Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка

Глава 25

Очнувшись, я невольно застонала. Такое ощущение, будто я очень долго болела. Сил не было никаких. Тело ломило, как при температуре, голова кружилась.

— Так, только не вздумай скакать! — вдруг раздался мужской голос. — Тебе не нужно сейчас делать резких движений. Сейчас дам воды попить и тонизирующего зелья.

Принц оказался около меня в два шага и осторожно протянул мне стакан с прозрачной жидкостью. И даже когда я взяла его, не отпустил, положив ладонь поверх моей.

Я прикрыла глаза, делая один глоток за другим. Сегодня вода почему-то показалась невероятно вкусной. Тонизирующее зелье тоже исполнило свое предназначение, я почувствовала себя лучше.

— Ну вот и все, — с улыбкой в голосе проговорил Витольд, отводя пряди от моего лица. — Как ты?

— Уже легче. А почему ты здесь? — неловко поинтересовалась я. В памяти почему-то ничего не всплывало. И ведь нужно еще к балу готовиться, а я все в постели! Что со мной произошло?

— Моя очередь дежурить около твоей постели, — спокойно ответил принц. — Насилу отправил твою маму отдыхать. Так что давай не будем ее будить? Она знает, что ты вне опасности уже! Как ты нас напугала! — и он, снова цапнув мою ладонь, уткнулся в нее лбом. От этого простого жеста почему-то сжалось сердце. Машинально я отметила его уставший вид, круги под глазами, заметно отросшую щетину. Сколько же он не спал?

— Вит, — я присела на постели. — Что случилось?

— А ты не помнишь? — он прищурился, коснулся губами моей ладони… И тут я вспомнила все. И бал, и похищение, и то, как меня убили. Убили же? Но почему я здесь?

— Почему я жива? — невольно вырвалось у меня. И в тот же миг оказалась стиснута в объятиях Вита. Создавалось ощущение, что даже само упоминание о моей возможной гибели вызывает у него необходимость чувствовать меня, понимать, что я здесь.

— Потому что ты феникс, сокровище мое, — просто ответил он. — Тебя не так-то просто убить. Хотя нервы ты нам потрепала изрядно. Я думал, сойду с ума, пока сидел у твоего тела, видел, как оно превращалось в пепел и как оживало. Никогда — никогда, слышишь?! — больше не смей такого повторять. Второй раз я этого просто не вынесу.

— Вит, — только и прошептала я, не зная, что сказать. В его голосе слышалось столько боли, что мне и возразить-то было нечего. Единственное, на что я оказалась способной — это обнять его в ответ и коснуться губами его щеки. И тут же оказалась утащена к нему на колени.

И вот тогда-то я вспомнила все! Теперь уже точно все! Как я воскресла, как Вит меня обнимал, целовал, а потом… Потом произошло что-то, что я совершенно не контролировала. Я точно наблюдала за происходящим со стороны. Но при этом это была я, не кто-то другой. Но иная я — моя сущность. Да, точно, это мой феникс лишил Марела сущности. Я даже и не подозревала, что способна на такое!

— Марел жив? — спросила я, вспоминая его потерянное лицо в тот самый момент. Он же лишился части себя! И где-то в глубине души мне было его жаль. Но еще большее сочувствие я испытывала к его сущности. Надеюсь, она найдет себе хорошего друга.

— Живее всех живых, — хмыкнул Вит, а я не выдержала:

— Что это вчера было?! Расскажи! И кто он вообще? Я ничего не понимаю!

Вит осторожно погладил меня по волосам, затем задумчиво начал перебирать мои распущенные локоны и заговорил:

— Сокровище мое, Марел Дольцих — предводитель оппозиции короля Ферендии.

— Но зачем ему я? Это потому, что мой отец — какой-то там претендент на престол? Или что? — перебила я, решив, что Витольд как-то очень уж медлит.

— Не только. Это потому, что ты — золотой феникс, — и этот невыносимый дракон чмокнул меня в макушку! Сердце сладко сжалось — приятно, черт побери.

— И что? — все еще не понимала я. Вот как бы уговорить его не тянуть кота за причинное место?

— Видишь ли, радость моя, в правящей чете обязательно должен быть золотой феникс, — пояснил Витольд. — Это секрет и одновременно традиция королевской семьи. А золотые фениксы рождаются не так часто.

