Дикая

Глава 5

В прошлом ей никогда не доводилось шить шапки. Не было необходимости, ведь головной убор можно было просто купить. К сожалению, вряд ли в этом мире найдутся магазины.

Для начала Елена Николаевна отобрала самую подходящую, на ее взгляд, шкуру. Она не беспокоилась о красоте. Главными критериями сейчас были удобство и тепло. Да и глупо беспокоиться о подобном, учитывая состояние остальной одежды.

Елена Николаевна приложила подходящую шкуру к голове, а потом ножом отметила места отреза. Никаких ножниц или измерительных лент под рукой, конечно, не имелось. Приходилось работать только ножом и прикидывать все на глаз. Хотя одна из более прямых палок очень пригодилась.

С помощью ножа Елена Николаевна кое-как откромсала довольно широкую ленту, сделав более широкой посередине. По идее, это место должно было прикрывать лоб. Вырезанный далее из шкуры круг задумывался верхом шапки.

Закончив с подготовкой, Елена Николаевна выдохнула и расслабилась, с удивлением понимая, насколько была напряжена.

Оторвав взгляд от кусочков шкуры, она обратила внимание на людей. Некоторые с любопытством поглядывали в ее сторону, но подходить и что-то спрашивать не торопились.

Фыркнув, Елена Николаевна встала и направилась к наметенным около двери сугробам. Воду зимой здесь можно было добыть только из снега, но растопить его было не на чем, приходилось употреблять в первозданном виде.

Торопиться было некуда. К тому же не хотелось заболеть из-за неосторожности.

Закончив с «питьем», она вернулась на свое место и продолжила работу.

Не было никаких сомнений, что шапку она будет носить мехом внутрь. Кожа животного была плохо обработана, и Елене Николаевне даже думать не хотелось о состоянии головы при соприкосновении с подобным.

Сразу пускать в ход жилы она не стала. Сначала проделала небольшие дырочки с помощью ножа и костяной иглы. И то и другое было тупым и неудобным, но справиться удалось.

После этого этапа работы Елена Николаевна снова передохнула. Руки, не привычные к такому напряжению, слегка покалывало. К тому же полумрак пещеры утомлял глаза.

Дав телу необходимый отдых, она продолжила.

Сначала сшила края налобной части. Потом приставила к получившемуся кругу верхнюю часть и с помощью жил соединила.

Завязав все углы, подняла шапку выше и повертела в воздухе. Выглядело отвратительно. Несмотря на все усилия работать аккуратно, с имеющимися инструментами сделать что-то более выдающееся не представлялось возможным. К тому же до этого дня Елена Николаевна действительно никогда не шила шапок.

Не став долго «любоваться» своим творением, она просто надела его, с восторгом понимая, что все получилось даже лучше, чем предполагалось. Шапка крепко держалась на голове. И это главное!

Из любопытства Елена Николаевна вывернула головной убор мехом наружу и снова надела. Как и ожидалось – лишенная меха часть неприятно терлась об уши и любой доступный кусочек открытой кожи. Потерпеть, конечно, можно, но зачем страдать?

Будь у нее материал для подкладки – другое дело, а без него мучиться ни к чему.

Не надо думать, что местные люди не носили ничего на голове. Это совсем не так. До шапок дело пока не дошло, но удобные шкурки они на себя накидывали, когда выходили из пещеры.

Елене Николаевне стало интересно, как скоро племя заинтересуется новым предметом гардероба и решит сделать себе нечто подобное.

Она не знала, сколько времени прошло после завтрака, но люди снова начали собираться около костра на трапезу. Мелькнула мысль, что они питаются слишком часто, но потом Елена Николаевна поняла, что соплеменники стремятся съесть как можно больше мяса, пока оно не протухнет окончательно.

Поджаривая свой кусок, она вздохнула. Было немного жаль местных людей с их крайне скудным меню.

Зима здесь длилась долго. До ближайшей реки далеко. Лес под боком, но какая от него польза, если холодное время года занимает больше девяти месяцев?

