Дикая

Глава 39

Увидев такое количество туш, Елена Николаевна засуетилась. Мясо необходимо было как можно скорее обработать, чтобы не пропало. Лена еще помнила свои первые дни в этом мире. Казалось, вкус тухлого мяса ощущается на языке даже спустя столь долгое время.

Поморщившись от воспоминаний, Елена принялась всеми руководить.

Люди, не привыкшие делать что-либо с мясом, не понимали, зачем разделывать туши раньше времени. Будь их воля, они просто сложили бы добычу около входа, где холоднее всего, накрыли шкурами и успокоились.

Елена не собиралась так поступать.

Медведь, знающий, что нужно делать, быстро и умело принялся за свежевание. Остальные мужчины последовали его примеру, пусть и думали, что лучше оставить все как есть.

– Мелкими кусками, – дала указание Елена Николаевна, раздавая по ломтю каждой женщине.

После этого она показала, как именно нужно разделывать мясо. Никто не возмущался. Видимо, какой-то частью мозга люди понимали, что находятся в гостях и не им диктовать правила.

Убедившись, что женщины делают, как было сказано, Елена отдала шкуры мужчинам, заставив очищать кожу от всего лишнего. Обычно этим занимались женщины, но она посчитала, что мездрение – более утомительная работа, чем разрезание мяса на кусочки.

Все лишнее, непригодное для еды, было выброшено в лес подальше от пещеры. Волки тоже получили свою порцию, чему были очень рады. Хотя они могли охотиться сами, хищники никогда не отказывались от еды, которую предлагали людские руки.

Закончить обработку мяса за один день не удалось. Тем более что туши были притащены во второй половине дня.

Елена Николаевна на ночь замариновала столько мяса, сколько смогла. К сожалению, котелков было не так много, как хотелось бы. Маринад был достаточно простой, включающий в себя соль и пару трав.

Работа продолжилась на следующее утро.

Медведя сразу отправили топить коптильню. Мужчины, закончившие со шкурами, были перекинуты на другую работу. Точнее, Лена велела им резать мясо, дав женщинам новые поручения.

Часть из них она посадила за жарку. Готовое мясо хранится гораздо дольше. Другая группа нанизывала кусочки на специально подготовленные палки, которые после будут опущены в коптильню.

Сама Лена принялась складывать свежие куски в холодильники.

Детям тоже нашлась работа. Они занялись шкурами. Их следовало обработать пеплом, которого Лена заготовила на этот случай достаточно много.

Подбрасывая хворост в огонь, Медведь размышлял, сооружать ли волчьи ямы около дома.

Это было опасно.

Во-первых, в них могли угодить Войс с Греей. Волки, конечно, обладали феноменальным разумом, но это не отменяло случайности.

Во-вторых, кроме волков, имелись олени. Те едва ли выходили за пределы летнего круга, но, опять-таки, случайности не исключены.

В-третьих, кто даст гарантию, что первыми придут именно разбойники, а не бывшие соплеменники? Кто знает, что они опять надумают, как в конце лета.

Медведю совсем не хотелось, чтобы в ловушки попали невинные люди.

По всему выходило, что от этой идеи придется отказаться.

На самом деле Медведь не слишком волновался о разбойниках. Он был уверен, что с помощью магии у него получится очень быстро обезвредить их.

В последнее время его сила чутко откликалась на каждое осмысленное желание.

Желая убедиться еще раз, он поднял хворостину и сосредоточился. В следующий миг дерево покрылось белым узором.

Хмыкнув, Медведь легонько ударил палкой по камню – хворостина рассыпалась белыми крошками. Да, он заморозил ее настолько сильно, что любое физическое действие разрушало материал.

Он догадывался, что случится в подобном случае с человеком.

Представив себе эту картину, Медведь поморщился. Он не был кровожадным, поэтому такие образы не доставляли ему никакого удовольствия.

Подняв взгляд, он отметил, что вьюга набирает обороты с каждым часом.

Может быть, стоит добавить своей магии? Если на улице будет слишком холодно и снежно, разбойники вряд ли решатся выйти из укрытия.

