Дикая

Глава 38

Буба первая заметила, что части племени нет. Она и на мгновение не подумала промолчать. С чего бы? Ей было интересно, куда делись люди посреди зимы.

Зохар передал сообщение лидеру группы.

Мужчина, услышав новость, разозлился. Да так сильно, что не сдержал своего кровожадного характера, ударил Зохара, словно тот был виноват в случившемся.

Зохар не стерпел подобного отношения. Он был гордым человеком и удар от лидера воспринял как унижение.

– Пожалеешь, – прорычал мужчина и, сжав кулаки, кинулся на главаря, намереваясь убить.

Его противник был только рад сбросить напряжение.

Он сам установил правила, что до весны они не будут ни убивать, ни насиловать.

Привыкший делать все, что вздумается, главарь, закованный в рамки собственных ограничений, обычно к концу зимы едва не выл от напряжения, которое не находило выхода. Зато после как сладко было убивать и калечить.

И вот сейчас ему предоставлялась прекрасная возможность снять копившееся внутри раздражение.

Убивать Зохара лидер не собирался, все-таки тот был отличным дополнением к команде, но изрядно поколотить, в который раз показав свою силу и власть, лидер был очень рад.

Драка завязалась нешуточная. Оба мужчины были чрезвычайно сильными и свирепыми. Ни один не желал проигрывать, ведь на кону стояла гордость.

Буба, наблюдая, как ее новый муж дерется, едва не поскуливала от накатившего возбуждения. Она ненавидела Зохара из-за того, что тот иной раз бил ее, но не могла не отдать ему должное.

Иногда она думала, что Брох в разы лучше, но, стоило вспомнить, как тот прижимал к себе руку новой жены, Буба готова была вернуться в прежнее племя, чтобы выцарапать глаза мерзкой женщине, возомнившей, что может касаться того, кто когда-то принадлежал Бубе.

Жаль, что она не могла убить ее, как Шою. Вот уж с кем проблем не было. Впрочем, как и с первой женой Ктора. Та тоже была мягкой и податливой. Только с Дахой, ненавистной Дахой почему-то не получилось. А ведь Буба очень старалась.

Впрочем, подумала она, смысла вспоминать Даху не было. Она вместе с тем замечательным мужчиной, вероятнее всего, давно уже мертва.

Лидер не зря занимал свое место. Ему удалось одолеть Зохара. С трудом, но он справился, за что получил от Бубы страстный взгляд.

Зохар заметил это и сразу дал жене понять, что не стоит смотреть на других мужчин. Он был зол из-за проигрыша, так что Бубе пришлось несладко.

Когда все немного успокоилось, лидер принялся допытывать у оставшихся людей, куда могли подеваться их соплеменники.

Те, напуганные дикой дракой, даже не думали что-то скрывать.

– Не охота, – дрожащим голосом произнес один из старейшин. – Жены. Дети. Все ушли.

Лидер скрипнул зубами. Ему хотелось достать беглецов и прямо на месте свернуть им шеи. Повеселиться он мог и после. Какая разница, живое тело или мертвое.

– Пещера, – продолжил старейшина. – Рядом. Там Медведь. И его жена.

– Медведь? – с интересом спросил лидер. Он сомневался, что старик имел в виду настоящего медведя.

В крови забурлили азарт и предвкушение чего-то интересного. Он буквально ощущал предстоящее веселье.

Не терпелось узнать подробности.

Старик, напуганный бешеным взглядом, торопливо заговорил. Он описывал все, что знал, стараясь дать по возможности больше подробностей.

Лидер не был полностью удовлетворен. Он принялся допытывать остальных. Сначала его волновал так называемый Медведь (оказалось, это имя), но после его очень заинтересовала необычная жена будущего покойника.

Буба, потирающая ушибленный бок и глаз, слушала в стороне. Поначалу она не обратила внимания на разговоры остальных, но вскоре кое-что привлекло ее внимание.

– А! – закричала она, подскакивая на месте.

Лидер замолчал, услышав этот возглас. Повернувшись к Бубе, главарь нахмурился, намекая, что она получит еще и от него, если причина крика не будет весомой.

