Кайрин 3. Тень алхимика

Печать 24 Призыва дэва

Через десять минут я дорисовал узор. Хоть он и напоминал печать, у него не было ограничивающих колец, в центре был небольшой круг, пересекающий молнию посередине. Рисунок совершенно не походил на ту печать, которую мы чертили с Корном, когда он вызывал дэва огня.

Я начал заполнять узор маной, постепенно он засветился жёлтым. Ветер вокруг усилился. Стало сложно стоять на месте, меня толкало то в одну сторону, то в другую. Внутри всё дрожало от предвкушения.

Скоро я заключу договор с дэвом! С Хару!

Когда почти вся моя мана перетекла в печать, я почувствовал присутствие дэва.

— Приветики, Ринни, — раздалось в моей голове. — Вот теперь я могу говорить.

Говорить? Разве мы не собирались заключить договор? Он просто поговорить пришёл?

Я попытался остаться собранным и спокойным, но моё настроение уже пробило отметку плинтуса и продолжало лететь вниз. Однако я всё же спросил:

— Куда ты пропал?

— Понимаешь, чтобы попадать сюда, к тебе, мне нужно было находить в нашем мире наиболее слабые места, бреши. Там, где реальность нашего мира наиболее зыбка. Но… недавно эти дыры обнаружили и заделали.

— Разве ты не говорил, что попадать ко мне это твоя особенность? — поразился я.

— Это так и есть. Другие, даже воспользовавшись дырой, не смогли бы попасть сюда так просто… Но даже я не могу пройти сквозь незыблемую стену! Так что мы не сможем продолжать общаться…

— Стой! Что значит не сможем? А нет… Сначала… Извини меня, я был не прав и не должен был так злиться и срываться на тебе. И тогда… я наговорил глупостей.

— Это прекрасно, что ты способен признать свою вину. Я тоже не был полностью прав. Мир? — появилось ощущение, будто меня завернули в самое уютное на свете одеяло.

— Мир, — улыбнулся я. — А теперь заключи со мной договор.

Я прикрыл глаза, но не видел Хару, только слышал его и чувствовал. Я ощутил его растерянность.

— Договор?

— Конечно. Разве ты не собирался стать моим первым дэвом?

Хару молчал несколько секунд.

Я уже успел за это время надумать демон побери что! Затем он звонко рассмеялся.

— Ладно. Давай заключим его.

Я проворчал:

— Думаешь, я позволю тебе не общаться со мной? Что за вздор ты несёшь?

— Тогда ты всё ещё помнишь мои условия?

— Про то, что ты подбираешь мне остальных дэвов?

— Верно.

— Я познакомился с одним дэвом воды, собирался заключить с ним договор, но меня опередили. Хочу его вернуть. Ты… против?

— Водный дракон тёмно-синего цвета?

— Я думал, что он чёрный, но, возможно, и синий… — засомневался я.

— Хорошо, он подойдёт, но остальных выберу я.

— Ты, правда, не против⁈ — обрадовался я. — Остальных? Ты так уверен, что будут остальные?

— Если их не будет, ты ничем не рискуешь, — сказал Хару. — У тебя хватит сил на договор?

— Не уверен.

Моей маны за время нашего небольшого разговора уже порядочно убыло, всё-таки я поддерживал покров.

Но после моего ответа меня начало наполнять энергией. Стало так легко и комфортно.

— Лучше? — хихикнул дэв.

— Ещё бы. Теперь получится.

— Тогда начнём!

Меня перенесло в пространство, где я привык видеть Хару. Серое ничто и клубящийся дым под ногами. Только вот сегодня тут всё было не таким, как обычно.

Сначала дым посветлел до белого, а затем стал поблёскивать салатовым и жёлтым. Подул ветер и клубы разноцветного чада стали отрываться и кружить вокруг. В центре этого безобразия стоял Хару, сияющий широкой улыбкой. Дэв выглядел, как обычно, как мальчик лет двенадцати лет со светлыми волосами до плеч, которые развевал ветер. Носил он привычную белую накидку в форме треугольника. Теперь я особенно внимательно разглядывал канву его одежды — действительно та самая загогулина, которая лежала в основе его печати, повторяющаяся множество раз, образовала простой узор.

Я подошёл к нему.

— Тебе не нравится? — удивлённо спросил дэв, не видя моей реакции на украшенное пространство.

— Э… Давай займёмся делом, — решил я его не расстраивать.

Для моего сознания гораздо более привычным было серое пространство. Оно мне нравилось больше.

Хару хмыкнул и топнул ногой. Дым, покрывающий здешний пол, рассеялся. Словно вися в воздухе под ногами дэва, сиял узор, который я маной нарисовал в реальности.

— Заходи в центр, — произнёс дэв.

Я встал совсем рядом с ним, теперь мы оба стояли внутри рисунка.