Но это тоже не выход.

Покачав головой, Медведь стряхнул с руки деревянные крошки, смешанные со льдом, и продолжил работу.

В итоге он решил просто подождать, когда убийцы явятся сами. Он не будет их ни задерживать, ни пытаться убить на подходах.

Нахмурившись, Медведь не заметил, как от него во все стороны по земле зазмеился белый рисунок. Он был слишком поглощен мыслями о том, как встретить незваных гостей.

– О чем думаешь? – спросила Лена, осторожно прикоснувшись к плечу мужа.

Ее собственная магия, реагируя на настроение Медведя, тихо вибрировала.

Медведь моргнул, выныривая из своих размышлений. Белый узор на земле замер, а потом медленно растаял.

– О наших врагах, – ответил он честно.

Лена кивнула и присела рядом. Медведь взглянул на нее и поделился тревогами. После очередного разговора они решили действовать по обстоятельствам.

Вечером Елена Николаевна обожгла магией подготовленные для тушенки «банки». А на следующее утро набила все котелки мясом и поставила тушиться на медленный огонь. Весь день она приплясывала вокруг будущей тушенки. Когда мясо начало распадаться на волокна, она решила, что пора. Глиняные кувшины и крышки были тщательно вымыты, а потом обработаны магическим огнем – это должно было убить все бактерии.

Затем Лена заполнила их тушенкой и отставила «банки» в сторону – остывать. Когда пришло время, она закрыла их крышками, залив сверху смолой. Все кувшины с тушенкой она любовно расставила в заранее подготовленную пещеру, в которой было довольно прохладно.

Оглядывая широкие полки хозяйственным взглядом, Елена Николаевна размышляла, что следует изготовить еще пару котелков, чтобы можно было одновременно тушить больше мяса.

Люди, которым пришлось весь день нюхать готовившееся мясо, очень расстроились, когда поняли, что прикоснуться к чему-то вкусному нельзя. В утешение Елена вместе с другими женщинами приготовила несколько котелков ароматного овощного рагу.

Жизнь текла как раньше. С каждым днем Лена с Медведем все сильнее ощущали надвигающуюся угрозу. Они то и дело переглядывались. Интуиция нашептывала, что до прихода гостей осталось совсем недолго. И она, как никогда, была права.

***

После первого дня, когда она потеряла контроль над собой, Буба притихла. Она хотела, чтобы мужчины взяли ее с собой, когда пойдут наказывать тех, кто посмел от них убежать.

Долгими ночами Буба представляла, что они сделают с Дахой. Эти видения не давали ей спать, настолько будоражащими были.

Буба ощущала ненависть, переплетенную с радостью от мысли, что Даха скоро получит свое.

С каждым днем промедления ее терпение медленно, но верно истощалось. Благо, что в этом месте было на ком выместить негодование. Правда, Буба старалась делать это незаметно. Лидер в последнее время был слишком раздражен, поэтому доставалось всем.

Спустя несколько дней тот, явно больше не выдержав, велел собираться.

Буба с ликованием принялась за сборы. Она ни в коем случае не могла пропустить столь интересное событие.

– Куда? – хмуро спросил главарь. Он не хотел брать с собой женщину.

– С вами, – упрямо выдала Буба, всем своим видом давая понять, что не желает оставаться в пещере.

За упрямство ей досталось, но даже синяк под глазом и болящая скула не остановили ее. Лидер, впечатленный настолько сильным желанием Бубы, все-таки смилостивился и разрешил ей пойти с отрядом.

Они дождались, когда вьюга, бушевавшая в последние дни, утихнет, и двинулись в путь.

Люди, оставшиеся в пещере, вздохнули свободнее. Все они были сильно напуганы, хотя никто даже не догадывался, какую участь уготовили им пришедшие неизвестно откуда мужчины.

Никто не привык к убийствам. Такое, конечно, изредка случалось, но старейшины всегда были категорически против смертей. Да и зачем людям убивать друг друга, когда с этим прекрасно справлялись всевозможные опасности, подстерегающие за пределами пещер?

