Даль-цвет. Том 2. Киноварь

Глава 10

Перед отъездом я спросил Финиана:

— Найдутся у вас следопытские фотографии из каких-нибудь спокойных миров? Хочу их использовать как транзитные остановки. Ну, например, шагаю из столицы в такой вот мир, а оттуда — к вам сюда, если будет срочность. Сейчас-то мне это ни к чему, спешки нет, а на цеппелинах летать люблю.

— Да, снимки найдутся, — подтвердил Финиан, — но используйте их только в крайнем случае. Двойной переход без паузы — трудоёмкий, даже опасный. Побочные эффекты резко усилятся. Полагаю, вы выдержите, но без специальной тренировки будет непросто. В Академии этому учат только на дополнительных курсах — на четвёртом и пятом. Нужен определённый уровень дара. А в основной программе такого нет.

— Эх, обидно. Надо будет спросить декана — может, есть методики для самостоятельных тренировок.

— Есть в кланах. На этом специализируется в основном Лазурит. Их люди работают с правительством по контракту, в качестве фельдъегерей. Кстати, хорошо, что напомнили, Вячеслав…

Финиан вручил мне снимок с диагональю примерно в метр. Изображался раскладной столик в тесной каморке, которая по площади вряд ли превосходила нишу-кладовку в малогабаритной квартире.

— Это, как вы поняли, фотография-форточка, — сказал Финиан. — Она многоразовая, стабильная. Сделана в одном из смежных миров, я там специально оборудовал эту нишу, ещё давно. Вы можете положить на столик конверт с письмом, а я его заберу через аналогичное фото. Этот вариант — тоже запасной. Для повседневной связи удобнее телефон, а для посылок вполне подходит авиапочта, но иногда бывают нестандартные ситуации, сами понимаете.

— Ну, ещё бы. Эту фишку только кланы используют? На почтамтах не видел.

— Есть специальные пункты приёма-выдачи, но лишь в очень отдалённых районах. На Архипелаге Когтей, к примеру, или на Кипарисовых Островах. Обслуживаются опять-таки Лазуритом, за высокую плату. В пределах же континента услуга мало востребована. Люди, не входящие в кланы, предпочитают обычные почтовые перевозки.

Я собрал вещи, попрощался с Финианом и сел в подъехавшее такси.

Когда мы проезжали деревню, я попросил шофёра притормозить на пару минут. Зашёл к бургомистру и пожелал удачи. Напомнил ему — если будут безотлагательные вопросы, можно прислать мне телеграмму в столицу, в кампус, только не надо меня дёргать по пустякам. Подтвердил, что ближе к осени, вероятно, снова заеду в гости.

Я вернулся в машину, и через пару минут деревня скрылась из вида. Глядя в окно, я подумал, что буду, кажется, немного скучать по этим местам.

Цеппелин неспешно поднялся над Вересковой Грядой и взял курс на север.

Дул встречный ветер, и путешествие несколько затянулось, но через сутки я добрался-таки в столицу.

Кампус выглядел сиротливо, почти все его обители разъехались на каникулы. Вступительные экзамены не успели ещё начаться — их можно было сдать либо в середине лета, либо (как сделал я в том году) ближе к осени. Всё для удобства лордов, само собой.

Я зашёл на почтамт, проверил свой абонентский ящик. Срочной корреспонденции не было, лишь письмо от местного богача, очень вежливое — он в курсе, мол, что я свинтил в отпуск, и ни в коем случае не торопит, но будут счастлив сделать заказ, как только я сочту себя достаточно отдохнувшим.

Заказ был кстати. Денег у меня на банковском счёте было довольно много, но я подозревал, что и расходы будут неуклонно расти. Вот, скажем, в эти дни я потратился на прожекты в деревне, хотя ничего подобного не планировал.

Старому Финиану я, кстати, вернул двадцать тысяч за обучение на первом курсе. Он пытался отказываться, но я настоял. У него-то как раз с деньгами было негусто.

В общем, заказчику-богачу я позвонил сразу, пообещал — завтра заскочу. А пока поехал к Шиане.

К моему разочарованию, застать её дома не удалось, хотя, по моим расчётам, у неё был выходной в фотоателье (в последние месяцы она работала через день). Ну, значит, бродила где-нибудь с фотоаппаратом или тусовалась с подружкой Эйрой.

Мне оставалось только вернуться к поискам серебряной краски. А для этого требовалось проконсультироваться со старым знакомым.

Я отправился на базар.

Увы, но и там меня ждал облом. Как выяснилось, вахмистр Даррен выслужил-таки пенсию и ушёл. Хорошо хоть, его преемник дал мне домашний адрес старого сыщика.

Таксист привёз меня в частный сектор с одноэтажными домиками.