Буба занервничала под этим взглядом. Хотя, стоит признаться, кроме нервозности, она ощущала еще и возбуждение. Все-таки лидер был самым сильным из всей группы. Даже Зохар ему проиграл.

– Белые волосы? – спросила она, выпрямляясь.

В этот момент Буба проклинала Зохара, который поставил ей синяк на половину лица. Без него она была куда красивее.

Старик кивнул.

– Да. Белые волосы, – произнес он, облегченно выдыхая, ведь внимание страшного человека больше не было направлено на него. – Глаза другие. Высокая и тонкая.

– И страшная, – закончила Буба с ненавистью.

Она едва сдерживала себя. Впрочем…

Оглядевшись по сторонам, Буба с ликованием заметила неподалеку одну из сопровождающих группу женщин. Не желая сдерживать себя, она кинулась к той и принялась наносить удары. Женщина вскрикнула и рухнула на землю. Буба едва обратила на это внимание, вымещая на постороннем и неповинном человеке свою ненависть и негодование.

Подумать только, а ведь она совсем недавно думала, что проклятая Даха давно уже где-нибудь умерла. А та не просто жива, но еще и замужем за мужчиной, которого так хотела себе Буба!

В этот момент она ненавидела Даху сильнее, чем когда-либо. Ну почему, почему она не убила ее тогда камнем? Надо было вести себя более осторожно и тихо. Или потом попытаться еще. Даха не могла не спать все ночи напролет. Ощутив рывок, Буба закричала, оцарапала и укусила руку, удерживающую ее. В следующий миг она почувствовала удар. Голова закружилась. В висках загудело. Тому, кого она так неосторожно укусила, явно не понравилось подобное обращение.

– Убью, – пообещал лидер, хмуро глядя на отпечаток чужих зубов на своей руке.

Буба, осознав, кого только что укусила, свернулась калачиком около его ног и заскулила, стараясь выглядеть маленькой и жалкой. Мужчина пихнул ее ногой, а потом велел встать и немедленно рассказать, что она знает и почему взбесилась.

Никто в этот момент даже не подумал, спросить у женщины, которой досталось от Бубы, как она себя чувствует. Несчастная в какой-то мере была даже рада отсутствию внимания. Кто знает, как отреагируют эти звери, увидев ее увечья. Тихо всхлипывая, она отползла от всей группы подальше, намереваясь оставаться настолько незаметной, насколько возможно.

– Даха, – прорычала Буба, когда поняла, что снова бить ее никто пока не собирается. Едва сдерживая гнев, она подробно рассказала все, что знала о ненавистной женщине.

Когда глаза лидера вспыхнули желанием, Буба не знала, как реагировать. С одной стороны, она понимала, что внимание этого мужчины – очень опасная вещь. Это значило, что жить Дахе осталось очень мало. С другой стороны, Буба буквально ненавидела, что Даха одним своим существованием заставляет такого сильного мужчину желать ее. А ведь он ту даже не видел еще! Непростительно!

***

Лене было интересно, как поведут себя пришедшие к ним люди. Она решила понаблюдать.

Ничего необычного не произошло. Люди позавтракали, старательно пытаясь удержать в руках неудобные для них ложки, а потом собрались вокруг костра.

Мужчины занялись оружием, а женщины достали куски шкур и местные иглы, явно желая пополнить запасы одежды.

Дети помладше собрались в стороне, играя камешками, а старшие усердно помогали родителям, получая от тех либо похвалы, либо советы, если что-то не получалось.

Идиллия прямо.

Если не думать о том, что за два раза эта толпа съела столько, сколько им с Мишей и шаманом хватило бы на пару недель!

Они ведь не думают, что запасы здесь бесконечны?!

Рассерженно выдохнув, Лена потерла лоб.

А что она хотела? Местные люди привыкли идти на охоту, только когда запасы мяса начинают заканчиваться. Они не придумали никакого способа длительного хранения, поэтому не видели смысла искать новое, пока не подъедено старое.

Отложив крапиву, из которой собиралась сделать себе легкую тунику, Лена задумалась, как еще сохранить мясо.

