Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка

Глава 16

После разговора с крестной мне было, мягко говоря, не по себе. Не люблю с кем-то ссориться, а ничем другим наше противостояние я объяснить не могла. И пусть даже понимала, что все равно права, доказать свою точку зрения не могла. Банально не хватало возможности открыть некоторые факты.

К своему удивлению, я вдруг сообразила, что до вечера еще далеко. Мой же день оказался настолько насыщенным, что, казалось, прошла уже целая вечность. Я чувствовала себя настолько опустошенной, что заниматься чем-либо мне не хотелось, да даже просто гулять. Плюс я откровенно побаивалась, что еще что-нибудь случится. Именно эти соображения и заставили меня принять почти соломоново решение. Я, при помощи магии, распустила шнуровку на платье, переоделась и легла спать. Сон — это лучшее лекарство.

Проснулась я только через несколько часов, и то благодаря горничной. Линдси без малейших угрызений совести разбудила меня и протянула небольшое письмо, похоже, заверенное магической печатью. Так, чтобы никто другой не мог его вскрыть. И я, кажется, догадывалась, кто является адресантом.

Так и оказалось. Его высочество не стал терять зря времени и уже умудрился переговорить с собственным отцом. Так что его величество король Дитрих нашел в своем плотном графике возможность принять меня и определить, являюсь ли я драконом. Такая поспешность невольно вызывала мысли об опасности происходящего, но я постаралась отогнать их от себя как можно дальше. После нескольких часов сна я чувствовала себя куда лучше и спокойнее и вовсе не собиралась позволять выводить меня из этого уютного состояния. Впрочем, встреча с королем меня, честно говоря, нервировала, однако я старалась не придавать этому особого значения.

Линдси же укоризненно посмотрела на то, во что превратилась добропорядочная молодая рида, которую она усердно создала утром, однако упрекать никак не стала. Только сжала сильнее зубы, видимо, боясь отпустить в мой адрес какое-то резкое замечание, и рьяно взялась за дело. Вот это, я понимаю, профессионализм! Я бы на ее месте точно не промолчала!

Чудом, не иначе, она умудрилась за полчаса превратить меня в настоящую риду, готовую к встрече с королем. Внешне, во всяком случае. Волосы она собрала мне в простую, но элегантную и очень идущую мне прическу, из шкафа достала нарядное, но не кричащее платье. Минимум украшений, однако красивых и дорогих. Легкий макияж сделал лицо более выразительным, а взгляд — уверенным.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я горничную. — Ты настоящая волшебница!

Она смутилась, а я тем временем продолжила искать в себе ту уверенность, которую видела в зеркале. Получалось откровенно паршиво. Однако долго предаваться этим размышлениям мне не дали. Линдси сообщила, что ей наказано провести меня в хозяйское крыло в кабинет принца. Я подчинилась.

Меня провели какими-то коридорами, видимо, не слишком используемыми. Во всяком случае, по дороге нам практически никто не попался. Так, лишь парочка слуг. Кажется, принц Витольд берег репутацию одной из его невест. И это отчего-то отозвалось теплотой в душе, хотя, казалось бы, мне должно быть все равно.

Кабинет Витольда поражал красотой — мебель из темного дерева с плавными изгибами в стиле барокко, отделанные шелком с изысканным рисунком стены, несколько книжных шкафов. И он как нельзя лучше подходил самому принцу.

Простой, но элегантный, эффектный, но функциональный. Я невольно залюбовалась им, вот только сам принц в центре помещения тоже притягивал внимание.

— Рад, что ты чувствуешь себя лучше, — церемонно заметил при моем появлении Витольд. И только где-то на глубине глаз прятались эмоции, позволяя говорить о его искренности. Ну и само обращение «ты» несколько не вписывалась в местные правила приличия. Впрочем, я была не в обиде. Мне на «ты» общаться куда проще. Да и спорить тоже.

— Благодарю, я уже относительно пришла в себя, — выбрала я наиболее нейтральную характеристику собственного состояния. — Несколько изумлена, что его величество смог так быстро решить мой вопрос.

