, чтобы добить зубра, как тот подскочил на месте с налитыми кровью глазами и бросился вперед, расшвыривая людей в разные стороны, как сухие палки.

В тот день мужчины бежали в страхе. Они спасали свою жизнь, не жалея сил. Несколько человек получили раны разной степени тяжести. Повезло, что в какой-то момент зубр все-таки рухнул в истощении замертво.

Бост был первым, кто заметил это. Ему едва удалось дозваться до остальных, бегущих в сторону пещеры, не оглядываясь и не останавливаясь.

Мясо для племени было добыто. Правда, люди, которые были ранены, еще несколько недель страдали от полученных травм. Только тогда все в племени, наконец, поняли, насколько важен был для них Медведь.

Но осознание заставило еще сильнее разозлиться: если бы Медведь не ушел, ничего подобного с ними не случилось бы. Многие обвиняли его в произошедшем несчастье.

Некоторые пытались возразить, что это не его вина, но их голоса оказались слишком слабыми. Бост был одним из тех, кто услышал эти голоса. Он тоже сердился на Медведя, но постепенно начал понимать, что вина остальных гораздо больше.

После первой неудачной охоты никто не выходил из пещеры пару недель (за исключением сбора хвороста). Мяса зубра хватило на это время.

Когда еда стала заканчиваться, женщины принялись подталкивать мужей к новой вылазке для охоты. Мужчинам пришлось собрать волю и храбрость в кулак.

Наученные горьким опытом, охотники повели себя очень осторожно. Теперь они не думали охотиться на крупную дичь и даже не смотрели на тропинки, проложенные животными, способными убить одним движением головы или ударом копыта.

Мужчины поняли, что с их силами и умениями просто не справиться с такой сложной задачей.

Медведя продолжали ругать, но уже редко, ведь жизнь двигалась вперед, и слова никак не помогали выжить.

Мелкие ушаны стали обычной дичью, к которой охотники могли подступиться. Да, зверьки были быстрыми, но их все-таки можно было поймать в тот момент, когда они выползали из нор.

Еще одной частой добычей для людей стали птицы. Мужчины, не желающие подвергать жизнь опасности в охоте на крупных животных, научились сбивать летунов камнями. Сила людей была велика, поэтому метко брошенный камень мог сбить крупную птицу, которая пряталась в кустах.

Когда лето начало катиться к концу, многие привыкли к новой жизни. Да, они все еще сердились, вспоминая Медведя, но без прежнего огня.

Все думали, что он давно уже сгинул где-нибудь среди снегов, убитый лютым зверем.

Кто-то радовался этому, кто-то грустил, один только шаман улыбался в бороду и продолжал время от времени раскидывать кости, долгими часами рассматривая то, что они ему показывали.

Группа Боста возвращалась с очередной неудачной охоты. Сегодня им не повезло. Подобное не было чем-то необычным. Не всегда удавалось поймать ушана или сбить какую-нибудь птицу. Про более существенную дичь и речи не шло. После случая с зубром большинство мужчин не осмеливались смотреть в сторону крупных животных.

Когда все уже вошли в пещеру, Бост остановился. Что-то привлекло его внимание, но что именно, он не мог сказать.

Прищурившись, он оглядел окрестности. Все было спокойно и привычно. Лес вокруг постепенно готовился к ночи. Бост с сожалением прислушался к редким птичьим выкрикам. Как бы он хотел поймать хотя бы одну из них! Он представил, как посмотрит в глаза своим двум детям, и ему стало горько.

Мужчина, поняв, что ничего подозрительного в округе нет, почти развернулся, готовый войти в пещеру, но в этот момент застыл. Медленно вернув прежнее положение тела, он напряженно посмотрел в сторону дальнего края поляны.

Из-за деревьев показался человек! Бост сжал в руке нож, встревожившись, но в следующий миг его лицо удивленно вытянулось. Это был Медведь! Никакой ошибки! Вряд ли в мире существует еще один такой громадный человек!

Губы Боста дрогнули.

– Медведь! – громко позвал он, не сдержав ликования.

