Игра на инстинктах

Глава 9. Кто ищет, тот найдет

Какая я злая!

Ну это же надо быть таким мужланом!

Козел! Элитный, породистый!

У него в генах обманывать женские ожидания, не иначе!

Оказывается, мне предложили постирать мокрые джинсы! И привели в кладовку, переделанную под прачечную. Еще и посмотрели на меня так, будто я озабоченная, когда я попыталась дать пощечину.

Да никто и не собирался заниматься сексом с этой горой мускулов.

Я же сказала, что он не в моем вкусе!

Гр-р-р…

— И чего ты там тогда шаришь? — бью я руку, замершую под кофточкой, услышав возмутительное предложение воспользоваться стиральной машинкой.

— Грудь ищу.

— И зачем? — бешусь я.

Артемьев точно не думает о постирушках, потому что продолжает тереться об меня тем местом, где у него возникла опухоль.

Опухоль совести, гангрена добродетели, блин.

— По привычке, — честно отвечает Демид.

Идиот!

Кто ему бизнес, блин, вообще доверил?

Сижу вот теперь перед стиральной машинкой и гипнотизирую вращающийся барабан. Жду, когда мне выпадет сектор «Трусы».

Нахохленная, благоухающая мужским гелем для душа, в огромном халате Демида, который весит с тонну.

Как, однако, быстро развиваются наши отношения.

Днем я впервые увидела соседа и спустя несколько секунд его член, а теперь я сижу у него дома без трусов, которые тоже весело полоскаются вместе с джинсами.

Я узнала о его предпочтениях в женщинах, Демид узрел, как я выгляжу с плохо смытым макияжем. Надо отдать ему должное, он не стал комментировать увиденное, просто икнул и ушел от греха подальше. Даже не перекрестился.

В общем, мы уже миновали романтическую стадию и слаженно перешли к той, где мне хочется Артемьева грохнуть. Готова поклясться, он отвечает мне взаимностью.

И все это за несколько часов.

Подобная близость в столь короткие сроки. Подумать только.

— Фрося, — гремит нарисовавшийся в дверях Демид, — ты всю ночь тут торчать будешь? Машинка стирает не на ведьминской тяге. Ты ее нахрен сглазишь.

— А тебе-то что? — меня тянет склочничать. — Или тебе хозяйское радушие не дает спать лечь?

— Нет, просто там твой придурок наяривает, я заманался сбрасывать звонки.

— Что? — я подрываюсь с сидячего места и чуть не расквашиваю себе нос, потому что ножку табуретки умудрилась поставить на полу невозможно длинного халата.

Артемьев успевает меня подцепить за шкирку, только чужая одежка настолько просторная, что я практически выпадаю из нее. Не свечу обнаженкой лишь чудом.

— Ты какого лешего свои грабли тянешь к моему телефону? — ругаюсь я, пытаясь утвердиться на ногах, но халат реально тяжелый, и меня кренит в сторону.

Артемьев смотрит на меня так, что сразу понятно: для него мой вид, которому для полноты образа сварливой жены только бигудей и не хватает, — нож острый. В холостяцкую квартиру проникла скверна, и нужен экзорцист.

— Надо было ответить? — ядовито интересуется Демид. — Думаешь, так лучше будет?

На самом деле, может, и неплохой варик.

Макар, услышав мужской голос, решит, что место в моей постели больше не вакантно, присвоит мне очередной эпитет вроде «ветреная» или чего покрепче и перестанет звонить.

Я уверена, что ничего серьезного он ко мне больше не испытывает, это все фантомные боли на фоне свежей сторис после полугодового молчания.

По себе знаю, через какое-то время после расставания начинает казаться, что все было не так уж и плохо, вспоминаются только счастливые моменты и появляются порывы, что-то там склеить.

Но это все бред.

В нашем с Макаром случае это как сито заклеивать. Проще купить тазик. Иначе так и будет подтекать.

— О… Опять звонит, — закатывает глаза Демид и идет на кухню.

Этого я стерпеть не могу. Если он сейчас будет мутить своим нечистым рылом мой чистый пруд, я не знаю, что с ним сделаю.

Спотыкаясь в длиннополом махровом монстре, я пытаюсь обогнать Артемьева, но куда там. Я прибываю на кухню как раз в тот момент, когда Демид снова сбрасывает звонок.

