Измена. Предатели должны гореть в аду

Глава 33

Сердце ухает в пятки. Неужели Мишка добрался до моего босса? Вот это номер! Оказывается, муж тот еще гаденыш! Или это его мамаша постаралась? Или Лика? А может, Галина?

«Как ты дошла до жизни такой? — выползает на свет внутренний голос. — За один уикенд нажила столько врагов!»

Глубоко вдыхаю, собираю волю в кулак и стучу в дверь босса.

— Войдите, — отвечает холодный голос.

Да, ничего хорошего ожидать от такого тона не приходится, мы знаем уже все оттенки начальственного баса.

— Вызывали?

Быстрый взгляд из-под седых бровей, и снова ректор смотрит на экран монитора. Я стою посередине кабинета, не решаясь пройти к столу.

— Чего застыла? — не глядя на меня, спрашивает босс. — Садись.

На негнущихся ногах иду к креслу, опускаюсь в него и проваливаюсь почти до пола. Идиотская ситуация! Ведь знаю, что ректор это кресло держит специально, чтобы сбить с толку неудобных визитеров, а бдительность потеряла. Пока барахтаюсь, пытаясь сесть ровно, босс заканчивает созерцание монитора и с усмешкой наблюдает за мной.

— Простите, у меня лекция.

— Да-да, помню, — спохватывается ректор. — Юлия Геннадиевна, как я должен это понимать?

— Что? — спрашиваю внезапно пересохшим горлом.

— Во-первых, вы не отвечаете на звонки. Галина не может с вами связаться. Во-вторых, — на этом слове замираю, даже забываю как дышать, — на вас поступила жалоба.

Так, понеслось! Прокручиваю в голове своих врагов и ни одного не нахожу: со студентами не конфликтую, отчеты сдаю вовремя, лекции и семинары провожу исправно. Наверняка Лика постаралась.

— От кого жалоба? Чем недовольны?

Улыбаюсь во весь рот, показывая, что не держу за пазухой секретов, а внутри все дрожит: не привыкла я идти против течения. Лика права, я серая лабораторная мышь, которая еще только учится показывать зубы.

— Звоночек в прокуратуру поступил.

Еще не легче! Я полном недоумении сижу с раскрытым ртом. А девочка не промах, раз на такой звонок осмелилась.

— Куда? Зачем?

— Вот и я не понимаю, зачем вы со студентов мзду за дополнительные занятия берете. Неужели вам денег не хватает при муже элитном стоматологе? Позвольте поинтересоваться, какая у вас такса?

— Я н-не беру, — от неожиданности заикаюсь.

Теперь не сомневаюсь, что жалоба — дело рук Анжелики.

— Аноним утверждает, что берете.

— Хорошо, — сглатываю, проталкивая слюну в пересохшее горло. — Вы можете опросить моих студентов. И раз звонок анонимный, думаю, не стоит ему верить.

— Неприятно, знаете ли, узнавать такие факты о своих преподавателях, — не слушает меня ректор. — Вы молоды, только недавно окончили университет, мы взяли вас на работу как лучшую студентку, дали вам возможность развиваться на педагогическом поприще, а вы…

«Ну, все, сел на любимого конька!» — с грустью наблюдаю за тем, как речь босса набирает обороты, и обычная беседа превращается в лекцию о чистоте нравов и низости помыслов некоторых неблагодарных личностей.

Украдкой поглядываю на часы: звонок уже прозвенел, и студенты наверняка меня потеряли. Дождавшись паузы, вставляю:

— Григорий Ефимович, я могу идти? У меня лекция.

Он спотыкается на слове, переводит на меня взгляд, словно не понимает, кто я и что делаю в его кабинете.

— Погоди. Это еще не все. Это тоже объясни. Мне замминистра звонил и интересовался, сколько я плачу своим преподавателям, раз они на тусовке олигархов развлекаются.

Он разворачивает экран ноутбука ко мне и включает показ ролика. Я вижу себя во всей красе, рядом злого Тараса, который вцепился в узел галстука Мальцева.

— Все просто, меня пригласили в качестве переводчика. Видите, — кончиком ручки показываю на Тараса. — Это наш студент с юридического, знаете Полонского? Он и пригласил.

— А почему именно вас? Мария Ивановна настоящий профессионал, а выбрали именно вас. Сомнительно.

— Тарас ходил ко мне на курс, он меня знает, а с завкафедрой испанского языка незнаком.

Ректор смотрит на меня пристально, потом машет рукой.

— Свободна.

— А как быть с прокуратурой? — у дверей спрашиваю я.

— Разберемся.

Чудеса в решете! Стоило только упомянуть Полонского, как ректор сменил гнев на милость.

— Спасибо.

— И, Юля, включи телефон!

В приемную вылетаю и чувствую, как по спине ползет капля пота. На лбу тоже выступила испарина. Я выдержала новое испытание, но это далось нелегко моим расшатанным предательством нервам. Галка бросается навстречу с встревоженным лицом и протягивает салфетку. Она переживает за меня, только я теперь не верю ее порыву.

— Ну, что? Что он хотел?

— Жалоба. В прокуратуру.

— Вот сволочи! — она обнимает меня за плечи, и я не отстраняюсь: просто сейчас не до обид и мести. — Выпей, полегчает.

Подруга сует мне в руку стаканчик с кофе, я киваю и иду к двери.

— Юль, у тебя телефон сломался? Ты на два дня пропала.

— Нет, хотела побыть одна.

— А что случилось?

На лице подруги написано искреннее участие, а я вспоминаю ее смс с предупреждением, отправленное моему мужу, и сразу настроение падает, хочется побыстрее уйти.

— Давай потом.

Я выскакиваю в коридор и несусь в Молодежную аудиторию. Сегодня две группы занимаются вместе, а я опаздываю. По дороге отдаю стаканчик с кофе уборщице, не могу сделать ни глотка. В аудиторию влетаю с разгона и спускаюсь по ступенькам к кафедре. Вслед несется разнобой приветственных голосов.

— Извините за опоздание, — говорю на одном вдохе. — Начинаем. Кто мне перескажет домашний текст?

Отрываю взгляд от экрана ноутбука, медленно осматриваю студентов. Дойдя до последнего ряда, вздрагиваю: Тарас. Он сидит, как обычно: с краю, чтобы в любой момент сняться с места и уйти первым. Но сейчас выглядит по-другому. Капюшона на голове нет, а открытый взгляд направлен на меня.

И мне становится легче, будто получила негласную поддержу, потому смогу вынести все трудности и справиться с проблемами.

Вытаскиваю из кармана телефон, включаю его, пора принять удары судьбы лицом. Кладу перед собой на кафедру и начинаю занятие.

Телефон загорается беспрерывно. Я вздрагиваю от каждой вибрации мобильника, смс читаю на ходу, не отрываясь от работы со студентами. Последние несколько раз звонила свекровь, причем так настойчиво, что я невольно волнуюсь, не случилось ли еще что-то.

Во время перерыва набираю номер Лидии Федоровны.

— Ну, наконец-то, — первые слова, которые выдает для меня свекровь. — Юля, я жду тебя в кафетерии университета. Сейчас! И поторопись, пока мое терпение не лопнуло.