Элла. Тёмные отражения прошлого

Глава 18. Загадочные исчезновения

— Исходя из всего испытания, мы пришли к одному общему решению, – профессор Левен откашлялся, поправляя очки, сползающие с переносицы. Вокруг длинного стола уселись профессора, во главе с магистром. — Суть испытания заключалась в командной работе и в умении быстро принимать решения, не поступаясь при этом принципами. Через портал одновременно прошли адепты Сэмвелл Ронн и Кайл Рейвенвуд. И вот тут начинается расхождение. Адепт Рейвенвуд, минуя практически все этапы испытания, схватил артефакт. Это недопустимо. Не только за такое пренебрежение к установленным правилам, но и за демонстративное игнорирование самой сути командной работы.

Левен снял очки, протер их уголком мантии и водрузил обратно на нос.

— Команда Сэмвелла Ронна, напротив, показала достойные результаты на всём пути в саду – вместе с мисс Диггл они преодолевали препятствия, демонстрируя слаженность и взаимовыручку. Они столкнулись со сложными головоломками, коварными ловушками и даже с проявлением древней магии, но ни разу не отступили. И кульминацией, несомненно, стал самоотверженный поступок мисс Диггл. Не раздумывая, адептка кинулась под завалы, спасая своего… товарища, своего союзника. Это не просто акт героизма, это демонстрация истинного духа сотрудничества, готовности пожертвовать собой ради общего блага. Это то, что мы стремимся воспитать в наших адептах.

В голосе профессора прозвучало едва уловимое уважение. Я стояла рядом с Сэмвеллом, и, несомненно, была очень довольна услышанным. Обычно профессора не рассыпались в комплиментах в мою сторону, скорее наоборот. Но сейчас, похоже, даже у них не оставалось сомнений в том, что я поступила правильно.

Магистр медленно обвел взглядом присутствующих, словно взвешивая каждое слово, которое собирался произнести. Его взгляд задержался на секунду на Кайле, который стоял чуть поодаль, сложив руки на груди и храня непроницаемое выражение лица.

— Итак, решение принято, — наконец произнес магистр. — Адепт Сэмвелл Ронн и его команда, в составе мисс Диггл, признаны победителями второго этапа. Они продемонстрировали не только выдающиеся магические способности, но и, что гораздо важнее, умение работать в команде, проявлять сострадание и самопожертвование. Адепт Рейвенвуд будет подвергнут дисциплинарному взысканию за нарушение правил и проявление неуважения.

Я не могла сдержать улыбку, расплывшуюся на лице. Мы победили. Вместе.

***

В тот момент, когда мы покинули кабинет, на моё плечо легла тяжелая рука. Сэмвелл стремительно ушёл прочь. Я же медленно обернулась в сторону того, кто остановил меня и замерла.

— Я наслышан о вас, мисс Диггл. И сказать честно, заинтересован. — Отец смотрел в сторону и стоило ему повернуть ко мне взгляд, как он застыл вместе со мной.

Кажется, я не дышала, не в силах пошевелиться.

Взгляд его, до того скользивший мимо, впился в мои глаза.

— Этот взгляд… — пробормотал он, словно сам себе. Голос его был тихим, неуверенным, непохожим на тот властный тон, которым он говорил секундой ранее. — Невозможно…

Он оборвал фразу, словно испугавшись собственных мыслей. Нахмурил брови, пытаясь скрыть замешательство.

— Мисс Диггл, — резко сказал он, отбрасывая прежнюю неуверенность. — уделите мне немного вашего время.

Не дожидаясь моего ответа, отец прошёл вперёд и жестом указал на один из пустующих кабинетов поблизости. Он открыл дверь, пропуская меня вперёд, и вошёл следом, закрыв дверь за собой с тихим щелчком. Затем предложил мне сесть, сам же остался стоять у окна, скрестив руки за спиной. Он молчал, внимательно наблюдая за мной, словно изучая редкий экспонат.

— Мисс Диггл, — начал он наконец, его голос звучал ровно и беспристрастно, — я пригласил вас сюда не для того, чтобы обсуждать ваше… героическое поведение в саду. Хотя, не спорю, оно заслуживает похвалы. Но меня интересует другое.