— Я, Хару, клянусь следовать за магом, стоящим предо мной, — он резко сжал руку в кулак, после чего вытянул её вперёд, почти коснувшись меня, и ладонью вниз раскрыл кулак. Алая кровь потекла из его порезов, оставленных ногтями. Капли упали на печать, и она полыхнула салатовым.

— Я, Кайрин, клянусь следовать за дэвом, стоящим предо мной, — заострив ногти вэ, я повторил жест Хару, резко сжав кулак. Когда раскрыл ладонь, капли крови заструились по ней. Одна из них сорвалась вниз, упала на печать, и та полыхнула бирюзой.

— Контракт заключён, — хором произнесли мы.

Печать исчезла, а пространство вокруг превратилось в бескрайнее зелёное поле.

— Ну… — я указал на окружающий нас пейзаж, — так получше.

— Теперь, когда контракт заключён, мне нужно тебе сообщить о некоторых правилах безопасности при призыве дэва.

— Что, и такие есть? — удивился я.

— На призыв дэва тратится существенная часть маны мага. Обычно около трети всего его запаса. Как думаешь, откуда берётся энергия для того, чтобы отправить его обратно?

— Наверное, тоже из маны мага?

— Верно, — улыбнулся шире Хару. — Что же будет, если дэв призван, а у мага не осталось сил, чтобы отправить его обратно?

Я растерялся. Никогда об этом не задумывался. В книгах же очень неохотно рассказывалось что-то о духах, так что найти там хоть крупицы информации о них было уже счастьем.

— Без понятия. Могу предположить, что дэв останется здесь?

— Нет. Это невозможно, потому что, находясь в этом мире в физическом воплощении, мы тратим очень много сил — и своих, и мага. Кроме того, мы бы не заключали договоры с людьми, если бы это нам как-то угрожало.

— Тогда вы должны использовать остатки силы мага для того, чтобы уйти обратно в свой мир.

— Верно. Поэтому магу необходимо сохранять часть маны, чтобы отправить дэва домой. Если он этого не сможет сделать, то дэв использует его жизненную силу для того, чтобы сделать это за него.

— Подожди… — по спине пронеслись мурашки. Хару говорил отстранённым тоном и книжными фразами, но суть, которую я уловил, была пугающей. — Ты сейчас говоришь о том, что ты меня убьёшь, если я не оставлю маны для обратной печати?

— Я бы никогда так не поступил… И я не один такой, кто бы не смог этого сделать. Именно поэтому эта часть вплетена в печать призыва каждого из дэвов. Не я тебя убью, если у тебя кончится мана, и ты не сможешь отправить меня обратно, это сделает печать, — Хару смущённо почесал щёку, избегая смотреть мне в глаза.

— Это только у тебя или…

— Я же говорю, так у всех дэвов. Раньше были… случаи, поэтому нам пришлось пойти на такое правило.

— Почему бы вам не рассказывать об этом раньше?

— Мы не можем. Это запрет, наложенный нашим королём. Мне неуютно, что я не сказал раньше, но… Разве ты тогда бы отказался от договора?

— Нет, конечно, — я тряхнул головой и ухмыльнулся. — Ладно. Так значит, я теперь могу призвать твоё физическое воплощение в реальности?

— Да… Почему у меня зачесалась голова? — заозирался Хару.

Припоминая своё давнее желание треснуть его по макушке, я расхохотался.

В этот раз я так и не смог призвать Хару воплоти: мне просто-напросто не хватало маны. Экзе же просто повезло, что дэв был водной стихии и она могла использовать покров для пополнения маны. Теоретически, и в моём случае это было возможно. Корн тоже так мог: трансформировать ману водной стихии в вэ, а затем в ману другой стихии. Но я пока не был настолько умел.

Когда я применял покров, я практически не мог использовать заклинания другой стихии, даже элементарные попрыгунчики давались мне с превеликим трудом.

В тот вечер я пошёл разучивать заклинание обратного призыва, которое должны были знать все маги, которым удалось заключить договор с дэвом. Оно возвращало призванного дэва в их мир. Меня не отпускала мысль, насколько же часто маги погибали не от убийственного заклинания, а от собственного дэва. Всё-таки довольно жестокое правило. Люди могли пользоваться великой силой дэвов, но и платили они за это равноценно, рискуя своей жизнью каждый раз, когда их призывали.

Я с предвкушением ожидал завтрашнего дня и возможности вживую увидеть давно знакомого мне дэва. Интересно, каково это? Хару старался максимально походить на человека, в чём делал большие успехи. Так он будет выглядеть, как простой человек или, например, его кожа будет светиться и блестеть, как тот белый дым, который он мне сегодня продемонстрировал?