Наконец-то! Наконец-то их жизнь станет прежней! Он так устал беспокоиться о том, что будут есть его дети завтра, что появление Медведя вознесло его на небеса от радости.

Впрочем, в следующую секунду он подумал, что такие мысли в корне неверны. Медведь не будет жить вечно, учитывая, каким старым он был, а значит, однажды Босту и его детям все-таки придется заботиться о себе самостоятельно.

Босту хотелось отодвинуть этот день как можно дальше. Он нехотя признался себе, что все-таки придется перестать полагаться во всем на Медведя. Но конкретно сейчас он был очень и очень рад.

Его выкрик услышали в пещере.

– Что кричишь? – хмуро спросил Дол.

– Медведь, – Бост повернулся к соплеменнику, а потом указал пальцем туда, где только что видел их спасителя.

Дол недоверчиво взглянул в ту сторону. Его глаза расширились. Дол юркнул обратно в пещеру.

– Медведь! – услышал Бост его громкий голос секунду спустя. – Медведь вернулся!

Племя сначала застыло, а потом люди начали суетливо выбираться наружу, чтобы удостовериться в правдивости новостей. Увидев идущего к ним Медведя, они поначалу были шокированы. Не умер? Вернулся? Разве такое возможно?

Потом многие начали счастливо смеяться. Им казалось, что с плеч на землю рухнули целые горы. Как долго они боролись, как сложно было, но вот теперь все закончилось.

Многие женщины плакали, маленькие дети вторили им. Люди вздохнули облегченно.

Медведь вернулся!

Но погодите, что это за фигура вышагивает рядом?

Как только кто-то обратил внимание на незнакомого человека рядом с Медведем, остальные поубавили радость, с интересом рассматривая незнакомку.

Да, человек оказался женщиной. В этом не было никаких сомнений. Довольно высокой и худой женщиной. У нее были длинные ноги и руки, слишком тонкие, чтобы быть крепкими, и белоснежные волосы, которые свободными прядями лежали на накидке из шкур ушанов.

– Кто это? – спросил у всех разом Дол. Он был уже взрослым мужчиной (в прошлом году ему исполнилось пятнадцать), но все еще не утратил излишнего детского любопытства.

– Жена? – добавил он неуверенно.

Все в племени знали, что Медведь отправился куда-то далеко за женой. Мало кто одобрял его решение, но повлиять на Медведя никому никогда бы не удалось.

Как только это слово прозвучало, люди племени по-новому посмотрели на незнакомку. Им было интересно, какая женщина согласилась вступить в связь со стариком.

После тщательного осмотра большинство людей не одобрило выбор Медведя.

Женщина выглядела необычно. Высокий рост, белые волосы, стройное тело, легкая походка, гордо вскинутая голова, расправленные плечи. Казалось, женщина не идет, а плывет над бренной землей.

Неужели на севере живут такие люди?

Она не казалась обычной женщиной, скорее мистическим духом, решившим посетить людей под видом простого человека. Вот только иную природу не удалось скрыть под тонкой человеческой кожей.

Все люди племени при взгляде на нее ощутили странную неловкость. Казалось, она одним своим присутствием укоряет их в чем-то, словно они были неполноценными, с изъяном, о котором и сами не знали. Конечно, им это не понравилось.

Вместо того что копаться в себе, они начали выискивать недостатки в той, что вызвала такие чувства.

– Слишком худая, – проворчала одна из женщин, недовольно поджав губы.

Остальные с ней согласились. Действительно, в их мире ценились крепкие женщины, не полные, а именно крепкие. Сильное тело было залогом хорошей и долгой жизни.

– И некрасивая, – добавила вторая, осматривая тонкие черты лица белокурой женщины.

Мужчины промолчали. На их взгляд, лицо женщины было нормальным. Да, губы не такие полные, как многим нравилось, и нос тонковат, но в целом все смотрелось хорошо. Особенно выделялись глаза – светлые (что было очень необычно), большие и пронзительные. От их взгляда у многих мурашки по спине побежали.

– Откормит, – уверенно выдал Бост.

Он был слишком рад возвращению Медведя, чтобы беспокоиться о том, что его жена немного отличается от привычных стандартов красоты.

