Элла. Тёмные отражения прошлого

Глава 37. Шанс

Когда я открыла глаза, то обнаружила себя в подземелье. Снова на том же камне, с той же печатью, не позволяющей мне двигаться. Я вновь вернулась в своё тело, только вот совсем его не чувствовала.

Слёзы оставляли мокрые следы на сером камне. Не слезы от боли, нет. Скорее, от усталости. Вечной, гнетущей усталости от этой борьбы, от этого жестокого мира. От невозможности вырваться из этого ада…

Я смутно помнила то, что произошло после нахлынувшей боли. Однако, отчетливо помню крепкие объятия отца. То, как он укачивал меня, поглаживая дрожащей рукой голову. И помню сказанные им слова, которые, хоть на миг, но согрели мою заледеневшую душу.

«Я нашел способ, наконец-то нашёл .. Теперь я смогу её уничтожить, слышишь? Смогу уничтожить тьму, что отравляла твою жизнь все эти годы. Мы справимся, Элла»

Мы справимся…

Все это время отец искал решение … искал нас. И вовсе не желал моей смерти. Возможно, если бы я тогда не струсила.. если бы открылась ему, то все бы сложилось иначе...

Собрав последние силы, я приподняла голову – единственное, что мне позволяла печать. И тут же ощутила сдавленную боль в сердце. Из тёмного угла пустым, безжизненным взглядом на меня смотрел Сэмвелл.

Я дёрнулась всем телом, пытаясь вырваться из цепких пут печати. Бесполезно.

— Сэм …

Он не двигался, не реагировал на мой беззвучный зов, лишь смотрел.

— Сэм, — произнесла я чуть громче, — Что она сделала с тобой? Как ты здесь…

— Как грубо. — Адриана бесшумно приблизилась к сыну. Её тонкие пальцы коснулись его подбородка, приподнимая его лицо. — Это ведь ты его сюда привела, Элла. Ты выбрала свою мать, и тебя можно понять.

— Нет… — прошептала я, мои слова утонули в тишине подземелья. — Это неправда, Сэм! Я искала другой выход, я бы никогда …

— Напротив, — усмехнулась она. — Ты сыграла свою роль безупречно. Полезнее, чем могла представить.

— Я не понимаю, о чём вы.

Адриана наклонила голову, словно раздумывая, с какой стороны лучше нанести удар.

— Видишь ли, внезапное возрождение одного из Великих существ вовсе не входило в наши планы. Это стало досадной помехой. Мы и не рассчитывали избавиться от него столь скоро… — её губы растянулись в тонкой улыбке. — Но его жертва... жертва ради тебя превзошла все ожидания. Взять на себя оголодавшую тьму, впитать её целиком, лишь бы избавить тебя от мучений … Это было впечатляюще!

— Жертва? О какой жертве идет речь? — я судорожно пыталась отыскать в памяти хоть малейшую информацию, хоть малую часть воспоминаний, но тщетно.

— Довольно! Повелитель достаточно ждал, — Адриана зловеще улыбнулась, и две фигуры в черных робах, лица которых скрывали глубокие капюшоны, бесшумно приблизились к Сэмвеллу. Они схватили его под руки, крепко удерживая. Он не сопротивлялся, его глаза оставались пустыми.

Адриана повела их взглядом в сторону выхода.

— Ведите его. Повелитель ждёт.

Я наблюдала за всем этим, беспомощно прикованная к камню, пока грубые руки не уволокли меня следом за ним.

Из узкого подземелья нас вывели в широкий коридор, освещенный факелами. Я судорожно цеплялась взглядом за спину Сэма, пытаясь поймать хоть какой-то намек на жизнь в его безвольной фигуре.

Шаг за шагом, коридоры сменялись, пока мы не достигли огромного зала. Его своды терялись в полумраке, а в центре, на возвышении, сидел, по всей видимости, тот самый Повелитель. Эта безликая, темная сущность была точно такой же, как и в тот день, когда я искала маму. Без лица, без очертаний, без души.

Зал был заполнен тёмными, их лица были скрыты капюшонами. Они молчали, неподвижно наблюдая за происходящим. Были ли они в прошлом обычными людьми или это очередная нечисть? Впрочем, всё это было неважно.

Мой взгляд устремился к Сэму, которого грубо поставили на колени в нескольких шагах от их повелителя. Тёмная фигура, покинув своё место, медленно спустилась к нему.

— Мой сын - избранный небесами! — громко произнесла Адриана, обращаясь к толпе. — Атрион признал его силу и мощь, обнаружил сразу несколько потоков. А на небе зажглась его звезда, признак величия! — Женщина подняла руки вверх и все присутствующие тут же встали на одно колено, словно демонстрируя своё почтение и признание.

— Перед лицом всего мира, ты удостоен стать избранным сосудом для нашего всемогущего повелителя. Это честь, превосходящая все, что ты мог вообразить! Когда его сущность сольется с твоей, границы реальности падут, и мир, трепеща, склонится перед нашей мощью!

Сосуд?Я смотрела на Сэма, на его склоненную голову, на неподвижные плечи — и отказывалась принимать смысл сказанного.

***

— Я думала, ты уже потерял рассудок. — Мой голос эхом разошёлся под сводами зала. Фигуры в чёрных робах стояли неподвижно, окружив нас плотным кольцом.

Я смотрела на факел, вбитый в стену. На игру его пламени, искажающего всё вокруг.