Когда я заснул, мне снился странный сон. Но когда я утром раскрыл глаза от него осталось лишь ускользающее ощущение, что он был непривычным и его стоило вспомнить. Однако как я не пытался напрячь мозг, всё было бесполезно.

Мак беззаботно дрых, я же всё надеялся вспомнить сон, поэтому засыпать вновь не собирался. В итоге я встал и стал бродить по комнате, затем забрёл в ванную… А после того как принял душ, смирился с тем, что вспомнить сон уже невозможно.

Когда я вышел из ванной, в комнату постучали. Обычно уже по стуку я мог определить, кто пожаловал. В конце концов, не так уж много студентов могло осмелиться стучать поутру в комнату, где жили двое из дюжины.

Однако в этот раз определить у меня не вышло. Стук был слишком тихим для Корна, и слишком равномерным для Ая. Нилл же, девушка Мака, вообще не пришла бы утром в мужское общежитие. Мелькнула мысль про Агер, но она стучала бы тише.

Мак даже не отреагировал на шум. Я, затянув полотенце на пояснице потуже, пошёл открывать.

— Привет, — на пороге стоял Хэйрин. Да, про него я не подумал. Кажется, это впервые, когда он сам пришёл в мою комнату.

Наверное, он затем, чтобы обсудить ту историю, но прошёл всего день, неужели он не мог дать мне хотя бы ещё парочку, чтобы прийти в себя?

— Оденусь и выйду, — буркнул я, закрыв перед ним дверь.

Через минуту я накидывал пиджак, после чего вздохнул и вышел в коридор.

Брат нашёлся в паре жезлов, сидящим на подоконнике окна. Увидев меня, он соскочил с него и с мягкой улыбкой произнёс:

— Прогуляемся?

— Если только в людных местах, — я не скрывал недовольства в своём голосе.

— Серьёзно? — хмыкнул он.

— Ещё как, — я прошёл мимо него и услышал, как он двинулся следом.

Вскоре мы были в парке. Я выбрал оживлённую его часть, однако было раннее утро, и студентов всё равно попадалось немного.

— Чего ты хотел? — остановился я.

— Эм… — Хэй накрутил на палец прядь волос. Потом вздохнул. — Ладно, если не хочешь ходить вокруг да около, то могу говорить прямо, — он поднял на меня взгляд. — Я собираюсь уговорить тебя вернуть воспоминания. Только и всего.

— И как же ты собираешься это сделать? — усмехнулся я. — Кажется, я уже ясно сказал, что не хочу, чтобы ты рылся в моём разуме.

— Эй! Ты слишком грубый… Такой холодный, — он прищурился, скрестив на груди руки.

— Позавчера ты меня силком затащил в свою комнату и связал! После этого ты хочешь, чтобы я был с тобой мил и добр? Я уже молчу про то, что ты всё время притворялся, будто не в курсе произошедшего! Да ты даже убеждал меня в том, что это я сам зашёл в установку и активировал механизм, когда как прекрасно знал, что это был Мао! Более того, ты сам им и управлял! То, что я с тобой вообще разговариваю, а не делаю вид, что тебя не существует, уже большое одолжение с моей стороны!

— Так ты нам не поверил?

— Я промолчу.

— Значит, поверил? — улыбнулся Хэй. — Конечно, поверил. Если бы это было не так, ты бы не согласился со мной поговорить. Ладно, я дам тебе больше времени. Но знай, я не отстану от тебя…

Желудок брата громко заурчал, Хэй слегка покраснел.

— Может, перекусим? — предложил он.

— С тобой рядом у меня аппетит пропадёт…

— Да ладно тебе, не будь таким букой, — он схватил меня за плечо и потащил вперёд.

— Пусти!

— Только если ты пойдёшь со мной, — подмигнув, широко улыбнулся брат.

— Ты меня шантажируешь!

— Кто сильнее, тот и прав! — он показал язык и побежал вперёд. Но он не отдалялся слишком далеко и постоянно оглядывался, следую ли я за ним. Казалось, если я решу затеряться в парке, он вернётся и потащит меня за руку, уже не отпуская.

— Эй, Хэйрин! — брат остановился и посмотрел на меня. Я догнал его.

— Слушай, мы же семья и раз уж мы… почти помирились, мне хотелось бы кое-что узнать.

— Что же? — он поднял брови.

— Какая метка у Мао? — если у Хэя она появилась, когда ему было всего семь, разве не логично, что у нашего, весьма одарённого, старшего брата в почти двадцать, она тоже должна быть?

Я задал этот вопрос, чтобы проверить, насколько братья откровенны со мной. Сейчас Мао не было рядом, Хэй должен был сам принимать решение, отвечать ли. Если бы он хоть каплю сомневался в том, что можно мне это рассказать, то я бы это заметил и сделал выводы.

— О, в этом нет большого секрета. Хотя лучше не болтай о ней, с кем попало. У него метка молнии, — на лице Хэя не дрогнул ни один мускул, не было похоже, что он колебался.

