Хозяйка кондитерской (СИ)

Глава 11. Чего ещё я не знаю о своих детях?

— Зачем вы это сделали? — возмущённо спросила я, выхватывая из его рук булавку. — Разве можно брать чужие вещи без спроса?

Только Фелион лишь улыбался — хитренько так, как будто не видел в своём поступке ничего дурного.

— Но ведь эта Оливия плохая, — ответил он. — А плохие люди должны получать по заслугам!

— Кто ж вас научил такому? — возмутилась я.

— Ты, мам, — ответила Амелия, а я закатила глаза.

— О, божечки! Наверняка ваша мама имела в виду что-то другое, — я сердито покачала головой. — Разве за воровство не положено наказывать?

— Но это не воровство, просто Фелион хотел сделать себе подарок, — продолжала заступаться за брата Амелия. — У него же через два дня день рождения!

— Хоть бы даже и подарки! Их нельзя воровать у других. Запомните это, — возмущённо сказала я. — Так уж и быть, верну булавку сама. Но чтобы подобного больше не повторялось! А Фелиону я куплю подарок сама.

Вернувшись, я преодолела смущение и, напустив на себя независимый вид, смело зашла в магазин. Я сразу натолкнулась на Оливию, которая стояла на коленках и с расстроенным видом заглядывала под ближайшие выставочные манекены. Две девушки усиленно выметали мусор из углов, разглядывая на полу каждую мусоринку. Я кашлянула в кулачок и протянула булавку Оливии.

— Вот, вы случайно уронили это в мою коробку, когда упаковывали платья, — сказала я. Девушка повернулась ко мне, и её лицо сразу озарила радостная улыбка. Она поспешно выхватила булавку из моих рук и рассыпалась в благодарностях.

— Ах, как я вам благодарна, леди Мия! — восклицала она. — Это же моя благословенная булавка, без неё мне семь лет не видать удачи! — Поймав мой удивлённый взгляд, она добавила: — А вы разве не ходили в прошлом году благословлять что-то из своих вещей, когда к нам в город приезжала сама мадам Квистелл, ректор магической академии?

— Э-э… мне пора, — я торопливо кивнула ей и отправилась на выход, чтобы избежать лишних вопросов.

Как же тяжело иногда играть роль другого человека!

Ведь я даже, оказывается, не знаю, когда у моих детей дни рождения! Вот и я не знала, что у моего сына, оказывается, скоро день рождения. Может, я сумею приготовить для него настоящий торт?

Но как оказалось, судьба в этом мире приготовила мне более заковыристые испытания.

Вернувшись с детьми домой, я первым делом взялась за приготовление обеда. Поскольку завтрак мы пропустили, мне пришлось поднапрячься, чтобы приготовить что-то сытное. К счастью, мы на обратном пути купили ещё некоторые продукты на оставшиеся монетки, и я решила по-быстрому сварить тыквенный суп со сливками.

Правда, сливки пришлось заменить молоком, но я надеялась, что вкус от этого не сильно пострадает. Тыква, которую я взяла за основу, была очень мягкой, и я предполагала, что проблем с её размельчением не возникнет. Кстати, здесь она почему-то называлась тыкворепа.

— Что ты тут опять такое придумала? — нарисовалась за моей спиной домовиха. — Ты хочешь приготовить тыкворепу? Думаешь, будет вкусно?

— Да, если сделать правильно. Нарезаем тыкву… тыкворепу на мелкие кусочки, солим, перчим, поливаем маслом и тушим минут двадцать, — сказала я, продолжая быстро готовить. — Пока она запекается, приготовим на огне мелко порезанный лук. Добавляем специи, — я быстро всё обжарила и смешала в сковородке. — Можно добавить немного паприки. Теперь самое главное — мякоть нужно перетереть. Поскольку у меня нет блендера, я буду использовать сито, — я взялась быстро протирать мякоть ложкой, а домовиха изумлённо смотрела на меня.

Между делом я проверила мясо, которое оставляла на ночь мариноваться в молоке. Тут меня ждал сюрприз: против ожидания, мясо не просто размягчилось, оно расползлось на мелкие волокна, и мне пришлось промыть его через сито, и на выходе получился мелкий фарш. Задумавшись на пару минут, я взяла оставшиеся ингредиенты и начала быстро замешивать бездрожжевое тесто.

— А это такое будет? — лезла под руку домовиха.

— Испеку закрытый пирог с мясом, — ответила ей, ни на секунду не прерываясь. — Мясо у меня мелкое, его я обжарю на сковороде. А чтобы начинка оставалось сочной, добавим в пирог немного овощей, — у меня это были помидоры. — Скоро будет готово!

