Дикий папочка

Глава 45

Чтобы не превратиться зомби, я решил лечь спать раньше, чем планировал. Ночь намечается не самая лёгкая — охота с новой стаей. Чтобы притереться друг к другу, нам с волками понадобится время.

Полю я ждать не стал — убаюкал дочь и завалился на кровать. Уснул моментально. И проснулся… раньше будильника, который завёл на нули. У меня уже на рефлексе спать не больше пары часов в сутки. Выспался, блин.

Время — половина десятого, до полуночи ещё далеко, и я не тороплюсь вставать. Смотрю на сопящую в кроватке Машу и пытаюсь батониться. Но самочувствие не очень. В глаза будто песка сыпанули, и зевота такая — челюсть скоро сверну. Надо вставать. Умыться да кофейку дёрнуть.

Брожу по дому приведением — в ванную захожу с туркой в руке. Крыша едет, походу. Чертыхнувшись, иду в кухню кофе варить, зубы я уже почистил. Два раза за последние двадцать минут.

Примерно через час на заимку отправится «свеженький» оборотень, чтобы сменить Петю. Ко мне придёт рысь посидеть с Машей. Ну а я помчу охотиться. Всё под контролем!

Швыркая горячим кофе, беру телефон и набираю номер любимой женщины. Как там моя купоновырезательница? Но Лера почему-то не берёт трубку. Поглядываю на часы — Поля уже должна быть здесь. Но её нет. Что за хрень происходит?

Недолго думая звоню Дарье Васильевне.

— А-алло, — зевая, отвечает директриса.

В смысле «а-алло»?.. Такое впечатление, что она там дрыхнет, а не купоны нарезает.

— Дарья Васильна, позови мне Леру. Она что-то трубочку не берёт.

— Так нет здесь Леры, — сонно вещает волчица. — Мы отменили всё на сегодня. Я сплю вообще.

Сбрасываю звонок и сижу с вытаращенными глазами. Что-то я не понял… Если Лера не дома и не у Дарьи… то где, мать-перемать, Лера?!

Одёргиваю занавеску на окне и вглядываюсь в глубину темного двора. У гаража почему-то нет моего квадроцикла. Буйная фантазия складывает догадки в яркие мыслеобразы… Твою дивизию!

Вылетаю на улицу в тапках и быстро шлёпаю по лужам к гаражу. Следы шин квадроцикла ведут в сторону заимки, где в клетке сидит Катя. В голове с гулом взрываются нецензурные ругательства, и я уже готов обратиться, чтобы мчать на поиски Леры. Но за деревьями мелькает свет фар, и мотор в моей груди сбавляет обороты.

— Покататься решили на ночь глядя? — сплюнув в сторону, спрашиваю у любимой женщины.

С ней Поля. И что-то мне подсказывает, что насчёт заимки я правильно подумал…

— Угу, прокатились, — Лера слазит с квадрика. — В зоопарке были, — смотрит на меня с упрёком. — Волчицу в клетке кормили.

Понятно. Вопрос только один — на хрен Полина рот открывала? Смотрю на кошку недобрым взглядом, а она нервно расчёсывает рыжие волосы пальцами и упорно на меня не глядит.

— Лер, мне надо с Машей сидеть или как? — спрашивает негромко рысь.

— Нет, не надо, — отвечаю за любимую. — Дарья Васильевна сегодня уже никого не ждёт.

— Тогда всем пока! — выдаёт кошка и даёт дёру.

Вот молодец какая! Почуяла, что запахло жареным, и слиняла. А мне не слинять.

— И когда ты собирался рассказать мне о Кате? — Лера складывает руки на груди.

— Завтра, — пожимаю плечом, стараясь держать лицо. — Ты торопилась уходить.

— Не-а, — девочка качает головой. — Не прокатило, как говорит одна моя ученица. Вторая попытка, пожалуйста, — загибает пальчик и ждёт.

— Я решил, что тебе разговора о Глебе на сегодня хватило, — начинаю нервничать, но всё ещё держу на лице невозмутимость.

— И-и третья попытка! — тоном ведущего лотереи выдаёт Лера.

