Хозяйка кондитерской (СИ)

Глава 12. Я составляю планы на будущее

От услышанного я не просто похолодела. Мои ноги словно к полу приросли.

Вот незадача! И как они так быстро догадались, кто я такая? И что же теперь мне делать? Если дети решат от меня сбежать, как я смогу их удержать? Могут ли их заставить проживать вместе с матерью-самозванкой? А если они заявят куда следует, может, меня и вовсе лишат родительских прав! И что тогда будет с этими двумя несчастными малышами, с которыми жизнь и так обошлась сурово? Я ведь всего лишь хотела взять на себя ответственность за них и сделать их счастливыми!

Я была очень расстроена и напугана, так что чуть не пропустила того, о чём дети говорили дальше.

— Да, мама ведь не могла забыть, что день рождения у нас было два месяца назад и что мы вообще родились в один день, — согласилась Амелия, и я снова удивлённо застыла.

Стоп, что она сказала? Разве дети Мии — близнецы?

Да, они похожи, буквально одно лицо, и брат с сестрой вполне могут быть двойняшками. Но ведь их разница в возрасте слишком очевидна — мальчик явно младше сестры года на три, если не на четыре. А если они ровесники, это значит, что…

Новый приступ страха накатил на меня удушающей волной.

Может ли быть такое, что маленький Фелион чем-то болеет, раз у него настолько сильная задержка в развитии? А знала ли об этом сама Мия? Неужели ничего не замечала? Принимала ли она какие-то меры? А может, Фелион должен пить какие-то лекарства, проходить какое-то лечение, а я ничего не знаю об этом?

Я аж застонала от собственного бессилия.

Ну невозможно, совершенно невозможно узнать всё о новом мире и новой семье за два дня!

Но ведь здоровье ребёнка — это самое главное! Тут нельзя терять ни минуты. Вдруг я своим промедлением наношу мальчику непоправимый вред? Завтра же я постараюсь найти для него доктора и выяснить, в чём дело, а сегодня надо принимать решительные меры.

Поэтому я коротко постучалась в двери и почти сразу вошла. Дети обернулись на меня, и на их лицах промелькнул испуг, и это очень больно кольнуло меня в самое сердце.

Как обидно, что они меня боятся! А мне теперь ещё придётся им врать, и от этого так скверно на душе!

Но я постаралась натянуть на лицо самую добрую улыбку, которую только могла.

— Дети, нам нужно поговорить, — начала я, заметив, как они снова сжались. О, нет! Надо смягчить тон. — Мне нужна ваша помощь… — и снова я что-то не то говорю! Они, похоже, ещё сильнее растерялись! — Давайте я вам всё расскажу, а потом мы вместе подумаем, как нам лучше поступить, хорошо? — наконец, выдавила из себя я, уже ни на что особо не надеясь.

Но к моему удивлению, это помогло. На лицах детей проступил интерес, и они, похоже, ждали, что я им такое сообщу. И я начала говорить, стараясь, чтобы мои слова звучали правдоподобно.

— Помните, когда я упала с лестницы… Я тогда сильно ударилась головой, — я внимательно следила за реакцией детей. — Так вот, после этого удара моя память… она куда-то пропала, — я развела руками, словно извинялась. — Память постепенно возвращается, но я бы очень хотела, чтобы вы мне помогли её восстановить. Вы согласны мне с этим помочь?

Теперь на лицах детей я видела неуверенность. Они переглянулись между собой. Неужели они мне не поверили?

Но похоже, моя ложь всё-таки сработала. Амелия первой снисходительно улыбнулась.

— Ах, мама, а мы уже подумали, что с тобой что-то случилось, — произнесла она. — Ты и правда ведешь себя немного странно после этого падения!

Я от облегчения не смогла сдержать улыбку.

Работает!

Мы с детьми теперь не расстанемся! Только бы они и дальше верили, что я хочу им только добра!

— Это ещё не всё, — сказала я. — Когда ко мне стала возвращаться память, я вспомнила некоторые моменты… которые не могу себе простить, — я опустила взгляд. — Мне не следовало обходиться с вами так сурово. Я больше никогда не подниму на вас руку, обещаю! Давайте вместе построим нашу семью на любви и уважении. И я обещаю вам, что буду всегда о вас заботиться… и готовить вам много вкусной еды!