— Так и есть, потерял, — глухо ответил Сэм, всё также сидя на коленях.

— То, о чем они говорили …

— Этому не быть, — тихо перебил он, не отрывая взгляда от пола. — Я не позволю использовать себя, но и они ошибаются…

— Может есть способ выбраться отсюда? — Я медленно обвела взглядом зал. Тёмные стояли слишком ровно, слишком уверенно. Ни шороха, ни движения — только тяжёлое, давящее присутствие. Их было много. Очень много.

— Если бы он был… нас бы так не оставили, не будь они уверены В нашей беспомощности.

Сэмвелл был прав. Несмотря на то, что я вновь владела своим телом, магия внутри не отзывалась, будто её высосали из меня. Все, до последней капли.

— Возможно, совет Аэллума..

— Нет никакого совета, Элла.. — Сэмвелл одним резким движением оказался напротив меня, хватая за плечи. — Совет распался, многие перешли на тёмную сторону.

Его пальцы сомкнулись на моих плечах. Я почувствовала, как напряглись его мышцы, будто он собирался с силами, прежде чем сделать шаг, от которого уже нельзя будет отступить.

Он наклонился ближе. Так близко, что между нами не осталось пространства. Его лоб коснулся моего — холодный, чуть влажный от напряжения. Я слышала его неровное дыхание.

Его руки медленно скользнули вниз, оставляя за собой горячие следы.

— Есть лишь один способ. Послушай меня внимательно, Элла… — произнёс он почти беззвучно, наклоняясь к моему уху.

От его голоса по спине пробежала дрожь. Он говорил так тихо, что мне пришлось задержать собственное дыхание.

— С самого детства я только и делал, что пытался защитить себя от присутствия тьмы. Долгие годы учился противостоять ей, и кое чему все же научился. Я не могу вывести тебя сам. — Короткая пауза. Он выдохнул, и этот выдох задел мою кожу. — Но я могу дать тебе всё, что у меня есть. Всё.

Его ладонь поднялась к моему лицу. Большой палец медленно, почти благоговейно провёл по щеке, словно запоминая её наощупь. Я замерла. Сердце билось слишком громко, заглушая мысли.

— Воспользуйся этим правильно, — добавил он. — Уверен, ты справишься.

И прежде чем я успела что-то сказать — он наклонился.

Поцелуй был неожиданно нежным. Его губы осторожно коснулись моих. И в этот миг внутри меня что-то изменилось. Я почувствовала тепло — сначала слабое, потом нарастающее, как дыхание перед криком.

— Нет… — я судорожно вдохнула, резко отстраняясь. — Сэм, ты…

Я упёрлась ладонями ему в грудь, чувствуя под пальцами биение его сердца — слишком быстрое, слишком неправильное. Я попыталась оттолкнуть его, но он лишь крепче прижал меня к себе.

— Тише… — прошептал он мне в волосы. Его руки сомкнулись вокруг моего тела, не давая вырваться. — Уже поздно останавливаться.

Энергия хлынула сильнее. Его энергия.

Я почувствовала, как он слабеет: как дыхание сбивается, как тело напрягается в последнем усилии. Его мышцы дрожали под моими руками, словно он удерживал что-то непосильное.

А во мне… во мне, наоборот, что-то просыпалось.

Сила, чужая и родная одновременно. Она растекалась по венам, наполняла грудь, пальцы, мысли. Мне стало жарко, будто я вышла из тени к свету, которого не знала раньше.

— Ты должна выжить, Элла, — сказал он почти беззвучно.

— А ты?.. — я всхлипнула, цепляясь за него.

Он не ответил сразу.

Только склонился и ещё раз коснулся губами моего виска — легко, почти невесомо. Поцелуй, в котором было больше прощания, чем обещаний.

— Я справлюсь, — соврал он, натягивая слабую улыбку.

— Ты не имеешь права решать за нас обоих.

Поток оборвался резко, и я тут же подхватила его, не дав упасть. Прижала к себе, чувствуя, как дрожь проходит по его телу.

Он уткнулся лицом в мою шею. Его пальцы судорожно сжали ткань на моей спине.

— Если бы ты знала… — прошептал он, и голос сорвался.

Он не поднимал головы. Говорил куда-то в изгиб моей шеи, туда, где пульс выдавал меня с головой.

— Я столько лет жил, будто всё вокруг — временно. Люди приходили и уходили, места менялись, даже страхи… — он горько усмехнулся. — Я привык не оставаться. Не привязываться. Не позволять себе чувствовать больше необходимого. Привык жить только лишь одной целью.

Он сделал паузу, глубоко вдохнул, словно собираясь с мыслями.

— Спасибо, Элла. Спасибо, что появилась в моей жизни. — Его голос стал тише, но в нём появилась странная ясность. — В моей жизни все стало … настоящим. Утро перестало быть просто утром. Тишина — просто тишиной. Я ловил себя на том, что думаю о тебе часами. О том, как ты смотришь, когда сомневаешься. Как упрямо сжимаешь губы, когда злишься. Как молчишь, когда тебе больно.

Он слегка повернул голову, и его дыхание скользнуло по коже. Руки ослабли, но он всё ещё держался за меня.

— Я понял, что если тьма однажды доберётся до меня… я хочу, чтобы у тебя был шанс. Ты удивительная девушка, Эллаиза. Особенная.

Он впервые назвал меня полным именем. И было совсем неважно, как и при каких обстоятельствах он понял, кто я на самом деле.