У них даже в мыслях не было, что кто-то может убивать целые племена ради одного удовольствия.

Именно поэтому пусть люди племени и вздохнули свободнее, но никто из них даже не подумал уйти из пещеры. Да и куда, если на дворе лютая зима? Далеко по такой погоде точно не уйдешь. Да и зачем? Чужаки явно дали понять, что весной двинутся дальше. А значит, осталось потерпеть несколько месяцев.

На улице было холодно. Как это обычно бывает, после вьюги температура сильно упала.

Кутаясь в шкуры, Буба упорно шагала вперед. Ее подстегивали видения будущего. Из-за них она даже мороза толком не ощущала.

Ближе к ночи отряд собрался под нависшей скалой. Люди жались друг к другу, пытаясь сохранить тепло. Раскидав снег, они соорудили подобие стен для защиты от ветра.

Рано утром путь продолжился. Невыспавшиеся, злые и замершие – люди заранее начали предвкушать, как будут отогреваться. Постепенно, благодаря движению (или необузданным фантазиям), они немного согрелись.

Когда день перевалил за половину, лидер вскинул руку, останавливая группу. Буба, шедшая одной из последних, не заметила сигнала и ударилась о спину идущего впереди. Мужчина обернулся и оскалился, заставив Бубу низко опустить голову.

Лидер в это время тревожно смотрел на волков, которые стояли в отдалении. Хищники не шевелились, просто наблюдали за людьми и, казалось, не собирались подходить.

Вскоре остальные тоже заметили зверей. Это открытие заставило мужчин заволноваться. Никому не хотелось умирать, а два крупных волка явно выглядели как чья-то мучительная смерть.

Напряженное молчание затягивалось. Люди стояли, боясь пошевелиться, ведь любое движение могло спровоцировать хищников на нападение.

Когда нервы уже не выдерживали, один из волков поднял голову и протяжно завыл. Следом за ним завыл и второй зверь. Звук был настолько жутким, что люди невольно отшатнулись.

Буба сжалась, прижимаясь к спине стоящего впереди мужчины. Она тряслась от страха. В этот момент ей казалось, что она никогда не слышала ничего ужаснее, чем этот пронизывающий до самых костей вой.

Нужно было действовать. Лидер понимал это. Волков было всего двое, но этот вой мог означать, что остальная стая где-то рядом. Если с двумя люди, пусть и с потерями, могут справиться, то вот с большим количеством – вряд ли.

Главарь практически решился напасть, но в этот момент хищники развернулись и скрылись в лесу.

Люди некоторое время стояли безмолвно, а потом облегченно выдохнули. Они не знали, по какой причине звери отступили, но не собирались испытывать их терпение и буквально сорвались с места.

Спустя некоторое время, решив, что удалось отойти от места встречи достаточно далеко, люди попадали там, где остановились. Уставшие и злые, они собрались вместе, чтобы перекусить перед дальнейшим путешествием.

Лидер хмуро жевал зажаренное еще в пещере мясо. Оно было холодным и жестким, но он не обращал на это внимания. Его глаза бешено вращались. Он ненавидел бегство, оно оставляло у него чувство незаконченности. Внутри все клокотало от злости.

Ему требовалось выпустить пар немедленно! И даже не волновало, что они посреди заснеженного леса в самый разгар зимы.

Его взгляд упал на Бубу. Рыкнув, он подошел к ней, схватил и поднял, принимаясь шарить свободной рукой по телу.

– Эй! – возмутился Зохар, вскакивая со своего места.

Лидер оскалился, даже не подумав убирать руку. Наоборот, продолжил с большим усердием, глядя при этом в глаза мужчине.

Зохар не мог этого стерпеть. В принципе, он уже насытился Бубой, но она была его женщиной. Если он сейчас не ответит, то другие решат, что могут брать у него вещи в любой момент, не считаясь с его желаниями и согласием.

Драка завязалась так стремительно, что многие даже не поняли толком, когда это произошло. Просто в какой-то момент Буба, оказавшаяся между двумя мужчинами, закричала. Крик привлек всех.