— Что она делает?

— Просто усиляет стихию… — он вновь зашагал к дворцу.

— Усиляет… молнию? Значит, он сильнейший маг молнии? Даже сильнее отца?

— Может быть. Хотя он ещё не научился таким заклинаниям, на которые способен папа.

— Поразительно.

— Не думаю, что его метка столь прекрасна. Она довольно… хм… нет, я не говорю слабая, но очень… простая. Существуют куда более занимательные.

Угу, например, твоя.

Кажется, Хэй гордился своими способностями.

— Как можно определить, есть ли метка у меня?

— Ты хочешь узнать свою метку? Есть специальное заклинание, довольно сложное, тебе лучше попросить папу, он точно сможет его применить. Мне тоже любопытно, есть ли у тебя метка, и что она из себя представляет… Возможно, она как-то связана с тем, что ты так легко освоил вторую стихию? Да, определённо, она должна быть с этим как-то связана…

Мы дошли до столовой. На входе стоял мужчина в серой форме. Он был из наших прежних охранников. А новые, те, что из королевских магов, уже покинули Парящий остров, что несказанно меня радовало. Теперь их осталось всего несколько и больше на верхних этажах.

Кроме охранника в столовой никого не было. Увидев нас, он улыбнулся.

— Хэйрин, Кайрин, нечасто увидишь вас вместе. Проходите, повара уже кое-что приготовили.

Столовая пока ещё не открылась для обычных студентов, но мы не были ими, нас спокойно пропускали и вне официального времени завтрака.

— О, привет, — поздоровался с мужчиной Хэйрин. — А сможешь сказать, кто из нас кто? — улыбнулся он.

— Чтобы различить вас, мне нужно взглянуть на браслеты. Иначе вы слишком одинаковые, — рассмеялся охранник.

— Ха-хах… На самом деле совсем нет. Мы даже внешне отличаемся. Давай я тебя научу…

Я закатил глаза и прошёл мимо, ещё не дойдя до ряда столов, где выставлялись готовые блюда, я расслышал, как Хэй говорил:

— У меня глаза голубые с совсем небольшим зеленоватым оттенком, а у Кайрина — они почти зелёные, ну ладно, с еле заметным голубым… Но самое простое это волосы! Ты только посмотри на его шевелюру! Он словно вообще не знает, что такое расчёска. У меня же волосы шелковистые и смотрятся гораздо лучше…

— Ага, а ещё, если бы не форма, Хэй бы уже носил ярко-розовую пижаму с помпонами! — встрял я в их разговор, слегка обидевшись на моё описание. Вообще-то, это его вина, что сегодня я забыл расчесаться.

— Вот, видишь… Очевидно, что у моего брата нет чувства стиля, — Хэй ехидно мне улыбнулся. — Он даже не понимает, что я ни за что в жизни бы не надел какую-то пижаму с помпонами! А не надел бы я её потому, что…

Внезапно Хэйрин и охранник замолчали. Я обернулся, чтобы увидеть, в чём причина.

Они смотрели в коридор. Прислушавшись, я различил отдалённый шум, как будто его источник был довольно близко.

Это из-за него они так насторожились?

— Я проверю, — сказал охранник и ушёл. Хэйрин постоял пару секунд, а затем двинулся следом.

Эй? А как же я? Я поставил тарелку с кашей обратно и поспешил за ними.

Шум доносился из лазарета. Он находился напротив столовой. Когда охранник открыл разрисованную зелёными побегами дверь, стал отчётливо слышен грохот, звон стекла и ругань.

Кто удумал буянить в лазарете? Он самоубийца? Лекари такое ему не простят…

Хэйрин не спешил заходить внутрь, замерев чуть в стороне от двери. Я остался стоять рядом со входом в столовую.

Послышался голос охранника, кажется, он пытался выяснить, что происходило. После чего дверь распахнулась, и мужчина вылетел из лазарета с такой силой, что ударился о стену коридора.

Его кожа была покрыта копотью. Судя по всему, кто-то неожиданно ударил в него нехилым шаром огня. Мужчина потерял сознание. Я подбежал к нему и проверил пульс. В общем-то, он был в порядке, хотя помощь целителя ему бы пригодилась.

Я оттащил мужчину подальше от лекарского крыла. Как ни странно, но именно сейчас, когда он нуждался в медицинской помощи, ему было более безопасно находиться подальше от лазарета…

Когда я вновь посмотрел на дверь, Хэя уже не было рядом, а сама она была плотно закрыта.

Шавр! Он пошёл туда без меня? А если это ещё какое-нибудь нападение? Ведь что-то начало твориться ни где-то ещё, а именно в лазарете!

Надеюсь, хотя бы Агер ещё не успела выйти на работу.