В племени женщины тоже были разными, так стоит ли акцентировать внимание на отличающемся другом человеке? Подумаешь, волосы белые и глаза светлые, главное ведь во всем этом, что Медведь вернулся!

Заметив около кромки леса еще какое-то движение, Бост глянул туда и ошеломленно замер. Из-за деревьев вышел громадный олень. Он немного постоял неподвижно, а потом величественно направился следом за Медведем и его женой.

И он был не единственным! Племя ошарашенно наблюдало, как животные одно за другим выходят из леса. Люди стояли около пещеры с открытыми ртами, не понимая, что происходит. Все выглядело так, будто стадо идет следом за Медведем и женщиной.

– Вещи, – прошептал Дол и указал пальцем на вожака стада. – На спине, – его голос слегка дрогнул.

Люди очень быстро поняли, о чем речь. На спинах некоторых оленей были вещи! Как такое возможно?!

Когда из леса показался волк, Бост и вовсе испуганно икнул. Он открыл рот и замахал руками, пытаясь привлечь внимание Медведя. Остальные в племени тоже увидели волка, вернее, волков. Лица людей испуганно побелели.

Все на миг застыли, а потом кинулись обратно в пещеру. Никому не хотелось стать пищей для свирепых хищников, явно следующих за стадом в поисках еды.

Увидев, как люди, которые совсем недавно казались радостными, испуганно скрылись в пещере, задвинув за собой камень, Елена Николаевна с Медведем переглянулись.

– Чего это они? – спросила она, нахмурившись.

Оглянувшись, Елена заметила две волчьи морды, которые по какой-то причине не остались в лесу, а последовали за ними. Все встало на свои места.

Шикнув на волков, Елена Николаевна поторопилась следом за Медведем, который уже отодвигал камень в сторону.

Из пещеры донеслись крики людей, которые требовали от Миши вернуть дверь на место. Тот, конечно, даже не думал выполнять «просьбы». Повернувшись, он подождал, пока Елена доберется до входа, и только потом задвинул камень.

Оказавшись внутри, Елена Николаевна едва заметно поморщилась, сдерживая желание прикрыть нос рукой, так сильно в пещере воняло.

В первые мгновения она ничего толком не видела в полутемном помещении, но потом, проморгавшись, принялась оглядываться.

Пещера действительно была очень большой. На полу лежало множество крупных камней. Возле каждого находились чьи-то вещи. Наверное, таким способом племя разделяло жилплощадь.

Костров было два. Сейчас около них никто не сидел – все люди столпились неподалеку от входа.

Свет от огня был слабым и едва разгонял царившую в пещере темноту. Правда, в одном месте из потолка бил солнечный луч – видимо, там имелось отверстие наружу.

Люди выглядели обычно. Некоторые мужчины обладали более высоким ростом, чем северяне, хотя до Миши им было далеко. Все имели крепкие тела.

Носили люди шкуры, никаких сюрпризов.

В принципе, это было среднестатистическое племя времен каменного века. Убивал только нестерпимый запах.

Увидев, что опасности нет, люди окружили Медведя и принялись задавать вопросы. Некоторые тянули руки и похлопывали его по плечам в знак приветствия и радости.

Елена Николаевна стояла на некотором отдалении и внимательно слушала разговоры. Чем дольше она это делала, тем ниже падало ее настроение.

Они все говорили об одном и том же.

Да, люди явно были рады возвращению Медведя, но, судя по их словам, радовало их то, что им не придется больше волноваться о пропитании.

Елена Николаевна быстро поняла, что в прошлом именно Миша являлся главным добытчиком этого племени. С его силой в подобном не было чего-то удивительного.

Но все эти люди выражали это так открыто! Они совсем не волновались о том, как звучат их слова!

Неужели они не боятся обидеть Мишу, показав, что воспринимают его только человеком, который может добыть еду?

– Так, стоп! – Елена Николаевна не вытерпела. Выкрикнув эти слова, она пролезла мимо людей и встала перед Медведем. – С чего вы решили, что Миша что-то вам должен? – спросила она, переводя взгляд с одного человека на другого.