Драться в плотных шкурах было очень неудобно, но снимать не было времени. В какой-то момент Зохар охнул и отшатнулся. Отойдя на пару шагов, он поднял руку, которую до этого момента прижимал к боку. Пальцы были окрашены кровью.

Лидер стоял, чуть пригнувшись, с окрашенным в красный цвет ножом. Подняв его выше, главарь с интересом осмотрел оружие, принюхался, а потом слизал алую жидкость. Черные зрачки расширились. Глаза мужчины сверкали удовлетворением и жаждой.

Он шумно вздохнул и сделал шаг вперед, но Зохар упал. Сначала на колени, а потом вперед лицом. Его сознание медленно уплывало вместе с вытекающей из тела кровью.

Буба, видевшая все это, всхлипнула. Звук привлек внимание лидера. Он резко повернулся к женщине. Быстрая смерть Зохара пусть и принесла немного спокойствия его душе, но не удовлетворила полностью.

Оскалившись, он схватил сопротивляющуюся женщину, бросил на снег и навалился сверху. Буба замерла, позволяя делать с собой что угодно. Она старалась не смотреть на потерявшее все краски лицо теперь уже точно мертвого мужа. В этот момент она ненавидела Зохара сильнее, чем раньше. Тот был сильным, но, как и прочие мужчины в ее жизни, оказался полностью бесполезным.

Как только все закончилось, группа двинулась дальше. Об умершем мужчине никто даже не вспомнил. Они так и оставили его лежать на снегу, лишь благоразумно забрали оружие и шкуры – мертвецу все это ни к чему. Не было сомнений, что вскоре сюда подтянутся хищники – люди поторопились уйти до этого момента.

Буба, статус которой в очередной раз изменился, плелась следом. Тело ужасно болело. Лидер оказался еще более жестоким, чем Зохар.

Идея пойти вместе с отрядом не казалась теперь такой удачной.

Впрочем, хандрила женщина недолго. Стоило вспомнить причину, по которой она решилась на это путешествие, как злость захлестнула ее, а ненависть к давней сопернице заклокотала в горле.

Если бы не Даха, разве Буба решилась бы выйти из пещеры? Конечно, нет! А это значило, что вина за все лежит именно на Дахе.

Обретя спокойствие и душевное равновесие, Буба пошла вперед более уверенно. Она будет спать спокойно, только когда своими глазами увидит смерть соперницы.

Сперва они наткнулись на большое стадо оленей, которые мирно паслись, перегораживая проход.

Столько крупных животных не могло оставить прирожденных охотников равнодушными. Когда первый ажиотаж от встречи с огромным стадом прошел, люди начали замечать странности.

Например, очень удивила зеленая трава, которой лакомились олени.

Люди даже оглянулись по сторонам, чтобы еще раз убедиться, что сейчас все-таки зима. Сугробы, холодный ветер, падающий с неба легкий снег, голые деревья – все это было доказательством, что они не сошли внезапно с ума.

Но если так, откуда взялась трава?!

– Духи, – зловеще прошептала Буба. Она вспомнила, что нечто подобное творилось около пещеры, в которой Даха когда-то жила одна. В ее старом племени тогда эта тема очень долго обсуждалась.

Главарь, услышав ее слова, сжал губы. С духами он еще никогда не встречался и не боролся. Ему вдруг стало интересно, насколько они сильны и способен ли он совладать с одним из них.

Когда группа немного неуверенно продвинулась дальше, то стало понятно, что территория, лишенная сугробов и покрытая зеленой травой, очень велика.

Олени, ранее мирно пасущиеся, конечно же, заметили людей. Вожак, подняв голову с огромными ветвистыми рогами, топнул ногой в предупреждении.

Пусть животные и привыкли, что рядом живут люди, но подпускать к себе всех подряд стадо не собиралось. Те, кто всегда давал им лакомство, пахли совершенно иначе.

Лидер оскалил зубы. Как смеет это травоядное угрожать ему?!

