Двое и «Пуля»

38)

Хранилище равки

38)

Никаких даже околонаучных объяснений существования подобного объекта мне на ум не приходило, так что, я выбрала просто уже долететь куда-то, а пока смотреть и удивляться, как волшебству из сказок. Тем более, что волшебство это началось еще во время прохода через месиво из тысячи преследующих нас астероидов, чего быть не может в принципе. И он вымотал меня капитально, сил на осмысление всего не осталось, ни моральных, ни физических, как и на подумать о том, как предстоит возвращаться. Сюда попали как-то, так же и вырулим, только чуточку отдохну.

Меня только и хватило, что выбрать подходящее место посреди одной из пестрых равнин, вблизи довольно широкой реки и аккуратно усадить Пулю на грунт. Все, дальше у меня как кости из тела испарились, мышцы обмякли, руки мелко задрожали, а глаза стали натуральным образом слипаться, накатила полная апатия.

— Вы должны поддерживать корабль в готовности к немедленному старту, ожидая нашего возвращения. — неприятно скрипучим голосом велел заказчик, выбираясь из кресла, но мне почудилось, что он говорит откуда-то издалека, слова как будто сливаются в белый шум, как и доклад искина о обстановке за бортом.

— Что? — вяло переспросила я, силясь удержать глаза открытыми.

— Все, Лав, забей, я дальше сам. — сказал Киан, отстегивая и мои ремни и подхватывая на руки. — Отдыхать, цветик.

Оказавшись в его объятиях глубоко вдохнула его вкусный безопасный запах и я отключилась мгновенно. Ни как Салливан нес в каюту, ни как укладывал в койку уже не почувствовала. А проснулась неизвестно сколько времени спустя голодной настолько, что внутри все прямо тряслось от него. Киан меня не раздевал, только ботинки стянул, так что я только их прихватила и пошлепала на кокпит прямо так. На ледяном полу морозильной кладовой пришлось приплясывать, разыскивая нужный мне паек. Хотелось мяса, чтобы прям здоровенный сочный кусочище, но самым близким вариантом этого был паек “стейк с картофелем и горошком”.

Сунула его разогревать на минимальное время и с ворчанием разодрала упаковку, как только пиликнул сигнал окончания операции. Стейк схватила рукой, презрев вилку с ножом, вгрызлась и замычала с наслаждением, жадно пережевывая и глотая.

— О, ты уже встала? — услышала я голос Киана, который опять появился совершенно бесшумно и замерла с набитым ртом.

Вот это видок ему предстал сейчас. Растрепанная, наверняка с мятой со сна физией, рву зубами шмат полусырого мяса, по подбородку и пальцам течет.

— Пфифет! — махнула я стейком и пожала плечами под его пристальным взглядом.

Ну вот такое я черте что, чего тут уже поделаешь.

— Лав, ты самый охрененный и чокнутый пилот во всем мире, знаешь? — сказал он, подошел, наклонился и чмокнул в висок, словно вообще ничего не замечая.

Мне стало так приятно от его похвалы и неловко в то же время, что я даже мясо отложила. Никто и никогда меня не хвалил.

— А мне показалось, что тебе не очень понравилась моя манера управления. — пробормотала смущенно, торопливо вытирая руки и подбородок.

— Это поначалу только, пока я не узнал что ты за уникум, цветик. Теперь я с тобой хоть в адово пекло летать готов.

Как реагировать на такое я не знала, смутилась окончательно и спросила.

— А как обстановка вообще? Ты был снаружи?

— Само собой был. Установил охранный периметр с сигнальными датчиками и шокерами, как полагается на месте стоянки в малоизученных планетарных условиях.

Его ответ наконец напомнил мне о том, в насколько странном месте мы очутились и как сюда добирались.

— Киан, а ты слыхал до этого о таком? Я о астероидах и вообще…

— Не-а, цветик. — он щелкнул кофеваркой и дождался порцию ароматного напитка, жестом предложил и мне, но я мотнула головой, взявшись доедать свою порцию. Картофель с горошком не сильно-то хотелась, но жизнь меня научила, что выбрасывать хоть крошку еды — кощунство. — Если еще саму планету можно счесть скрытой под маскирующим щитом, хоть и представить не могу какую уйму энергии для такого необходимо, то этот фокус с заградительным астероидным поясом вообще за гранью моего понимания.