— Твою мать! — я не выдерживаю. — Катя для тебя опасна даже в клетке!

Моя любимая женщина, хмыкнув, гнёт бровь — типа «Правда, что ли?», а потом выпускает из ладошки молнию. Она попадает в сосну. Дерево крякает, а кора на стволе крошится.

— Ни хрена себе… — хриплю, изучая последствия фокуса. — Это как так? — поворачиваю голову к Лере.

— Понятия не имею, — будничным тоном отзывается девочка. — Катя хотела сбежать, а я испугалась — и вот… — дует щёки. — Я вырубила её. Но сейчас не об этом. Так почему ты мне ничего не сказал?

— Берёг твои нервы, — выдыхаю. — Серьёзно. Думал завтра рассказать, когда с охоты вернусь.

— Думал он… — ворчит Лера. — О таких вещах надо заранее предупреждать. У меня под носом сидит биологическая мать Маши, а я не в курсе. Хорошо, что Поля просветила.

— А на заимку ты зачем поехала? — вздыхаю.

— В глаза ей посмотреть хотела.

— И как?

— Примерно, как Глеб. Дочь Катю не интересует. В этом я и хотела убедиться.

— Ты подумала, что она на Машу претендовать станет? — до меня доходит.

— Была такая мысль. Но, слава богу, я ошибалась.

— Слава луне, что всё обошлось, — поглядываю на раскрошенную кору под сосной. — А с этим надо разобраться. Как минимум — понять, что у тебя за сила и как ею пользоваться. Может, у тебя маги в роду были?

— Спрошу у Шуры завтра. Она может быть в курсе.

Девочка ещё не оттаяла, но мы не поругались. И я уже всерьёз подумываю не идти на охоту. Перенесу на завтра. Во-первых, мне сегодня откровенно лень, а во-вторых, сердитая Валерия возбуждает желание… срочно её задобрить.

— Больше без меня ни в какие приключения не ввязывайся. Пойдём, — обнимаю девочку и веду в дом.

— Погоди… — останавливается и достаёт из кармана смартфон.

Он вибрирует и мигает звонком. Кто в такой час названивает моей женщине?

— Сбрось, — требую.

Но Лера отвечает.

***

— Алло! Алло, Лера это ты?! — на манер «это Смольный?!» кричит в трубке женский голос.

Номер, с которого звонят, я не знаю, а вот голос мне знаком. Только откуда ей знать мой новый номер?

— Ольга Петровна? — спрашиваю удивлённо и подталкиваю дикого папочку к двери. — Иди домой. Я скоро… — шепчу ему, прикрыв микрофон ладошкой.

— Ни хрена!.. — хрипит мой дикарь. — Врубай громкую! — требует.

Вот какой, а! Никаких секретов от него быть не может! Включаю громкую связь. А что делать?

— Рада что ты меня узнала, — вещает из трубки Ольга Петровна. — Как твои дела?

Не спрашивает, а блеет овечкой. Чую, разговор будет интересный.

— Да нормально вроде, — сажусь на ступеньку крыльца, и Ян устраивается рядом. — Откуда у вас мой номер?

— Одна моя знакомая работает с троюродным братом бывшего жениха Ани…

— Понятно, — обрываю явно не короткий «семиюродный» рассказ сплетницы.

— Ты же знаешь, я всё найду, если понадобится, — хихикает Ольга Петровна. — Кстати, Аня в больнице, — сообщает как бы между прочим.

— Эм-м… — кошусь на Яна. — Что случилось с Аней?

Не дай бог мой дикарь приложил к этому лапу. Ещё одна его тайна?

— Снаркоманилась она, — выдаёт Ольга Петровна. — Подсела на что-то страшное. Её отец из ночного клуба полумёртвую вывез. Говорят, не выживет девчонка. А ещё поговаривают, что её на это дело Глеб подсадил, чтобы она на него в полицию не заявила. Твой бывший муж её побил.

— Я в курсе, что Глеб ударил Аню… — отвечаю эхом.

