Наука и магия. Храм Великой Матери (СИ)

Интерлюдия 3

Годфрей сидел на своем троне и задумчиво попивал вино из кубка, в тот момент, когда в зал заглянул слуга и пробормотал:

— Ваше величество, Великий князь! К вам прибыли представители от Гильдии магов.

— Пусть входят, — устало зевнул тот.

Прибывшие вошли уверенно, дерзко, как будто бы обладали властью. Их было пять человек, все одеты в темные балахоны с капюшонами, правда, на этот раз они не прятали под ними свои лица, как это обычно делают маги.

Первым шел мужчина средних лет, с резкими чертами лица, словно высеченными из камня. Его взгляд был холодным и пронзительным, а тонкие губы сложены в презрительную усмешку. На переносице красовался небольшой шрам, словно напоминание о прошлых битвах. Седые пряди выбивались из-под капюшона, контрастируя с черным одеянием. Он излучал ауру власти и силы, заставляя невольно поежиться.

За ним следовала женщина, чья красота была зловещей и завораживающей. Ее длинные, черные волосы ниспадали на плечи, словно крылья ворона. Бледная кожа, тонкие брови, изогнутые в хищном полумесяце, и алые губы, словно намазанные кровью. В ее зеленых глазах плясали огоньки магии, а на шее красовалось ожерелье из черного обсидиана, пульсирующее тусклым светом. Она двигалась плавно и грациозно, словно пантера, готовая к прыжку.

Третий был молод, почти юн, но его лицо уже хранило печать усталости и разочарования. Его светлые волосы были коротко подстрижены, а голубые глаза смотрели с какой-то болезненной отстраненностью. Он казался каким-то потерянным и неуверенным, словно попал сюда случайно. На его тонких пальцах красовались серебряные кольца с непонятными рунами, мерцающие слабым, едва уловимым светом.

Четвертый был крупным, коренастым мужчиной, с широким лицом и коротким, вздернутым носом. Его темные волосы были собраны в короткий хвост, а карие глаза смотрели с добродушной усмешкой. Он казался самым простым и приземленным из всей этой компании, хотя и было видно, что он обладает немалой физической силой. На его руках красовались татуировки в виде переплетающихся лоз и символов, светящихся под одеждой при движении.

И, наконец, пятой была старуха, сгорбленная и сморщенная, словно осенний лист. Ее седые волосы были собраны в тугой пучок на затылке, а ее маленькие, черные глаза, казалось, проникали прямо в душу. На ее костлявых пальцах дрожали большие, массивные кольца с древними символами, а от нее самой исходил запах сухих трав и чего-то древнего и могущественного. Она опиралась на длинный посох из черного дерева, украшенный черепом ворона, и двигалась медленно и осторожно, словно каждый шаг давался ей с огромным трудом.

Вся эта пятерка представляла собой пеструю, но грозную компанию, каждый из них излучал свою собственную, неповторимую силу и харизму. Они остановились перед троном Годфрея, и первый, тот самый мужчина со шрамом на переносице, надменно произнес:

— Мы прибыли по приказу Совета Гильдии.

— Знаю, — зевнул Годфрей, — и сразу вам скажу: не лезьте ни в свое дело. Мое княжество находиться на свободной территории. Это уже не юрисдикция Клезона и Эльдринии. Кроме того, у меня есть сила богини Уийрат, — он продемонстрировал висевший на шее амулет, — так что, если решите начать войну, то знайте, я могу за себя постоять.

— Нет. Мы не хотим войны, — голос мужчины со шрамом на переносице все еще был слегка надменный, — мы лишь хотим знать, почему во главе княжества стоит маг? Маги же всегда были далеки от политики.

— Это не ваше дело.

Годфрей опять зевнул и отхлебнул из кубка. Все пятеро смотрели на него холодными и хищными глазами.

— А я тебя узнала! — сказала вдруг старуха, — ты тот самый придворный маг, что ранее служил в замке Ренвенг, и потом позорно бежал, когда пришло известие, что на город идет полчища демонов.

— И что? Вы хотите меня арестовать? Ну, попробуйте, рискните.

— На самом деле, это не важно, кто ты, — сказал юноша со светлыми волосами, — тот ли дезертировавший маг или кто-то иной. Не важно. Мы пришли, чтобы договориться.

— Договориться⁈ — старуха гневно посмотрела на юношу, — Аданой, разве ты забыл, что мы не ведем переговоры с преступниками.

