Эволюционер из трущоб. Том 18 ФИНАЛ

Глава 2

Трубку поднял мой одноглазый друг. Он своего рода пират, правда из благородных! Грабил лишь богатеев и всё раздавал бедным. Правда попутно он был тем ещё шантажистом и занозой в заднице. Но это всё в прошлом. Важно то, что люди его боготворили и слава о его благих деяниях разошлась по всей Империи. Тем более, что Маргарита Львовна по моей просьбе стала вести двойную отчётность…

Да, да. Поймали меня. Я провернул махинацию, согласно которой из государственной казны мы отщипывали один процент и отдавали его Вячу на реализацию социальных проектов. Где-то школу построить, где-то крышу подлатать, где-то инвалидам помочь. Почему мы действовали скрытно? Ну-у-у…

Сейчас идёт война на всех фронтах, и Артём явно захотел бы всё пустить в оборонную промышленность, однако это никак бы не помогло справиться с нависшими угрозами. А ещё нам с бабушкой просто нравилось смотреть, как Макар часами напролёт пытается найти недостающие средства в отчётах. Ха-ха. Попробуй их найди, когда Маргарита Львовна всё спрятала собственноручно!

— Вяч, мне нужна информация, — сказал я, но пояснять не пришлось.

— Вы о покушении на Императора? — спросил Вяч.

— Как всегда, в точку. Что слышно?

— Маловато времени прошло, чтобы всплыло что-то конкретное. Однако уже неделю в аристократических кругах мусолят слух, что граф Филатов и барон Шипилов подстрекают аристократию к измене. Не в открытую, разумеется. Просто ведут крамольные беседы, ищут недовольных, попутно вербуя самых отмороженных наёмников.

— Я тебя услышал. Спасибо, Вяч, — сказал я и, положив трубку, убрал телефон в карман.

Повернувшись к Артёму, я широко улыбнулся:

— Тёма, накрывай на стол. К нам едут гости.

Артём нахмурился:

— Чего? Какие, нахрен, гости?

— Граф Филатов и барон Шипилов. Думаю, они будут рады нанести визит Императору, на которого совсем недавно совершили покушение.

Азраил, стоявший рядом со мной, зарычал и выпустил струю чёрного дыма из ноздрей. Воздух моментально наполнился ароматом серы.

— Попроси своего питомца так больше не делать. Вонища жуткая, — скорчившись, произнёс Артём. — А что до гостей, то я приглашу их. Однако умолчу, что барон и граф станут главным блюдом на столе. — Артём зловеще улыбнулся.

А я лишь кивнул, соглашаясь с его мыслями:

— Пора напомнить аристократии, что измена карается смертью.

Спустя три часа во дворец прибыли гости. Граф Филатов и барон Шипилов въехали через главные ворота на роскошных бронированных автомобилях в сопровождении вооруженного кортежа. Взяли они с собой ни много ни мало, а двадцать магистров, по десять на каждого аристократа. Все в чёрных деловых костюмах и с надменными мордами.

То, что эта парочка так скоро заявилась в гости, намекало на то, что они чувствуют за собой грешок. Вопрос только, какой именно? Если Вяч прав, то два десятка магистров, которых они взяли с собой, должны закончить начатое в случае если Император наступит аристократам на мошонку.

Я стоял у окна тронного зала, наблюдая, как процессия входит во дворец. Улыбка сама собой возникла на лице, и я спросил в пустоту:

— Интересно. Почему на мирную встречу с Императором взяли двадцать боевых магов?

Артём стоял рядом, скрестив руки на груди:

— Думаю, они подозревают, что их позвали не на ужин, а на казнь.

— Скорее всего, — усмехнулся я.

Дверь тронного зала распахнулась, впустив внутрь графа Филатова и барона Шипилова. Филатов, мужчина лет шестидесяти, седые волосы зачёсаны назад, борода аккуратно подстрижена, дорогой камзол расшит золотыми нитями. Шипилов моложе, лет сорока пяти, тёмные волосы с проседью, лицо угловатое, взгляд хищный. За ними молча вошли и магистры. Магистры выстроились в сумраке, прижавшись спиной к стенам и замерли словно статуи.

Артём радушно улыбнулся и развёл руками в стороны:

— Граф Филатов! Барон Шипилов! Благодарю, что столь быстро прибыли по моему приглашению. Прошу, присаживайтесь. Обед уже готов.

В центре зала стоял длинный стол, уставленный блюдами. Жареная дичь, печёный картофель, свежий хлеб, графины с вином. Слуги стояли в стороне, готовые подать всё, что потребуется.