Дети снова переглянулись, на этот раз лица у них просветлели, они выглядели радостными и удивлёнными одновременно.

— Ты обещаешь, мама? — тихо спросил Фелион.

У меня слёзы к горлу подступили, и я закивала изо всех сил.

— Конечно, обещаю! — выпалила я. — Надеюсь, вы мне будете помогать. Потому что планов у меня много, а вот с деньгами туго, — я не смогла сдержать печального вздоха, но тут же спохватилась. Незачем вешать на маленьких детей свои взрослые проблемы. — Но мы что-нибудь обязательно придумаем, правда?

— Что придумаем? — осторожно спросила Амелия.

— Я хочу открыть в нашей таверне кондитерскую и готовить сладости, — ответила я. — Будем делать пирожные, конфеты, печь сладкие пирожки и торты! — я с воодушевлением говорила, а дети смотрели на меня слегка недоверчиво.

— Мам, а ты разве это умеешь? — тихо спросил Фелион. — Почему тогда ты этого раньше не делала?

Так, стоп. Нужно быть очень осторожной.

— Да, не делала, — согласилась я. — Но на ярмарке я познакомилась с одной замечательной девушкой, которая работает в таверне… И она пообещала меня всему этому научить, — я уверенно закивала. — Завтра я отправляюсь к ней на весь день. А вас я прошу посидеть дома и подождать меня, хорошо? — я посмотрела на них очень выразительно. — Я оставлю вам и завтрак, и обед. Прошу, никуда не уходите и ничего ни у кого не крадите. Договорились?

Дети переглянулись, Амелия наклонилась к брату и что-то шепнула ему на ушко, тот кивнул, и затем девочка посмотрела на меня.

— Мам, а можно я завтра пойду с тобой? — спросила она.

— Это зачем? — я напряглась.

— Но ты же сама сказала, чтобы мы помогали, вот я и хочу помочь, — Амалия нерешительно улыбнулась. — Пожалуйста, мам! Я тоже очень хочу научиться делать пирожные!

— А как же Фелион?

— Я останусь дома и буду вас ждать, — тут же пообещал мальчик.

Их слаженность меня сначала порадовала, а затем на душе появилась неясная тревога. Ох, неспроста это... Вдруг они опять что-то задумали? Как теперь мне быть?

Ведь Тайра на самом деле мне ничего не обещала!

Как же мне выкрутиться? Отказать?

И разрушить только начавшееся зарождаться между нами доверие?

Ох, как же мне сложно с этими детьми!

Наверное, лучше бы они были грудными!

Всё хорошенько обдумав, я робко постучала в дверь таверны.

И ещё раз, потому что меня, похоже, никто не услышал.

Амелия, которую я крепко держала за руку, вздохнула и в который раз сделала попытку вырваться, но я лишь крепче стиснула захват. Убежит ещё куда-нибудь и потеряется! Да, сегодня проводилось ярмарки, но лавочников и торговцев вокруг всё равно было достаточно, да и покупателей тоже. И это несмотря на ранний час. Некоторые прохожие подозрительно косились на нас, и мне становилось неуютно.

Что ж такое, нам откроют сегодня или нет? Мы что, зря приходили?

Наконец, дверь таверны приоткрылась, и за ней показалось слегка сонное личико Тайры.

— А, это ты, пришла уже, — зевая, произнесла она. — Знаешь что, приходи-ка лучше через пару часиков! Или вообще вечером, я как раз высплюсь и…

— Ну, уж нет, — возмутилась я, толкая дверь от себя. — Раз я пришла, то давай уже мне работу! И моя дочь Амелия тоже тут будет сегодня, как говорится, на подхвате. — Я решительно вошла внутрь, заводя за собой девочку, и Тайре пришлось нас пропустить.

