Хозяйка кондитерской (СИ)

Глава 5. Похоже, с детьми будет непросто!

Меня аж жаром обдало от её вопроса. Словно я открыла дверцу включенной духовки, и оттуда пахнуло горячим паром прямо в лицо. Неужели она слышала наш с домовихой разговор? И теперь знает, что я не её настоящая мама? Вот досада, если дети так быстро узнают правду, кто я такая на самом деле!

Только в этот момент я больше всего волновалась не о себе и своей судьбе.

Да, если меня обвинят в самозванстве, у меня могут начаться крупные проблемы и возможно, я окажусь в тюрьме.

Но что будет с детьми?

Узнав, что место их матери теперь занимает посторонняя и незнакомая им женщина, они в первую очередь испугаются. А затем, что вероятнее всего, и вовсе сбегут из дома. А что может их ждать в мире, который домовиха назвала худшим из всех возможных?

Незавидная жизнь сирот.

Голод.

Попрошайничество.

Мелкое воровство и в лучшем случае, какой-нибудь приют с такими же несчастными детьми. А в худшем случае…

А в худшем случае…

Но я тут же отогнала от себя эту мысль. Ведь богатое воображение тут же нарисовало мне несколько довольно мрачных картинок, навеянных старыми послевоенными фильмами моего мира, от которых даже слёзы на глаза навернулись. Я встряхнула головой, прогоняя эти навязчивые образы.

Нет! Не позволю! Я не хочу этим несчастным сиротам подобной судьбы!

Все силы приложу, чтобы если уж не заменить им мать, то хотя бы сделать деток счастливыми!

Поэтому я взглянула на девочку с такой нежностью, с какой только могла.

— Ты снова проголодалась, Ами? — ласково спросила я. — Подожди немного, вот мама немного разберётся с делами и приготовит вам что-нибудь вкусненькое на ужин! А завтра мы отправимся с вами в город и…

Но чем ласковее я говорила, тем испуганнее на меня смотрела «дочка». Я сразу поняла, что пошла по неверному пути, поэтому неловко замолчала. Тем более что при упоминании о завтрашнем дне глаза девочки вообще расширились от ужаса.

— Мам, — неуверенно протянула она, испуганно глядя на меня. — Завтра же пятнадцатое!

— Э-э… Ну да, — я неуверенно пожала плечами, пытаясь по её лицу прочитать, что бы это напоминание значило. Только вот Ами, похоже, не хотела или просто не знала, что мне нужно помочь «освежить память».

— Поэтому я хочу сказать, мам… — она опустила голову и приняла вид очень виноватый. — Мам, не сердись пожалуйста, но я… я больше не могу! Ты должна меня выслушать… хотя бы в этот раз.

Осторожно шагнула к ней и протянула руку, чтобы успокаивающе погладить по голове. Что бы там ни натворила эта малышка, я вовсе не собиралась её ругать. Только вот Ами, увидев вознесённую над ней руку, испуганно взвизгнула и мгновенно оказалась по другую сторону стола от меня. Из-за столешницы на меня уставились её дикие глаза под растрепанной светлой чёлкой.

— Мам, — испуганно затараторила она. — Я больше не могу притворяться мальчиком! Не могу!

— Притворяться мальчиком? — удивлённо проговорила я и тут же прикусила язык. Чёрт, так я сама себя выдам словами раньше, чем поступками! К счастью, девочка всё поняла по-своему. Она насупилась и посмотрела на меня сердито.

— Ты как всегда, ничего не замечаешь, — с укором заговорила она. — Моя одежда больше не скрывает, что я девочка. Соседи уже замечают… И некоторые даже смеются!

У меня сразу сердце защемило от обиды за эту кроху. Разумеется, одеть девочку в этом мире наверняка непросто, а красивые платья и туфельки наверняка стоят очень дорого. Куда проще облачить девочку в простые штаны с рубахой! А то, что сейчас носила эта будущая девушка, вообще одеждой назвать было сложно. Позорище! Как прежняя мать могла допустить, чтобы её дети ходили по дому в таких жутких обносках?

Решено! Я обязана купить детям новую одежду!

Пусть на таверне и висит долг, но должны же быть у Мии хоть какие-то деньги?

А если их и нет, то я… Я их заработаю! Все силы приложу!

— Я больше не заставлю тебя одеваться как мальчик, Ами, — торжественно пообещала я девочке. — Мы пойдём и купим тебе нормальное платье! Ты сама сможешь выбрать, какое тебе понравится.

