Измена. Предатели должны гореть в аду

Глава 24

Но Мишка не сдается. Я испуганно смотрю на водителя, ловлю в зеркале его равнодушный взгляд. Он, наверное, видел всякое, раз возит гостей в свинг клуб, но мне его внимание неприятно.

— Прекрати! — шиплю на мужа. — Ты спятил!

— Юль, я думал, сюрприз уже начался. Ты… я… лимузин. Мечта!

— Потерпи немного, — едва справляюсь с дыханием и юбкой.

— Кстати у водителя есть перегородка, — он наклоняется вперед и кричит: — Слушай, друг, можешь опустить…

— Нет! Не надо! — останавливаю его.

— Ну, Юль! Я же сойду с ума. Ты сейчас такая…

— Какая?

— Женщина-вамп! Р-р-р! Так бы и укусил.

Мишка тянется к моей шее, но я уже пришла в себя.

— Там, в шкафчике сбоку есть бокалы.

— О, точно! Праздновать так праздновать!

Мишка отвлекается на напитки. Он разглядывает бутылки, мне тоже нужен алкоголь, чтобы расслабиться. Муж протягивает бокал.

— На брудершафт?

— Можно.

Вы выпиваем, но от поцелуя я ускользаю.

— А Глебу губы вчера подставила, — обижается муж.

— Он сам полез.

— Я с бро еще разберусь!

Дорогу не замечаю, она пролетает, будто в тумане. Чувствую себя на пределе нервозности: малейший толчок и сорвусь. Лимузин подъезжает к знакомым воротам, они ярко освещены. Перед нами и позади тянутся рядком машины.

— Юль, где мы? — спрашивает муж.

Он с любопытством выглядывает в окно, на лице написано удивление и восхищение.

— Скоро узнаешь, — отвечаю ему.

Водитель подъезжает к камере и опускает стекло, я высовываю голову и на миг замираю.

— Что ты делаешь? — не успокаивается муж.

— Контроль по сетчатке глаза.

— Это я понял, но, черт возьми! Что это за место?

Ворота открываются, лимузин минует их, делает несколько поворотов и останавливается у крыльца ярко освещенной виллы. Водитель выскакивает из машины и открывает для нас дверь. Мишка выходит первым, подает мне руку, но я делаю вид, что не замечаю ее. Меня колотит от страха и неизвестности.

— Юль, а почему многие в масках? — Мишка, как ребенок, крутит головой.

— Если хочешь, можешь надеть и ты.

Я протягиваю ему приготовленные маскарадные маски. У меня красная в тон платью, у мужа черная.

— Не, обойдусь.

— Как хочешь, — пожимаю плечами, но свою маску пристраиваю на лицо: неизвестно еще, с кем могу тут встретиться. Вдруг увижу своих студентов.

— Смотри, смотри, — тормошит меня муж. — А это не телеведущая с первого канала?

Он показывает на стройную девушку в одежде монашки: темное глухое платье с белым воротничком, параман (специальный головной убор) на голове. Лицо почти полностью закрывает золотистая маска.

«О боги! — выдыхаю я. — Да здесь настоящий маскарад».

— Миш, ты сейчас выглядишь деревенским зевакой, — одергиваю его.

Монашка проходит мимо, и я шумно сглатываю: длинное платье сзади едва прикрывает попу. Девушка идет, а ее обнаженные ягодицы мелькают при каждом шаге.

Ловлю боковым зрением круглые глаза мужа, он чуть не облизывается.

— Юль, ты куда меня привела?

— Пошли, — дергаю его. — Не глазей!

Беру под руку и с силой сжимаю локоть, чтобы убрать дрожь в пальцах. Главное, держаться уверенно. Относительно уверенно.

Но одно дело внушать это себе и совсем другое — действовать. Лихорадочно оглядываюсь. Где же Тарас и Лика?

Мы поднимаемся на крыльцо, отдаем секьюрити пригласительные билеты, входим в богато украшенный холл и оба вскрикиваем, отшатываемся к двери, сталкиваемся с другими гостями.