От тонкого намека на удивление столь скорым решением удержаться сложно, и я не стала противиться этому искушению. Витольд же на мое замечание только улыбнулся и сообщил:

— Отец с удовольствием пошел мне навстречу, когда я ему описал возникшую проблему. Он понимает, насколько важно не упустить момент. Когда просыпается сущность, сложно себя контролировать. Чем раньше мы будем знать, что представляет собой твоя новая сила, тем легче нам будет ее обуздать.

Меня во всей его речи подкупало одно. Он говорил «мы». Причем говорил спокойно, как что-то собой разумеющееся. Он не собирался бросать меня один на один со столь неожиданно возникшими у меня способностями. И это подкупало. Как ни крути, а все-таки я устала искать во всем и везде подвох. Эти несколько дней оказались чересчур насыщенными.

— Спасибо, — искренне произнесла я, стараясь вложить в это короткое слово всю свою признательность. На мгновение даже возникла мысль пожаловаться на дядюшку и выложить Виту всю правду о моем появлении здесь. Вовремя себя остановила. Сначала нужно разобраться в том, что произошло более двадцати лет назад и чем Альбер шантажирует маму.

— Не за что, — Витольд зачем-то сцапал мою ладошку и оставил на запястье короткий поцелуй, от которого по коже побежали мурашки. Так, стоп! Не думать! Не реагировать! И вообще, сосредоточиться полностью на короле. Чтобы в голове даже не мелькали никакие предательские мысли. Мне нельзя влюбляться в Витольда. Стоп! А я что, могу?!

Эта мысль привела меня в ужас. Неожиданно для себя я оказалась под влиянием чар его высочества. И это несмотря на то, как убеждала Миллисент. Нет уж. Чародейка я или кто? А характер у меня точно ведьмовской в привычном для моего мира понимании. Так что вперед!

— Какие-то ценные указания будут? — деловито поинтересовалась я, точно невзначай высвобождая свою руку из захвата принца.

— Например?! — удивленно вскинул брови Витольд, видимо, не сразу сообразив, о чем я.

— Что ему говорить и как себя с ним вести? — конкретизировала свой вопрос я. — Как-то не хочется вызывать гнев власть имущего.

— Странно слышать это от тебя, — невольно улыбнулся Витольд. — Или я недостаточно власть имущий?

Я не сдержала раздраженно вздоха. Возразить сложно. Поймал, как есть. Но сейчас не время для споров.

— Витольд, пожалуйста, не начинай, — свою просьбу я подкрепила умоляющим взглядом, разжалобившем принца. — Кстати, что ты ему сказал?

— Что мы поссорились в библиотеке, и у тебя произошел спонтанный выброс энергии. И что в ссоре виноват я, — просто ответил дракон, беря на себя большую часть ответственности. Впрочем, от этого легче не становилось. По логике, такую нестабильную участницу нужно тут же отправить восвояси. Так почему они этого не сделали?

— Понятно, — задавать этот вопрос я не стала. — Так что насчет указаний?

— Просто будь собой, Стеффи. Ну а пока… Прошу, — улыбнулся принц и предложил мне руку. — Нас ждет его величество.

Как? Уже? Но я еще морально не созрела для подобной встречи! Ни капельки! Впрочем, перед смертью не надышишься, правда?

К королю меня мы прошли коротким коридором, расположенным между кабинетом принца и короля. Я невольно задалась вопросом, почему меня ведут не самым очевидным путем. Неужели так доверяют? Или про эту дорогу знают куда больше людей, чем я думаю?

В кабинет мы вошли без объявления, и я слегка затормозила на пороге, вглядываясь в сидящего за столом мужчину. Наверное, так Витольд будет выглядеть лет через двадцать-тридцать. Те же черты лица, темные волосы, разрез глаз… Интересно, риде Матильде не обидно, что сын от нее не взял ни капли и вообще является копией отца?

Король Дитрих тем временем что-то закончил диктовать своему секретарю и, махнув рукой, отпустил его, после чего поднялся. Я же, в свою очередь, торопливо присела в реверансе, как и положено при появлении венценосного.

— Отец, позволь тебе представить риду Стефанию Кобрет, — церемонно проговорил Витольд, кидая на меня ободряющий взгляд. Дескать, не пугайся так, это всего лишь король, ничего страшного. И не важно, что в данный момент он буквально препарирует меня взглядом, точно видит насквозь.