Сердце ухнуло в пятки. Догадался ли он? Узнал меня?

— Что интересует вас, профессор Даррмон? — спросила я, стараясь сохранить нейтральный тон.

— Скажем так, — ответил он, слегка улыбнувшись, — меня интересует ваша тёмная сторона, мисс Диггл.

— Простите, не понимаю, о чем вы, — проговорила я, тщательно выверяя каждое слово.

Отец отвернулся от окна и медленно приблизился ко мне, его взгляд был как никогда пристальным и пронизывающим. Я, игнорируя неприличия, невольно впилась в черты его лица. Высокий лоб, острые скулы, волевой подбородок … Он привёл себя в порядок, и сейчас я вновь узнавала в нем того воина, каким он был прежде. Лишь явная худоба и отсутствие жизни в глазах, выдавали пережитую им боль.

— Как вам удалось коснуться тьмы и при этом … остаться собой? Возможно, вы использовали какой-то артефакт? Или же … геккон? С его помощью вам удалось подчинить тьму своей воле?

— Профессор, боюсь, вы переоцениваете мои силы, — ответила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Я не использовала никаких артефактов. И геккон здесь ни при чем.

— Что тогда? — он приблизился ещё ближе, так, что я чувствовала исходящее от него тепло. Его взгляд прожигал меня насквозь. — Неужели вы действительно хотите сказать, что совершенно не чувствуете тьму внутри себя? Что она не бурлит в ваших жилах, не шепчет вам на ухо свои коварные планы?

Он не узнал меня.

— Я не думаю, что тьма — это всегда зло, — наконец произнесла я, думая в этот момент о Коде. — Она может быть и силой, и защитой, если ее правильно использовать.

— Опасные слова, мисс Диггл, — усмехнулся отец. — Очень опасные. Тьма ненасытна, она всегда требует большего. Она поглотит вас, если вы не будете осторожны. Поверьте, я видел многих, кто думал, что сможет контролировать тьму. И ни один из них не преуспел. Все они в конечном итоге были ею уничтожены.

Я вышла в коридор, оставляя отца позади. Прежде чем закрыть за собой дверь, я обернулась, чтобы еще раз взглянуть на него. Его силуэт, слегка сутулый и усталый, маячил из стороны в сторону. Я не могла разобрать выражение его глаз, но чувствовала в них ту же неизбывную печаль, что преследовала меня последние несколько лет.

В горле мгновенно пересохло. Желание броситься обратно, обнять его и сказать что-то важное, что-то, что могло бы всё изменить, было почти нестерпимым.

«Я должен уничтожить её»..

Эти жестокие слова вновь эхом отозвались в моей голове. Я содрогнулась и решительно повернулась к лестнице, отгоняя всякие неразумные желания.

Мои ноги сами несли меня к моей комнате, где я надеялась обрести хотя бы временное укрытие от мрачных мыслей. Оставалось лишь несколько шагов до лестничной площадки, когда вдруг, из-за полуоткрытой двери кабинета донесся приглушенный голос Тананы Вейс.

— Это третий адепт с магического направления, который пропал. Тебе не кажется, что пора что - то предпринять, Велнор? Я здесь именно по этой причине, но мы попросту тратим время, отвлекаясь на турнир!

— Танана, я понимаю твою тревогу, – ответил профессор. – Но паника среди учащихся сейчас последнее, что нам нужно. Мы проводим тщательную проверку в Академии.

– И что это дало? – в голосе Тананы звучало отчаяние. – Три пропавших адепта, отличники, перспективные маги! И никаких следов. Никаких зацепок!

Я медленно прислонилась спиной к стене, стараясь не шуметь. Третий пропавший адепт? Что это значит?

— Возможно, они просто сбежали, — возразил третий голос. – Учеба в академии непростая, не все выдерживают.

— Сбежали? — профессор Вейс перешла на более громкий тон. — Уверена, меня не стали бы вызывать в академию, если бы всё было так просто. Адепт Мираэль, племянник самого Ринара Гловена, сбежал от учебы? Полная чушь! И вы прекрасно это понимаете сами.