Он сделал шаг вперед, но в этот момент заметил, как из леса вышли уже знакомые волки. Что удивительно – стадо никак на это не отреагировало.

Духи, напомнил себе лидер. Крошечная часть разума нашептывала, что следует развернуться и уйти, но он отмахнулся от подобного совета. Его не напугают пара волков и кучка бесхребетных зверей, способных жевать лишь траву.

Стиснув нож, он прищурился, размышляя, попадет ли с этого расстояния в глаз оленю, или стоит подойти ближе.

Когда он уже определился с дальнейшим планом, его внимание привлек человек. Тот стоял прямо за стадом. Он был высок и носил очень мало одежды. Лидер моргнул, пытаясь вспомнить, стоял ли мужчина здесь до этого момента или появился только сейчас. Фыркнув, главарь прищурился. Ну конечно, он там был. Что за глупости приходят в голову в последнее время?

Разозлившись на себя, он замахнулся и кинул нож. Вот только целился вождь головорезов на этот раз вовсе не в оленя.

Медведь легко уклонился от летящего в его сторону оружия. Он хмуро сжал кулаки и недобро посмотрел на все-таки пришедших людей. Они явно искали смерти. Медведь не ощущал себя достаточно благородным, чтобы отказать этим людям в их горячем желании умереть как можно скорее.

Он сделал шаг вперед. По земле мгновенно зазмеился белоснежный рисунок.

– А-а-а-а!

Медведь невольно вздрогнул от резкого крика. Люди перед ним даже слегка пригнулись, а потом принялись оглядываться по сторонам, пытаясь понять, что это было.

Протолкавшись через мужчин, Буба рухнула на землю, но торопливо встала и побежала к Медведю. Все произошло так быстро, что никто не успел что-то сделать или сказать.

– Ты! – завопила она и, бесстрашно приблизившись к Медведю, обхватила его руками, а после сползла вниз, содрогаясь в рыданиях. – Забери! Плохо! Больно! – сквозь рыдания причитала она.

Медведь был настолько обескуражен происходящим, что не знал, что делать с вцепившейся в него женщиной. Он бросил вопросительный и даже слегка умоляющий взгляд на людей. Но те и сами были ошарашены, поэтому могли лишь смотреть на очередной переполох, который устроила эта шумная женщина.

– Отцепись от него, – рыкнула подошедшая Елена.

Поняв, что незнакомка, которая прилипла к ее мужчине, и не собирается выполнять требование, Лена, недолго думая, схватила ту за волосы.

– А-а-а! – снова закричала Буба.

Рука Елены Николаевны на миг дрогнула, но в этот момент показалось лицо неизвестной. Не узнать Бубу Лена не могла. Чуть ослабленная хватка мгновенно усилилась.

В какой-то момент Буба все-таки отпустила Медведя и рухнула на землю, сотрясаясь от рыданий и корчась от боли – Елена даже не пыталась действовать мягко.

Всхлипнув в очередной раз, Буба несчастно посмотрела на человека, который причинил ей боль. Выражение ее лица мгновенно поменялось.

Беззащитность и ранимость словно ветром сдуло. Черты лица исказились от ненависти.

– Ты! – заорала она (Лена в этот момент закатила глаза к небу), а потом прытко подскочила на ноги и кинулась вперед.

Медведь отреагировал мгновенно. Поймав Бубу, он оттолкнул ее. Не сильно, но так, чтобы та отошла на несколько шагов назад. Женщина моргнула и замерла, глядя на мужчину, которого когда-то посчитала своим.

Ее мозг работал как никогда быстро. Она пыталась понять, что делать дальше. Быть с лидером она не хотела. Тот, конечно, силен, но слишком груб, на ее вкус. Получать постоянные побои Бубе не нравилось. Зато стоящий перед ней мужчина выглядел многообещающе. Но у него была Даха. Эта ненавистная женщина! К тому же лидер пришел сюда убивать.

Заскулив от отчаяния, Буба прищурилась. Она увидела, что из пещеры вышли еще несколько мужчин. Может быть, им удастся отбиться?