— Типа золото притягивает корону? — не слишком удачно пошутила я и тут же осеклась, не уверенная, что шуточка прокатит. Витольд же тоже из правящего рода. Но принц рассмеялся и пояснил:

— Золотые фениксы обладают особенной силой. Ты, между прочим, уже один раз ее продемонстрировала.

И я как-то сразу сообразила, о чем идет речь:

— Они отбирают сущности, да? — испуганно уточнила я. Черт, я не желаю становиться таким монстром. Я вообще не хочу никому причинять вред!

— Суть верна, вот только все не так просто, сокровище мое, — покачал головой Витольд. — Они высвобождают сущность у тех, кто ее недостоин.

— И кто это решает? — недовольно поджала губы я. Не хочу быть фениксом!

— Не ты, — щелкнул меня по носу Вит. — Твоя сущность. Как думаешь, ее можно считать достойным судьей? А сущности такой дар дан самой богиней. Так что все по справедливости. Или ты думаешь, что Марел должен был оставаться таким же сильным?

Я на мгновение задумалась, вспоминая. А ведь и правда. Это не я все делала. Сущность. Она сама знала, что делать и как. И она ни мгновения не сомневалась в своих поступках. Так, может, все не так страшно?

Я уткнулась носом ему в грудь, оценивая произошедшее. И только потом сообразила:

— Откуда ты все это знаешь? Я ни в одной книге не смогла найти ничего про золотых фениксов, да и ты сам сказал, что это — секрет.

— Твой отец сказал, — просто и обыденно сообщил Витольд то, от чего я чуть не свалилась с его колен. Хорошо еще, что он меня удержал! Я неверяще уставилась на принца, чувствуя, как к глазам подступают слезы.

— Мой… кто?

Голос, предатель, все-таки дрогнул. И непрошенная слезинка все равно пролилась. Впрочем, ее тут же высушили легким поцелуем в скулу.

— Твой отец, Дарек Вальцих, — уверенно ответил Витольд. — Ты и сама его видела, Стеф. В дальней комнате. Это был он, — посмотрел на меня внимательно и вдруг попросил. — Дыши, сокровище мое. Дыши!

Только тогда я поняла, что замерла в ожидании, даже боясь сделать лишний вздох. Нет, кое-какие догадки у меня мелькали, еще когда я находилась в том подземелье.

— Он в порядке? Он жив? С ним же что-то не так было! — взволнованно проговорила я, подскакивая. И снова была удержана драконом:

— Успокойся, ты с ним обязательно встретишься, но чуть позже. Он сейчас у целителей. Марел слишком часто замедлял его жизненные процессы. Он как-то не рассчитывал, что его потенциальный союзник окажется столь несговорчивым, думал, легко сможет перетянуть твоего отца на свою сторону. Если не добровольно, то при помощи магии. Ошибся. И убить его он тоже не мог, Дарек мог ему пригодиться, — скривил губы Вит, а мне внезапно стало как-то холодно. Страшно подумать, что пережил папа. И мама… Если бы не этот козел, родители были счастливы. Нет, моя сущность все-таки поступила правильно. Он хотел власти? Сейчас он потерял любую возможность на это.

— И где сейчас Марел? — мрачно поинтересовалась я. Ответ заставил меня облегченно выдохнуть:

— Отец передал его и остальных оппозиционеров, которых угораздило нам попасться, королю Ферендии, — спокойно ответил Витольд. — Пусть тот сам с ними разбирается.

Красивый политический жест, ничего не скажешь. И все бы ничего, я даже более-менее понимаю, что произошло. Кроме одного.

— Но как он сумел меня выкрасть? Он был на балу? Или у него был помощник? Только не говори, что это Касси!

В последнее мне не верилось совершенно. Пусть она не слишком-то романтичная особа, но все же…

— Не Касси, — Вит снова меня стиснул так, точно кто-то опять собирался меня выкрасть. — Изольда.

— Что?! — от изумления у меня даже слов не нашлось. Распорядительница отбора и есть сообщница Марела? Обалдеть!

— Как выяснилось, она его любовница, — пояснил Вит. — Причем настолько законспирированная, что их связь никто не мог обнаружить. Она давно шпионила для Марела как придворная дама. Она же подбила Альбера подставить твоего отца. Ненароком, пару слов и так далее… И она дала информацию своему любовнику, когда появилась ты. Они тогда подсунули тебе специальный маячок, что-то вроде няньки, который и просигнализировал о пробуждении феникса. Тогда они и взломала защиту дворца изнутри и пустила на территорию двух людей Марела. В ее покоях они и скрывались, пока мы искали их по всему дворцу. Мы ведь даже и подумать не могли, Изольда ему давно служит!