— Вы очень похожи на свою матушку, рида, — неожиданно мягким тоном проговорил мужчина, позволяя мне встать. — В свое время она блистала при дворе.

Хорошо, что я уже была в курсе маминого прошлого — неожиданностью эта новость для меня не стала. Поэтому я лишь скромно улыбнулась и сказала:

— Благодарю, ваше величество.

Я вообще решила особо не отсвечивать, здраво рассудив, что все необходимое отцу Витольд расскажет сам. От меня лишь требуется присутствие и милая, ничего не значащая улыбка. Главное, ничем не вызвать гнев монарха, впрочем, как и его интерес.

— Даже удивительно, что рида Марианна предпочла покинуть наше общество, — тонко улыбнулся Дитрих, словно пытаясь меня просчитать. У меня невольно возникло ощущение, что он знает намного больше, чем хочет показать. Не удивлюсь, если ему-то точно известно, кто мой отец.

— Должно быть, у мамы были на то причины, — невозмутимо отозвалась я. — К сожалению, мне о них неизвестно. Как вы понимаете, меня в тот момент еще на свете не было, и я не могла стать свидетелем указанных событий.

Вот вроде и вежливо ответила, а все равно слегка уколола. Нет, политика — это явно не мое. Еще одна причина, по которой чаяниям Милли не суждено сбыться. Я просто не хочу жить в этом царстве лицемерия.

Странно, но мой ответ заставил Дитриха улыбнуться. Едва заметно, однако весьма искренне. И что это происходит-то?

— С этим сложно поспорить, юная рида, — согласился он. — Я так понимаю, в вас неожиданно начало просыпаться наследие вашего отца? Насколько мне известно, ваша матушка второй сущностью не обладает.

— Должно быть, ваше величество, — учтиво склонила голову я. — К сожалению, мама очень мало рассказывала мне об отце. И относительно сущности тоже не просветила. Ранее это никак не проявлялась. А сейчас… Сами понимаете, связаться с мамой мне сложно.

Я умышленно не сказала «не могу», помня о том, как драконы способны распознавать ложь. А вот такая обтекаемая фраза прозвучала нейтрально. Связаться с мамой действительно было сложно, однако не невозможно. Жаль только, что наш разговор прервался по непонятным причинам.

— А маркиз Ловел не может прояснить ситуацию? — выгнул бровь Дитрих, а у меня возникло ощущение, будто он меня проверяет. Интересно, что же все-таки натворил мой драгоценный дядюшка?

— Сомневаюсь, — сухо откликнулась я. — Мы длительное время жили не под его контролем.

Кажется, мой ответ удовлетворил короля. Он кивнул каким-то своим мыслям и сделал несколько шагов по направлению к шкафу, опутанному такой паутиной заклятий, что я даже затруднялась ответить: их больше сотни или меньше. Впрочем, они охотно пропустили владельца кабинета, и вскоре он извлек из шкафа хрустальный шар. Во всяком случае, внешне этот предмет очень напоминал атрибут гадалок моего мира. Вот только то, как бережно с ним обращался сам король, невольно вызывало настороженность и трепет. Он аккуратно поставил артефакт на стол, а потом предложил:

— Присаживайтесь, рида Стефания. Эта проверка может потребовать у вас сил.

Главное, чтобы после нее в кабинете короля не заполыхало все, что может. Такое мне вряд ли простят, а я еще слишком молода, чтобы так бездарно погибать.

Я осторожно опустилась на стул и с опаской покосилась в сторону артефакта, понятия не имея, что с ним делать. Мое замешательство заметил король и указал:

— Положите на него руки, рида Стефания. И попробуйте обратиться к той сущности, что просыпается внутри вас. Необходимо, чтобы вы услышали друг друга. Это поможет определить, дракон вы или нет.

Услышать того, о ком я понятия не имею? Занимательно, ничего не скажешь. Впрочем, с королями не спорят. Если, конечно, ты сам не являешься принцем. А Витольд молчит, значит, все идет, как должно. Надеюсь.

— Слышать не обязательно, — мягко вмешался мой предмет мыслей. — Достаточно просто потянуться к нему, почувствовать. В этом нет ничего страшного, Стефания.