Оглянувшись, Буба сморщилась. Вряд ли. Пришедших с ней было больше. Гораздо больше. Да и выглядели они сильнее. И Буба видела, на что они способны.

Она с сожалением вздохнула и отступила. Буба не была дурой, вставать на сторону тех, кто точно проиграет, она не собиралась. Как бы ей ни нравился мужчина, она понимала, что тот вскоре будет мертв.

Женщину во всем этом радовало только одно – вместе с ним умрет и Даха. Наконец-то! Она не могла дождаться, когда увидит труп ненавистной соперницы. Это зрелище совершенно точно будет греть ее долгими зимними ночами.

Лидер в тот же момент довольно оскалился. Все верно. Даже эта глупая женщина знает, с кем ей будет лучше.

Посмотрев на стоящего впереди Медведя, мужчина с превосходством усмехнулся. Правда, никчемный мусор интересовал его недолго. Больше всего лидера занимала стоящая рядом с незнакомцем женщина.

Он никогда раньше не видел подобных. Высокая, с белыми волосами, странно собранными вокруг головы, одетая в необычную одежду и выглядящая рожденной духами, а не людьми, женщина приковывала взгляд намертво.

Она была удивительной. Мужчина едва мог оторвать от нее взгляд. От картин, нарисованных воображением, кровь вскипела. Он собирался взять эту женщину себе. Его буквально разрывало от желания узнать, какова она на вкус.

Станет ли кричать, когда он возьмет ее? Будет ли корчиться и умолять или посмотрит с ненавистью? Какова на ощупь ее кожа? Какие звуки она издает, когда принимает в себя мужчину?

Все эти вопросы будоражили кровь. Мужчина невольно облизнулся, глядя на необычное создание (человек ли она или все-таки дитя духов?). Он был невообразимо рад, что путь привел его в это место.

Медведь, заметивший, что человек слишком откровенно смотрит на его жену, нахмурился и сделал шаг в сторону, закрывая наглецу вид на Лену.

Лидер рыкнул. Его вожделеющий взгляд изменился, наполнившись агрессией и злостью. Как смеет кто-то вставать у него на пути? Что о себе возомнил этот мусор?

Его ярость с каждым мгновением разгоралась все сильнее. Он хотел получить незнакомку немедленно, поэтому даже не думал ждать.

До этого момента ни один человек не мог сравниться с ним по силе. Зохар был близок, поэтому главарь убил его при первой же возможности. Мужчина не мог позволить сопернику ходить по земле. Слишком опасно.

Эта самоуверенность застила ему глаза. Он даже на мгновение не подумал, что человек, стоящий перед ним, может оказаться слишком сильным противником.

Легко уклонившись от выпада, Медведь размахнулся и ударил мужчину кулаком в живот. Вожак резко выдохнул от силы удара и, согнувшись пополам, отступил на шаг. Злобно оскалившись, главарь усилием воли заставил себя выпрямиться. Внутренности дрогнули, но мужчина лишь стиснул зубы и махнул рукой, давая своим людям знак приступать.

Однако вожак не видел, как белый рисунок, стелившийся по земле, медленно начал наползать на его ноги. Он ощутил легкий холод, но не придал этому никакого значения.

Он слышал, как его люди с криками бросились на остальных обитателей этого места, но его взгляд был прикован лишь к сопернику напротив. Вожак и на мгновение не усомнился, что его подельники справятся.

Звериный рык заставил его вздрогнуть. Скосив взгляд, он увидел, как громадный волк перегрызает горло одному из его людей. Картина была настолько ужасной и неожиданной, что главарь резко повернулся в ту сторону, а потом и вовсе отшатнулся.

Послышался гул. Вход в пещеру закрыло высокое пламя. Оно не коснулось людей, но было понятно, что эта завеса никого не пустит внутрь.

Его люди, вовлеченные в бой с противниками, постарались как можно скорее отступить. В этом месте творилось что-то странное. Вот только никто им не позволил это сделать.