Кошмар какой. Я была замужем за настоящим ублюдком. Оказывается, можно жить с человеком и даже не подозревать, на что на самом деле он способен. Новость печальная. Какой бы Анька ни была, смерти я ей не желаю. Тем более такой. А с другой стороны — хорошо, что Ян к Аниной госпитализации отношения не имеет. Вон, сидит рядом с видом самого честного оборотня в мире.

— Но я звоню поговорить не об этом, Лерочка. Глеб ещё кое в чём отличился, — намекает загадочно Ольга Петровна и замолкает.

Я здорово напрягаюсь. Не надо быть очень умной, чтобы догадаться, с чем это «кое-что» связано. С Машей.

— Слушаю, — выдохнув, морально готовлюсь к худшему.

— Моя сестра работает бухгалтером в социальной защите, а они находятся в одном здании с опекой… — Ольга Петровна снова вдаётся в «семиюродные» подробности.

— Давайте, пожалуйста, короче.

Я не выдержу слушать всю цепочку сплетнеобразования. После слова «опека» мне уже дурно.

— Глеб возил инспектора опеки в деревню, где ты жила. А потом они осматривали вашу квартиру.

Сплетница сокращает рассказ до минимума, но мне всё понятно. Наверняка прежде, чем зафиксировать пепелище, которое осталось на месте моего дома в Любушках, инспектор опеки получил на лапу. А потом Глеб его ещё и в квартиру свозил — показал, какие у него там прекрасные условия для дочери.

— Это всё? — интересуюсь у притихшей сплетницы.

— Лерочка, скажи, а правда, что ты дочь в лес жить увезла? — добивает вопросом Ольга Петровна.

— Какое это имеет значение? — у меня проседает голос.

— Со слов Глеба, опека этот факт зафиксировала. Лерочка, если тебе настолько негде жить с ребёнком — ты скажи. Мы придумаем что-нибудь.

— Спасибо, не надо. Мы с Машей живём в хороших условиях.

Условия в стае на уровне. Только что толку от этого? Привести сюда инспектора опеки равно сдать Глебу место, где я прячу от него дочь. Это невозможно.

Дикий папочка молча вынимает у меня из руки телефон и жмёт на сенсорную красную трубку на дисплее.

— Хватит её слушать, — заявляет.

— В смысле?! — вспыхиваю моментально. — А если это ещё не всё?!

— Похрен. Кончать его надо.

— Ян, погоди, — я мотаю головой, — может, сначала попробуем… Ну не знаю… — у меня начинается паника. — Поедем в город в дом твоей сестры и тоже пригласим туда опеку.

Жалости или сострадания к Глебу я не испытываю. То, что его тело нужно Васе, я поняла и приняла. Надо значит надо. Васька важнее. Только пусть это не будет связано с Машей.

— Лер, вот про такую нервотрёпку я тебе и говорил, — дикарь обнимает меня и целует в лоб. — Одних вас с дочерью я в город не отпущу — поеду с вами. А у меня новые волки присоединение к стае ждут, зима на носу. У тебя класс в школе. Всё бросим — поедем ублажать опеку. Получится или нет — вилами по воде писано. А развод меньше чем через неделю, и там будут определять местожительство Маши. Паха хороший юрист, но он не справляется.

Каждое слово Яна бьёт в яблочко. Я понимаю, что он прав. Глеб — конченый подонок. История с Аней лишнее тому подтверждение. Он её уничтожил. И хочет уничтожить меня. Больше этому нелюдю ничего не интересно. Любые способы, любые методы для достижения цели…

— Ты уже придумал как?.. — кладу голову Яну на плечо.

— Думай не об этом. Думай о том, что мы пытались играть по правилам, но Глеб сам роет себе яму. Он играет по-крупному. Я тоже.

Я не росла в волчьей стае. Я росла среди людей. Теперь мне непросто.

А Ян?.. Он волк. Зверь. Хищник. Дикарь. Это не значит, что ему убить другого всё равно что глоток воды сделать. Но речь о дочери. За своего волчонка дикий папочка пойдёт до конца. А ставки в этой паршивой игре достигли максимума. Дальше повышать некуда.