Копчение они использовали. Также можно засолить. Ей никогда прежде не приходилось заниматься солением мяса, но она примерно представляла, как это делается.

Слишком соленое мясо потом можно вымочить в воде, это смягчит вкус.

Есть еще один способ хранения – тушение. Большой котелок уже есть. Нужны только «банки». Вместо них можно наделать множество кувшинов с крышками. Потом их тщательно прокипятить и «закрутить» с помощью смолы.

Загоревшись идеей, Елена Николаевна принялась за лепку. Глина имелась, так что дело оставалось за малым.

Ее действия привлекли внимание детей. Тем явно было скучно, поэтому им стало интересно занятие беловолосой незнакомки.

Лена не стала скрываться или прогонять детвору. Она выдала каждому по куску глины и показала, что с ней можно сделать.

Новая игра увлекла малышей. Заканчивая очередной кувшин для хранения будущей тушенки, Лена благосклонно посматривала на возящихся в глине детей.

Она думала, что те будут лепить белочек или зайчиков (как делала сама Лена в далеком детстве), но детвора удивила. Никаких животных. Они просто повторяли за ней.

В принципе, это даже логично.

Расчетливо улыбнувшись, она принялась поправлять тех, у кого получалось не очень хорошо. Попутно объясняла, что сделано не так.

Несколько раз Елена ловила на себе снисходительные взгляды других людей. Насколько она поняла, новым поселенцам возня с глиной казалась простой забавой, недостойной внимания взрослых.

Мол, серьезные женщины должны только шить и готовить еду, а мужчины – обязательно улучшать свое оружие. Все остальные дела приравнивались к бессмысленной игре.

К вечеру у Лены на руках было около пятнадцати небольших кувшинов, больше похожих на пузатые банки.

Она оставила их в тени – высыхать. После того как сушка подойдет к концу, она обожжет их с помощью своей магии и заполнит тушенкой.

Медведь хотел сходить на охоту, но в последний момент решил, что запаса достаточно, чтобы несколько дней не думать о еде. Он тревожился отходить от дома далеко.

Кто знает, к чему пришли новые соседи.

Вместо этого Медведь направился к шаману.

Старик, как обычно в последнее время, находился в своем шалаше. В пещере было холодно, зато внутри дома ничто не говорило о том, что на дворе давно уже зима.

Шаман лежал неподалеку от костра на свернутой в несколько раз толстой шкуре. Подложив руку под голову, он задумчиво смотрел на огонь, который никогда не гас.

– Придут, – произнес старик, когда Медведь вошел в шалаш и, тщательно прикрыв за собой вход, сел напротив.

– Зачем? – хмуро спросил Медведь, сердито сжимая кулаки. Ему очень не нравилось, когда его семье что-то угрожает.

– Люди-звери, – шаман фыркнул. – Любят кровь. Страх. Смерть.

С каждым новым словом сердце Медведя становилось все холоднее.

– Когда? – задал он следующий вопрос, подумав, что удавит всех, кто придет к его дому с намерением убивать.

– Скоро и нет. Хотят внезапно. Не терпят долго.

Медведь кивнул. По всему выходило, что его противники желали появиться неожиданно, но у них не было достаточно терпения, чтобы тянуть неделями. Вероятнее всего, они явятся в ближайшие дни.

– Хорошо. Спасибо.

Узнав все, что ему хотелось, Медведь поднялся, собираясь уходить. Его остановил голос шамана.

– Искра загорится летом.

– О чем ты? – хмуро спросил Медведь, но шаман лишь растянул губы в улыбке и снова перевел взгляд на огонь, полностью игнорируя гостя.

Медведь вздохнул и торопливо вышел из шалаша – там было слишком жарко.

Свой разговор он пересказал Лене. Та в этот раз восприняла слова шамана серьезно. Пусть ей и хотелось скептически хмыкнуть, но она воздержалась.

– Он сказал «скоро», но не прямо сейчас, – в ее голосе звучала задумчивость. – Думаю, нам нужно запастись мясом, чтобы потом иметь возможность питаться нормально и не отходить далеко от пещеры. Давай так. Бери мужиков и идите прямо завтра на охоту…

– Я сам… – начал Медведь.