Ни фруктов, ни овощей. Изредка люди находили и ели ягоды. Но случалось это крайне редко. Да и то баловались этим в большинстве своем дети и женщины.

Елена Николаевна не хотела так жить. Это удручало. Она представляла себе, как скоро организм взбунтуется из-за недостатка полезных веществ.

Но что делать? Наверное, ответ был только один – двигаться ближе к югу. Даже во времена постоянной зимы ближе к экватору должно было быть комфортнее и теплее. Странно, что люди все еще живут здесь, не пытаясь отыскать более удобные места для проживания.

С другой стороны, кто их там ждет? Если юг населяют другие племена, то им вряд ли понравится, что на их территорию пришли чужаки. Хотя не обязательно драться за одно место. Людей катастрофически мало, а мир большой. Места должно хватить всем. Тем более что население обычно довольствуется ограниченной территорией.

Видимо, дело не только в страхе, что на новом месте их никто не ждет. В эти времена вообще путешествовать крайне опасно. Суровый климат и многочисленные хищники испугают кого угодно.

Да, племена каждый год собираются в пещеру, но только в теплое время года, будучи полностью уверенными, что к холодам вернутся домой. Хищники, конечно, были и остаются проблемой (ежегодно во время перехода кто-нибудь погибает), но это никогда не останавливало людей. А вот дальше заходить никто не хочет.

Елена Николаевна понимала, насколько может быть опасно такое путешествие, но все равно не хотелось оставаться в столь угрюмом и скудном месте.

Может быть, во время сбора удастся отыскать желающих отправиться в новые края?

К ее огорчению, вероятность этого стремилась к нулю. Местные люди не хотели рисковать.

После еды мужчины пришли в движение. Елена Николаевна встрепенулась.

Это был ее шанс побывать снаружи. В одиночестве она не хотела выходить. Да и не хватило бы сил отодвинуть камень, загораживающий вход. Он был действительно огромным и тяжелым.

Быстро дожевав, она метнулась к своим вещам. Для начала засунула за пояс штанов нож (не слишком безопасно, но больше деть его было некуда). Потом натянула на голову шапку. И в конце повязала на плечи шкуру, в которую куталась, когда только очнулась в этом мире.

Было тяжело, но она видела, что так делают мужчины. А значит, снаружи достаточно холодно, чтобы не пренебрегать лишним теплом.

– С вами, – произнесла она, вставая рядом со входом.

– Опасно, – предупредил Брох, муж Бубы.

Сердце Елены Николаевны дрогнуло.

– Охота? – осторожно уточнила она. Если мужчины собираются охотиться, то она, конечно же, не пойдет.

– Палки, – качнул тот головой и выжидательно на нее посмотрел.

Она слышала, как женщины возмущаются ее поведением, но Елене Николаевне было все равно. Она улыбнулась.

– Иду, – уверенно выдала она и возбужденно переступила с ноги на ногу.

Брох хмуро на нее глянул, но ничего говорить не стал. Он, как и другие мужчины, казался немного растерянным из-за такого поворота событий.

Обычно в самые холодные месяцы года женщины и дети не покидали пещеру без сильной необходимости.

Многие мелкие животные в этот период предпочитали укрываться в норах, поэтому хищники во время холодов становились более злыми. Если летом плотоядные звери могли позволить себе небрежность, то зимой они постоянно находились в движении в поисках пропитания. Поэтому мужчины предпочитали выходить из пещеры как можно реже и только по уважительным причинам.

Женщины начинали покидать убежище только после того, как самый холодный период оставался позади, а природа оживала. В такие дни они под присмотром ходили за хворостом или искали в округе что-нибудь полезное. Например, оставшиеся после зимы скелеты павших животных или интересные камни.

Но даже летом, когда средняя температура составляла пять, максимум десять градусов тепла, люди оставались осторожными. Относительное тепло и ожившая природа не исключали вероятности быть задранными неожиданно выскочившим из-за груды камней хищником.

Вероятнее всего, Бубе категорически отказали бы в желании прогуляться по морозу. Но она не была Бубой. Елена Николаевна не знала, расстраиваться из-за такого равнодушия или радоваться ему. В итоге решила просто проигнорировать этот факт. Какая разница, кто что думает.