Даррен занимался именно тем, что анонсировал ещё осенью в разговоре со мной, а именно — возился на огороде. Грядки с картошкой были аккуратно окучены, сорняки выполоты со всей полицейской строгостью. Хозяин в мятой рубахе и холщовых штанах стоял, опёршись на тяпку, и оглядывал свои достижения.

— Любите это дело? — спросил я, поздоровавшись с ним.

— Да не то чтоб очень, — ответил Даррен, пожав плечами. — Но раз уж взялся, копошусь потихоньку. А вас-то как сюда занесло? Стряслось что-нибудь?

— На этот раз — нет, но накопились вопросы. Хотелось бы посоветоваться с опытным человеком.

— Пользы с того опыта теперь — тьфу…

Мы сели на лавочку в тени старой груши, отмахиваясь от мух.

— В последние недели, — сказал я, — получил много пищи для размышлений. Во-первых, кто-то мне устроил ловушку на экзамене и едва не угробил. А во-вторых, усложняется ситуация с суперкраской. И мне всё больше кажется, что по обеим темам может что-то знать Невидимка. Ну, тот бандит с базара. Склоняюсь к мысли, что надо его найти, но понятия не имею — как? Его ведь даже профессионалы искали, а я всего лишь студент. Может, вы дадите подсказку, с чего начать?

— Тут я не советчик, — пробурчал Даррен. — Что с меня взять? В последние годы на базаре сидел, как пёс на цепи. А теперь вот грядки окучиваю…

В его интонации мне послышался не только сарказм, но и ещё какой-то подтекст. Расшифровать его с ходу я не сумел, поэтому спросил прямо:

— Вы что-то знаете, Даррен?

— Устал я, Вячеслав, — сказал он. — Впустую всё это. Вот я к вам приходил осенью в Академию, помните?

— Ну, естественно.

— Мне приятель-сыскарь тогда рассказал, что появился некий Невидимка — борзеет, другие банды под себя подминает. Ну, я и вспомнил про того колдуна, с которым вы на базаре схлестнулись. Явно ведь Невидимка — это тот самый колдун и есть. И решил я нашим сыскарям подсобить. Неофициально, без шума. Позвал ихнего рисовальщика, чтобы он с ваших слов портрет Невидимки сделал…

Услышав это, я даже подскочил и хлопнул себя по лбу:

— Блин! А ведь точно — почему полиция сразу этого рисовальщика не прислала официально? Я ведь на тот момент был единственным, кто Невидимку видел по-настоящему! Хотя стоп, секунду…

— Угу, — хмыкнул Даррен. — Дело-то у полиции отобрали. Лично лорд Грейди на базар приезжал.

— Да верно, — кивнул я. — Но почему он сам не прислал художника? Нарисовали бы Невидимку по моим показаниям, это облегчило бы работу… Или, может быть…

Даррен индифферентно молчал, я тоже заткнулся, но и без слов всё было понятно.

Либо лорд Грейди, уполномоченный по контактам кланов с полицией, хотел замять дело, либо лорды и без портретов знали, как выглядит Невидимка.

Два варианта из серии «оба хуже».

Я постарался сосредоточиться.

— Даррен, разбираемся дальше. Итак, полицию отодвинули, потому что контрафактная краска — компетенция лордов. Но Невидимка уже не только краску толкал — устроил разборки с бандами, а это опять проблема полиции…

— Именно, — сказал Даррен. — И вот, значит, я подумал — вы не откажетесь с рисовальщиком поработать без протокола.

— Я бы не отказался, конечно. Но вы пришли в Академию без него.

— А потому что упёрся он, как баран! Заявил мне — без документа с печатью, мол, не поеду к студенту-лорду. Так что поехал я к вам один. А приятель мой, сыщик, запросил-таки документ, но сверху одёрнули — Невидимку не трогать.

— Опаньки, — сказал я. — А почему — не трогать? Обосновали как-нибудь?

— Его, дескать, уже пасут ребята рангом повыше. Хотят на его сообщников выйти, которые где-то в кланах. Поэтому опять-таки — полиция побоку. Дело лордов. Это я уже после встречи с вами узнал. Хотел к вам опять заехать и рассказать, но потом подумал — а толку? Ничего не изменится. Тем более что вы тоже…

— Тоже лорд, хотите сказать? Ну, логика понятна…

Мы помолчали, и отставной вахмистр добавил:

— А Невидимка побаламутил воду ещё месяц-другой, а потом затих. Ребята в сыскном подумали — затаился, готовит новую пакость, но нет, ни разу с тех пор не выполз. То ли паханы уголовные его задавили, то ли и вправду лорды. Или он сам из столицы смылся вместе с подельниками. Как там на самом деле всё было, мой приятель-сыскарь не в курсе.