Решение оставить Фелиона одного дома далось мне очень нелегко. Но я оставила ему еды и взяла с него честное-пречестное слово, что он никуда не сбежит да и вообще ничего не натворит, и он мне всё это пообещал. Я надеялась лишь на то, что они с сестрёнкой обычно всё делали вместе, и пока она отсутствует, он вероятнее всего будет сидеть и ждать нас.

Только бы мне не ошибиться! Эти дети очень непредсказуемы!

Я остановилась посреди залы, оглядываясь по сторонам, и только сейчас заметила, какой тут творится беспорядок. У них тут что, Мамай прошёлся? Многие столы были сдвинуты с места, стулья перевёрнуты и сломаны, на полу валялись бумажки и остатки еды вперемешку с осколками посуды. Перевела удивлённый взгляд на девушку, и та развела руками.

— Зря ты вообще пришла, — грустно сказала она. — Отец сегодня не в духе. Опять посуду будет бить!

— Э-э… хочешь сказать, что всё это натворил он? — я потыкала пальчиком в сторону всего этого хаоса.

— Что? Нет, это к нам вчера жандармы заходили, по приказу городничего, — грустно ответила Тайра.

При упоминании этого ужасного человека я почувствовала, что у меня сразу живот скрутило. Вот же… Круто они, однако! Неужели придут также громить и в моей таверне? Может, мне следует как-то подготовиться — ну там, заранее двери досками заколотить? Или раскидать всё по кухне, чтобы они поняли, что их опеределили, и убрались восвояси?

— Городничий что, с вас тоже долги требует? — осторожно спросила я.

— Нет, им просто вчерашний ужин не понравился, — развела руками Тайра. — Если точнее, еды на всех не хватило. Отец сейчас помногу не заказывает, у нас посетителей мало, все продукты быстро портятся. А эти жандармы всегда так поступают — если им что-то не нравится, они применяют силу. И жаловаться на них городничему бесполезно, он никогда их за это не наказывает.

— Поняла, — хмуро отозвалась я. — Ладно, давай так поступим. Мы поможем тебе сейчас с уборкой, а ты потом придёшь и поможешь мне.

— Идёт, — сразу повеселела Тайра. — Ты знаешь, как я ненавижу всё это мытьё и протирание! Да и эту пыль всю терпеть не могу, она вечно в глаза летит! Может, когда-нибудь я встречу порядочного мужчину с магическими способностями, и он сможет заколдовать для меня хотя бы метлу, чтобы она сама всё тут убирала? Или хотя бы тряпку, чтобы та сама по полкам бегала и в ведро с водой отжималась?

Тайра что-то ещё мечтательно бормотала, а я лишь хмыкнула про себя. Да, в следующий раз, когда богине вздумается забрасывать меня из моего мира в другой, попрошу её дать мне возможность захватить с собой хотя бы робот-пылесос. Хоть и не магическая штука, но всё равно, думаю, Тайре бы точно понравилось!

Закатив глаза, я всучила девушке метлу, а моей Амелии — тряпку для пыли, запретив девочке приближаться к осколкам, чтобы она не дай бог, не поранилась случайно. Втроём мы принялись наводить порядок. Тайра оживилась и болтала не переставая, и это оказалось для меня большой удачей — я выспросила у неё и про всех лавочников в округе, и про поставщиков продуктов в её таверну, и про многое другое. Также я расспросила её о врачах, которым можно было бы показать моего сына.

Тайра встревожилась от моих расспросов.

— А твой ребёнок что, чем-то болен? — спросила она меня, хлопая ресничками. — У него что-то заразное? А девочка точно не больная? — она опасливо покосилась на Ами. — Ты ведь знаешь, что у нас один лекарь на весь город, и если что случится, сразу начнётся настоящая эпидемия!

Мне пришлось немедленно её заверить, что это просто обычная перестраховка. Тайра, похоже, не совсем мне поверила.

— А у него есть способности? Ты с ним занимаешься? — спросила она, а я сразу смутилась от её вопроса.

— Я думаю, мой Фелион — самый обычный ребёнок, — наконец, ответила я, потому что Тайра оставила всю свою работу и ждала от меня ответа.