Внезапно, воздух словно наэлектризовался. Я почувствовала сквозь одежду легкое покалывание.

БАХ!

Дверь кабинета с оглушительным звуком захлопнулась, оборвав все, что я могла услышать. Звук эхом прокатился по коридору, заставив меня вздрогнуть. Я отпрянула от стены и поспешила прочь. Неслась по лестнице, стараясь не споткнуться. В голове пульсировали обрывки услышанного разговора. Выходит, что появление профессора Вейс в академии не случайно.. Она здесь из-за пропавших адептов. И по всей видимости, некий Мираэль пропал совсем недавно.

Добравшись до своей комнаты, я захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь отдышаться.

Резкий щелкающий звук отвлек меня от мрачных размышлений. Из-под моей кровати показалась голова Коды, внимательно обнюхивающая воздух. Затем, проявив недюжинную грацию, он выбрался наружу целиком.

— Кода! — Я обняла своего маленького друга, прижимая его прохладную, чешуйчатую кожу к себе. — Куда же ты исчез?

— Древний опасный. Я не могу находиться рядом с тобой. Человечки не видят, древний увидит. Испепелит.

— Древний? Ах.. ты про геккона. Он ведь еще совсем кроха, не испепелит, — рассмеялась я, однако выражения опасения на мордочке Коды ничуть не убавилось. Наоборот, он затряс головой с глубоким отчаянием.

— Кроха? Нет! Древний! Очень, очень опасный! Уничтожит тьму, чувствует.

— Ладно, ладно, я поняла, — сказала я, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать Коду еще больше. — Просто не приближайся к древнему и всё будет хорошо.

У гекконов, действительно, была уникальная способность ощущать тьму, различать даже самые тщательно скрытые её проявления. Поэтому было странно, что один из них, вопреки моей тёмной сущности, проявил ко мне необъяснимую привязанность.

— Ты другая, — произнёс Кода, словно прочитав мои мысли.

— Уж не знаю, какая я. — Привстав с колен, я подошла к окну. "Ктоя" – это вопрос, который я задавала себе бесчисленное количество раз, но так и не могла найти ответа. Одна сторона меня отчаянно хотела быть нормальной, жить обычной жизнью, дружить, любить… Но другая, темная, постоянно напоминала о себе, заставляя меня чувствовать себя чужой в этом мире.

— Защита ослабла, — внезапно веселее заговорил Кода. — Я теперь могу приходить к тебе не затрачивая энергию.

— Ослабла? — переспросила я. — В академии?

— Не только здесь, везде! Защита слабая, очень слабая! Темные покидают свои пристанища. — Он взмахнул своими крошечными лапками, словно показывая, как толпы теней покидают свои укрытия.

Эти слова вызвали у меня нехорошее предчувствие. Если защита ослабла повсеместно, и темные существа почувствовали свободу это могло означать только одно: что-то надвигается. Что-то большое и опасное. Как тогда, на ферме.

— И что они делают? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Разное! — Кода пожал плечами. — Пугают людей, воруют вещи, шепчут гадости во сне. Тьма собирается! Все темные чувствуют. Скоро придет… Нужное время!

В животе похолодело. “Нужное время” звучало как предзнаменование чего-то ужасного. Разворачивающегося хаоса.

— Что происходит? — прошептала я, скорее себе, чем Коде. Все эти события, словно кусочки мозаики, складывались в тревожную картину. Неужели все это связано? Неужели Темные причастны к исчезновениям адептов?

— Кода, — вновь обратилась я к нему, присев на корточки. — Ты сказал тьма собирается.. Ты видел их? Кто они? Такие же как и ты или это … другие?

— Злые. Холодные. Как ветер, но живые. Без глаз, но видят.

Его описание было расплывчатым, но достаточно жутким. Воображение рисовало отвратительные образы. Уверена, уггры лишь жалкая тень того, с чем мы можем столкнуться. Никто из ныне живущих не видел истинную тьму. Тьму, пожирающую миры…