Я размышлял.

У Невидимки есть сообщники в кланах…

Эта версия, конечно, не стала для меня особым сюрпризом, она напрашивалась давно. Но теперь она, значит, считалась официальной, заставляя сместить акценты. И буквально подталкивала к выводу — Невидимка связан с Вирчедвиком через серебристую прель.

Вопрос только — кто в этой паре главный, а кто ведомый?

Теоретически можно, наверное, допустить, что Невидимка — эдакий криминальный уникум, профессор Мориарти местного разлива, создавший настолько разветвлённую сеть, кто в неё входят даже лорды…

Но как-то это сомнительно.

Мне отчётливо вспомнилась наша встреча на рынке. Припёрся бы Мориарти лично на место действия, чтобы проконтролировать, как рядовые урки толкают краску? Фиг там, он сидел бы где-нибудь в тайном логове и оттуда раздавал бы приказы…

Да и не показался мне Невидимка носителем запредельного интеллекта и кукловодом. На главаря бандитской шайки тянул вполне, но не более. Правда, его лицо я увидел лишь на пару секунд, но смотрел при этом не просто так, а следопытским зрением, подмечая нюансы…

Если бы меня попросили дать оценку интуитивно, навскидку, я ответил бы однозначно — манипулятор в этой паре Вирчедвик. А Невидимка — марионетка, которую задвинули за кулисы, как только она задёргалась слишком самостоятельно…

— Ладно, Даррен, — сказал я, — один вопрос напоследок. У сыщиков были какие-нибудь наводки на Невидимку? Я понимаю, что полицию попросили не рыпаться, но наверняка ведь шла оперативная информация. Косвенная хотя бы…

С ответом он не спешил. Пожевал губами, хмурясь, после чего сказал-таки неохотно:

— Накрыли поздней осенью одну хазу… Ну, то есть как накрыли — была наводка, что Невидимка там зависал недолго, но смылся. И, прежде чем наверх докладывать, сыскари в этом домике осмотрелись. Не нашли ничего, но…

— Договаривайте, пожалуйста, — сказал я.

— Есть в сыскном отделе мужик — не то чтобы одарённый, как в кланах, но кое-что унюхать всё-таки может…

— Да, такое бывает.

— По молодости он даже надеялся, что дар у него проявится во всю силу, чтоб в следопыты взяли. Но не срослось… И вот он что-то почуял там непонятное, очень смутно. Даже не смог толком объяснить, да никто особо и не выспрашивал. Доложили, как водится, по инстанции, что хазу нашли. Примчались спецы, которые на лордов работают, сыскарей спровадили, осмотрелись. Если и раскопали что, я не в курсе…

— Понятно, — медленно кивнул я. — А адресок этой хазы у вас случайно не завалялся?

— Случайно есть, — хмыкнул Даррен. — Когда приятель мне всё это рассказывал, я по старой привычке сразу адрес спросил. Приятеля аж смех разобрал. Говорит мне — да, мол, инстинкты из ищейки не вытравить. Но продиктовал-таки, погодите…

Даррен поднялся и побрёл к дому. Через пару минут вернулся, протянул мне клочок бумажки с каракулями.

— Рыбный переулок, где порт. Но толку-то, Вячеслав? Если и было там что полезное, лорды давно нашли. И не удивлюсь, если Невидимку как раз-таки через этот след и прижучили. По времени совпадает вроде бы…

— Скорее всего, — согласился я. — Но проверить всё равно надо. Других конкретных зацепок у меня сейчас нет.

Я встал и протянул ему руку:

— Благодарю за помощь.

Даррен молча ответил на рукопожатие, а когда я уже направился к выходу на улицу, окликнул меня негромко:

— Погоди, Вячеслав. Съезжу за компанию…

— Ну, поехали, — пожал я плечами. — Но ты же сам сказал, что толку не будет.

— Мало ли… Дай минуту, умоюсь…

Металлический изогнутый кран торчал из земли, недалеко от крыльца. Сняв рубаху, Даррен ополоснулся до пояса, кое-как пригладил волосы пятернёй. Сходил в дом и быстро переоделся в чистые шмотки.

Таксист меня ждал, как я и просил. Мы влезли в машину, назвали адрес и, попетляв по городу минут десять, въехали в район, граничивший с портовыми складами. Дома были ветхие, из грязновато-бурого кирпича или из самана с облупившейся штукатуркой.

— Здесь тормозни, — сказал Даррен таксисту.

Я вновь попросил водителя подождать. Мы с Дарреном вылезли из машины, и тот махнул мне рукой — туда, мол.