— Ну да, я тоже никогда не слышала о таком. Зато этот наш заказчик, похоже, ни капельки не был удивлен. Он точно знал, что нужно лететь в самую гущу. Ты же видел, я пыталась улететь.

— Ага, так и есть. — подтвердил Киан, стоя прихлебывая свой кофе. — И был этот урод спокоен, как чертов робот. Ладно я верил в тебя, хоть и страшно было — обос… ну очень, короче. Но откуда у этого головастика такое олимпийское спокойствие?

— У меня только один вариант объяснения. — подумав, сказала я. — Он точно знал, что эти каменюки не станут реально уничтожать корабль. Что это все психическая атака и отпугивающий прием. Да, стукали нас, но сейчас, по здравому размышлению, мне начинает казаться, что оттесняя и преграждая путь, а не атакую всерьез.

— А как по мне, Лав, мы живы исключительно благодаря тебе. — возразил Киан и снова наклонившись, чмокнул меня в макушку.

— Ты сильно переоцениваешь мои способности. — снова сильно смутившись, пробормотала себе под нос и поспешила опять перевести тему. — А сколько нам тут торчать, ты у заказчиков не уточнял?

— Не больше семи суток. Если не вернуться за это время, то, видать ждать дальше и смысла нет.

— Они пешком ушли?

— Не-а, улетели на ранцах реактивных.

— А вообще, снаружи что?

— Знаешь, Лав, при любых других обстоятельствах я бы сказал, что мы совершили посадку на одной из кислородных планет так называемого земного типа с весьма богатой флорой и фауной. Но для создания условий для этой самой флоры и фауны необходимо хотя бы светило, звезда схожая по параметрам с Солнцем, находящаяся на определенном расстоянии. Ну ты в курсе, та самая зона вероятной жизни. А здесь нет ничего подобного, Лав. Нет светила. А свет, тепло — есть, как и суточные циклы. И жизнь есть, причем просто кишмя кишит, что называется. Так что, мой вывод — мы очутились в некоем Хранилище равки.

— Хранилище? А чего они тут хранят?

— Жизнь. Точнее матрицы ее или там образцы. — почесав висок, задумчиво ответил Киан. — Помнишь, ты мне рассказывала что в сети нарыла про этих равки?

— Ты о той версии, что они типа предтечи всех и всего и, по сути, они же все остальные расы и создали?

— Как вариант. Знаешь, на Земле когда-то давным-давно на острове Шпицберген, где была вечная мерзлота, существовало всемирное хранилище семян всех растений с планеты праматери.

— Ну тут-то явно не мерзлота. — я глянула в сторону иллюминатора, за которым виднелось море зелени и ярких красок.

— Лав, технологиям древней Земли до технологий равки как…, — Салливан раскинул руки, наглядно пытаясь продемонстрировать пропасть, но потом отмахнулся. — Черт, я даже сравнения не подберу, потому что мы же реально не знаем, на что они были способны. Зачем бы им создавать хранилище дохлых или спящих замороженных образцов, если они способны на вот такое.

— У меня это прямо в голове не укладывается, если и так. — покачала я потрясенно головой. — Еще и столько лет… Не сотни даже… тысячи, как минимум… Невероятное что-то.

— А сотни управляемых астероидов вероятно? — заходил по кокпиту Киан туда-сюда. — А искусственное освещение и поддержание климата на целой планете вероятно, Лав?

— Ты прав. Но тогда интересно зачем эти головастики сюда прилетели? Причем тайно. Подобные открытия — мега сенсация для всей обитаемой вселенной.

— А еще вариант обогатиться просто баснословно, если найти способ прибрать все хитро к рукам. — неожиданно нахмурился Киан.

Хм… где деньги, там цена чужой жизни — ноль, а когда речь о подобных бешеных деньжищах…

— Мы влипли? — поинтересовалась у него я.

— Не факт. — явно попытался меня успокоить Салливан, нарочито беспечно улыбнувшись. — Но будем теперь настороже. И пойдем уже вместе глянем, что снаружи. Вряд ли попадем в такое место еще хоть раз в жизни.

Я вскочила, но тут же остановилась.

— А меня не обожжет, как в той терра-зоне?

— Нет, Лав, я проверил уже все датчиком, пока ты спала. Хрен знает, что за излучения тут и какого спектра, но для тебя они должны быть не опасны.

