Контракт на спасение

Глава 23. Первый шаг

Лиза

Поднимаясь по лестнице в комнату, Илья приобнимает меня за плечи. И я всем телом чувствую, что он расслаблен. Это радует. Напряжения в наших жизнях и так хватает. Нужно выдыхать.

— Илья, но, если серьёзно, что с Кариной?

Мы уже в комнате. Игривый и лёгкий настрой куда-то улетучился. В голове всплыли детали моего похищения из дома Ильи...

Я трясу головой, пытаясь отбросить дурные воспоминания. Илья будто читает мои мысли:

Опять эти озорные огоньки в его глазах. Он поднимает руки вверх, всем видом показывая, что сдаётся.

— Я пока не готова… — Илья поднимает руки вверх в жесте «Сдаюсь!» — Кстати, о госпоже... Мне не нравится, что ко мне так обращаются Марина и Егор.

Мы снова смеёмся. Похоже, наше настроение окончательно вернулось...

Илья

Как же я хочу эту девочку.

Каждый вечер в сознании всплывают её реакции: когда она, сонная, не контролирующая себя, поддалась моим рукам, отозвалась на все прикосновения, доверилась… У неё охуенное тело, кожа — бархат, она так одурительно пахнет везде… Да я пару раз её коснулся там, и она уже отлетела… А я как безумный вдыхал её страсть, да меня от флешбэков и сейчас кроет…

Как я тогда остановился — сам не понимаю. В душе реально чуть не выл. Под холодными струями не отпускало, как сопляк дрочил на воспоминания о ней… Сладкой моей малышке…

Но не отлегло…

Стоит только подумать — и кроет по новой.

Сегодня рассказал ей всё начистоту, и она вновь пытается доверять…

Никакого камня за пазухой, смотрит открытыми глазами…

И опять эта её нежность, хрупкость, абсолютная эмоциональная неприкрытость… Даже это, помимо желания защитить, вызывает во мне животную страсть обладать.

Прикоснулся к её нежным, чуть прохладным губам, и они запылали… Пил бы её без остатка, не отрывался бы. Секунда — и готовность номер один от её взмаха ресниц, взгляда, вздоха, касания…

Сказал, что буду ждать… А как? На ручнике вообще легче не становится, зал и холодный душ не помогают. А коснуться нельзя…

Надо поговорить с психологом, надо уговорить Лизу начать терапию…

Она не справится с тенями прошлого сама, а я не справлюсь с отсутствием возможности быть ближе.

Можно было бы попытаться переломить, она поддастся — её тело кричит о желании, она поддаётся сама, раскрывается, такая нежная, сочащаяся девочка — но её психика воспримет это как акт подчинения и насилия. И тогда я встану в один ряд с её отцом. Этого допустить никак нельзя. Из этой ситуации будет один только выход — на Голгофу, а я не хочу терять голову физически. Ментально она и так у меня отлетела…

Ищи выход, Каримов, ищи выход!

Лиза

Утро встречает нас уютной тишиной. Илья уже на ногах — он стоит у окна в нашей, вернее в его спальне, с чашкой кофе, его плечи напряжены. Я подхожу со спины, и он перехватывает мою руку, подносит её к губам. Его губу горячие от кофе и очень нежные… Мне нравится.

— Лиза, нам нужно поговорить. Опять, — он оборачивается, и я вижу в его глазах решимость. — Я хочу предложить тебе начать занятия с психологом.

Я замираю. Внутри всё сжимается от глухого протеста: неужели он считает меня «сломанной»? Хотя это и так, но одно дело — когда ты знаешь об этом сама, и совсем другое — когда об этом говорит человек, ставший тебе близким за такое короткое время.

Илья мягко притягивает меня к себе.

— Это не потому, что с тобой что-то не так. — Он как будто читает мои мысли. Это уже не в первый раз я замечаю за ним. — А потому, что я хочу, чтобы ты была свободна от того, что с тобой сделали. Я хочу, чтобы ты научилась доверять не только мне, но и самой себе. Своим желаниям. Чтобы тени прошлого не стояли между нами, когда я захочу коснуться тебя... а ты захочешь ответить.

Я молчу, пытаясь переварить его слова. Он не давит, он просто предлагает выход из лабиринта, в котором я застряла.

— У меня есть на примете специалист, — продолжает он. — Женщина. Она работает очень деликатно. Если ты не против, я организую встречу.

Я набираю побольше воздуха, но выдыхаю с горечью…

Я не уверена, но соглашаюсь.

Илья привозит меня в тихий район города к неприметному, но очень уютному особняку в классическом английском стиле. Здесь нет табличек «Психологическая помощь» или запаха больницы. Вообще нет никаких атрибутов или знаков, свидетельствующих о том, что здесь живёт и работает кто-то, кто занимается «сборкой» поломанных людей. Скорее, это дом приятельницы или каких-то дальних знакомых…

Внутри меня ждёт женщина. Её зовут Анна. У неё мягкие черты лица, она в лёгком голубом пуловере и белых укороченных джинсах — никакого белого халата или вычурности в одежде. Прошлый специалист, к которому я обращалась, любила яркие вещи, а я умирала на её приёмах, глядя на броские бусы на её шее… У Анны удивительно спокойный, «заземляющий» взгляд, от которого ощущаешь спокойствие. Тебя здесь никто не собирается разглядывать под микроскопом или жечь лупой под лучами своей персоны именитого психолога…

Она не сидит за столом, заваленным папками, и не располагает меня напротив «глаза в глаза», как будто собирается вести допрос, а предлагает устроиться в глубоком кресле у камина. Сама присаживается в похожее кресло чуть поодаль слева от меня. Мне действительно комфортно.

— Лиза, я знаю, что вы уже проходили этот путь, и он был болезненным, — начинает она тихим, но уверенным голосом. — Поэтому сегодня мы не будем копаться в ранах и прошлом. Мы просто познакомимся и поймём, к чему нам стремиться. Расскажите не о том, что с вами случилось, а о том, какой вы хотите видеть себя через год. Можно образно: в формах, вкусах, запахах, телесно…

Этот вопрос сбивает меня с толку. Обычно всё начиналось с просьбы «расскажите о своём детстве», от которой меня тут же начинало трясти. Или ещё хуже, что прошибало сразу и насквозь: «Кем был ваш отец и как строились ваши отношения?» А сейчас... Анна будто даёт мне право не оглядываться назад, а смотреть вперёд.

— Я хочу... — начинаю я, и мой голос поначалу звучит хрипло. — Я хочу перестать вздрагивать от каждого прикосновения. Хочу не реагировать на триггеры, которые есть и буквально сносят меня: это огонь, отец, любое упоминание о нём и звук разбивающихся стёкол. Хочу принадлежать себе, а не своим страхам.

Анна чуть заметно кивает и делает несколько пометок в своём блокноте.

— Хорошая цель. Давайте попробуем к ней идти. Не бежать, Лиза, а именно идти. В вашем темпе…

Мы ещё немного разговариваем о моих телесных реакциях сейчас — ничего критичного или пугающего. Я говорю, какими техниками владею, чем пользуюсь в разных ситуациях и как мне это помогает. Мы назначаем следующую встречу, и Анна прощается со мной.

Спустя час я выхожу в коридор. Илья всё это время ждал в приёмной. Я чувствовала его присутствие за дверью, и это почему-то не тяготило, а, наоборот, придавало сил. Илья тут же поднимается с дивана, внимательно вглядываясь в моё лицо, пытаясь угадать — не стало ли мне хуже? Но я лишь слабо улыбаюсь ему.

Кажется, этот лабиринт перестал выглядеть бесконечным.