Наука и магия. Храм Великой Матери (СИ)

Глава 17

Сергей вновь вошел в темное помещение, освещаемое тусклым светом свечей в канделябре, где на полке стояла клетка с крысами. Он вынул одну из них и спустил на пол. На этот раз ему довольно легко удалось проникнуть в грызуна разум и некоторое время видеть мир его глазами. Звягинцев мог даже управлять поведением хаотично бегающего по полу животного, направляя, заставляя его бежать туда, куда ему было надо. Но потом связь оборвалась. Крыса тут же устремилась к выходу, видимо надеясь как-то открыть запертую дверь. Сергей ловко поймал ее и посадил обратно в клетку.

«Так, — рассуждал Звягинцев, — при дрессировке животных мы даем им поощрения, если они выполнят правильно задачу, и наказываем в случае ошибки. Но какую задачу дать им для начала? Встать на задние лапки? Возможно. Для крыс это, должно быть, довольно простая задача. Надо попробовать».

Сергей снова достал грызуна из клетки, и телепатическим воздействием заставил его встать на задние лапки. Тот подчинился его ментальной воле.

— Отлично! — довольно пробормотал ученый, подошел к столу, отломил кусочек черствого хлеба и бросил животному.

Крыса тут же набросилась на угощение и жадно сжевала. Сергей послал второй мысленный сигнал. Грызун с готовностью поднялся на задние лапки и снова получил поощрение. Сжевав хлеб, он принялся бегать по полу и что-то вынюхивать. А потом вдруг взял и встал на задние лапки, сам, без магического воздействия.

— Молодец, — похвалил Сергей и дал крысе кусочек хлеба.

Съев его, она вновь встала на задние лапки. То некоторое время смотрел на грызуна, думая, что делать дальше. Животное явно уловило связь между получение еды и легким трюкам. Теперь следовало научить его чему-то большему. Может, вставать на задние лапки по хлопку в ладоши?

Пока Звягинцев размышлял, краса, устав стоять и так и не поучив угощение, разочарованно фыркнула и побежала к стенке, где принялась скрести коготками, пытаясь что-то достать из тонкой трещины.

Вдруг Сергей громко хлопнул в ладоши и мягко внедрил в сознание крысы образ: «резкий звук от хлопка, она бежит на середину комнаты, встает на задние лапки и получает кусок хлеба». Крыса в точности выполнила ментальные инструкции, съела полученный хлеб и вернулась к трещине, продолжая что-то там ковырять.

Звягинцев хлопнул в ладоши. Грызун с готовностью побежал на середину и встал на задние лапки. «Получилось», — довольно подумал Сергей, бросая ему кусочек хлеба.

Звягинцев несколько раз повторил свой эксперимент, пока хлеб не кончился. Тогда он вернул крысу на место и стал размышлять над тем, каким еще трюкам можно научить этих грызунов. А самое главное, как их использовать. От «цирковых номеров» до полноценной войны с использованием животных очень и очень далеко. А время идет. Времени мало.

И тут дверь негромко скрипнула. Сергей поднял глаза. Это была сестра Камилла.

— Миранда ждет тебя, — сказала она.

Через лабиринты коридоров Камилла привела его на небольшой балкон в башне, откуда хорошо просматривались окрестности Храма. «Этот Храм больше на замок похож, чем на храм» — подумал Сергей.

Миранда, одетая в красный плащ, стояла облокотившись о перила.

— Ну как, — с некоторой иронией спросила она, — удалось договориться с крысами?

— Знаешь, а эти животные довольно неплохо поддаются дрессировке, — ответил тот, — думаю, скоро мы сможем их использовать. Я при помощи телепатии обучил их парочке трюков.

— Каких же?

— Например, по хлопку вставать на задние лапки.

Миранда фыркнула:

— И как это поможет нам победить клезонцев?

— Не все сразу. Это только начало. Скоро мы будем посылать животных на задание.

— Ладно. Тогда пошли на задание эту птицу.

Она простерла ладонь, на которую тут же спикировал голубь.

— Подожди. Надо ее сначала всему научить.

— Учи!

Она немного дернула рукой, и птица улетела.

— Но… — растерянно пробормотал Сергей.

— Ангарет же научила тебя звать. Позови голубя и работай с ним. Научись сначала удерживать над птицей длительный контроль. Действуй.

С этими словами она ушла, оставив Звягинцева одного на балконе.

Позвать голубя оказалось не так уж и сложно. Чисто интуитивно Сергей вспомнил, как звал ворона, когда сидел с Ангарет у костра, и проделал в своей голове похожий трюк. Птица прилетела довольно быстро и села в подставленную ладонь. «А ведь он ручной, — подумал Звягинцев, — значит, местные маги уже умеют дрессировать животных. Не изобретаю ли я велосипед?».