— Новички? — спрашивает кто-то, но ответа не дожидается.

— Юль, — внезапно осипшим голосом скрипит Мишка. — Дьявол! Ты куда меня привела?

Огромный холл оформлен как будуар: везде драпировки, гирлянды, портьеры, закрывающие темные уголки, кружева и рюши. Царство сладких ароматов, благовоний, приглушенной музыки и полумрака. А в нем движутся тени, которые, попадая в пятна света, обретают фигуры и лица.

То там, то здесь стоят пары. Одни, никого не стесняясь, целуются, другие прижимаются друг к другу. Но большинстве гостей лишь отдельные детали одежды.

— Позвольте вас проводить, — раздается голос сзади, мы оба подпрыгиваем от неожиданности.

— Куда? — хором спрашиваем.

Миловидная блондинка приветливо улыбается нам, но мы смотрим не на ее лицо, а на обнаженное тело. На девушке надета лишь юбка и корсет. Все! Выше талии — пусто. Плечи, руки и маленькая грудь с темными горошинами в центре обнажены и присыпаны переливающейся пудрой.

— Вам заказана отдельная спальня, — говорит девушка. — Но, если хотите, вы можете побывать и в других комнатах. БДСМ интересует?

— Н-нет, — опять хором отвечаем мы.

— Отлично. Если передумаете, в спальне есть колокольчик, позвоните, я прибегу.

Девушка делает шаг вперед и идет, лавируя между парами. Мишка, будто намагниченный, тащится следом. Я отстаю, оглядываюсь: «Где же Тарас? Приди! Приди! — умоляю. —

Я одна здесь не справлюсь».

Вдруг кто-то сзади сжимает мою попу. Я взвизгиваю, подпрыгиваю, бью по невидимой руке.

— Ладно тебе, красотка, не ломайся, — рокочет мне в шею незнакомый бас.

Мужчина хватает меня за талию и притягивает к крепкому телу. Я чувствую, как легкая юбка ползет вверх, а «верный товарищ» чужака упирается в бедро.

— Миш, — пищу, как мышь, от страха.

Муж оборачивается и срывается с места. Он подлетает к незнакомцу, толкает его в грудь, тот отпрыгивает.

— Руки убрал от моей жены, козел!

— Да ты чо, мужик! — басит чужак. — Хочешь, мою полапай. Вон на леваке скачет.

Он небрежно машет куда-то в сторону. Я невольно провожаю жест взглядом и от неожиданности икаю. По широкой лестнице, устланной красным ковром, на четвереньках, как большой пес, спускается обнаженный мужчина, покрытый татуировками. На нем надет только ошейник, цепь от которого тянется к руке рыжеволосой женщины. Она подгоняет несчастного короткой плетью, а тот блеет:

— Простите, госпожа, я больше так не буду.

— Ты сегодня наказан, негодник! — семихвостая плеть опускается на зад пленника, а я передергиваюсь, словно это меня бьют.

— Б-больно, госпожа! — стонет мужчина. — Еще хочу!

— Это твоя? — спрашивает ошарашенный Мишка у незнакомца.

— Ага, — гогочет тот. — Я на себе ездить не даю, вот Светка здесь и развлекается.

— А ты что?

— А я в свободном полете. Кого найду, того и трахаю, — он вдруг подмигивает Мишке и шепчет: — А твоя ничего, аппетитная, давай на пару разложим?

У меня перехватывает дыхание от его слов, жар разливается по всему телу. Хочется закрыть глаза и уши и ничего не видеть и не слышать. Но стоны несутся со всех сторон, в каждом углу, за каждой портьерой прячутся обнаженные и не очень гости и отрываются по полной программе, нисколько не обращая внимания на остальных.

Девушка, сопровождавшая нас, исчезает, Тараса нет, а Мишка жадно смотрит вокруг и крутит головой.

— Юль, ты куда меня привела? Это же дом похоти и разврата. Тебе захотелось разнообразия?

— Да, захотелось, — смело смотрю ему в глаза. — Это свинг клуб.