Дикий папочка

Глава 36

Всё моё имущество теперь помещается в кожаном рюкзачке. Почувствуй отчаянье погорельца… Даже Маше памперс не сменить, когда проснётся. Хорошо, что я вчера одежду для неё в рюкзак сунула.

Я нехотя пью чай с ромашкой в кухне Васиного дома и сверлю взглядом пустоту. Что теперь делать? Не знаю, в голове полный вакуум.

— Нашла! — рысь, разувшись у порога, демонстрирует мне пачку подгузников.

— Живём, — грустно улыбаюсь.

— У Шуры в доме дымом пахнет — капец просто, — рассказывает Поля, усевшись за стол. — Я все окна открыла настежь. Надо поглядывать, чтобы незваные гости не пожаловали.

— Шура… — поднимаю глаза на кошку. — Ты ей звонила?

— Звонила. Перепугалась шаманка, конечно, но я её успокоила. Уже домой едет автобусом.

В звенящей пустотой голове возникает очень правильная мысль — главное, все живы. Это я, наверное, от шока отхожу понемногу.

— Помыться бы, — тру плечи. — Мы с тобой тоже дымом насквозь пропахли.

— Ага, надо. Пойду баню затоплю, — Поля цапает со стола конфету и идёт во двор.

Шок отступает, и я размышляю над словами рыси. Про Аньку. А ведь могла она мой дом поджечь. Запросто. От моей бывшей подруги, с которой и врагов не надо, можно ждать чего угодно. Полиция будет разбираться. И разберётся — я в это верю, но рука сама тянется в карман за телефоном.

Номер Ани я помню наизусть — всё же мы много лет дружили. Жму пальцем на сенсорные кнопки, а потом слушаю длинные звонкие гудки в трубке.

— Слушаю, — не самым добрым тоном отвечает Анька.

— Это я тебя слушаю… — хриплю в трубку.

— О-о, ничего себе, какие люди! Номерочком новым обзавелась? — хихикает.

Мерзкий смех бывшей подруги на несколько мгновений выбивает меня из реальности.

— Хватит, — заявляю, придя в себя. — Я не поболтать тебе звоню.

— Что-то случилось? — Анька зевает в трубку.

— Случилось. Сегодня ночью сожгли мой дом.

— У-у-у… Сочувствую.

— Я так не думаю. Ань, это подсудное дело.

— В смысле? — удивлённо хмыкает гадюка. — Хочешь сказать, что это я сожгла твой дом?

Хочу и говорю. А доказательством Анькиной вины можно считать её спокойствие. Разговаривает она со мной с откровенно ленивой, но явно фальшивой нотой в голосе. Будто готовилась.

— У меня пока нет доказательств, но позже они появятся. Уверена.

— Так-то это серьёзное обвинение, — Анька по-прежнему спокойна.

— Понимаю, — выдыхаю. — А ты понимаешь?

— Я всю ночь с друзьями в клубе отдыхала. Это могут подтвердить минимум три человека. А ещё в клубе есть камеры, на которых я по любому засветилась. Так что прости, дорогая, но сделать меня козой отпущения у тебя не выйдет.

Анька отключает звонок, а я отрываю смартфон от уха и растерянно смотрю на экран. Что думать — не знаю…

— Господи, как вы тут?! — в дом на панике врывается Шура.

— Нормально, — шепчу с большими глазами. — Не кричи, детей разбудишь.

Держась за сердце, моя настоящая подруга идёт в комнату проверить сына, а потом возвращается в кухню. Садится за стол, вытирает взмокший лоб и качает головой:

— Ой, Лерка-а… — с сочувствием смотрит на меня. — Горе какое! Я сейчас мимо твоего дома шла…

— Точнее, мимо того, что от него осталось, — бурчу. — Знаешь, я, когда поняла, что ничего уже не спасти, больше всего переживала, чтобы огонь к тебе не перекинулся.

— Обошлось, — Шура крепко сжимает мою руку. — Рысь говорит, что подружайка твоя городская приезжала, — она явно намекает на поджог. — Аня которая.