Птица вдруг издала какой-то неприятный звук, похожий на «о-ррр», взмахнула крыльями и улетела. Пришлось звать заново. Голубь послушно вернулся обратно, а Сергей попробовал проникнуть в его разум, как делал это с вороном. Это оказалось труднее, голубь не давался, и постоянно улетал.

Вернулась Миранда.

— Ну как успехи? — с некоторой долей ехидства спросила она.

Звягинцев только разве руками.

— А ты хотел… дрессировать. Управлять сначала научись.

— Но почему-то с вороном у меня лучше получалось.

— Не знаю, — девушка пожала плечами, — видимо, он тебя признал. А голубь — нет. Не каждому дано договариваться с птицами. Тут особый подход нужен.

— А у вас есть какая-то методика, как это делать?

— Методика? — Миранда рассмеялась, — это искусство. Это как картины рисовать. Если дано — то дано, если нет — то нет.

— Но на зов-то он реагирует! Значит, можно и чему-то большему научиться.

— Может быть и можно. Пробуй. Тренируйся.

Она снова ушла, а Сергей задумался. «Если у них нет конкретной технологии приручения животных, — решил он, — то я должен ее разработать».

Звягинцев спустился вниз и зашел в одно из подсобных помещения. Там работали две сестры, одетые в серые балахоны с черными фартуками: одна из них мыла посуду, другая месила какую-то пахучую жижу в большой кастрюле.

— Тебе кто разрешил тут шляться? — строго спросила та, что была занята посудой.

— Мне нужны… зерна. Крупа, семена. Что там голуби едят.

Сестра бросила свое занятие и гневно посмотрела на Сергея.

— Ты не можешь вот так вот ходить здесь без разрешения, — сказала она ледяным тоном, — живо возвращайся в свою келью!

— Но…

Девушка с размаху залепила Сергею пощечину.

— Быстро!

Звягинцев опешил, не ожидая такой реакции. В нем вскипела волна гнева, дернулась рука, чтобы ударить в ответ. Но Звягинцев сдержался, понимая, что последствия могут быть самыми плачевными. Он сделал шаг назад и покинул помещение. Но отправился не в келью, а на балкон.

Звягинцев снова позвал голубя. Тренировка продолжилась. Лишь к вечерупришла Миранда, чтобы сопроводить его обратно в келью.

— Имей в виду, — строго сказала она, — ты не можешь вот так вот разгуливать по Храму и заходить куда хочешь. Только в сопровождении кого-нибудь из сестер. Уяснил?

— Да. Но мне нужен был корм для птицы.

— Корм? — Миранда удивленно нахмурила брови.

— Я хотел приручить голубя. Ну и… применить метод дрессировки. Давать ему еду за каждое правильно выполненное задание.

— Нельзя кормить птиц. Они сами найдут себе еду, какую захотят. В магии всё работает по своим законам. Если ты начнёшь вмешиваться в естественный порядок, последствия могут быть непредсказуемыми.

Сергей нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.

— Но если я не могу подкормить голубя, как тогда убедить его выполнять мои команды? — спросил он, не скрывая сомнения.

— Это и есть самое сложное, — ответила девушка. — Птицы здесь не просто животные, они часть чего-то большего. Они чувствуют атмосферу, энергию места, настроение человека. Чтобы добиться от них послушания, нужно стать для них не кормильцем, а другом, частью их мира. Авторитетом.

Она посмотрела на Сергея с легкой улыбкой, словно подталкивая его к внутреннему переосмыслению.

— Попробуй не требовать от голубя того, что хочешь ты, а понять, что он хочет от тебя. Тогда появится взаимопонимание. Ты воспринимаешь животных как некоторые механизмы с кнопками. Нажал на одну кнопку — получил одно действие, нажал на другую — другое. Для тебя они чем-то вроде твоего…. Компьютера. Но это так не работает. Каждое животное или птица — это самостоятельная личность. Со своими эмоциями, потребностями. Подумай об этом. Рассматривай его как друга, а не как послушный механизм. Тогда у тебя получится.

Когда они пришли в келью, Миранда оставила его, а Звягинцев принялся размышлять о своем опыте дрессировки крыс и голубя. «В чем-то она права, — думал он, — но в этом мире, судя по всему, еще не знают о зоопсихологии. Нужно будет попросить их допустить меня к компьютеру, возможно, среди множества записанных на него книг я найду материалы по дрессировке животных».