Филатов и Шипилов переглянулись, подошли к столу и сели напротив Артёма. Магистры остались у стен, держа руки на оружии. Слуги молниеносно налили вина в четыре бокала, протянув два из них гостям:

— Прошу, пейте. Вино отменное, из погребов покойного Императора, — произнёс Артём, отслеживая реакцию аристократов.

Филатов взял бокал, понюхал и сделал глоток. Шипилов, помедлив, последовал его примеру. Отставив бокал в сторону, Филатов спросил:

— Ваше Величество, позвольте узнать, почему именно мы удостоились чести отобедать, наслаждаясь вашим обществом?

Артём отпил вина, поставил бокал на стол и пристально посмотрел на аристократов:

— Есть один вопрос, который я хочу обсудить именно с вами. — Повисла тишина. Аристократы напряглись, а Артём не спешил продолжать. Он выдержал театральную паузу, сделал ещё глоток вина и, улыбаясь, спросил. — Скажите, граф Филатов, барон Шипилов, всё ли вас устраивает в правлении нового Императора?

Филатов и Шипилов переглянулись. Филатов сложил руки на столе и расплылся в радушной улыбке:

— Всё отлично, Ваше Величество. Вы прекрасно справляетесь. А почему вы задаёте такой странный вопрос?

Артём внезапно посерьёзнел, однако продолжил улыбаться, хотя теперь улыбка не касалась его глаз:

— Ходят слухи, будто вы готовите переворот. Собираете недовольных аристократов, вербуете наёмников. Я хотел бы услышать ваше мнение на этот счёт.

Шипилов вскочил со стула и ударил кулаком по столу:

— Это клевета! Грязная ложь! Кто посмел такое сказать⁈

Филатов протянул руку, останавливая своего вспыльчивого товарища:

— Спокойно, барон. Присядьте, — голос Филатова лучился спокойствием.

Шипилов нехотя сел обратно. Филатов посмотрел Артёму в глаза и улыбнулся.

— Ваше Величество, нынче на наших землях много недругов, которые хотели бы разжечь смуту и устроить гражданскую войну. Вот и распускают слухи, пытаются поссорить верных аристократов с их правителем. На самом же деле, мы с бароном невероятно верны своему Императору. Когда вы одолели Романова и освободили Империю от демонического гнёта, мы с Шипиловым открыли бутылочку шампанского за ваше здоровье. Уверяю, вы не найдёте более благонадёжных людей, чем мы.

Артём кивнул, улыбаясь:

— Рад это слышать. Я-то даже не сомневался в вашей верности. Но вот мой друг… — Артём посмотрел на меня и продолжил. — Он любитель перестраховываться. Думаю, вы знаете, что Михаил Константинович Багратионов — абсолют. Так вот. Он не просто абсолют, но ещё и владеет Ментальной магией. Настоящий виртуоз в этом деле. — Артём сделал паузу, наблюдая, как побледнели лица аристократов. — Вы не против, если мы прямо сейчас изучим ваши воспоминания? Сами понимаете, времена неспокойные. Необходима предосторожность.

Филатов застыл, делая хорошую мину при плохой игре, а вот у его друга нервишки окончательно сдали. Шипилов вскочил, и его рука молниеносно потянулась к клинку, висящему на поясе. Увы, я оказался быстрее. Швырнув вилку, я использовал пространственный обмен и очутился за спиной барона.

Мой кулак обрушился вниз с чудовищной силой. Удар пришёлся по темени, расколов череп, как яичную скорлупу. По залу разлетелся хруст ломаемых костей, а мозги брызнули во все стороны, попав на стол и лицо Филатова. Тело Шипилова дёрнулось и обмякло, рухнув под стол. Кровь хлынула из разбитого черепа, заливая персидский ковёр.

Глаза Филатова расширились от ужаса. Он понял, что пробил его смертный час, а посему нужно идти ва-банк. Вскочив, он закричал, срывая глотку:

— Прикончите их! Немедленно!

Двадцать магистров дёрнулись, но к оружию не потянулись. Просто продолжили стоять словно статуи.

— Вы оглохли⁈ Убить Императора! Во имя рода Романовых! — гаркнул Филатов, свирепо глядя на магистров.

Я усмехнулся и поднял руку, развеивая магию Теней, которой только что удерживал тела задушенных мною магистров. Двадцать трупов безвольно упали на пол. В зале воцарилась тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием Филатова. Артём встал, медленно обошёл стол и направился к графу, хищно улыбаясь:

— Знаете, граф? У вас столь изящная шея. Уверен, на ней будет отменно смотреться петля, когда вас повесят, — он остановился в шаге от графа и посмотрел ему прямо в глаза. — Стража! Взять его!