Она видела, как на их лица наползает непонимание. Люди принялись переглядываться. Она выругалась про себя, вспомнив, что местные не воспринимают такую сложную речь.

– Охота, – медленно, по словам, начала она. – Почему только он? Остальные что? Вместе?

Конечно, отдельными словами нельзя было передать все негодование, которое испытала Елена, но даже этого хватило, чтобы люди возмутились. До них быстро дошло, что она хочет сказать. И им это явно не понравилось.

– Ты чужая, – вперед вышел один из самых старых членов племени. На взгляд Елены Николаевны, ему было за шестьдесят, но, учитывая, как быстро тут старели люди, ему вряд ли исполнилось сорок. – Мы семья.

– И что? – она сложила руки на груди, упрямо глядя на старика сверху вниз – рост позволял. Тот с возрастом стал еще ниже, поэтому она была выше как минимум на полголовы. – Он взрослый. Вы взрослые. Каждый сам.

Нет, она не имела ничего против того, чтобы поддерживать племя. Эти люди действительно столько лет прожили с Мишей вместе. Многие из них, наверное, были его друзьями, но вот так откровенно полностью спихивать на него добывание еды – это было настоящей наглостью. Он им личный раб, что ли?

– Ты чужая, – настаивал старик.

Он явно хотел сказать, что она не имеет права что-либо решать, но Елене Николаевне было плевать на его слова.

– Его племя, – возразила она. Эти люди были соплеменниками Миши.

Да, он искал жену, но Елена пока не решилась согласиться. Она считала Медведя хорошим другом, к которому испытывала искреннюю симпатию.

Возможно, в будущем это перерастет в нечто большее, тем более что она не встречала в этом мире более достойного мужчины.

Если говорить прямо, она уже подумывала согласиться на предложение о замужестве. Мужиком Миша оказался хорошим, надежным. В таком мире, какой бы самостоятельной женщина ни была, сложно выжить в полном одиночестве.

А любовь? Право слово, ей ведь не пятнадцать, чтобы тосковать по настоящей любви. Кроме того, в кого в этом пещерном мире влюбляться? В пропахших неизвестно чем дикарей, которые едва могут сложить вместе три слова?

Нет уж, лучше Миша. Он, по крайней мере, понимает, что она говорит. И относится к ней с явным уважением. Сказал, что жена, но при этом ждет, с приставаниями не лезет, хотя Елена Николаевна видела, что иногда ему очень хочется. Чем не достойный кандидат в мужья?

Люди хмуро смотрели на Елену. Все вспомнили, что она, вообще-то, жена Медведя. Если поначалу она не понравилась лишь некоторым, то после ее слов большинство людей племени стали смотреть на незнакомку с откровенной враждебностью.

Никому не хотелось снова рисковать своей жизнью. Особенно тем, кому не повезло с зубром. Они готовы были кинуться вперед и на деле показать наглой чужачке, на чьей стороне правда.

Заметив враждебность во взглядах соплеменников, Медведь нахмурился.

Положив руку на плечо Елены, он задвинул ее себе за спину и посмотрел на людей так, что всем стало понятно: один необдуманный шаг – и он начнет ломать кости.

– Мы будем в пещере, – заговорил он, все для себя решив.

Раньше он никогда не переживал, что племя воспринимает его только как человека, который может легко добыть еду.

Да и сейчас его это не очень волновало, но ему не понравилось, как бывшее племя реагирует на его женщину. Он никому не позволит навредить ей.

– На большой скале, – уточнил он, заметив, что некоторые соплеменники неправильно его поняли.

Между людьми внезапно пролез шаман. Его скрюченная фигура была лишь немного выше пояса Медведя.

Старик улыбался беззубой улыбкой и держал в руках свои вещи.

– Хорошо, – проскрежетал он. – Хорошо. Я с вами, – произнес он. – Белая, – позвал он выглядывающую из-за спины Медведя Елену. – Старая. Хочу увидеть. Идем.

Елена Николаевна моргнула, хмуро глядя на старика. Это кого он назвал старой? На себя пусть посмотрит! Сморчок!