Хозяин рубежа. Книга IV

Глава 4

Проснулся я сам. Сяолун меня не стал будить, из чего я сразу заключил, что время ранее. Однако, глянув на часы, понял, что ошибся: стрелки показывали половину одиннадцатого. Честно говоря, учитывая, во сколько я лёг и как провёл часть ночи, это было не так уж и поздно. Я был почти уверен, что мне потребуется больше времени, чтобы выспаться. Тем не менее, чувствовал я себя бодрым и свежим. Насколько это возможно сразу после сна, конечно.

Откинув одеяло, я нашарил ногами тапочки и прошлёпал в ванную. Под конец процедур окатился холодным душем. Что взбодрило меня уже окончательно.

Похоже, несмотря на то, что накануне я был совершенно вымотан, интеграция тёмной материи, расширившая мою энергетическую систему, пошла мне на пользу. Главное — чтобы не возникло неприятных побочек. А они вполне могли случиться, ведь я пока знал о тёмной материи очень и очень мало.

Когда я оделся, в комнату постучали.

— Входите! — крикнул я. — Не заперто.

Порог переступил Сяолун.

— Доброе утро, хозяин, — поклонился он. — Как спалось? Вы поздно легли вчера, и я решил вас не будить.

— Очень мило с твоей стороны. Выспался отлично. Прямо на удивление. Как там наш гость?

— Господин Бакаев пробудился минут сорок назад и отправился на прогулку. Я предложил ему составить компанию и провести экскурсию по поместью и поселению, но он отказался, сославшись на то, что имеет привычку совершать утренний променад в одиночку.

— Ясно. И что, он до сих пор гуляет?

— Да, хозяин. Кажется, его весьма интересуют дела в Львовке. Даже в церковь заглянул.

— Молился?

— Исповедался.

— О как! А сейчас он далеко?

— Нет, возвращается. Полагаю, вы сочтёте нужным пригласить его на завтрак?

— Само собой. Это ж не проблема?

— Ни в коем случае, хозяин. Я распорядился учесть присутствие господина полицеймейстера.

— В таком случае, как явится, сообщи ему, что я жду его в столовой.

— Разумеется, хозяин. Прикажу накрывать. Если позволите заметить, не нравится мне ваш гость. По-моему, он скользкий тип.

Я усмехнулся.

— Ни убавить, ни прибавить, дружище. Вот тут ты прямо в точку попал.

— Значит, вы будете с ним держаться осторожно?

— Я со всеми держусь осторожно. Приходится, знаешь ли. Иди, займись завтраком.

Когда дворецкий удалился, я взял расчёску и провёл несколько раз по волосам. По идее, пора бы постричься. Ну, да ладно, это успеется. Есть дела поважнее.

Подмигнув своему отражению, я отправился в столовую.

Когда вошёл, слуги как раз ставили тарелки и раскладывали приборы. Садиться я не стал. Вместо этого подошёл к окну и отодвинул занавеску.

Строительство на участке шло полным ходом. Ближайшие к особняку здания были невысоки, а вот за ними уже возвышались высотки многоквартирных домов, торчали трубы заводов и сторожевые вышки с грозными артиллерийскими орудиями. И повсюду ползали миньоны. Теперь Львовка уже больше напоминала небольшой город, чем посёлок. Но при этом всё равно походила на муравейник.

Через пару минут дверь отворилась, и в столовую вошёл полицеймейстер.

— Доброе утро, господин Львов, — кивнул он. — Спасибо, что дождались. Надеюсь, не сильно вас задержал?

— Нисколько, — ответил я, задёрнув штору. — Я любовался видом.

— Отлично вас понимаю, — улыбнулся Порфирий Иванович. — Место у вас тут просто чудесное. Вы на славу потрудились. Проделали большую работу. И весьма быстро.

— Я старался. Прошу к столу.

Едва мы сели, слуги начали выносить блюда. Я положил на колени льняную салфетку и взял вилку.

— Пахнет ошеломительно, — проговорил Бакаев, потянув носом. — Так, значит, темпы строительства удовлетворили его превосходительство?

— Вы про господина губернатора?

— Про него, конечно.

— Да, не думаю, что у господина Назимова есть ко мне претензии.

Мой собеседник снова улыбнулся. На этот раз — одними губами.

— Однако вы не уверены, что получите концессию на строительство железной дороги, верно? Да-да, я в курсе всего, что тут происходит. Ну, почти. И знаю, что вы рассчитываете на это.

Я пожал плечами.

— Не вижу причин, чтобы мне отказали. Было два участка, которые рассматривались для прокладки железной дороги — мой и господина Молчанова.

— И теперь его земля тоже ваша.

— Именно так. Конечно, то, что случилось с моим соседом, страшная трагедия, но как вышло, так вышло.

Порфирий Иванович кивнул и подцепил вилкой кусок поджаренного бекона.

— Да, зато вам повезло. Кто-то может сказать, что вышло так не совсем случайно, однако не будем же мы повторять за злыми языками.

— Да, лучше не стоит, — отозвался я. — Тем более, что сплетни сплетням рознь.