Двери с грохотом распахнулись. В зал вбежали десять гвардейцев в стальных доспехах. Схватили Филатова, заломив руки за спину, и для пущей острастки выдали пару ударов по печени. Граф будто не почувствовал боли и завопил, срывая глотку:

— Нет! Нет! Ваше Величество, прошу! Я не хотел! Меня заставили! Барон Шипилов! Всё он! Я лишь выполнял приказы! Он меня шантажировал!

— Да, да. Очень интересная история, — отмахнулся Артём. — Сможете её рассказать сокамерникам. Только рассказывайте побыстрее, так как вас казнят на рассвете.

Гвардейцы поволокли графа к выходу. Он всё ещё орал, моля о пощаде, но мы его уже не слушали. Артём с облегчением выдохнул, а я толкнул его в плечо и сказал:

— Напомни мне, чтобы я никогда не играл с тобой в карты. Блефуешь виртуозно.

— А ты придумываешь отличные планы, в которых мне только и остаётся, что блефовать, — усмехнулся Артём.

Я щёлкнул пальцами, и из пространственного кармана материализовался Азраил. Дракончик рухнул на ковёр, принюхался и облизнулся, учуяв свежие души. Чёртов обжора. Запихнуть его в пространственный карман удалось лишь после обещаний что накормлю свежими душами.

— Приятного аппетита, — произнёс я, кивнув в сторону мёртвых магистров.

Азраил разинул пасть и сероватая дымка потянулась из тел покойников, закручиваясь по спирали. Забавно, но эта трапеза оказалась весьма питательной. Наверное, из-за качества душ. Дракон рос на глазах. С размера пони увеличился до размера небольшой лошади. Артём с опаской покосился на моего питомца:

— Смотри, чтобы он и наши с тобой души не сожрал.

Я улыбнулся и почесал Азраила по голове:

— А разве у тебя есть душа? Думаю, Филатов и прочие аристо скажут в один голос, что ты бездушный монстр, который кошмарит их почём зря.

Дракон довольно заурчал и нагнувшись толкнул меня головой в грудь.

Вздохнув Артём посмотрел на трупы, валяющиеся на полу:

— Это верно. Монстр, который только что приговорил двадцать магистров. А ведь они могли помочь в борьбе с Тузом Крестов.

— Ага. Или могли бы помочь Тузу Крестов, начав сеять смуту в наших рядах. Мы всё сделали верно, — успокоил я брата.

— Может и так, — кивнул он и добавил. — Нужно убрать тела, да и стол с едой тоже. От созерцания разбрызгавшихся мозгов что-то аппетит пропал.

— Согласен, — кивнул я. — Кровь и мозги нам с тобой понравятся, если проиграем Тузу Крестов, но надеюсь, этого не случится.

— Ну и шутки у тебя. Такие чернушные, что даже в глазах потемнело, — хмыкнул Артём.

— Всё лучшее для любимого брата, — сказал я, отбив церемониальный поклон.

— Ага. Спасибо, блин, — хихикнул Артём и направился на выход.

Я последовал за ним, оставив слуг разбираться с последствиями резни. Выходя из зала, я выставил руку в сторону, и теневой жгут вложил в неё небольшой окровавленный кусок тряпки. А как иначе? Кровь двадцати магистров на дороге не валяется. В хозяйстве точно пригодится.

Леший мчался по следам нежити, оставляя за собой стену снега, подброшенного вверх. Покров света окутывал его золотым сиянием, чудовищно увеличивая скорость бега. Сейчас он нёсся со скоростью больше ста пятидесяти километров в час. Ветер ревел в ушах, мир превратился в смазанную картинку, где различимы лишь контуры крупных объектов вроде зданий.

Спустя два часа впереди показалось полчище мертвецов. Тысячи, сотни тысяч ходячих трупов. Рыцари смерти на полусгнивших лошадях, скелеты с мечами и щитами, зомби, раздувшиеся мясные шары, катящиеся по снегу. Над армией кружили костяные драконы, размахивая огромными крыльями.

В центре легиона парили высохшие мумифицированные тела личей, облачённых в истлевшие мантии. Их глазницы горели зелёным пламенем, а костлявые руки сжимали посохи с черепами.

Заметив их, Леший не сбавил скорости. Напротив, он лишь сильнее ускорился и на всём ходу врубился в ряды мертвецов, как метеор. Взмахнув руками, он сложил ладони перед грудью, и из них вырвался яркий луч света. Ослепительный и жгучий, испепеляющий всё на своём пути.