Я негодующе на него посмотрела: сложно не заметить, как он упустил это дурацкое обращение «рида». Однако король то ли не заметил оплошности сына, то ли сделал вид. Вместо этого ободряюще коснулся моего плеча и сказал:

— Смелее, Стефания.

Прослыть трусихой в глазах сразу двух монарших особ мне не хотелось, и я осторожно коснулась руками шара. В пальцы ударили искорки, и я едва не одернула их обратно. Сделала глубокий вздох и положила ладони полностью, надеясь, что это действительно проверка сущности. А не какой-нибудь дурацкий артефакт правды.

Я прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться и постаралась почувствовать ту силу, что так неожиданно во мне сегодня поселилась. Точнее спала до сегодня. И в какой-то момент увидела огненную искорку в темноте. Надеясь, что это не игры воображения, я постаралась осторожно приблизиться к ней. Каждый мысленный шаг давался мне с огромным трудом, а от искорки исходили настороженность и… Одиночество? Дремлющая во мне сущность чувствует себя одинокой? Мое сердце переполнилось жалости, страх прошел, и следующие несколько шагов дались мне куда легче. А потом мне в руку ткнулось… Нечто. Я затруднялась сказать, что именно, поскольку разглядеть не могла, изображение расплывалось, двоилось. Но это что-то ластилось ко мне, как маленький котенок, и я осторожно погладила его. И услышала едва заметное урчание огненной сущности. Кажется, моя ласка пришлась ей по вкусу. Затем сущность неожиданно разлетелось на мириады золотисто-огненных осколков, и я вернулась в реальность.

— Прекрасно, — пробормотал больше себе под нос Дитрих, внимательно глядя на меня и хрустальный шар, наполненный золотисто-огненными всполохами. — Так я думал. Рад, что мои предположения подтвердились.

Мне совсем не по чину было допытываться, что творилось в голове короля. К счастью, рядом со мной находился тот, кто вполне мог задать этот неприличный вопрос.

— Это, конечно, хорошо, отец, — выступил Витольд, коснувшись моего плеча. — Но с нами не хочешь поделиться своими соображениями?

Эта незримая поддержка невольно заставила меня улыбнуться. Дитрих же сделал вид, что ничего не заметил. Сложив руки на груди, его величество произнес.

— Насколько я могу судить, драконом рида Стефания не является.

Я будто услышала звон, раздавшийся в замершей тишине. Вопрос «а кем?» повис в воздухе, но почему-то никто из нас не решался его произнести.

Первым решился нарушить молчание Витольд:

— Но как же так, папа? Я сам видел! По всем признакам, в Стеф просыпается вторая сущность. Огонь прорвался наружу, он не причинял ей вреда. Что это еще может быть?!

Кажется, принц тоже был несколько растерян. Иначе, почему он вдруг перешел с официального «отец» на «папа»? Я эту деталь отметила мимоходом, в голове все смешалось. И я уставилась на короля в надежде, что сейчас он пояснит свое заявление.

— Сущность — просыпается, — методично и как-то даже нравоучительно поправил сына король. — Вот только кто тебе сказал, что сущность дракона? Мы не единственные огненные сущности в нашем мире, — и после этого он как-то очень уж внимательно посмотрел на меня. Перед моим мысленным взором тут же всплыла книга, которую читала мама перед исчезновением. Получается, что? Я — феникс?! Та самая легендарная птичка, возрождающаяся из пепла?

— Что ты имеешь в виду, пап? — продолжил тем временем беседу Витольд, видя, что я временно не в состоянии поддерживать разговор.

— Мне кажется, рида меня прекрасно поняла, — и тут король подмигнул мне. — Стефания достаточно умна, чтобы понимать, к чему я веду.

Стефания с этим не согласна. Стефания вообще находится в полной прострации, не представляя, что говорить и как реагировать. И можно ли вообще хоть как-то выдать себя в данных обстоятельствах? Мама говорила, что Дитрих не причинит мне вреда. К тому же, если я смогла уточнить, какими книгами интересовалась мама, кто мешал кому-то из королевского семейства поинтересоваться тем же в отношении меня? При таком раскладе глупо не сложить два и два. А выглядеть дурочкой мне не хотелось.