— Гарунья, не горячись, — повернулся к ней четвертый из делегации.

— Да, он прав. Не горячись, — усмехнулся Годфрей.

А юноша продолжил:

— Гильдия магов обеспокоена твоим поведением. Ты должен заключить договор. Ты не претендуешь на другие земли, находящиеся за пределами твоего княжества, и мы тебя не трогаем и прощаем все твои преступления. И этот договор мы скрепим магическим заклятием.

— Я не буду ни о чем с вами договариваться! — наглым тоном заявил чародей и снова отхлебнул из кубка.

— Против Гильдии магов тебе не выстоять даже с твоим хваленым амулетом. Подумай. Никто не хочет войны.

— Вам меня не напугать. Но… договор, пожалуй, мы заключим. Только без магического заклятия.

— Если договор не имеет магической силы — то что это тогда за договор?

— Я сказал свое решение. Повторить?

В этот момент вперед выступила черноволосая женщина. Ее голос, как и внешность, был одновременно чарующим и пугающим.

— Возможно, есть компромисс, — промурлыкала она, глядя на Годфрея своими зелеными глазами. — Магическое заклятие не обязательно должно быть связывающим. Оно может быть просто… подтверждением доброй воли. Что-то вроде печати, которую можно снять, если одна из сторон нарушит условия договора.

Она достала из складок своей просторной одежды небольшой хрустальный шар, в котором мерцали призрачные огоньки.

— Это Следящее Око, — пояснила чародейка. — Оно не причинит тебе вреда, князь. Мы просто оставим его у тебя во дворце. Око будет фиксировать твои действия. Если ты решишь нарушить условия договора, Гильдия об этом узнает.

Годфрей нахмурился, раздумывая. Он знал про Следящее Око, и был уверен, что сможет нейтрализовать его. Но эта женщина явно была умна и хитра. Ее предложение звучало разумно, но маг чувствовал в нем какой-то подвох. «Не все так просто с этим оком», — думал он.

— Мы ждем ответа, князь, — напомнил первый из делегации.

— Если я откажусь, вы объявите мне войну? — спросил Годфрей.

— Нам придется пойти на такой шаг.

— Ну что же, — Годфрей откинулся на спинку трона и обвел взглядом членов делегации, — в таком случае, я отказываюсь. Я готов к войне.

В зале повисла гнетущая тишина. Бледный юноша покраснел от ярости и сделал пасс руками, в его ладонях засверкали искры. Черноволосая женщина мягко опустила ему руку на плечо:

— Успокойся, Адан. Не стоит начинать войну прямо сейчас.

— А почему нет? — усмехнулся Годфрей и поставил свой кубок на подлокотник трона, — кто мне помешает стереть всех вас в порошок прямо сейчас?

Амулет на груди у мага зловеще сверкнул. В воздухе запахло серой.

— Если тебе не жалко своего дворца, валяй, начинай войну прямо здесь, — усмехнулась брюнетка.

Годфрей задумался. Зловещий огонек на его амулете потух.

— Так-то лучше, — произнес мужчина с хвостом из волос, — а еще подумай вот о чем: войны можно избежать. Надо лишь договориться. А если ты сейчас убьешь нас, то против тебя ополчиться весь мир. Тебе придется воевать не только с Клезоном и Эльдринией, но и с варварскими княжествами. Все будут желать твоей смерти. Подлое и вероломное убийство парламентеров не прощается.

— Я согласен договориться. Но без магической печати и всяких там следящих заклинаний. Я тоже не хочу войны, но никому не позволю вмешиваться в мои внутренние дела.

— Хорошо, мы тебя услышали. Но еще месяц предложение остается в силе. Пойдемте, господа, пусть князь все взвесит и примет решение.

— Хорошо, пусть будет так, — проворчала Гарунья, бросив на Годфрея полный ненависти взгляд.

Делегация развернулась, чтобы уйти.

— Постойте, — сказал им вслед князь, — я знаю, как решить дело миром. Вы говорите, у меня есть месяц? Хорошо, я попрошу советников составить договор, который устроит обе стороны. Без магических печатей, без следящего Ока, но он устроит всех. Это я вам обещаю.

Черноволосая женщина удивленно подняла бровь.

— Даже так? Ладно, посмотрим, что за договор ты составишь. Через месяц вернемся.

Все пятеро, степенно шагая, покинул тронный зал.