Но Лена его резко перебила.

– Никаких «сам», – возразила она возмущенно. – Еще не хватало кормить дармоедов просто так, – фыркнула она, недовольно покосившись на сидящих около костра людей. Те не слышали, о чем идет речь, но это не мешало им время от времени бросать на разговаривающую в стороне пару любопытные взгляды.

– Один быстрее, – попытался отстоять свою точку зрения Медведь, заранее зная, что проиграет. Лена была права.

Да, ему было удобнее и быстрее сходить на охоту в одиночку, но он действительно не мог вести себя так, как раньше.

– Не сомневаюсь, – Елена Николаевна одобрительно улыбнулась ему, окинув гордым взглядом, от которого Медведь ощутил приподнятое воодушевление. В прямом смысле этого слова.

Расстроенно покосившись на людей, которые сейчас очень мешали, Медведь взял себя в руки, прогоняя соблазнительные образы из головы.

– Но это не значит, что ты должен делать все сам, – настояла Лена. – И я узнаю, если ты снова сделаешь всю работу в одиночку, – пригрозила она ему. – Тебе не понравятся последствия, – закончила она холодно и хмуро.

Медведь дураком не был. Он четко уловил посыл.

Поглядев на мужчин, он вздохнул. Простите, ребята, но в этот раз вам всем придется поработать, подумал он и повернулся к жене.

– Ни о чем таком даже не думал, – с готовностью заверил Медведь ее.

– Это хорошо, – Лена улыбнулась. – Мы не вечные. Однажды нас не станет, а людям придется жить дальше, – спокойно произнесла она. К своей будущей смерти Елена Николаевна относилась просто.

Впрочем, она о ней практически не думала, не желая гадать, что ее ждет после того, как дни этой жизни закончатся. Только нервы себе портить.

– Бост после твоего ухода принял ответственность на себя, но вот все остальные… – Лена покачала головой. – Его друзья еще ничего, но…

Она замолчала, глядя, как дети в стороне старательно лепят банки под тушенку.

– В общем, даже не думай снова облегчать им жизнь.

Медведь кивнул. Он не знал, как они будут охотиться, но пообещал себе, что даст другим проявить себя.

Идея копья понравилась мужчинам, но исключительно потому, что им по умолчанию нравилось любое возможное оружие.

Лена для разогрева добавила, что с помощью копья охота должна стать более легкой. Мужчины озадачились. Они пытались понять, что можно сделать с ножом, привязанным к палке, но фантазия пасовала перед задачей.

– Это вам задание, – наставительно заявила Лена. – Придумать способ, с помощью которого можно убить крупного зверя.

Этим вечером в пещере было шумно. Люди делились своими мыслями, пытаясь придумать способ. Елена наблюдала за ними, но не помогала. И Медведю запретила вмешиваться. Сам Медведь, тот, что никогда не встречал Ивейна, не знал, на что способно копье, но нынешняя версия, перенявшая знания человека во льду, была более гибкой и осведомленной.

Сюрпризом оказалась стратегия детей. Они были увлечены заданием не меньше, чем взрослые.

– Разозлить, – вещал мальчик лет восьми. Он стоял перед взрослыми и явно сильно волновался. Это было заметно по тому, как часто он бросал взгляды на своих товарищей, собравшихся толпой в стороне. Мальчика, судя по всему, выбрали отдуваться за всех. – Бежать.

Вздохнув взволнованно, ребенок принялся разыгрывать короткую сценку. Перебирая ногами на месте, он делал вид, что бежит, время от времени оглядываясь назад.

Взрослые одобрительно зашумели. Им явно нравилось наблюдать за представлением. Лена хмыкнула. Интересно, не видит ли она сейчас, как зарождается будущее актерского мастерства?

– Остановиться! – крикнул мальчик, взбудораженный собственными действиями.

Взрослые тревожно загудели.

– Беги, – посоветовал Бост, хмурясь.

– Нет, – мальчик покачал головой. – Нельзя. Остановиться. Повернуться, – атмосфера накалялась. Взрослые начали переживать за мальчика, словно тот действительно сейчас находился на охоте и за ним гнался кто-то ужасный. – Воткнуть.

