Лиза
Сегодняшнее утро соткано из тонких нитей спокойствия и неги. Конец августа, но солнце ещё щедро дарит тепло, лаская кожу по-летнему нежными лучами. Вчерашняя ночь до сих пор обволакивает меня уютным шлейфом, оставляя послевкусие абсолютного принятия: себя, его и того хрупкого «нас», что мы строим вместе.
Но пришло время вернуться к делам — нужно решить вопрос с практикой. Изначально я грезила о клинике Евгения Борисовича, но со временем осознала: масштабное медицинское учреждение — пока не мой ритм. Мне хочется чего-то более камерного, глубокого и личного. Анна тонко почувствовала этот запрос и согласилась помочь. Разумеется, здесь я для неё не пациентка — в этом плане у нас всё стабильно. Наши встречи дважды в неделю на протяжении двух с половиной месяцев и редкие, но мощные интенсивы с погружением стали прочным фундаментом, но сейчас открывается иная глава.
Теперь моя очередь: я должна прощупать почву на практике, осознать себя как профессионала, способного стать опорой не только для самой себя, но и для других. Звучит, пожалуй, слишком торжественно. Конечно, к полноценным приёмам меня никто не допустит, но работа с документами и тонкий процесс разбора анамнезов — это тот бесценный опыт, который мне необходим. Прямо сейчас я собираюсь в клинику к Анне, чтобы подписать бумаги. Сентябрь начнётся для меня с четырех недель погружения в профессию
Илья даже рад. Поскольку Анна — проверенный и уже свой человек, согласившийся на тот протокол безопасности, что обеспечивает Каримов.
Из моих мыслей меня выхватывает Илья, появившийся в дверном проёме.
— Лиза, соня, вставай. У тебя сегодня встреча с Анной в 12. А уже начало десятого.— Да, я уже...Он идёт на меня, мягко ступая, как лев, который крадётся к своей добыче.
— Кого-то умаяла прошлая ночь?— Это было уже раннее утро, — он присаживается на кровать и, наклонившись ко мне, легонько касается моих губ, произнося в них: — Сладкая моя девочка, оторвавшая мужу голову... Так дорвался, что еле остановился. — Не могу не улыбаться его откровению. — Как ты себя чувствуешь?— Великолепно!— Хорошо...— Собирайся, завтрак уже приготовили. Спускайся, я буду ждать внизу.
Илья уходит, а я иду в душ...Сегодня хочется выглядеть по-особенному красиво, но и довольно-таки строго, чтобы продемонстрировать всю серьёзность моих намерений насчёт практики. Выбираю светло-бежевый костюм: широкие брюки и жилет, под который надеваю белую рубашку. На ноги — туфли на каблуке. В руках папка с документами.
Спускаюсь.Илья
Красивая.
Она проходит за стол. А я всё так же залипаю, как и в первый раз, когда она зашла в столовую в день нашей встречи. Но сейчас это не запуганная лань, а уверенная юная леди. Моя Лиза.Протокол безопасности жёсткий. Я не верю, что Артемьев сдох. Такие гниды просто так не кончают жизнь самоубийством. Поэтому Лиза хоть и думает, что с ней один Егор, но на самом деле там целый отряд. Ей знать не обязательно. У Анны по территории и в доме рассредоточено пять человек. В пути — всегда минимум две дополнительные машины окружения.
Но меня всё равно подтапливает... Боюсь, что может что-то пойти не так. Но сдерживаюсь. Чрезмерный контроль, особенно видимый Лизе, — это не наш вариант. Такого осязаемого, неприкрытого, тотального контроля ей хватало в юности при отце. Не хочу становиться похожим на него...
Днём несколько встреч, поэтому после позднего завтрака с моей малышкой я уезжаю в офис, а она — к Анне.
Ближе к часу мне звонит Егор. В долю секунды в голове возникает несколько сценариев Армагеддона. Он сообщает, что Лизу везут в больницу. Ей резко стало плохо у Анны. Он передаёт Лизе трубку.
— Девочка, как ты? Что случилось?— Нормально уже. Голова закружилась, и я осела на пол. Наверное, давление упало. Я бы домой поехала, но Егор настоял на больнице Евгения Борисовича. Ну хоть ты ему скажи! Я бы домой хотела.— Лиза, даже мне волнительно. Может, всё же ты доедешь до врача, покажешься? Мне так будет спокойнее.— Хорошо, — говорит она на выдохе. — Но с твоей паранойей нам что-то нужно делать. Всё нормально со мной, не перегибай.Ох, если бы она знала, насколько я «не перегибаю». Ей вообще всё позволено. Моя мама сидела дома фактически безвылазно — вот такой был контракт с отцом, главой «не светлого» мира... Лизе же дозволено всё.
— Угу. Как будут результаты, сообщи, пожалуйста, и как поедешь домой — черкни. Я сейчас на подписании контракта, говорить не смогу. Но, Лиза, я и правда искренне переживаю.— Хорошо, я всё сделаю. Я люблю тебя и не волнуйся, повода нет.— Люблю тебя. Береги себя, крошка.Лиза
В клинике Евгений Борисович сам меня встречает и, глядя на меня, почему-то отправляет не к терапевту, а к гинекологу.
После осмотра милая дама среднего возраста назначает мне несколько анализов, которые, не выходя из кабинета, берёт медсестра. Меня просят пройти в кафе и через час вернуться для определения всей картины.Такой сервис! Но я бы всё равно предпочла поехать домой. Почему-то очень хочется спать.
Идём с Егором в кафе. Есть не хочется совершенно, поэтому я просто пью чай, просматривая задание на практику от университета и план работы от Анны.Через сорок минут мне звонят и приглашают в кабинет.Ольга Сергеевна, мой гинеколог, добродушна и как-то по-особому расположена:
— Лиза, анализы ваши неплохие. Глюкоза в норме, белок тоже, железо чуть снижено, но это легко поправимо. Я выпишу вам препараты. Это витамины, сейчас их нужно принимать на регулярной основе.— Хорошо. Конечно.— Но и самое главное. Вы беременны, Лиза. Срок — две-три недели...