Измена. Предатели должны гореть в аду

Глава 1

— Так, ребята! На сегодня все. Сдавайте работы.

Смотрю на студентов, торопливо проверяющих курсовые, на часы. Время поджимает, пора бежать, хочется поторопить аудиторию, но терпеливо жду.

Ох, опоздаю! Как есть опоздаю! Ничего не успею!

Нет! Сегодня нельзя.

Наконец получаю первую папку, вторую…

«Пятнадцать, двадцать три, — считаю машинально. — Еще две, и я свободна».

От нетерпения перетаптываюсь, оглядываю опустевшие ряды и натыкаюсь на внимательный взгляд. Хмурюсь.

Опять он?

Этот студент всегда приходит в аудиторию последним.

Длинный, лохматый, небритый, в вечной кожанке…

Не пропускает ни одной лекции.

Садится на ближний к выходу ряд, достает ноутбук, раскрывает…

Но я ни разу не видела, чтобы он что-то записывал. Смотрит на меня, на доску, на экран, и я не знаю, куда спрятаться от его пристального взгляда: теряю мысль, забываю материал лекции, включаю не тот слайд. В общем, чувствую себя неловко и оттого злюсь еще больше.

После лекции он также убирает ноутбук в рюкзак, хватает кожанку и исчезает.

И все это молча, ничего не спрашивая, не участвуя в обсуждениях и дискуссиях, просто сидит и смотрит. Зачем приходит, непонятно.

Вот и сегодня здесь.

— Юлия Геннадиевна, — перевожу взгляд на шатенку с длинными волосами, которая стоит рядом с кафедрой. — Завтра можно к вам прийти на консультацию?

— Конечно.

— Во сколько?

— В тринадцать часов. Только не опаздывайте, я очень занята.

— Хорошо.

Складываю стопкой курсовые работы, пристраиваю эту внушительную горку на руку, как ее перехватывают из-под моего носа.

— Я сам, — басит странный студент и размашисто идет вперед.

— Спасибо, — кричу в кожаную спину.

Хватаю сумку, телефон, бегу следом, но не успеваю догнать, лишь на кафедре обнаруживаю столбик работ у себя на столе. Звонит телефон: Галка.

— Юль, забеги ко мне перед уходом.

— Я тороплюсь.

— На пять минут, вопрос есть.

— Юлия Геннадиевна, вы так спешите! — качает головой завкафедрой. — Разве у вас праздник сегодня?

— Нет, — отвечаю, натягивая плащ.

— Ой, тогда не волнуйтесь, успеете.

Качаю отрицательно головой: не согласна. Я во всем люблю порядок, и в этот день не хочу иметь неприятные сюрпризы из-за своей забывчивости.

— Еще много приготовить надо.

Замираю у двери, растираю пальцами виски, не покидает мысль, будто что-то забыла.

— А где празднуете? В ресторане или дома? — допрашивает меня любопытная Мария Ивановна.

Я досадливо морщусь: отвлекает, обязательно что-нибудь забуду, но отвечаю:

— У родителей мужа за городом.

— О! И знаменитости будут?

Вздыхаю: от Марии Ивановны не отвязаться.

— Не думаю. Пригласили несколько семейных пар, с которыми дружим. Ну, — оглядываюсь, — я побежала.

Несусь у двери, пока меня еще о чем-нибудь не спросили, но крик настигает меня уже в коридоре.

— Юлия Геннадиевна, стойте! Сумочка?

Так и есть, забыла!

— Вот голова садовая!

Я, смеясь, выхватываю из пальцев завкафедрой сумку и несусь в приемную ректора к подруге. Галина — секретарь ректора. Она всегда в курсе свежих сплетен и охотно, даже слишком охотно, делится ими с окружающими.

— Слушай, Юль, — налетает на меня подруга. — Можно я с кавалером приду?

— У тебя же нет.

— Сегодня найду. Все парами будут, не хочу скучать в сторонке. А ты чего такая смурная?