Я слушала рассказ дракона и не могла не поражаться. Все-таки люди (и не только люди) на удивление подлые! И кто бы только мог подумать, всегда приветливо улыбающаяся Изольда — злодейка?

— Понятно, — тихо проговорила я. — То есть поэтому она так легко и смогла меня украсть?

И вот тут-то я и почувствовала, что Вит напрягся. И что-то в этом было нехорошее. Неправильное.

— Вит? — я отстранилась и посмотрела на принца. — Ты мне ничего не хочешь сказать?

И виноватое выражение его лица только усугубляло положение. В голове сразу появилось миллион догадок, одна другой страшнее. И Вит, кажется, понял, что своим молчанием он только усугубляет положение.

— Сразу говорю — я ничего не знал, — резко заявил он. — Отец решил, что лучший способ поймать эту гниду — сделать вид, что все идет по их плану. Он отвлек меня, позволил похищению свершиться, отследил при помощи своих магов точку назначения, сразу же поднял людей… Он был уверен, что держит все под контролем. К тому же знал, что ты — феникс, и тебе ничего не угрожает. Ну что ты молчишь? Хочешь — ударь его или меня, поверь, он и слова не скажет! Я сам ему разочек врезал, — вдруг честно признался он, резко растеряв запал. Я смотрела, и мне почему-то хотелось улыбаться. Просто он так забавно оправдывался и так искренне переживал… Совсем у меня совести нет! Подавшись вперед, я легонько поцеловала его в губы, успокаивая нервы. И свои, и его. А потом призналась:

— Зря они мне ничего не сказали. Я бы и сознательно поучаствовала во всем этом.

Упс! Вот об этом-то как раз стоило бы промолчать! Потому что в тот же миг глаза принца стали напоминать грозовые омуты, и он вдруг как рявкнет:

— Стефания! Я тебя выпорю, честное слово!

Та-ак! Вот это уже интересно! По какому праву мы вообще подобные заявления делаем? Я, между прочим, взрослый разумный человек!

— Вит, — прищурилась я. — Тебе не кажется, что ты переходишь границы?

— Не кажется, — резко отрезал он. — Мне проще руку себе отрубить, чем видеть, как ты подвергаешься опасности.

И как-то даже шутить расхотелось, столько серьезности было в его голосе. И жалко его стало. Он же принц, рыцарь, а я, ведьма из другого мира, нервы ему треплю.

— Ты так из-за всех невест со своего отбора переживать будешь? — тихо спросила я, не зная, что еще сказать. Ругаться не хотелось.

— В Бездну этот отбор, — вдруг заявил Витольд. — Я уже выбрал себе невесту.

И вот тут-то я и растерялась. Нет, я догадывалась, что не все так просто. Что из-за кого попало он бы так психовать не стал. Но все-таки… Витольд же неожиданно пересадил меня на кровать, а сам встал. С замиранием сердца я наблюдала за происходящим. Неужели уйдет?

Не ушел. Достал что-то из кармана и вдруг опустился передо мной на одно колено:

— Стеф, сокровище мое, я тебя люблю. Ты станешь моей женой?

— Но… — я вдруг обнаружила в себе редкостное косноязычие. — Тебе же нужно найти истинную! Что будет, если ты ее потом встретишь?

— Ничего не будет, — хмыкнул Витольд, — потому что…

— А, ну да, — вспомнила я. — У вас же по достижении определенного возраста исчезает возможность встретить истинную. И все равно…

Закончить я не успела. Вит прижал к моим губам палец:

— Сокровище мое, я не смогу встретить свою истинную повторно. Ведь я уже встретил. Тебя.

Я только и могла, что сидеть и молчать, ошеломленно моргая. Я — его истинная? Серьезно? И как-то разом вспомнилась наша сумасшедшая тяга друг к другу, намеки Миллисент и многое другое. И наши танцы на балу. Как мне хорошо и легко тогда было! Как я была счастлива в тот момент!

Смотрела на улыбающегося Вита, на до безумия красивое кольцо, которое он держал в руках. Молчала и не верила. Разве так бывает? Это же что-то невероятное, волшебное, чудесное…

— Стеф? — Витольд тревожно прищурился. — Все в порядке?

И эта тревожность и вывела меня из оцепенения. Отпустив свои эмоции на волю, я вдруг кинулась ему на шею:

— Да!