— К тому, что мой отец — феникс, — глухо проговорила я, не глядя на своих собеседников. — И я, соответственно, тоже. Правильно понимаю?

Вот я это и озвучила. И мир не рухнул. И все, кажется, идет своим чередом. Вот только во мне самой что-то неуловимо изменилось.

— Приятно видеть, что в числе невест моего сына есть такая умная девушка, — одобрительно улыбнулся мне король. С моих губ сорвался нервный смешок:

— Ваше величество, думаю, дурочек в числе участниц отбора не держат. Вряд ли вы бы и ее величество это допустили. Даже будь у них трижды прекрасное происхождение.

Невольно вспомнилась та целительница, которую угораздило флиртовать в первый же день. Дурочек здесь не держали, точно. Тем ощутимее и значимее становился вопрос: за какие заслуги я до сих пор здесь? С моим сомнительным происхождением и не менее таинственным прошлым.

— А я? — вдруг обиженно влез в наш диалог Витольд. — По-твоему, я потерплю дурочек? Тем более, в качестве потенциальной жены?

Его слова несколько разрядили атмосферу, и мы рассмеялись. Впрочем, сбить с толку это не могло. Я вновь перевела взгляд на короля.

— Вы знаете, — вдруг поняла я один простой факт.

— Что именно, Стефания? — выгнул бровь он, тем самым став еще больше похожим на сына. Или сын на него? Впрочем, не важно.

— Вы знаете, кто мой отец.

Это не было вопросом. Я почти уверена, что знает. И не исключено, что знал с самого начала. Ну или хотя бы после моего знакомства с королевой. Не исключено, что для этого пришлось пообщаться с Миллисент. Ну а что? Удобный шпион, которого я принимаю как свою. А я в данной ситуации чувствую себя пешкой в играх и интригах более умелых. Вот только…

Злости почему-то не было. Наоборот, мысль о том, что хоть кто-то может мне что-то прояснить, успокаивала. У короля ведь нет причин хранить тайну, правда? А я уже так устала тыкаться в закрытые двери и чихать от пыльных архивов. Последнее, конечно, было преувеличением, но все-таки…

— Скажем так, — тонко улыбнулся Дитрих. — Подозреваю. И с большой вероятностью моя догадка является истиной.

Замечательно. Хоть что-то установили. Что ж, тогда пойдем дальше.

— Прекрасно, — кивнула я. — Не соблаговолите ли вы сообщить мне, кто это?

Кажется, я в меру вежлива, не правда? И достаточно мила, чтобы мне открыли эту тайну. Но как бы не так! Его величество в ответ только покачал головой:

— На данном этапе, вам не стоит этого знать, Стефания. Ради вашей же спокойной жизни, — по его губам скользнула улыбка. — Так уж вышло, что это может оказаться для вас опасно. Я не хочу, чтобы на вас началась охота. Вы, я полагаю, тоже.

Замечательно просто! Чем дальше, тем интереснее! Что же все-таки произошло более двадцати лет назад, что моя мама торопливо покинула этот мир? Кем является мой отец, что на меня может начаться охота?

— Прошу прощения, ваше величество, — максимально вежливо и деловито отозвалась я. — Однако в свете данных обстоятельств не могу не поинтересоваться. Если вы догадались, кем является мой отец, так почему это не может сделать кто-то другой? И тогда охота может начаться в любом случае. В таких обстоятельствах куда безопаснее мне знать. Не находите?

Если судить по его виду, король не находил. Но что-либо возразить мне не мог. Понимал, что я права. Я же в свою очередь добавила еще один вопрос:

— Что такого натворил мой отец, что это может поставить под удар и на меня?

— Интересный вопрос, Стефания, — невольно усмехнулся Дитрих. — И тем интереснее ответ…

— Папа, хватит уже темнить! — не выдержал Витольд. — Твой кабинет защищен от любого прослушивания. Так что тебе мешает сказать правду? Кроме твоего на то нежелания.

Ура, у меня есть союзники! Может, вдвоем мы все-таки сможем добиться чего-то от его величества?