Ребенок показал палку в своей руке, а потом воткнул ее в землю, наклоняя в сторону предполагаемой дичи, которая должна была сейчас бежать за охотником.

– В сторону! – крикнул ребенок и метнулся вбок. Упав на землю, он перекатился через себя, а потом снова побежал. – Камень. Прятаться. Смотреть.

Закончив представление, мальчик нерешительно посмотрел на взрослых. В пещере воцарилась тишина.

Дети, явно придумавшие все это вместе, выглядели нервными и неуверенными, а взрослые – ошарашенными.

– Опасно, – заключил Бост. Мальчик, как и остальные дети, сразу поник. Они выглядели такими разочарованными, что чуть не плакали.

– Хорошо, – возразил Медведь. Лично ему понравился такой способ. Конечно, рискованно, но в этом мире даже просто жить было опасно.

На следующее утро Медведь забрал всех мужчин (на предложение оставить кого-нибудь для защиты Лена лишь воспламенила руку со зловещей улыбкой, от которой ему стало не по себе) и отправился на охоту.

Мужчины были закутаны в шкуры с ног до головы, в руках каждый держал копье.

Стоило выйти за пределы круга, как стало понятно, что стратегия, которую придумали дети, неосуществима зимой.

Во-первых, бежать по снегу не так удобно, как по лишенной покрова земле. Во-вторых, во что втыкать конец копья, если кругом сугробы?

Остановившись, мужчины переглянулись.

Медведь обвел всех взглядом и вздохнул.

– Идем, – бросил он и повел отряд к тропе, по которой ходили травоядные животные.

Раз исходный план неосуществим, нужно придумать другой.

Мужчины двинулись следом за уходящей фигурой. Ветер то и дело бросал в лицо горсти мокрого снега, но никого это не останавливало.

Спустя некоторое время они добрались до места. Тропа была заметена, но Медведь хорошо помнил ее местонахождение, поэтому визуальное подтверждение в виде следов ему не требовалось.

Подняв голову, он осмотрел висящие над тропой толстые ветки. В голове медленно, но верно начал выстраиваться новый план.

Долго ждать Медведь не стал, рассказал остальным, что именно придумал. Мужчины некоторое время оторопело молчали, а потом одобрительно загудели. Такая охота была им знакома.

Они и раньше часами высиживали рядом с норами ушанов, поэтому понимали, как действовать.

Через несколько минут, обговорив детали, люди разбрелись вдоль тропы и забрались на деревья, повиснув на самых толстых ветвях над тропой.

Копья мужчины привязали на спину – сейчас это оружие только мешало, – а в руки взяли ножи.

Вскоре над тропой снова стало тихо. Ветер и снег практически сразу стерли следы охотников.

Людям повезло, что температура не была слишком низкой, иначе они не смогли бы сидеть в засаде долго. Видимо, провидение на этот раз было на их стороне.

Спустя время на тропе появилась долгожданная дичь. Люди называли этих животных долгоносами из-за вытянутой формы морды.

Насколько знал Медведь, они питались кореньями, выкапывая их из-под земли небольшими, но мощными клыками, как кабаны.

Когда стадо растянулось по тропе, люди напряглись в ожидании.

Медведь поднял руку и замер. Он прищуренным взглядом наблюдал, как звери двигаются вперед, не подозревая об опасности сверху.

Как только вожак поравнялся с его деревом, Медведь махнул рукой, а потом сосредоточил все свое внимание на добыче, в которую спустя пару мгновений (именно столько длился полет) воткнул нож.

Выдернув оружие, Медведь откатился и вскочил на ноги, быстро осматривая место действия. Он готов был броситься на помощь товарищам, но реальность показала, что на этот раз все закончилось хорошо. Быстро и хорошо.

Практически каждому охотнику удалось убить животное. Лишь самому младшему не посчастливилось. Он попал в зверя, но не убил его, а лишь легко ранил, поэтому добыча убежала.

Окинув взглядом довольно крупные туши, Медведь одобрительно кивнул. Пора было возвращаться.