Измена. Предатели должны гореть в аду

Глава 13

План, конечно, был еще очень сырой, но то, что пришло мне в голову, пока я ехала, казалось вполне выполнимым.

Для меня.

Боюсь, если сразу им не займусь, отойду от шока и передумаю. Время, говорят, все лечит, вот и надо схватить момент, пока боль на пике.

— Погоди, — останавливает меня Тарас. — Нельзя серьезную тему на ходу обсуждать. Ты есть хочешь?

Только он спросил, как мой желудок отозвался голодной трелью. В этой суматохе и стрессе я совсем забыла о еде. Лосось, проглоченный за столом, не в счет: в тот момент я вообще не понимала, что делаю.

— Здесь недалеко есть придорожный ресторан.

— Твои родственники о нем знают.

— Д-да.

Я отвечала неуверенно, еще не понимая, куда клонит Тарас.

— У тебя социальные сети есть?

— Конечно.

— Вот и отлично, — Тарас улыбнулся и сел в Ровер. — Чего молчишь? Поехали.

Я вздрогнула и вышла из ступора. Что сейчас происходит? Это моя месть, а почему студент распоряжается?

Нет, мне приятно, когда решения принимает мужчина. Но мой мужчина! И я не могу этого ждать студента.

— Нет, — упрямо стою возле машины. — Поясни сначала.

— Все просто: мы уехали, так?

— Д-да.

— Будем ужинать в ресторане, так?

— Да.

— Ты сделаешь фото блюда и выложишь его в сеть.

— Я такими глупостями не занимаюсь, — фыркаю я, все еще не понимая, к чему он ведет.

— В виде исключения можешь сделать.

— Но что это даст?

Телефонный звонок прервал его логическую цепочку. Я бросила взгляд на экран и повернула его к Тарасу.

— Муж. Что делать?

— Не отвечай.

— Но…

— Черт, Юля! Почему с тобой так сложно?

Тарас выхватывает у меня из рук телефон, но не выключает его, а убирает звук.

— Он же будет еще звонить.

— Пусть дергается. Знаешь, как это нервирует, когда идут длинные гудки, а абонент не отвечает. А потом невзначай твой муж вдруг обнаружит фото блюда из ресторана, датированное этим днем. Возникнут вопросы?

— Конечно.

— Вот ты сама и ответила, — он улыбается.

Я поражаюсь, как улыбка меняет его лицо. Из серьезного и угрюмого оно становится солнечным, ровный ряд зубов сверкает, вокруг глаз собираются мелкие морщинки, и теперь ясно виден его возраст.

— Ты хорошо придумал, — удивляюсь я.

— Ты же хотела отзеркалить, вот и зеркаль на здоровье. Порциями выдавай муженьку сомнения, заставляй нервничать.

— Но этого мало. Я ему готова глотку перегрызть, — снова стискиваю зубы, а внутри рождается дрожь.

— Это успеется. Действуем пошагово, постепенно наращивая интенсив.

— Такое впечатление, что ты специалист по мести мужьям.

— Я сам мужик. Хорошо знаю, что меня может взбесить и довести до белого каления.

— Но…

И опять выползают на поверхность сомнения. Я прошу помощи у студента. Это неправильно, непорядочно для педагога. Да и с какой стати он мне будет помогать?

«А если потребует расплатиться натурой?» — ужаснулся внутренний голос.

«Убирайся в подвал! — взбесилась самооценка. — Когда начнет приставать, тогда и думать будем».

— Я тебе заплачу за помощь, — выпаливаю я.

— Что? — Тарас уже закрыл дверь Ровера, но, услышав мой выкрик, распахивает ее. — Ты точно блаженная, Юлия Геннадьевна! Как такое могла предложить?

— Но ты мне никто. Почему помогаешь?

— Живо в машину, женщина! — рокочет он басом. — Хватит болтать! Время уходит!

Тарас заводит мотор и пятится задом, выезжая на трассу, я отбегаю в сторонку, потом бросаюсь к Мазде. От неловкости чувствую, как пылает лицо. И правда, доверять надо людям.

«А как им доверять, если они предают?» — губы начинают дрожать, слезы просятся наружу. Я всхлипываю, вытираю лицо салфеткой и выбираюсь на шоссе. Еду первой, через несколько километров сворачиваю на стоянку ресторана.

Мы идем с Тарасом рука об руку. Вернее, это он положил мои пальцы себе на локоть.

— Холодные, — сказал он.

— Зачем это?

— Камеры. Улыбнись.

Я неловко растягиваю губы. Тарас замирает на миг, обнимает меня за плечи, прислоняет голову к моему затылку. Близость чужого мужчины неожиданно тревожит, от волнения сжимается в груди.

— Думаешь, Мишка начнет просматривать камеры?

— Нет. Не знаю, насколько у него соображаловка работает. Это просто еще один штрих.

— Прошу вас, — радушно встречает администратор. — Вы где хотите сесть? В интимном уголке или у окна?

От его голоса с придыханием загораются уши. Как у всех блондинок от природы, у меня чувствительная кожа.

— Нет, мы сядем здесь.

Тарас показывает на столик, расположенный в центре зала и ярко освещенный лампами.

Рядом находится колонна, с четырех сторон увешанная зеркалами.

— Зачем? — дергаю его за рукав и оглядываюсь: сюда часто заезжают жители коттеджного поселка. Ресторан пользуется успехом.

— Только здесь! Снимай куртку, зая.

От ненавистного «заи» вздрагиваю всем телом.

— Нет, не называй меня так! — шиплю, как змея.

— Ты же хотела отзеркалить, — улыбается Тарас.

— О!

Этот парень просто сводит меня с ума. Я серьезная взрослая женщина. Зачем ввязываюсь в приключение, да еще и со студентом? Воображение рисует картинку: завкафедрой отчитывает меня в кабинете за неподобающее поведение, ректор пишет строгий выговор, а потом увольняет меня.

— Ты уже передумала, Юля? — Тарас смотрит на меня поверх папки меню. — Только скажи, и мы не будем даже начинать.

— Д-да, — мнусь я, борясь с собой. — Н-нет.

— Так да или нет? Еще катастрофа не произошла, можно все откатить назад. Подумаешь, уехала домой, а по пути заглянула на ужин. Криминала нет.

— Дай мне минутку подумать.

— Окей, детка! Я пока что-нибудь закажу.

— Не называй меня деткой!

— Как скажешь, детка, — Тарас поднимает руку, подзывая официанта.

Тут он бросает на меня лукавый взгляд и подмигивает. Мое раздражение улетучивается. Сейчас я вижу, какие у него прекрасные глаза: серо-голубые, полупрозрачные, с ярким темным ободком. Они мне напоминают пасмурный летний день и дождь на фоне солнечных лучей, которые пробиваются сквозь тучи.

— Вредничаешь? — спрашиваю тихо, а голос неожиданно сипит.

— А как же, детка.

Тарас улыбается, и световые зайчики прыгают у него в глазах, заставляя мое сердце трепетать.