Я тут же снова чуть не прикусила себе язык.

Зачем я тороплюсь и даю такие опрометчивые обещания? Ведь я не знаю ни местных цен, ни финансового положения их «матери». А ведь любому ребёнку хочется получить что-то новенькое и красивое прямо сейчас, а не в необозримом будущем. С другой стороны, мне очень хотелось как-то подбодрить этого несчастного ребёнка, который, похоже, видел совсем не так много хорошего в своей короткой жизни… Но как я уже успела понять, Ами — девочка не по годам умная и сообразительная, и думаю, в случае чего я сумею её убедить, что нужно лишь немного подождать, и у не будет самое лучшее платье!

Однако девочка вовсе не выглядела радостной.

— Ма-ам, — снова настороженно протянула она, глядя на меня всё тем же взглядом испуганной дикарки. — А почему ты стала называть меня коротким именем, как тётя и брат? Ты же всегда называла меня полным именем — Амелия...

Чёрт! Вот я и прокололась!

У этой пигалицы, оказывается, красивое и женственное имя. Однако я попыталась принять самый независимый и невозмутимый вид. В конце концов, мать имеет право называть своих детей как хочет.

— Ты для меня ещё такая маленькая, — ответила я спокойно, хотя внутри у меня всё немного подрагивало от волнения и страха не допустить новую ошибку. — Тебя так брат часто называет, вот ко мне и прилипло. Но если хочешь, я буду называть тебя как и раньше, Амелией. Ты ведь уже действительно подросла!

Стоп. Или мне показалось, или на лице этой девочки действительно промелькнуло что-то вроде улыбки? Но я не была уверена, потому что девочка вдруг быстро проползла под длинным столом, снова оказавшись в другом месте за столом, ещё дальше от меня, чем была до этого. Похоже, на этот раз я выкрутилась. Но нужно закруглять этот разговор, чтобы снова не допустить оплошности.

К тому же, я так до сих пор и не придумала, из чего приготовить ужин!

— Мам, — осторожно протянула Амелия. — А ты придёшь с нами поиграть в инспектора? Ты же всегда с нами в неё играла!

Хм. Похоже, это какая-то местная популярная детская игра. У меня немного отлегло от сердца: наверное, Мия была не такой уж и плохой матерью. Но как бы мне ни хотелось присоединиться, пока что я не могла этого сделать.

— Поиграйте пока с братом, — предложила я девочке. И добавила построже: — Маме нужно заняться делами! А потом я вас позову кушать. Договорились?

Девочка неуверенно кивнула. Она всё равно смотрела на меня как-то странно. Словно изучала, разглядывала… Искала во мне какие-то знакомые черты, и это сильно напрягало.

Какая проницательная девочка!

Надеюсь, с её братом будет попроще.

Но Амелия не успела ничего ответить. За дверью раздались чьи-то тяжёлые шаги, а затем в дверь неожиданно ударили с такой силой, что слетела задвижка и она открылась настежь. А на пороге появился…

Нет, у меня даже язык не поворачивался назвать его мужчиной!

Больше всего он походил на сказочного разбойника Бармалея!

Именно такой образ почему-то сразу возник у меня в голове.

Человек был очень высокий и плечистый, так что головой едва ли не задел косяк двери, когда входил. На нём были шаровары и тёмно-красная жилетка, из-под которой торчали короткие рукава пятнистой майки. Мощные бицепсы поражали своими размерами. Ещё мужчина носил довольно длинную бороду и пышные усы, на голову была лихо напялена широкополая, видавшая виды шляпа. Внушительную картинку завершали короткий кортик в ножнах на поясе и ещё какая-то не то утолщённая палка, не то дубинка в руке.

Я бы, наверное, расхохоталась над его видом, только вот он был злой как сам дьявол, и от его бешеного взгляда могло заледенеть сердечко даже самого смелого человека, не то что хрупкой девушки. Вот и я ощутила мурашки страха, которые поползли по моей спине до самых пяток. Незнакомец свирепо вращал глазами и как только заметил меня, сразу шагнул в мою сторону. Я против воли попятилась к стенке.

— Тебя-то мне и нужно, соплячка, — прогремел он таким звучным басом, что он звучал прям почти как труба на низких нотах. — Мне только что сообщили, что старик Ольвен отошёл к праотцам, — он грубо хохотнул, окидывая меня грозным взглядом. — Хах! Хах! Значит, вот кто будет выплачивать мне его долг?