— Совершенно с вами согласен. Я и сам куда больше люблю факты. Поэтому предлагаю, Родион Николаевич, поговорить открыто. Мне известно, что губернатор предлагал вам выплатить ему крупную взятку за право построить на своём участке железную дорогу. Не отрицайте, я всё равно не поверю.

— Я и не отрицаю.

Полицеймейстер одобрительно кивнул.

— Отлично.

— Но и не признаю.

— И не нужно, Родион Николаевич. У меня везде свои люди. Так вот, позвольте вас заверить, что его превосходительство, несмотря ни на что, вам не уступит. Во-первых, слишком уж он хочет на этой концессии навариться. Во-вторых, если не заплатите вы, то и другие решат, что можно не платить. Понимаете?

— Вы и к остальным с такими разговорами заезжаете? — улыбнулся я.

— Бывает. Не ко всем, конечно.

— Не представляю, как господин губернатор мог бы мне воспрепятствовать.

Мой собеседник помахал вилкой.

— Представляете, Родион Николаевич. Всё вы отлично представляете. Уверен, на вас уже и покушения были. Верно?

Я пожал плечами.

— Мало ли кому я не нравлюсь.

— Да бросьте! Не лукавьте. Мы ведь договорились по душам говорить.

Ни подтверждать, ни опровергать данное весьма спорное утверждение я не стал.

— Ну, например, напишет на вас господин Назимов донос. Мол, неблагонадёжен и всё такое. Приедут разбираться. И пока суд да дело, концессия от вас и уйдёт. Даже если ничего не найдут, вполне можете дорогу потерять.

— Полагаю, донос через вас отправляться будет?

— Нет, конечно. Его превосходительство отлично знает, что я за ним приглядываю.

— Чего же вы от меня хотите, Порфирий Иванович? — прямо спросил я.

— Вот это разговор! — радостно кивнул Бакаев. — По делу, как я люблю. Мне от вас, господин Львов, нужны показания. Которые позволят закопать его превосходительство. Как минимум — с должности его столкнуть.

— Претендуете на место губернатора?

— Претендую. Честно говорю. Со мной Орловску и помещикам здешним лучше будет. Я меру знаю.

— То есть, взятку мне придётся давать вам?

Порфирий Иванович покачал головой.

— Нет. Услуга за услугу, господин Львов. Если поможете свергнуть Назимова, дорогу получите, причём совершенно даром.

— Прямо даром?

Полицеймейстер кивнул.

— Моё слово верное. Не сомневайтесь.

— А вы так уверены, что поставят вас на место его превосходительства?

— Поставят, — уверенно ответил Бакаев. — У меня уж всё схвачено. Только Назимов и мешает.

Хм… Похоже, Порфирий Иванович успел и подружиться, с кем надо, и компроматики добыть, на кого следует.

— Своё покровительство вам также обещаю, — сказал Бакаев, беря тост, чтобы намазать его малиновым вареньем. — Это ведь лучше, чем во врагах губернатора иметь?

— Безусловно. Вот только есть одна загвоздка.

— Доказательства? Ерунда! Возьмём его с поличным. Во время передачи взятки, как положено.

— А если он сам брать не захочет?

— Ничего. Если провести всё это как полицейскую операцию, доказательства найдутся. Да и не понадобятся они, если уж на то пошло. Делу официального хода почти наверняка не дадут. В империи скандалы не любят. Особенно если в них дворяне замешаны, да ещё и на государственных должностях. Я думаю, вам и в суд идти не придётся. Письменных показаний хватит. Кто должен, прочтёт, да и отложит под сукно. Не беспокойтесь, Родион Николаевич. К тому же, у вас и выбора особо нет. Сами понимаете: в покое Назимов вас не оставит. Изведёт.

— Мне нужно подумать.

— Уверен, у вас было время подумать. Вы ведь в прошлый наш разговор отлично меня поняли. Я это сразу заметил. Потому и решил с вами откровенно побеседовать.

— За что я вам весьма признателен. Однако прямо сейчас не могу решиться. Дайте хоть несколько дней.

Бакаев уставился на меня испытующе.

— Хорошо, — сказал он. — Договорились.

Кажется, он подумал, что я просто не готов дать ответ сразу, хотя доводы его принял.

— Кофе у вас отличный, — сказал Порфирий Иванович, наливая себе полную чашку. — Где берёте?

— Понятия не имею. Этим дворецкий занимается.

— Ну, да, — рассеянно кивнул Бакаев. — Действительно, чего это я!

Как только чашка наполовину опустела, полицеймейстер начал откланиваться.

— Дела, — сказал он с сожалением, как будто я уговаривал его задержаться. — Не могу надолго отлучаться. Сами понимаете. Так я жду от вас весточки. Прошу — не затягивайте, — добавил он многозначительно.

— Постараюсь определиться в ближайшее время, — заверил я его.

На самом деле, конечно, у меня был свой план насчёт и полицеймейстера, и его роли в ситуации с Назимовым. Порфирий Иванович малость торопил события, но, в целом, это даже неплохо, что он считает, будто мы заодно.

Проводив его до машины, я вернулся в дом и отправился за гримуаром.