Когда камень был отодвинут в сторону, Елена Николаевна подождала, пока на улицу не выйдут два брата, а потом выскользнула сама. Последним вышел Брох.

Снаружи на нее немедленно набросился морозный воздух. Он был настолько чистым и хрустальным, что казалось, будто дышишь чем-то сладким и восхитительным.

Стерев слезы, накопившиеся в уголках глаз из-за того, что приходилось смотреть на яркое белое пространство после полутьмы пещеры, Елена Николаевна потерла руки и подумала, что к следующему разу следует сшить варежки.

Пока мужчины возвращали «дверь» на место (сделали они это не сразу, готовые в любой момент заскочить обратно в пещеру), Елена Николаевна широко раскрытыми глазами осматривала все вокруг, не забывая глубоко дышать.

Они стояли на каменном выступе. Сзади возвышалась скала, которая тянулась куда-то влево. Справа располагался черно-белый лес. Впереди до самого горизонта простиралась белоснежная пустыня.

Вдалеке виднелись несколько точек, которые передвигались.

Мужчины тоже заметили движение. Елена Николаевна прислушалась к их голосам и очень быстро поняла, что они обсуждают животных, которые пересекают пустыню. Это явно был кто-то очень крупный. Мамонты или шерстистые носороги.

Елена Николаевна не сразу поняла, почему мужчины не двигаются. Конечно, она не думала, что они отправятся на охоту (все-таки причиной вылазки была не нужда в пище), но зачем так долго стоять у входа на холоде, когда можно быстро сходить за хворостом и вернуться в теплую и безопасную пещеру?

Спустя время она осознала, что соплеменники внимательно осматривают местность. Они выискивали прячущихся среди камней и куцых кустов хищников, не желая покидать защищенное место, не убедившись, что поблизости нет никого, кто мог причинить им вред.

Разговаривали мужчины шепотом, явно не желая привлекать ненужного внимания громкими голосами. Елена Николаевна вздохнула и сосредоточилась.

Следовало взять себя в руки. В конце концов, это не просто прогулка в ближайший лес. Все может закончиться очень плохо.

И лучше бы избежать такого сценария.

Температура была очень низкой. Минус двадцать пять минимум. Повезло, что стояло безветрие. Шкуры помогали, но Елена Николаевна очень быстро замерзла.

Поежившись, она завернулась в свой временный плащ плотнее, пытаясь не дать холодному воздуху добраться до кожи.

Красота этого места моментально померкла.

Если поначалу Елена Николаевна восхитилась чистотой и прозрачностью воздуха, бескрайней снежной пустыней и суровой красотой северного края, то сейчас все приобрело унылые черно-белые краски. Не очень весело, на самом деле.

Заметив, как она съежилась, мужчины переглянулись между собой и дружно хмыкнули. Она думала, что никто из них ничего не скажет, но Брох неожиданно спросил:

– Назад? – и со значением посмотрел в сторону пещеры.

Назад? Елена Николаевна встрепенулась. Желание вернуться в теплую пещеру было большим, но она не собиралась поддаваться соблазну.

Вместо ответа она покачала головой.

Мужчины снова переглянулись, а потом направились по едва заметной тропке к лесу, явно не собираясь ее уговаривать.

– Иди, – Брох кивнул в сторону тропинки, пропуская Елену Николаевну вперед.

Она не стала спорить, зашагала с остальными. Снег выглядел как сахар. Идти было сложно, но она упорно переставляла ноги, не забывая поглядывать по сторонам.

Умом Елена Николаевна понимала, что за каждым кустом может ждать хищник, но не привыкшая к опасности натура не хотела принимать это до конца.

Да, она смотрела по сторонам, искала опасность, но при этом не очень боялась, словно уверенная, что ничего плохого не произойдет.

Елена Николаевна понимала, что дело вовсе не в повышенной интуиции или чудесном предвидении (и уж точно не в бесстрашии), просто цивилизация сделала людей беспечными.

