Лиза
Я понимаю, что Илья ждёт от меня какой-то реакции, но я в смятении. Стараюсь не делать поспешных выводов, хотя история явно странная. Для меня главное не то, что у Ильи были отношения до меня — было бы странно, если бы их не было, даже длительных. Они были «до», а значит, ко мне не имеют отношения...
Однако наш законный брак был заключён, когда Илья уже был связан никяхом. Пусть это религиозный обряд, но если в том союзе была близость, всё это уже не кажется мне столь невинным... Хотя в тот период я вообще не знала, что юридически связана с ним.
От мыслей, роящихся в голове, и неспособности размышлять вслух меня начинает подташнивать, болит голова... Я собираясь с силами.
Илья смотрит на меня с надеждой, но, видя мою реакцию, опускает взгляд. Он точно воспринял моё молчание неверно.
— Илья... — мне так же, как и ему, сложно начать разговор, голос дрожит. Я перевожу дыхание. — Илья, у меня нет оснований не верить твоим словам, но и сказать, что верю тебе безоговорочно, я не могу.
Он выдыхает. Видимо, ждал худшего, и мои слова вселили в него надежду.
— Я точно сегодня никуда не уйду, но не могу обещать этого впредь. Будь уверен: если я решусь на это, ты узнаешь первым, я не сбегу.Вижу, что его не радует перспектива моего возможного ухода, но он даёт мне договорить.
— Я не знаю, что у вас происходило с Кариной. Но эти отношения были до того, как ты появился в моей жизни, до того, как я узнала, что мы женаты... Для меня они ничего не значат. Даже если они были настоящими — они ничего не значат.Илья шумно выдыхает. Он не решается посмотреть мне в глаза, только трёт лоб и веки в нерешительности. Но всё же поднимает на меня взгляд, полный искреннего изумления.
— Лиза... Девочка моя... Вот как ты можешь в свои двадцать лет быть настолько мудрой? Ты что за сокровище такое? — он абсолютно искренен, его голос даже чуть дрожит. — Лиза, я сказал тебе всю правду. Я был честен, верь мне. Тебя бы я никогда не обидел ложью...
Я прерываю его:
— Илья, подожди. Не спеши. Я не договорила. Во-первых, если Карина всё же была с тобой в браке — пусть в религиозном или фиктивном, как его ни назови, — почему ты решился заключить союз с юной девушкой, зная, что уже женат? По факту год я была второй женой. Да, юридически единственной, но по факту?.. Ты не подумал обо мне?Илья уже набрал воздуха, чтобы ответить, но я останавливаю его рукой.
— Во-вторых, — мне не хватает смелости, но я продолжаю, — если Карина до сих пор приходит сюда, приходит к тебе, значит, она имеет на это право? И наконец: если бы сегодня она не явилась, ты бы рассказал мне о ней и о своём прошлом? Или я бы ударилась об эту правду позже, когда была бы по уши влюблена, беременна и босая...
Каримов не может сдержать улыбку. Видимо, одно только моё предположение его воодушевило настолько, что он забыл обо всём на свете... Он сияет улыбкой, глазами…
— Я не шучу, Каримов! — пытаюсь я добавить серьёзности голосу и своему виду.
Но он, подавляя улыбку, собирается с силами. Видно, что он выдохнул. Определённо, это не самое ужасное, что рисовало его воображение.
— Итак, по порядку, моя маленькая фея-адвокат. Когда я и твой отец заключили наш с тобой брак, я вообще не думал о том, что состою в никяхе с Кариной. Я никогда не считал её женой, а религиозный обряд не воспринимал как обязательство. Для меня это было чем-то вроде клятвы на мизинчиках.
Он явно хочет уцепиться за мою шутку, чтобы сгладить углы. Илья продолжает игру, и я тоже не могу сдержать лёгкой улыбки.
— У Карины нет никаких прав: ни приходить сюда, ни общаться со мной, ни обращаться с просьбами. Наши странные отношения разорваны. То, что я обеспечил ей ту жизнь, которой она сейчас живёт, — не больше, чем жест доброй воли. Я не обеднел, но и не чувствую себя должным ей. И третье: я хотел рассказать тебе о своём прошлом в наш первый ужин, но разговор свернул не туда, и я пошёл сворачивать голову твоему бывшему, этому папенькиному сынку Егору...
У меня буквально челюсть отпадает:
— Ты ездил к Егору?— Да, навалял ему, пенделей отвесил и успокоился...— Ох... Ну, ладно. Надо было ещё за меня ему в панамку насовать...— Так я только за тебя это и сделал. Но там правда панамкой не обошлось...Мы оба хохочем в голос. Я не могу сдержаться, а Илья смеётся так искренне и заразительно, что всё напряжение этого разговора рассыпается и утекает как вода сквозь песок... Илья смотрит мне в глаза и раскрывает объятия:
— Иди ко мне!Я поддаюсь его порыву. Он выдыхает, я тоже расслабляюсь. Если честно, я тоже ждала какого-то кошмара, но он не случился. Правду говорят: самое страшное — то, что рисует наше воображение. Своевременный и честный разговор может решить всё и помочь избежать больших бед.
Илья нежно обнимает меня. Гладит по спине, зарывается в волосы и вдыхает мой запах...
— Девочка, ты просто потрясающая! Такая сила воли, такая сдержанность. Ты очень сильная, моя девочка.Он на мгновение умолкает, подбирая слова, чтобы меня не ранить.
— Я бы хотел, чтобы ты со временем научилась быть слабой и не бояться этого... Я буду сильным за тебя.— Сложно. Мы уже как-то говорили про это.Илья вскидывает бровь и смотрит мне в глаза, всем видом показывая, что не понимает, о чём я.
— Сила — это про доверие... Когда я научусь доверять миру, доверять тебе, наверное, я смогу позволить себе быть слабой.— Я понял. Я услышал...Илья снова смотрит на меня, но чёртики в его глазах и лёгкая ухмылка выдают игривый настрой.
— Котёнок, а ты реально уже мечтаешь о том, что будешь влюблённая в меня, беременная и босая?Он явно подшучивает, но эта ситуация нас только веселит, и мы вновь смеёмся.
— Илья, нет...
— А я уже размечтался... Но, если серьёзно, я бы очень хотел детей и думаю, ты была бы отличной мамой...— Каримов, завязывай! Я узнала, что замужем, неделю назад, а ты уже о детях...— На самом деле ты в браке уже четыре года! Итак, жена... — Каримов давит смех. — Когда ты восполнишь все ночи, что одинокий муж провёл без тебя в холодной постели?Я хочу ответить, но Илья не даёт мне этого сделать и накрывает мои губы нежным поцелуем, от которого аж мурашки по коже. Потом отстраняется, смотрит мне в глаза. Резко встаёт, берёт меня за руку и притягивает в свои объятия...
— Хватит терять время, Лиза, пора на сеновал строгать детей! — и шлёпает меня по попке. Мы оба смеёмся и заходим с террасы в дом.— Илья! Я не готова!
— Буду, не буду, готова — не готова… Как же сложно с вами, девочками! Но я сказал, что подожду… Я подожду!