Однако, перед шлюзом Салливан распахнул ячейку хранения и достал такой же легкий скафандр, в котором щеголял и сам.

— Надевай, — велел он.

— Зачем? — удивилась я. — Ты же сказал — безопасно.

— Излучение безопасно для тебя, Лав, но все остальное тут ни черта не понятно.

— В смысле?

— В прямом. Детекторы и классификаторы тут бесполезны. Спроси сама Пулю.

Я вспомнила, что сквозь пелену предельной усталости слышала доклад искина, но сейчас бы ни слова не вспомнила.

— Пуля, какая обстановка за бортом в смысле угроз? — последовала я совету Киана.

— Вредных примесей в атмосфере не выявлено, ее состав полностью пригоден для дыхания, но содержит некий активный агент, не поддающийся определению.

— А по биологической опасности?

— Информация практически отсутствует, капитан Лаванда.

— Это как?

— Я регистрирую чрезвычайную плотность живых организмов, но они не подлежат обычной классификации в силу одновременного обилия признаков всех известных таксонов, они же царства.

Чего? Одновременного обилия признаков? Это как? Напрягла память, вспоминая разрозненные знания, почерпнутые самостоятельно из сети. Какие там существуют царства? Вроде бы животные, растения, грибы, бактерии, археи, протисты, вирусы… И что, получается невозможно разобрать кто тут есть кто? Или кто есть что? Ничего не понимаю, как это может быть.

— Эммм… — озадаченно я посмотрела на Салливана, который состроил мне “я же тебе говорил” мину и покорно стала натягивать легкий скафандр.

Прежде чем активировать фильтрационный щит-шлем на головах обоих, Киан коротко, но каким-то таким привычным движением коснулся губами моего виска, как будто делать такое давным-давно стало чем-то вроде нашего обычая. А я не смогла сдержать улыбки.

Только начала откатываться тяжелая шлюзовая дверь и мне пришлось начать часто моргать и щуриться. Столько света и красок моим глазам видеть не приходилось, та самая терра-зона на Рама-Си и близко не стояла. Я, наверное, выглядела очень глупо, стоя на краю аппарели сильно щурясь и не в силах закрыть рот.

Все вокруг было живым. Серьезно, как еще охарактеризовать я и не знала. Это буквально нутром ощущалось, всеми нервами, даже сквозь барьер скафандра. Его скромной защите ничуть не удавалось скрыть потоки энергии жизни, что пульсировала, кажется, даже в местном воздухе. Теперь я понимаю, почему Салливан решил поостеречься даже от его прямого вдыхания. Только чудиться мне, что все степени защиты и скафандров и даже корабля тут — тьфу и растереть. Эта мощь вокруг… с ней никому не тягаться и от нее не прикрыться.

— Смелее, Лав! — подбодрил меня Салливан и первым шагнул с металла на траву.

Я последовала за ним и снова замерла, даже чуть испугавшись, когда пестрый ковер запросто поглотил мою ногу чуть ли не до колена. И вообще, это так странно — наступать не на твердый каменный пол шахты или композитное покрытие, а на нечто мягкое, зыбко-ненадежное, неумолимо сминавшееся под подошвой, что померещилось мне каким-то кощунством. А вот Киан не стеснялся топтать траву и потянул меня за руку за собой.

— Идем, Лав, я покажу тебе кое-что, чего ты никогда не видела.

Он явно торопился, а я — наоборот. Вокруг и так было то, чего я сроду не видела. Трава, то ярко-зеленая стелющаяся, то серебристая, как тончайшие льдистые иглы, то багровая, едва ли не черная, буро-желтая, полосатая вдоль и поперек, низенькая, высоченная, плотными кустиками и ровным ковром… просто неимоверное количество и разнообразие, от которого у меня рябило в глазах. И как будто этого мало — при каждом шаге из нее что-то выпархивало, хлопая яркими крыльями, выпрыгивало с треском, поблескивая похожим на металлический блеском, разбегалось с писком и шуршанием.

У меня на первых шагах чуть сердце через горло не выпрыгнуло, и за малым я не вскарабкалась с визгом на Киана. Мой опыт вопил, что ничего хорошего шастать под ногами не может, того и смотри цапнут или мерзко поползут по коже, щекоча колкими лапками-усиками и наличие скафандра, совершенно это исключающие, не сразу успокоило.