Большинство жило в относительной безопасности, не ожидая каждую минуту удара. Конечно, случались убийства, грабежи, насилие и прочие неприятные вещи, но все-таки достаточно редко.

В самом деле, кто будет бояться, собираясь, например, в магазин за продуктами? Люди просто одевались, выходили на улицу и спокойно шли по своим делам, не оглядываясь каждую секунду в поисках опасности.

Многие спокойно ходили по улице даже ночью, не говоря уже о светлом времени суток.

Естественно, встречались те, кто боялся выходить из дома, но чаще всего их страх был связан с какими-то психическими отклонениями.

Вот и Елена Николаевна пусть и тревожилась немного (как нервничает человек, попавший в незнакомую местность), но особой боязни не испытывала.

И это ее не устраивало. Она прекрасно осознавала, насколько опасной может стать ее невольная беспечность.

Все мужчины держали в руках ножи, готовые в любой момент пустить их в ход.

Елена Николаевна потрогала свой, убеждаясь, что он на месте, но доставать не стала, лишь расположила руку так, чтобы легче было вытащить его в случае необходимости.

Поверхность земли была покрыта толстым слоем снега. Это исключало возможность набрать хворост с земли. Не было сомнений, что придется ломать ветки деревьев.

Елена Николаевна заметила, что все нижние ветки ближайших к пещере деревьев ободраны. Людям с каждым разом приходилось заходить все дальше в лес.

Было заметно, что это всех нервирует.

Из-за рассыпчатого снега идти было сложно, но повезло, что под небольшим рыхлым слоем скрывался толстый прочный наст. Видимо, перед последними морозами была пара дней оттепели.

Было холодно. Шкуры спасали, но ощущения от них все равно были не слишком приятными. Елена Николаевна сразу начала мечтать о мягкой ткани. Если будет возможность, то она постарается что-нибудь придумать на этот счет.

Проходя мимо груды камней, она внимательно осмотрела ее и заметила щель.

Стало интересно. Захотелось заглянуть внутрь. Наверное, там только снег, но природное любопытство подталкивало вперед.

Елена Николаевна успешно подавила неуместный порыв. Существовала вероятность, что какой-нибудь зверь использует небольшую пещеру как укрытие от больших хищников.

Хотя поверхность вокруг была ровной и нетронутой, этот факт не являлся доказательством необитаемости укрытия внутри камней.

К ее облегчению, мужчины не оставили груду камней без внимания. Младший из братьев подошел ко входу и осторожно заглянул внутрь.

– Нет, – произнес он тихо. Братья тут же потеряли интерес к небольшой пещерке.

Возможно, иногда там все-таки кто-то скрывался. Кто-то небольшой, а значит, не слишком опасный. И братья вполне могли во время своих вылазок охотиться на этих случайных посетителей пещерки.

Елена Николаевна решила все-таки заглянуть внутрь, утолить свое любопытство. Как она и думала, помещение было совсем небольшим. Пол был покрыт снегом, а на стенах кое-где виднелась покрытая инеем паутина.

Закончив осмотр, она поторопилась догнать остальных. Из-за снега те не ушли далеко, но увеличивать разрыв не хотелось.

Через некоторое время они добрались до участка леса, который еще не был ободран. Братья не стали ждать. Внимательно осмотрев местность на предмет опасности, они принялись отламывать ветки. Елена Николаевна сразу поежилась. Звук был громким в морозной тишине.

Помедлив немного, она выбрала дерево поближе к остальным и принялась за дело. Работать голыми руками на морозе было не слишком приятно, но деваться некуда, приходилось терпеть и ругать себя за несообразительность.

Она не могла отломить крупные ветки, поэтому сосредоточилась на тех, которые поддавались ее невеликим силам.

Работая, Елена Николаевна немного согрелась, хотя и не до такой степени, чтобы сбросить с себя шкуру-плащ.

Все было спокойно. Люди работали. Мужчины время от времени поглядывали по сторонам, опасаясь привлечь своими действиями крупных хищников. Елена Николаевна обдумывала способ унести как можно больше хвороста, не стесняя при этом движений.