— Да — это все в порядке? — насмешливо уточнил этот невыносимый принц. Вредный, но до безумия любимый.

— Да — это я выйду за тебя. Так что разгоняй к чертовой матери этот свой гаремный отбор! — рассмеялась я. Как ни печально это признавать, а на протяжении всего этого времени такое количество девушек меня напрягало до безумия. Я даже самой себе боялась признаться, насколько сильно ревновала его к девушкам. И вот как бы я его отдала кому-то другому, если бы она оказалась его истинной? Он ведь — мой. Со всеми своими тараканами, загонами, сводящими с ума поцелуями, встречами и нашими ссорами в библиотеке.

Кажется, мои слова изрядно повеселили Витольда. Но проверить я не успела — мои губы накрыли в таком головокружительном поцелуе, что все намерения улетели куда-то прочь. И благие, и не очень. Вот только это у меня. Мой принц же оборвал поцелуй как-то очень быстро и резко и вкрадчиво поинтересовался:

— А ты мне ничего не хочешь сказать, сокровище мое?

Я недоуменно моргнула, потом сообщила:

— Увижу тебя с какой-нибудь выдрой — пожалеешь.

Посмотрела на его вытянутое лицо и рассмеялась. Подалась вперед, легонько поцеловала в губы и сообщила:

— Я люблю тебя, мой невыносимый драконище. Но про выдр не шучу.

Мои дополнения слушать почему-то не стали. Целовали так, что забылись все неблагодарные эпитеты в отношении других девушек, которые могут претендовать на звание его супруги или даже на внимание моего принца. Так, что я даже не сразу сообразила, что мое запястье вдруг обожгло огнем. А когда сообразила…

— Что это? — ошеломленно уставилась я на собственное запястье, вокруг которого вился огненный узор. Кинула подозрительный взгляд на своего дракона — не он ли провернул? Но нет, Вит точно также изумленно смотрел на свою руку. Потом на мою. И на его губах расцветала какая-то очень уж довольная улыбка. Кажется, мой новоявленный жених, в отличие от меня, точно знал, что это за вязь. Вот всегда так! Ничего бедным попаданкам не рассказывают!

— Вит!

Впрочем, налететь на него с возмущениями я не успела. В воздухе вдруг появилось золотистое сияние, и довольный девичий голосок торжественно объявил:

— Свершилось!

— Что свершилось-то? — недовольно посмотрела я на проявившуюся Миллисент. Как бы я ни любила крестную, а в данный момент она несколько невовремя. У нас тут объяснения, признания, а она тут торжествовать пришла. Неужели в другом месте нельзя?

— Проклятье снято, — воодушевленная феечка замельтешила в полете.

— Какое еще проклятье?! — дружно переглянулись мы с Витом. С крестной, похоже, он тоже уже был знаком. И точно также не обрадован ее появлением.

— Как какое? — Милли замерла, перестав издеваться над нашим зрением. — Проклятье, тяготевшее над родом Уилдер, наложенной первой женой одного из королей. Фениксом, кстати. Они поженились по любви, очень рано. Но она его истинной не являлась. И он это знал, но считал, что их юношеская любовь способна выдержать все. А потом он встретил свою истинную. Жена, когда об этом узнала, покончила с собой. Не воскресла, как это делают фениксы. А перед смертью обрекла весь род и будущих детей своего мужа на то, что они не будут узнавать своих истинных. До того момента, пока истинный Уилдер не полюбит феникса. И вот… — она развела руки. — Уилдер полюбил. Феникс полюбил в ответ. И они истинные! Проклятье снято. Ура!

От этих объяснений стало, мягко говоря, не по себе. Но я предпочла порефлексировать по этому поводу потом. Куда важнее сейчас другое.

— А что значит эта вязь? — подозрительно поинтересовалась я, чувствуя очередной подвох.

— Это благословение богини, — важно пояснила Миллисент. — Ну и брачная метка. Она уже соединила ваши судьбы.

Мы переглянулись с Витом. Моя рука невольно потянулась к подушке, чтобы запустить ею в деятельную феечку. У меня даже свадьбы нормальной не было! И не будет! Ухаживаний! И вот что я скажу нашим детям? А родителям? Они наверняка хотят нормальную свадьбу!

Шум в спальне привлек внимание, и дверь распахнулась. На пороге стояли мама и королева.

— Что здесь происходит?! — грозно поинтересовалась ее величество. Тут взгляды новоприбывших упали на наши руки и…

Упс, что ли?