— Спокойно, Лав, пока я тут никого агрессивного не засек. — успокоил меня Салливан, но я то в голове держала, что защитный периметр он вокруг Пули установил.

Продолжала вертеть головой, путаться ногами и таращиться по сторонам, силясь рассмотреть и запомнить, пока Киан тащил меня вперед, так что ЭТО появилось передо мной внезапно и вогнало в ступор.

— Это… это все вода? — шокированным шепотом спросила, глядя на раскинувшуюся перед нами зеленовато-голубую подвижную ленту, гипнотизирующе поблескивающую небольшими волнами.

— Это принято называть рекой, цветик. — хохотнул Салливан, явно довольный произведенным эффектом.

— А-а-ага… в смысле я знаю. — зачарованно ответила я.

Я же не совсем дикарка, читала описание рек и в гало фильмах видела… хотя ничего из этого не подготовило меня к реальности. Вода… очень-очень много воды… Жидкой, а не огромные ледяные глыбы, какие транспортировали с внешнего периметра астероидного кольца Рагунди, топили и кое-как очищали. Вода, которая текла просто так, не из труб, сама по себе. Почему она такого цвета? Должна же быть бесцветной, прозрачной.

Осторожно подойдя поближе, я вытянула шею, всматриваясь. Ну да, вон у самого края… берега, да, так это называют, она совершенно привычная, прозрачная, но дальше почему-то синела и зеленела. Мучимая любопытством я сделала еще один шаг, выступая из травы на свободную от нее полосу грунта и вдруг кто-то заверещал. Весь, как показалось, берег пришел в движение, грозно зашуршало, будто в шахте начался обвал и десятки существ, которых я почему-то в упор не замечала до сих пор, скатились в реку, превратив воду в рыже-бурую муть. Этого мои и без того натянутые нервы не выдержали и я очутилась на Салливане раньше, чем успела это осознать. Вскарабкалась, вцепилась, прижалась так, что попробуй оторви. А он … этот засранец расхохотался. Реально, принялся ржать во все горло, прижимая к себе еще крепче и выглядя до неприличия довольным.

— Что?! — возмущенно спросила я. — Ты знал, что они там?

— Нет, Лав, я не отходил от корабля слишком далеко, чтобы не оставлять тебя. Видел реку издали.

— Тогда чего же ржешь?

— Ты никуда не побежала.

— И что?

— Ты очень испугалась, Лав, но не побежала прочь, не к кораблю. Ко мне кинулась. — говоря это он зачем-то стал плавно вертеться, кружа меня.

— Это важно?

— Чрезвычайно. Жизнь налаживается, цветик.

Ничего я не поняла, но раз он рад — пусть себе. И это, оказывается, так здорово и приятно — когда тебя кружат. Очень-очень.

Муть, поднятая береговыми невидимками очень быстро осела и вода стала прежней. А мне так захотелось ее хотя бы потрогать, понюхать, но Салливан уперся намертво.

— Ни в коем разе, Лав. Мучают меня смутные сомнения, что все тут не такое простое, каким кажется.

— Это как?

— Ты разве не ощущаешь… — он замялся и нахмурился, пытаясь подобрать определение, но не смог. — ... что-то?

— Если ты о какой-то… вибрации что ли, как рядом с мощным полем, то да.

— Во! — обрадовался Киан. — Оно самое, цветик. Боюсь, во всем тут есть какие-нибудь … ну, скажем, сюрпризы.

— Какие?

— Хрен его знает, но рисковать не будем. Просто смотрим, никаких прямых контактов. — он перехватил мой сожалеющий взгляд в сторону реки и обнял за плечи. — Не парься, Лав. Нам уже хорошо отстегнули за этот рейс, так что, мы с тобой сразу после него рванем на какую-нибудь курортную планетку, с морем и зеленью.

— Где, вполне вероятно, я даже днем из корабля не смогу выйти.

— Фигня вопрос! — беспечно отмахнулся Салливан. — Мы предварительно тщательно выясним и все будет супер. Оттянемся от души.

— Думаешь, если тут воздухом напрямую подышать или водичку потрогать, то, как в ужастиках начнешь мутировать не пойми в кого?

— Как один из возможных вариантов. Надеюсь, что просто быть здесь достаточно безопасно. Так что, мы ждем ровно оговоренное время и сразу сваливаем, хрен с ней, второй частью бабла.