— Ходит ко мне студент. Странный такой. Откуда свалился на мою голову, не представляю. Его даже в списках группы нет.

— Не вопрос, сейчас узнаем, что за чудо мешает самой молодой преподше универа работать.

— Потом, спешу.

Но Галка дергает меня за руку и усаживает на стул рядом с собой.

— Успеешь! — смеется она и открывает файлы студентов.

Я напряженно вглядывалась в экран монитора. Подруга листает страницы и спрашивает, показывая на фото.

— Этот?

— Нет. Парень темный, небритый, лицо такое…

— Какое?

— Породистое.

— Ну, и как по такому описанию искать будем?

— Тогда оставь эту затею. Сама же захотела.

— О, погоди, погоди! — она быстро двигает курсором по экрану. — Этот?

Я вглядываюсь в экран: на меня смотрит смутно знакомое лицо, только еще юное и невинное, не тронутое жизнью.

— Похож. Я его толком и не разглядывала. Ноутбук на коленях, капюшон толстовки на лицо надвинут, голова опущена.

Кончик стилуса бежит по строчкам и замирает: Тарас Полонский.

— Парень с юридического.

— Да? — я от удивления роняю сумочку, наклоняюсь за ней. — А что он забыл на курсе испанской лингвистики?

— А я знаю? — Галка вглядывается в экран и вдруг кричит: — О! Юлька! Джекпот!

— Что? Что? — вскакиваю я, лоб мгновенно покрывается испариной: куда я влезла?

— Да ты знаешь, кто это?

— Н-нет. А должна?

— Ну, Юлька, ты даешь! — смотрит на меня круглыми глазами Галина, а в ее зрачках чертики пляшут. — Знаменитая фамилия в столице.

— Д-а-а-а? — выдыхаю я. — Заинтриговала. И чем же она знаменита?

— Олигарх Полонский. Дворцы, заводы, корабли, которые бороздят просторы нашей планеты. Неужели не слышала?

— Н-нет, — напрягаю мозги, где-то на заднем плане всплывает что-то знакомое. — И что делает этот мажор со знаменитой фамилией в нашем скромном универе?

— А вот это я не знаю. Может, тупой или конфликтный, перебрал все центральные вузы, вылетел, вот папаша и пристроил его к нам. Последняя, так сказать гавань… Ой!

— Ты чего? — испугалась я ее крика.

— Это же шанс. И он сам плывет в руки. Надо срочно парнем заняться.

Галка вытаскивает из ящика стола зеркальце, проводит по губам блеском, почмокивает ими.

— Ляпнешь тоже! — хмыкаю я.

— Хорошо тебе говорить, ты у нас замужняя дама, — быстрый лукавый взгляд через зеркало. — А, нам, девицам, тоже в загс сбегать хочется.

— Ну ты как скажешь! — мы в голос смеемся и оглядываемся на дверь ректора, вдруг услышит. — Может, это просто однофамилец, а ты уже и губу раскатала.

— Думаешь? — взгляд подружки гаснет, зеркальце исчезает в ящике, блеск тоже. — Скорее всего. Олигарх своего сыночка в нашу дыру не посадит.

Я согласно киваю. Нет, не скажу, что университет совсем пропащий: здесь преподавательский состав сильный, библиотека хорошая, архив старинный. Но техническое оснащение ужасное, оборудование старое, ремонта давно не было, может, потому и висим в рейтинге вузов страны в самом хвосте.

— Юль, да ты на возраст посмотри, — Галка опять тычет стилусом в экран, — далеко не студенческий. Двадцать пять годков стукнуло. Подзасиделся паря во вьюношах. Такие только на заочке учатся.

— И правда, удивительно, — качаю я головой и теряю интерес к студенту, тем более, что мой курс уже закончился. — Пусть учится, если хочет.

Я закрываю дверь, тороплюсь домой, а сердце наполняется теплом: моему Мишке исполняется тридцать лет, завтра будут гости, а сегодня… вечер только мой.