— Клятва, — просто ответил Дитрих. — А что касается вашего вопроса, Стефания… Он просто родился не в той семье. И не с теми силами. Иногда это может оказаться весьма опасным. Большего сказать не могу.

Очень хотелось спросить напрямую, не Дарек Вальцих ли мой отец. Останавливало лишь осознание — я знала, что такое магическая клятва. Получается, даже будь у короля желание, он не смог бы сказать мне об этом. Конечно, можно было бы попробовать найти лазейку, но магия не любит, когда с ней так обращаются.

— Клятва, — повторила я. — Что ж, понимаю. Я признательна вам, ваше величество, за всю информацию, которую вы мне предоставили. И постараюсь быть осторожнее, учитывая все данные. В конце концов, если дело обстоит настолько серьезно, охота уже могла начаться.

Страха не было. Зато желания побиться головой об стену — с лихвой. Все оказалось настолько запутано, а я совершенно не представляю, что мне делать и за что хвататься.

— За это не стоит беспокоиться, Стефания, — вдруг сказал король. — Я отдам распоряжение, чтобы вас негласно охраняли. Уверяю вас, это не принесет вам неудобств.

Да, всего лишь подкинет еще одного шпиона. Или не одного. Но вслух возразить было нечего. Только мило поблагодарила, а король продолжил:

— А что касается вашей сущности… С ней поможет освоиться мой сын. Правда, Витольд?

— Конечно, — убежденно произнес принц и подал мне руку. Я осознала, что на такой вот увлекательной ноте аудиенция закончилась.

— Ты злишься, — неожиданно произнес Витольд, как только мы оказались в его кабинете. Я удивленно на него посмотрела: с чего такие выводы? Я ведь сама еще даже не определилась со своими чувствами и эмоциями.

— Нет, — на удивление спокойно произнесла я. — Возможно, лимит злости на сегодня я исчерпала. Или просто понимаю, что злиться на короля — дело безнадежное и неблагодарное. Или осознаю, что причины его молчания уважительные. Не знаю. Выбирай тот вариант, который тебя устроит больше всего.

— Знаешь, меня начинает пугать, когда ты такая, — слегка усмехнулся Витольд, окидывая меня внимательным взглядом. Так, точно пытался просмотреть насквозь.

— Ты меня слишком мало знаешь, чтобы понимать, какая я на самом деле, — отстраненно и максимально честно ответила я. — Так каким образом мне сейчас стоит подружиться со второй сущностью? Что для этого нужно сделать?

— Для начала — отдохнуть, — решительно поставил точку в моих благих намерениях принц. — Сегодня я тебя ничему учить не буду. Ты слишком устала для этого.

— А завтра будет новое задание отбора, — хмыкнула я. — И что тогда? Опять будешь мне помогать?

Мне действительно стало интересно. Я так и не смогла определить причины, по которым он мне помог на втором испытании. Да, Вит что-то мне говорил, но звучало это чертовски неубедительно.

— Если понадобится — буду, — просто ответил принц, а я удивленно на него посмотрела:

— Это потому что я сейчас могу быть опасной и меня нельзя вышвыривать из дворца?

Кажется, моя формулировка изрядно покоробила чье-то чувство прекрасного. Во всяком случае, Витольд ощутимо поморщился. Однако ответил максимально честно:

— Нет, это потому что я не могу позволить тебе покинуть отбор.

— Как романтично, — хмыкнула я. — Будь я чуточку впечатлительнее, решила бы, что ты в меня влюбился.

В подобное я, конечно, не верила, и мой ехидный тон не оставлял в этом сомнения. И это отчего-то снова не понравилось принцу.

— Видишь ли, Стефания, — перешел на почти официальный тон. — Я не дам тебе вылететь с отбора, пока не пойму причин, по которым ты меня притягиваешь.

И вот сейчас я офигела — иначе и сказать не могу. Так и хотелось сказать: мужик, ты нормальный?! А если ты никогда этого не поймешь, что тогда, мне навеки здесь оставаться, пока ты не определишься? М-да, как есть, мужики здесь — тираны и шовинисты. Даже если иногда кажутся нормальными.

Вслух же произнесла совсем иное:

— Вот как? А я-то думала, здесь честное судейство, а оказалась… — я притворилась разочарованной.