— Не знаю ничего, — хмурюсь и блокирую экран смартфона. — Пусть дядя Коля с районными полицейскими разбираются, — поднимаю взгляд на подругу. — Шур, а ты чего в город-то умотала?

Шура бледнеет и отворачивается. У меня, конечно, неслабое горе, но у неё походу тоже что-то серьёзное произошло.

— Я со вчерашнего утра на нервах, — признаётся. — Звонит мне брат — он в городе живёт, и говорит, мол, видел твоего — он с какой-то бабёнкой в банке кредит берёт. Я сначала опешила — муж-то у меня на вахте, какой, к чёрту, банк? Говорю брату, может, ты перепутал чего? А он мне фотку присылает. Глянула — точно мой! Сидит на диванчике в обнимку с курицей одной… — зло щурится. — Я её знаю, она с их бригадой работала в лесу. Повариха.

— Капец… — у меня брови на лбу. — У вас трое пацанов, блин!

— То и оно! — Шура хлопает ладонью по столу. — Я ему звоню, а телефон не алё. Типа в лесу он до сих пор. Не выдержала я, в город поехала. Примерно знала, где та повариха живёт. Ну а на районе добрые люди подсказали адрес.

— И что? Правда муж твой с поварихой этой?.. — мне по-женски жаль подругу.

— Правда, Лера, правда, — на Шуре лица нет. — Оказывается, устал муженёк от жизни со мной, от троих детей. Лямку он в деревне тянуть устал! — снова хлопает по столешнице. — Говорит, другую люблю. Так что теперь он у нас городской филин. Бес в ребро. Чтоб его…

Есть на свете тупые гадливые мужики, и ничего с этим не поделаешь. Нормальных женщин им не надо. Им надо таких, как Анька или повариха эта — охотниц до кредитов. Тянет кобелей на приключения не от большого ума, а совсем от другого места.

Я успокаиваю Шуру, она меня — так и сидим. Настроение шикарное…

— Иди мойся, — в кухню заходит Поля. — Полотенце чистое в бане положила и халат.

Пойду. Надо смыть с себя запах пожара и негатив. Насколько это вообще возможно.

***

Под утро ко мне в дом прибежали волки и, размахивая телефоном, в панике сообщили, что звонила Поля. Крыли матом наперебой — я не сразу врубился, что происходит. А когда понял, рванул в Любушки.

Как добрался до Васькиного дома — помню плохо. Ещё и по окраине деревни зверем проскакал. Но я бежал быстро, и меня, видимо, приняли за большую собаку. Слава луне, обошлось без паники.

— По-о-оль! Поля, принеси ему что-нибудь! Срам прикрыть! — кричит Шура, отвернувшись от меня.

А мне пофиг сейчас, что я посреди двора с голой задницей… И не только задницей. После нехилой пробежки и превращения конкретно сдавило грудак, а в голове бахает пульс. Стою сиплю, глазами бешено вращаю — слова выдавить из себя не могу.

— Маша спит ещё, — Полина припечатывает к моей груди аккуратно сложенную простынь, — Лера в бане моется.

Это всё, что сейчас нужно знать — мои девочки в порядке. Выдох.

Обернувшись простынёй, сажусь на лавку у забора и кошусь в сторону Лериного дома. Нет его больше. Я, конечно, за её переезд в стаю, но не такой же ценой. Понять бы ещё, что произошло.

— Как всё случилось? — хриплю, глядя на Шуру и Полю.

— Сама ничего не поняла, — шаманка машет рукой, — пусть рысь расскажет.

Она уходит в дом, а кошка устраивается рядом со мной.

— Вчера рано утром к Лере приехала подруга, Аней зовут…

— Знаю такую, — киваю. — Почему не сказала, когда звонила? — наезжаю на рысь.

— Так связь прервалась! — оправдывается с большими глазами. — Ходила Аня — нос везде совала, а потом уехала… Вечером мы с Лерой пошли в лес прогуляться с детьми, после за творогом к бабке какой-то. Короче, повезло, что заблудились мы и по деревне до полуночи шарились. Так бы неизвестно чем всё закончилось, — кивает в сторону пепелища.