Можно было положить все на шкуру и потащить как на волокуше. Или связать ветки полоской кожи и закинуть на плечо. Ни волокуши, ни полоски кожи сейчас у нее не было.

Следовало подумать о способе доставки заранее, но мужчины собрались слишком неожиданно. Все, что она успела сделать, это сшить себе шапку.

В какой-то момент все изменилось. Вот они все работают, стремясь как можно скорее вернуться в теплую пещеру, а в следующий миг мужчины бросают свое дело и уносятся прочь.

Елене Николаевне не нужно было долго думать, что именно произошло. Сердце тут же забилось с утроенной силой. Ее накрыло волной жара.

Сглотнув, она медленно опустила руки и повернулась.

Он стоял там среди деревьев, отчетливо видимый, несмотря на то, каким подходящим для зимней местности создала его природа.

Белоснежную короткую шерсть украшали легкие черные штрихи. Даже опытному глазу пришлось бы постараться, чтобы заметить его зимой в лесу.

Светло-голубые глаза внимательно следили за ней. Он не рычал. Просто смотрел, но Елена Николаевна безошибочно поняла, насколько напряжено мощное тело.

Сердце екнуло. Адреналин хлынул в кровь.

Все мыслительные процессы остановились. Остались только инстинкты. Именно они когда-то давно помогли ее предкам выжить и дать жизнь потомству.

Природа позаботилась о том, чтобы ее создания делали все возможное для выживания.

В какой-то момент Елена Николаевна поняла, что бежит. При этом на ее плечах больше не было шкуры. Она скинула ее, явно посчитав, что лишний вес будет только мешать.

Наверное, следовало залезть на дерево, но какой-то древний отдел мозга решил, что в этом конкретном случае бег – лучшая идея из всех возможных.

Реальность превратилась в краткие мгновения, больше похожие на кадры в фильме.

Она отстраненно поняла, что руки продолжают снимать одежду. Вскоре верхняя половина тела была полностью обнаженной. Наверное, должно было стать холодно, вот только она этого совершенно не осознавала.

Перед глазами замаячила та самая щель, в которую она недавно заглядывала. Щель стремительно приближалась. Елена Николаевна краем сознания поняла, насколько быстро бежит.

Когда сзади зарычали, все внутренности подпрыгнули к самому горлу. Ноги заработали быстрее. Елена Николаевна не бежала – летела, всем существом стремясь только вперед.

Казалось, что зверь дышит в затылок, что еще немного – и он прыгнет ей на спину и повалит, а потом просто откусит голову. С его размерами, которые она успела заметить, это будет нетрудно.

А потом она ужом просочилась в щель. В последний момент застряла нога, но Елена Николаевна в мгновения ока изловчилась, повернув ее и втащив внутрь.

Повернувшись лицом к опасности, она прижалась спиной к ледяной стене и повернула голову вбок. Зверь кинулся следом. Его голова пролезла, а вот тело нет. И сейчас ощеренная пасть была прямо перед лицом Елены Николаевны.

От смрадного дыхания и рычания ее затошнило. Длинные клыки влажно блестели, а злые глаза сверкали от ярости.

Зверь тянулся к ней, проталкивая тело вперед, но камни стояли надежно.

Елена Николаевна едва дышала. Хотелось сжаться в комок и забиться в угол, но она держалась.

Нетрудно было догадаться, что в таком случае зверь легко доберется до нее – пещера оказалась действительно очень маленькой.

Нащупав за поясом нож, Елена Николаевна вдруг подумала, насколько глупо даже помыслить о том, чтобы убить большое животное простым, чуть обточенным по краям камнем. Но все равно стиснула рукоять, внимательно наблюдая за брызжущим слюной зверем.

Елена Николаевна сглотнула. У нее не было выбора. Зверь не уйдет. Он либо сообразит протянуть внутрь пещеры лапы (и тогда ей конец), либо будет ждать, пока она не выйдет сама.

Мужчины не вернутся. Они не дураки, спасать того, кто им даже не нравится, рискуя собственной жизнью.

Оставалось только одно – убить.