Вскоре в драку вмешался еще один волк. Он был меньше первого, но заметно свирепее.

Лидер сглотнул и отступил на шаг. Его взгляд метнулся к стоящей неподалеку девушке. Она, сощурив глаза, смотрела на всех, словно размышляя, с какого бока лучше начать их готовить. Вокруг ее рук виднелся пляшущий огонь. Не было сомнений, что завеса на входе в пещеру была ее творением.

Елену Николаевну потряхивало от адреналина. Она старалась не смотреть, как волки расправляются с одним мужчиной за другим. Те не были зверям соперниками.

Напуганные и уязвимые для когтей и клыков, люди были легкой добычей.

Лена очень надеялась, что Войс с Греей, попробовав человеческой крови, не повернутся после против них. Не хотелось, чтобы друг и товарищ, который своим существованием помог ей пережить один из самых трудных периодов в жизни, стал врагом.

Зрелище того, как легко волки справлялись со взрослыми мужчинами, было неприглядным.

Лена могла сжечь всех нападавших одним усилием воли, но ей не хватало на это духа. Всё-таки она не была бесчувственной.

Впрочем, это не мешало ей защищать находящихся в пещере женщин и детей (и шамана, но о нем сейчас никто не думал). Она подозревала, что обуянные ненавистью и страхом люди могут причинить вред тем, кто слабее.

Противников было больше, чем защитников. Не было сомнений: не будь у Лены и Медведя магии, они остались бы здесь мертвыми телами.

Никто не обращал внимания на белоснежный рисунок, покрывавший всю площадь, на которой происходило столкновение. А зря. Лена хорошо знала, чем это может закончиться для нападающих, но, естественно, не собиралась никого предупреждать.

Воздух начал дрожать – магия Елены стремительно поднимала температуру. Лена делала это не специально, просто ее контроль над магией не был абсолютным. Ощущая ее волнение и страх, магия была настороже.

Елена Николаевна вовремя заметила, что один из мужчин подбирается к Босту со спины. Он уже занес руку, чтобы поразить Боста. В панике Лена направила в его сторону магию. Мужчина вспыхнул факелом. Послышался душераздирающий крик.

Елена сглотнула и едва устояла на ногах. Перед глазами поплыли темные круги. Голова закружилась. Не было сомнений, что еще немного – и она потеряет сознание.

Кое-как собрав волю, она потянула магию назад. Огонь стремительно схлынул. Мужчина рухнул на землю. Он не выглядел сильно обожженным, если не считать того, что шерсть на шкурах сгорела. В воздухе отчетливо ощущался запах паленых волос.

Несмотря на то что увечья явно не были критичными, человек больше не поднялся. Похоже, он потерял сознание. Или умер.

Лена отвела взгляд, сосредоточившись на контроле магии и на других людях.

Медведь нахмурился. Он видел, как побледнела жена, когда ей пришлось усмирить магией одного из нападающих. Стиснув зубы, он прищурился. Магия хлынула из него рекой. Поднявшаяся температура начала падать. Белоснежный рисунок, струящийся по земле, принялся наползать на тела противников активнее.

Лидер заметил его первым. Опустив взгляд, он пошатнулся. Не став долго думать, мужчина развернулся и помчался прочь. Не было сомнений, что в этом месте творится нечто более страшное и серьезное, чем он мог представить. Ему было плевать на оставленных позади подельников.

Медведь был слишком сосредоточен на контроле магии, поэтому лишь краем глаза отметил, что враг отступает. Его магия следовала за убегающим. Белый рисунок разрастался на коже все сильнее.

Но не магия стала причиной смерти человека, который до этого дня считал, что ему дозволено делать что угодно с другими. Нет, не она. Смерть к вожаку явилась в облике громадного волка.

Войс, заметив резкое движение, среагировал инстинктивно, кинувшись следом. Догнав беглеца в два прыжка, он раскрыл пасть и перекусил тонкую шею. Тело, лишенное головы, рухнуло как подкошенное. Войс развернулся и бросился обратно в гущу схватки. Его больше не волновал мертвый враг.