Повезло. Не то слово!

— Ты думаешь, Анька подожгла дом? — в голове уже крутятся варианты наказания «подруги».

— Я уверена!

Если это Аня сделала, то ей крышка. Я её без всего оставлю. Разом. Жить будет, но хреново.

— Иди в дом, — тихо отдаю приказ кошке.

И она идёт. Молча. Так, словно я всё ещё её вожак.

Мне просто надо пару минут побыть в одиночестве. Собрать мысли в кучу и взять себя в руки. От желания немедленно рвануть на поиски Ани сводит скулы, а башка гудит. Понимала эта тварь, что может натворить или не понимала, я не знаю. Да и не хочу знать. Похрен вообще. Найти и наказать.

— Привет, — тихий голос Леры выводит меня из транса.

Девочка в банном халате с влажными волосами пытается улыбнуться. Но у меня сейчас не то выражение на роже — к улыбке точно не располагает.

— Привет, — цежу сквозь зубы, пытаясь обуздать эмоции.

Получается из рук вон плохо. Не хочу пугать Леру, но пугаю.

— Я… извини, — ни к селу ни к городу выдаёт она.

Ёе глупая привычка извиняться ни за что выбивает из колеи. Мысли суетятся. Я много чего сейчас хочу сказать, но не получается — душу выворачивает наизнанку, а слова застревают в горле. Будто камнями подавился.

Рысь правильно сказала — «повезло», что в момент пожара Леры и Маши не было в доме. Вот только полагаться на удачу нельзя. Я не должен оставлять моих девочек одних и точка.

— Это я должен просить у тебя прощения, — встаю с лавки, а тело будто деревянное. — Прости.

Лера делает шаг назад. Она слышит моё «прости», но видит бешеного бородатого мужика, у которого непонятно что на уме. Она боится. Снова. Это не тот страх, что девочка испытывала ко мне — оборотню. Другое. Привычка не доверять своему мужчине родилась в её отношениях с мужем. Лера не понимает, что ни при каких обстоятельствах я не причиню ей боль — ни физическую, ни душевную.

— Я не сержусь на тебя, — ещё один шаг назад, замирает, — не за что… Вроде, — едва заметно пожимает плечиком.

— Я не должен был оставлять тебя и дочь. Это не повторится, — притягиваю девочку к себе за руку.

Обнимаю Леру, вдыхая запах влажных волос. Пахнет недорогим берёзовым шампунем и бесценным женским теплом. Я думал, что любил, но я ошибался. До Леры я не испытывал ничего подобного. А сегодня понял… Моя жизнь без неё не имеет смысла. И это ощущение — глубокое, яркое… Странное. Но определённо лучшее из того, что со мной случалось. Теперь я чувствую себя по-настоящему живым. Стою перед любимой с рвущимся из груди сердцем и абсолютно здоровой яростью в нём. Желание защитить любимых — нормально.

— Хорошо, что ты здесь, — девочка прижимается ко мне всем телом и дрожит.

Не от холода. Это нервы сбрасывают напряжение. Но я знаю ещё один способ снятия стресса. Он проверенный. Работает.

— Пойдём, — обняв Леру за талию, веду к бане.

— Зачем?.. Эй! Я только что оттуда!

— Тихо… — хриплю, припечатав мою красавицу к стене в предбаннике.

— В смысле?! — хлопает меня ладошками по голым плечам. — Не слишком подходящее время, тебе не кажется?! И место…

Я больше не собираюсь ждать подходящее время и искать подходящее место. Как показала практика — это лишнее, а закон подлости срабатывает с вероятностью сто процентов. Хочу мою женщину, а она хочет меня. Остальное сейчас неважно.

Поцелуями заставляю Лерины сомнения стихнуть, толкаю дверь и затаскиваю мою желанную добычу в парилку. Не так уж тут жарко, но это мы сейчас быстро исправим. Без пара, но с огоньком.