Игра на инстинктах

Глава 23. Что-то назревает

Поездка проходит мирно, в основному потому что под мерное щелканье поворотника меня тянет в сон в темном салоне. Мы только и успеваем обменяться парой реплик в самом начале.

— Ты на своей? — кряхтя взбираюсь в высоченный джип. — На ночь останешься в парк-отеле?

— Номер комнаты не скажу, даже не проси, — фыркает Артемьев.

— Ты, что, и там собрался найти себе курочку потоптать? — поражаюсь я. — Ну ты даешь.

— Нет, защищаю суверенность своего матраса.

Пф-ф…

Но разговор увядает, и я полностью сосредоточена на том, чтобы не отключиться в уютном тепле и полумраке под негромко звучащую музыку.

Зато на ресепшне приходится встрепенуться.

— Артемьевы? — хлопает ресницами молоденькая девочка за стойкой. — Чету Артемьевых мы не ждали, но кровать…

Я натурально офигиваю.

— Мы не чета. Это Артемьев, — киваю я в сторону Демида, — а я Перцевая!

Булькнув, девчонка извиняется и лезет сверяться в экран компьютера. Что-то щелкает что-то мышкой:

— А… ага. Артемьев. Есть такой. А Перцевая… Вы же жена Аристарха… А он не будет против, что вы вместе поселитесь? — и смотрит на меня бестолковыми, как моя личная жизнь, глазами. Однако, как скучно я живу!

И все же мне приходится разочаровать юное создание.

— Я не жена Перцевого. Я его сестра.

— Тогда ваш номер…

— В смысле «ваш»? — взвиваюсь я и тыкаю пальцем в грудь похохатывающего Демида. — А ты чего ржешь, ирод? Уже передумал защищать от меня матрас?

Горе-администратор икает.

Я перевожу свой гневный взгляд на нее.

— Вряд ли мой брат поселил меня с этим чудовищем в одном номере. Посмотрите еще.

Девчонка смотрит на меня так, будто не понимает, зачем отказываться? Мужчина, вон, не возражает же! Но все равно еще раз просматривает что-то.

— Фрося-сестра-зараза? — уточняет она у меня.

— А что не видно? — перебивает меня Артемьев. Я с чувством наступаю ему на ногу.

— Тогда, да. У вас отдельный номер. Соседний. Давайте паспорта.

Тьфу. Мы с Демидом синхронно протягиваем документы. Пока девица заполняет данные и распечатывает бланки, я пытаюсь прожечь веселящегося детину взглядом, но у меня опять ничего не выходит.

Не мужик, а сплошное разочарование.

А администраторша, хоть и балбеска, а смотрит наДемида оценивающе. Оглядываю худенькую фигурку. Не, дорогая. Сисечный недобор, ты не пройдешь кастинг. Хотя… Последняя краля Артемьева тоже не могла похвастаться формами.

Мне тут же захотелось выцарапать девчонке глаза.

Нечего тут. Работать надо лучше. Если хочешь всех женить против воли, топай устраиваться в ЗАГС. Собственно, как в дворце бракосочетаний я себя и чувствую, когда мы с Демидом одновременно подписываем стандартный договор на размещение.

Интересно, я когда-нибудь побываю там в качестве главного действующего лица? В последний раз я была на свадьбе Левиной-Бергман. Ровно за неделю до того, как у меня открылась тяга к семейной жизни.

Пока я втолковываю девице, что у меня с собой торт, который надо передать на кухню, Артемьев перекладывает наше барахло на тележку для багажа и подкатывает к лифту.

А к нему тут же подкатывает какая-то телка.

Помятуя, что этот хмырь не дал Ваньке за мной заехать, меня тянет испортить ему съем прослойки между телом и матрасом, но я же сама сказала, что не повторяюсь. Надо держать марку. Ничего, будет подходящий момент, и я его не упущу.

Поэтому я подхожу скромненько. Без наездов. И вместе с этой парочкой жду себе лифт. Девица улыбается во все тридцать два венира, зазывает Демида посетить спа-комплекс в ее компании. А я молчу. Артемьев косится на меня и, кажется, начинает слегка нервничать.

Муа-ха-ха!

В лифте он поддерживает разговор с этой особой весьма односложно. Так тебе и надо. И если ты припрешься завтра в отельную баню, то сорян. Там уже буду я.

У номеров мы расходимся, но недалеко.

Демид подхватывает с тележки свою небольшую спортивную сумку и отходит к себе с тяжелым вздохом.

— Чего кряхтишь? — не выдерживаю я.

— Думаю, что мне надо почистить карму, — ворчит он. — Ты опять моя соседка.

— Ха, — прикладываю я свою карту-ключ к детектору, — не переживай. Сегодня мне не до тебя.

— Да неужели? — отчего-то злится Артемьев. — А я думал, смысл твоей жизни — осложнить мою.

— Не сегодня, — я усмехаюсь, умалчивая, что действительно речь идет только про нынешний вечер. Я злопамятная, да. — Сегодня я рассчитываю с пользой провести время, чего и тебе советую.

— Ты еще не оставила надежд на Ваньку? — поднимает брови Демид.

— Ревнуешь его? — интересуюсь я.

— Я по девочкам.

— Это у тебя просто мужика нормального не было, — смеясь, толкаю я дверь в номер.

— Фрося! — несется мне в догонку.