Леший развёл руки в стороны. Луч тут же разделился надвое, следуя за его ладонями, и прорезал толпу мертвецов, словно нож масло. Рыцари смерти разваливались пополам, разевая костлявые пасти в немом крике. Мясные шары лопались, разбрасывая во все стороны внутренности, горящие синим пламенем.

Одна-единственная атака уничтожила тысячи мертвецов, но и сожрала добрую четверть маны Лешего. Однако не все мертвяки погибали от магии Света. Десяток личей, парящих в воздухе, закрылись зеленоватыми щитами. Созданные барьеры с лёгкостью отразили лучи, а теперь личи, уставившись на Лешего, принялись колдовать, возрождая поверженную нежить.

Леший возмущённо выкрикнул:

— Эй! Уважайте чужой труд, ублюдки! Я вообще-то старался их прикончить!

Он потянулся к мане и поднял руки к небу. Магия Света взорвалась вверх, пробила тучи, достигла верхних слоёв атмосферы, а после Леший сжал кулаки, рявкнув:

— Познайте силу света, доходяги!

С небес обрушился столп света. Яркий и ослепительный, радиусом в сотню метров. Столп пронзил землю, накрыл личей, мертвецов, всё, что находилось в зоне поражения. Снег мгновенно испарился, земля раскалилась добела, воздух закипел. Мертвецы, попавшие под столп, испарились без следа.

Свет угас. Леший, тяжело дыша, опустил руки. Он был уверен, что увидит обугленные останки личей. Но личи до сих пор парили в воздухе, а их щиты, хоть и треснули, но сумели выдержать подобный выпад.

Личи разинули костлявые пасти и синхронно зашипели. Звук был нечеловеческий, он больше походил на змеиное шипение, смешанное со скрежетом металла по стеклу. Леший зажал уши и скривился от боли. Осев на снег, он заметил, что внезапно стало темно.

— Твою мать! — рявкнул он, отпрыгивая в сторону.

Туда, где только что стоял Леший, рухнул костяной дракон. Пустые глазницы, горящие зелёным пламенем, уставились прямо на Лёху, будто жаждали пожрать не только его плоть, но и душу. Дракон разинул пасть, и из неё вырывалось некротическое пламя. Однако Леший был куда быстрее этой груды костей.

Лёха ушел в сторону и выбросил вперёд указательный палец, из которого вырвался тонкий, сфокусированный луч толщиной с карандаш. Луч полоснул дракона по шее, начисто срубив голову. Разумеется, дракон не помер, так как его ядро не было разрушено, но секундное замешательство подарило Лешему возможность перейти в насту… А, нет. Не подарило.

Леший развернулся, готовясь атаковать личей, личи уже выбросили вперёд свои посохи. Из черепов, венчающих посохи, вырвались некротические лучи. Тёмно-зелёные пульсирующие линии преодолели две сотни метров за одно мгновение и врезались в щит света, который Леший успел сформировать в последний момент.

Щит моментально покрылся трещинами, готовый разлететься на куски в любой момент. Леший стиснул зубы и вложил в заклинание больше маны. Трещины начали зарастать, но расход маны был слишком велик. В защите не отсидишься. Нужно делать решительный рывок и валить отсюда к чёртовой матери.

Личи резко оборвали заклинание. Зеленоватые лучи исчезли, а мертвяки разинули пасти, зашипев ещё громче. В воздухе материализовались фиолетовые шары. Их были сотни. Каждый размером с футбольный мяч.

— Дайте угадаю, из каждого шарика сейчас ударит лучик? — усмехнулся Леший, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Леший нервно сглотнул, оглядел шары, окружившие его со всех сторон, и резко сорвался с места. Выхватив из-за спины два кинжала, он набросил на оружие покров света и превратился в золотую молнию, пролетевшую между шарами, уклоняясь от выстреливших зелёных лучей.

Некротические лучи раз за разом били туда, где Лешего уже не было, оставляя после себя дымящиеся кратеры. Леший уворачивался, прыгал, вращался в воздухе как юла, постепенно приближаясь к личам.

Взмахнул кинжалом, он рассёк защитный барьер и ворвался внутрь. Левый кинжал швырнул в черепушку лича, стоящего перед ним. Лезвие вошло промеж глаз. Правым кинжалом он прорезал шею костлявого, заставив голову отделиться от тела. Леший ловко поймал череп на лету, засунул пальцы ему в глазницы, убрал кинжал в ножны и тут же выхватил телепортационную костяшку, влив в неё ману.