— Уж поторопись, а то у меня уже слюнки капают, — согласилась домовиха, в который раз заглядывая мне через плечо. — А это что?

— Это будут конфеты, — ответила я, размешивая в миске на огне начавший плавиться сахар.

Его было совсем чуть-чуть, но я надеялась, что его хватит, чтобы сделать детям по леденцу. Ещё когда мы были на ярмарке, я увидела, как один из торговцев, ходивший по рядам, предлагал покупателям сахар — точнее, сахарную голову, расколотую на несколько кусочков. Прохожих в толпе было много, и они беспощадно толкали друг друга, и один из таких кусочков торговец уронил на землю, и он закатился под прилавок какого-то торгаша. Поскольку торговля вокруг шла очень бойко, сахарный торговец пошёл дальше, а я же не поленилась и залезла под прилавок, игнорируя ворчание других прохожих, которым я на время закрыла дорогу. Но я всё же сумела найти упавший кусочек и, тщательно обтерев его, забрала с собой.

Я едва успела залить сахар в приготовленные формы — у меня это были ложки — как дети уже прибежали на кухню, и я налила им суп. Пока они ели, пирог тоже подоспел, и я разрезала его прям горячим. Дети были на удивление притихшими и только торопливо ели всё, что я им наложила. Они разве что тарелки не вылизали, и я почувствовала удовлетворение, заметив, что они наконец-то наелись.

— Подождите, возьмите ещё вот это, — остановила я их, уже готовых выскочить из-за стола, и вручила по конфете, которые они изумлённо сжали в ладошках.

Что ж, кажется, дела постепенно налаживаются.

Мне удалось накормить детей, и хотя завтра мне предстоит сложный день, для меня это шанс — я выведаю у Тайры всё, что возможно, о жизни горожан и поставках продуктов, а затем попытаюсь привести свою таверну в порядок. Если получится, я начну именно с десертов — раз здесь их мало кто делает, на мою продукцию должен быть хороший спрос. Мне нужно как можно скорее заработать деньги, и Тайра может стать мне отличной помощницей в этом.

Поскольку кухня у меня была более-менее в порядке, да ещё и домовиха взялась за уборку, я решилась снова пройтись по дому и внимательнее посмотреть, в каком состоянии находятся гостевые комнаты. Возможно, их ещё можно привести в порядок и сдавать, хотя бы за символическую плату. Осматривая дом, я поняла, что к гостиным номерам есть отдельный вход с коридором с другой стороны дома, так сказать, со двора, который сейчас был заколочен — похоже, его забили досками с тех пор, как комнаты перестали сдавать в найм. В коридоре было много грязи и пыли, и я стала прикидывать, сколько времени на всё это понадобиться. Да, здесь придётся повозиться, а время поджимает, поэтому эту идею придётся оставить на потом.

Может, кто-то согласится купить старую мебель из этих комнат?

Я бы всё равно там всё обновила, а вот старый хлам будет только мешать.

Похоже, на первом этаже тоже придётся кое-что поменять. В кабинете Ольвена я нашла бумагу и перо и взялась чертить новый план моей таверны — с учётом того, что я бы хотела переделать. Пока что перестановок будет по минимуму, но в будущем, я думаю, получится расшириться. Я прикинула, где лучше поставить столы для посетителей, а где можно обустроить промо-зону для моих десертов. К счастью, сама таверна изначально имела неплохое расположение, просто не всё было устроено удобно лично для меня и практично с точки зрения коммерции.

Поднявшись на второй этаж, я снова стала свидетельницей разговора «моих» детей. И то, что долетело до моих ушей, заставило меня покрыться холодным потом.

— Да, ты был прав, Фел, — грустно сказала Амелия. — Конечно, она вкусно готовит…

— И ещё, она ни разу нас не ударила, — добавил Фелион.

— Это пока что. Но кто знает, что ей придёт в голову завтра?

— Может, всё-таки останемся? — с надеждой спросил мальчик. — Вдруг она не будет нас обижать?

— Я не знаю, — девочка, похоже, тоже сомневалась. Я увидела через щёлку в дверях её грустное задумчивое личико, за щекой она явно держала конфету. — Мама никогда не делала для нас конфет и не покупала нам одежды… Но ты хорошо придумал, как можно её проверить.

— Ага, — грустно согласился Фелион. — Эта женщина не знает, что мы с тобой родились в один день, и что день рождения у нас было три месяца назад.... Теперь мы точно знаем, что это не наша мама!