— Что значит — ты думаешь? — переспросила она, окидывая меня подозрительным взглядом. — А что говорит инспектор? Какой у Фелиона магический коэффициент?

— Ну... — я украдкой взглянула на Амелию, которая вытирала пыль неподалёку, но по её позе я была уверена, что она нас подслушивает. — Эти дети такие… гм… непоседливые, что я…

— Что ты несёшь такое, — возмутилась Тайра, глядя на меня в упор. — Он вообще у тебя на маг-учёте состоит? Вы же проходите регулярную проверку?

Я почувствовала нарастающую панику. Кажется, Штирлиц как никогда близок к провалу… Что бы ей ответить такое, чтобы она не догадалась о главном — я понятия не имею, о чём речь вообще?

— У Фелиона коэффициент составляет единицу, — ответила за меня Амелия, не поворачиваясь к нам, и я выдохнула с облегчением. Спасибо, дочка! Тайра перевела взгляд на девочку, и на её лице отразилось разочарование.

— Жаль, очень жаль, — произнесла она. — Если бы он был магом, его бы могли взять в маг-интернат, а вы бы получали хорошие выплаты.

— Что ж поделать, — я развела руками, делая вид, что всё это для меня в порядке вещей. — Ладно, давай продолжим, что тут у нас на кухне?

На самой кухне, к счастью, царил относительный порядок, и я, усадив девочку перекусить бутербродами, закидала Тайру вопросами о приготовлении десертов и выпечки. Она снова впала в ступор от моих вопросов, казалось, многие вещи она вообще слышала впервые.

И как она столько лет могла работать на кухне и не знать таких банальных вещей?

У них даже кухонные ножи не были нормально наточены!

К моей счастью, у Тайры в таверне был хороший ассортимент продуктов, и я с удовольствием взялась за дело. Тайра, которая сначала хотела давать мне советы, как лучше готовить то или другое блюдо, через полчаса уже сидела возле меня с листком бумаги и с изумлённым видом записывала чуть ли не каждое моё слово.

В результате через несколько часов перед нами на столе благоухали яблочный штрудель с молочно-кремовой начинкой, большой блинный торт с ягодами и целый поднос с капкейками, украшенными пышными шапками разноцветного крема. Украшать торт мне помогала Амелия, и у неё, между прочим, всё отлично получилось. У Тайры нашлись цукаты и варенье, также Тайра сумела сделать пышный крем. Правда, девочка не утерпела и в процессе приготовления умяла несколько свежеиспеченных капкейков, но я сделала вид, что не заметила, и расставила готовые на подносе чуть пошире.

Тайра, приоткрыв рот, смотрела на всё это, словно на чудо.

— Ты… разрешишь нам всё это сегодня продать? — не веря, несколько раз переспросила она. Я кивнула.

— Конечно! Это же ваши продукты и ваша кухня. Мы только возьмём с собой немного готовых капкейков, если ты не возражаешь.

Тайра замотала головой.

— Мы не планировали сегодня вообще открываться… Но это… выглядит так красиво, — она снова обошла со всех сторон торт, который занимал самую большую тарелку. — Я даже не знаю, какую цену за это всё поставить!

— Торт рекомендую порезать и выставить на продажу кусочками, — предложила я, и Тайра изумлённо кивнула. — Так будет проще, и посетители увидят, какой он красивый и сочный в разрезе.

— Ты гений, — восхитилась Тайра. — А можно я…

Нас прервал громкий стук в двери, и в таверне нарисовались несколько мужчин, по виду рабочих. Они были в грязной форме, но без стеснения рухнули за ближайший столик и громко потребовали принести им эля.

— У вас из дверей идёт такой вкусный запах, а вы почему-то закрыты! Гадриан не потерпит такого, — самый тучный из мужчин громко стукнул по столу так, что тот аж подскочил и жалобно скрипнул. — Эй, девки! Тащите всё что там наготовили, живо!

Тайра испуганно взглянула на меня.

— Ой, это же портовые грузчики, — со страхом проговорила она, вцепляясь в мою руку. — Каким ветром их сюда вообще занесло? И что мне делать, у меня же ничего приготовленного нет! Выручай меня, Мия!