— Оно и есть честное, — ничуть не смутился Витольд. — Ты ведь справляешься?

Из вредности захотелось завалить следующее испытание и посмотреть, как принц будет выкручиваться. Остановило только воспоминание о словах короля. Мне угрожает опасность. Но вот какая? Нет уж, пока я не разберусь во всем этом, из дворца — ни ногой. Что же касается принца… Хочет — пусть разбирается, мне не жалко. Если что, потом как-нибудь пошлю его к крестной, пусть с ней выясняет, кто виноват в том, что его ко мне тянет.

— Какая удивительная логика, — невольно восхитилась я. — Надеюсь, ты не обидишься, что я с нее не буду брать пример?

Продолжить нашу увлекательную дискуссию у нас не получилось. Дверь распахнулась, и в кабинет буквально вбежал Тео.

— Вит, ты мне нужен! Срочно! Там такое… — он осекся и, кажется, позабыл, что вообще хотел сказать при виде нас с драконом. Я попыталась представить, как мы в данный момент выглядели со стороны. Стояли мы слишком близко, смотрели друг к другу в глаза, он меня еще и за руку придерживал… М-да, двусмысленно, ничего не скажешь. Хорошо еще, что это Тео, а не кто-то другой. И что он не вошел в тот самый момент, когда мы, например, целовались.

— А что это вы тут делаете? — как-то глупо переспросил друг принца, внимательно нас оглядывая. Я не удержалась от смешка:

— Плюшками балуемся. Незаметно?

— Ага, — ошалело кивнул в ответ на мои слова Теодор. — То есть, нет. Точнее… — он решительно тряхнул головой, точно приводя мысли в порядок. — Не надо меня путать!

Витольд в ответ на это заявление с укором на меня посмотрел, после чего соизволил обратить внимания на приятеля:

— Ты что пришел-то?

М-да, вот вроде бы это я — девочка с улицы, да еще и с другого мира, а манеры и у местных аристократов хромают. Или просто не считают нужным соблюдать их наедине друг с другом?

— Кое-что произошло, Вит, — неожиданно серьезно ответил Тео. — Там срочно нужно твое присутствие. Мне жаль, что приходится тебя отвлекать от прекрасной риды Стефании, но…

Я испытала желание стукнуть ехидного приятеля принца, однако сейчас было не место и не время. Как, впрочем, и моему любопытству, которое сейчас буквально изнывало в мучениях. Вместо этого кинула негодующе-предупреждающий взгляд на Теодора и светски проговорила:

— Полагаю, мы с его высочеством уже закончили наш разговор. Позволите мне удалиться?

— Да, конечно, — кивнул Витольд. — Я сейчас вызову Линдси.

С его рук сорвалась искорка и устремилась к двери. Так, значит, вызывают слуг местные принцы? Интересно, ничего не скажешь. После чего вновь обернулся ко мне с неожиданно серьезным выражением лица.

— Рида Стефания, я вас очень прошу, — убедительно проговорил он, смотря мне прямо в глаза, — будьте осторожны. Берегите себя. В ваших обстоятельствах нельзя забывать… — он осекся, увидев, какими глазами смотрит на происходящее Теодор.

— Я постараюсь, — честно обещала я сделать все возможное. Вот только, как показывала практика, от меня здесь мало что зависит. Я приняла церемонные поцелуи рук от мужчин, присела в реверансе и удалилась вслед за пришедшей Линдси.

По дороге я усердно гнала от себя мысли о личности моего отца. Точнее, кто он — я подозревала, а вот что за этим может скрываться — нет. И почему мне может угрожать опасность? Пока вроде бы все было довольно тихо и мирно и даже толченное стекло в туфельки никто не подсовывал. Вот только не открыла ли я ящик Пандоры своими изысканиями?

И что же все-таки произошло, из-за чего Тео так срочно прибежал к Витольду? И может ли это быть как-то связано со мной? Я понимаю, что мир не вокруг меня вертится, вот только слишком много непонятного происходит вокруг. Жаль только, что мое любопытство так и осталось неутоленным — оставить подслушивающее заклятье в кабинете принца я просто не рискнула.