Припарковались мы, как выяснилось, далековато от цели, чтобы не привлекать внимания. Миновав переулок, вышли на поперечную улочку и там наконец увидели нужный дом — длинный и приземистый, как барак, с шестью узковатыми прямоугольными окнами, которые потускнели от грязи.

Я посмотрел следопытским зрением.

Дом выглядел нежилым, покинутым — и вообще, производил гнетущее впечатление. Он как будто был болен, поражён неведомой хворью. Но непосредственной опасности я не чувствовал.

Вся эта постройка была рассчитана, очевидно, на три семьи — со двора имелось три однотипных входа. Даррен кивнул на крайний справа, с полуоткрытой фанерной дверью. Та скрипнула неприятно, и он переступил порог, а я шагнул следом.

В двух маленьких комнатёнках царил разгром после обыска — ящики из комода выдраны, шифоньер отодвинут от стены и распахнут настежь, маленькое настенное зеркало сорвано и разбито. На полу валялись грязные тряпки и перевёрнутые колченогие табуретки. Даже обои кое-где были содраны.

— Всё перетряхнули, — сказал Даррен вполголоса. — Можно, конечно, ещё порыться, но сначала глянь своим взглядом. Ну, специальным. А я на улице осмотрюсь, постою на стрёме. Кто их тут знает…

Когда он вышел, я сконцентрировался, форсируя следопытский навык.

Комната теперь выглядела ещё непригляднее. Даже косые солнечные лучи, проникая в окна, не скрашивали картину, только подсвечивали застарелую пыль.

Но хлам не таил никаких секретов — я почти сразу в этом уверился. Если следы и были, то не столь очевидные.

И да, ощущался какой-то фон, едва уловимый, смутный…

Будто оттенки чуть исказились…

Если бы это была не комната, а её фотография, то я бы сказал, что здесь применили слабенький светофильтр, почти незаметный…

Наверное, это и уловил сыскарь с задатками следопыта, но не смог сформулировать. А уж спецы из кланов почувствовали наверняка…

Однако мне требовалась конкретика.

Шаг за шагом я обследовал обе комнаты, пытаясь найти места, где фон сгущался бы явственнее. Но нет — тот выглядел однородно, без всяких указаний на тайники.

Я вышел в коридорчик-предбанник, узкий и тесный. Кухонный столик ищейки выпотрошили, посуду оставили на полу. На столике стоял примус. Ещё был кран с эмалированной раковиной. В окошко сочился уличный свет.

Окно это почему-то притягивало внимание.

С полминуты я таращился на него неотрывно — и понял-таки, в чём дело.

С этой стороны солнце не светило, и «светофильтр» выглядел немного иначе. Теперь я смог распознать оттенок, который искажал восприятие.

Серебро.

Нет, серебристая краска как таковая отсутствовала — был именно остаточный фон после её использования.

Я вновь напряг зрение, но это был мой предел. В глазах появилась резь, я рефлекторно моргнул, поморщился и шагнул за порог.

— Ну что? — спросил Даррен.

— Да, суперкраску здесь применяли, я убедился. Но нет конкретных следов, которые вывели бы на Невидимку. Ну, или есть, но я их не различаю. Больше ловить здесь нечего, сваливаем.

Мы побрели туда, где ждало такси.

— А усилить зрение ещё больше ты можешь? — спросил Даррен после паузы.

— Обычными средствами — не могу, — буркнул я. — Вот разве что суперкраской, но я не знаю, где она залегает. Подсказки постоянно мерещатся, на каждом углу почти. Регулярное дежавю. И даже сейчас — опять ощущение, что я что-то упустил. Уже задолбало…

Такси повезло нас прочь от логова Невидимки. Когда мы пересекли трамвайную линию, Даррен попросил его высадить.

— На трамвае доеду, — сказал он, приоткрыв дверцу. — Если понадоблюсь, Вячеслав, заезжай. И вот тебе простенький совет — сядь дома спокойно, возьми бумагу и запиши в столбик все моменты, где ты словил это самое дежавю. Нагляднее будет. Мне помогало, по крайней мере.

— Ладно, попробую, — хмыкнул я. — Ничего другого не остаётся.

Он вылез из машины.

Таксист подвёз меня к кампусу. Расплатившись, я пошёл к общежитию.

Мысли невольно возвращались к тому, что я услышал от Даррена. А действительно — где мне чудились упущенные подсказки?

Ну, например, вот только что, после осмотра дома. Так и запишем…

Осенью в галерее, возле картины с леопардами-двойниками. Ладно…

Несколько дней назад, когда я улетал с озера после общения с Нэссой и Дирком…

Стоп!

Я замер, как вкопанный, а затем рванулся бегом. Влетел к себе в комнату и бросился к саквояжу, который ещё толком не разобрал.

Мне стало понятно, где искать суперкраску.