***

— Вот прикинь, несется на нас такое чудо-юдо, размером с Пулю, волосатое, по хребтине колючки, а хохотало там — наш штурмовой броневик со свистом пролетит. Мы все чуть не обделались, еще секунда и палить бы начали и тогда бы все — кабздец нам. Нам потом местные сказали, что тварь эта от пальбы вообще свирепеет, а убить ее не так-то и просто, растоптал бы всех, прежде чем кони двинул. Короче, чудом мы удержались, а паскуда эта страшная в последний момент тормознула, поревела и обратно свалила в свою болотину. Они, страховидлы эти, оказывается вообще травоядные. Просто пугают, территорию охраняют свою и детенышей. А хищники там совсем другие, мелкие, типа земных медведей, только стайные, паскуды.

Ждать возвращения заказчиков нам пришлось трое суток. И к моему удивлению, они промчались незаметно. Отходить от корабля далеко не рисковали, на случай необходимости экстренного старта, так что, большую часть времени мы с Кианом проводили сидя по турецки или лениво валяясь в легких скафандрах на аппарели, наблюдая за кишащей вокруг жизнью, которая активно порхала, ползала, прыгала, щебетала, пищала. Болтали и вглядывались вдаль. Точнее сказать, говорил в основном Киан, рассказывая мне о десятках мест, в которых ему случилось побывать за время службы. А я ловила каждое его слово, запоминала и одновременно думала о том, о чем он умалчивает.

Киан легко, часто смешно и красочно описывал всякие приключения, забавные ситуации, бытовые моменты, обычаи других рас и планет, природу, погоду, даже общие с сослуживцами пьянки-гулянки, но никогда, ни одним словом не упоминал о главной причине, по которой оказывался в тех уголках Вселенной. Никаких боев, убийств, штурмов, осад, десантов и прочих ужасов. А еще он все время обещал мне, что мы обязательно слетаем в какие-то места, которые он непременно хотел мне показать. А я слушала, жмурилась от яркого света и окружающих красок, и молча соглашалась. Да, я хочу всего это. С ним.

Закончились наши ленивые дни внезапно. Мы с Кианом как раз завтракали, когда завопила сирена, заставив меня подпрыгнуть.

— Сигналка периметра! — крикнул Салливан уже на бегу.

Я сначала рванула за ним, но он махнул мне в сторону рубки, напоминая об условии заказчика. Точно, готовность к моментальному старту. Все это время движки на Пуле я полностью не глушила, так что, потребовалось меньше двух секунд, чтобы подготовить их к взлету.

Со стороны шлюза послышались мужские голоса, я развернулась в пилотском кресле, силясь рассмотреть вернувшихся.

— Взлетаем! — заорал еще невидимый Киан и по полу забухали ботинки, грохнула шлюзовая дверь. — Давай-давай, Лав!

— Пристегнитесь! — велела и дала команду на взлет.

Вжало в кресло, сзади загрохотало, как будто кто-то упал и покатился, раздался стон, пугая меня.

Киан, преодолевая перегрузку появился минут через пять, рухнул в навигаторское кресло, а я глянула на него вопросительно, а потом и испуганно, заметив на перчатках и грудном щитке скафандра кровь.

— Только Гриф. — ответил он на мой безмолвный вопрос и лицо его выглядело окаменевшим. — Поднажми, Лав. Он сказал, что нужно валить побыстрее или будет худо.

— Пуля, переходим на максималку! — послушно отдала я приказ и вздрогнула, ощутив … нечто.

— Ты…? — вытаращилась на Салливана.

— Да. — скупо кивнул он, подтверждая, что мне не почудилась странная волна, прокатившаяся по нервам и поднявшая дыбом все волоски на теле.

Вторая, еще сильнее, пронеслась по нам в момент прохода из замкнутой сферы Хранилища буквально пнув корабль. Пуля полетела кувырком, как мячь, которому хорошенько наподдали и мы едва не вылетели из кресел.

Едва мне удалось стабилизировать корабль и встать на курс, как в углу экрана, где отображалась сама графитовая сфера стало что-то происходить.

— Твою ж мать! — шокированно выдохнул Киан, наблюдая за тем, как идеально ровная поверхность пошла трещинами и начала рушиться внутрь.

В полном безмолвии космоса на наших глазах схлопывалось, исчезая безвозвратно невозможное чудо, загадочное наследие древней расы.