У меня сейчас пар из ноздрей повалит.

— Завтра мне спасибо скажешь, — уверенно говорит Артемьев. — Пошли покажу, где спать будешь.

И ведет меня в гостиную, где мне оборудована спячая зона.

Я все никак не могу простить Демиду коварства и испачканных джинсов, поэтому тут же начинаю выпендриваться.

— Мне здесь будет тесно! — твердо заявляю я.

Артемьев недоверчиво окидывает взглядом сверху вниз все мои сто пятьдесят пять сантиметров.

— Я тебе не навязывалась, это все последствия твоих необдуманных решений! — ковыряю я ему мозг.

— И что я должен сделать? Постелить тебе на полу? — поднимает брови Демид.

— Уступить свою кровать!

— А у тебя ничего не треснет? — обалдевает Артемьев.

— И даже не слипнется, — я потуже затягиваю пояс халата. — Уверена, у тебя кровать явно пошире.

И нагло иду на разведку.

Ну точно.

В соседней комнате обнаруживается монструозная по своим размерам койка.

— Вот этот масштаб мне подходит! — торжественно объявляю я.

— Фрося, если я вдруг по каким-то причинам забуду, почему я не завожу постоянную бабу, я обращусь к тебе, — цедит Демид. — От вас одни проблемы. Я терпеть не могу спать с кем-то в одной кровати.

— Я не предлагаю тебе спать со мной, — чеканю я. — Более того, я сильно против. Здесь останусь я, а в твоем распоряжении заботливо приготовленная постель в гостиной.

Артемьев буравит меня взглядом с минуту, но потом, психанув, машет рукой:

— Да хрен с тобой, Фрося Перцевая.

Дверь в спальню хлопает с такой силой, что я вздрагиваю.

Кажется, я переборщила.

Но Демид сам виноват!

Если бы не его выкрутасы, я бы уже сидела на маминой кухне и слушала, какая прекрасная карьера меня ждала на поприще юриспруденции.

Я отказываюсь чувствовать за собой вину.

Более того, завтра же позвоню Сашке и наябедничаю.

Пофыркав и успокоив свою совесть, я, раскинув руки, падаю на широченную кровать.

Кайф.

Идеальный матрас.

Я даже катаюсь от края к краю.

Пусть Артемьев сам спит на своем диване, теперь я отсюда ни за что не уйду.

Перебираюсь под одеяло и долго ерзаю.

Халат капец мешает, и я, немного посомневавшись, все-таки его выкидываю из-под одеяла.

Вот теперь совсем хорошо.

Только уснуть почему-то получается далеко не сразу.

Я долго верчусь на чужих простынях. В голову опять лезут упаднические мысли.

В какой момент в моей жизни что-то пошло настолько не так, что я остаюсь ночевать у мужика без всяких намеков на секс? Если нет секса, откуда взяться детям? Это уже все? Конец? Я невостребованный материал?

Да ну нет. Это просто сосед у меня бракованный.

Я прислушиваюсь к тому, что происходит за дверью.

Слышно, как чертыхается и шарахается по квартире Артемьев, спотыкаясь об мою сумку.

Тихое бешенство Демида меня умиротворяет.

В конце концов, что еще нужно взрослой самодостаточной женщине?

Только лишить покоя и сна половозрелого мужика. А уж каким образом, не столь важно.

Под сдержанный мат и хлопанье дверцами на кухне, я наконец проваливаюсь в сон.

И спится мне на редкость сладко.

Под утро, правда, снится какая-то бредятина, а все потому что мне вдруг становится жарко и тесно. И все время что-то мешает. Одеяло сбивается комом, но как я ни пинаю его, удобнее не становится.

А проснувшись я понимаю, что часть ночи лягала я наглого захватчика — Артемьева, который внаглую спит рядом, навалившись на меня и возложив свою длань на мою грудь.

И даже не промахнулся, гад! А говорил, найти не может.

Брехло.

Хочу отодвинуться и тут же замираю.

Кажется, кто-то приврал, когда сказал, что терпеть не может спать с кем-то в одной кровати. Я прям отчетливо чувствую, дружелюбную эрекцию.