Контракт на спасение

Глава 4. Подозрения

Лиза

Прихожу в себя. Тихо.

Не могу разлепить веки, а когда это всё же получается — голова начинает кружиться. Снова зажмуриваюсь, но тут же заставляю себя окончательно очнуться. Где я?

Какая-то комната. Я лежу на огромной кровати. Слева окно и выход на террасу. Белые занавески вздымаются от порывов ветра, впуская теплый свежий воздух. Последние лучи еще прорываются в комнату, но солнце уже клонится к закату. Сумерки.

Руки невыносимо болят, всё тело затекло. Мучит жажда. Замечаю на прикроватной тумбе кувшин с водой и стакан. Пытаюсь приподняться, но ничего не выходит. Мои руки прикованы... Черт!

Страх заставляет сознание проясниться окончательно. Озираюсь по сторонам — никого.

Во рту всё пересохло. Слышу, как в дверях поворачивается ключ, и входит Каримов.

Он медленно подходит к кровати. Хмурится. Садится рядом и, приподняв пальцем мой подбородок, всматривается в глаза. Боже, какие у него теплые и чувственные пальцы...

Что... Что сказать? Кто эти люди? Причем здесь я? Я не понимаю, что происходит. Как я здесь оказалась, зачем наручники... Сил совсем нет.

— Пить. Можно мне воды? — горло саднит, я почти не могу говорить.

Каримов наливает воду. Протягивает стакан... и сам ухмыляется своему жесту. Я ведь не могу даже пошевелить руками.

— Да, девочка, зря, очень зря... — он ставит стакан на тумбу и одним движением усаживает меня на кровати. Подносит стакан к моим губам: — Пей!

Я жадно глотаю воду.

— Рассказывай! Я уже теряю терпение.

Голова идет кругом. Закрыв глаза, я немного прихожу в чувства.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Я... я просто шла.

Он вскакивает и начинает мерить комнату шагами.

— Вот урод. Всыпал мне в клубе какой-то дряни... Не оттрахай я тебя — сдох бы на месте. А тут ты — сама невинность, и готова ноги раздвинуть... Ты меня за идиота держишь? Чья подстава, блядь?! Говори!

Меня начинает трясти, слезы предательски скатываются по щекам. Что нужно этому монстру? Правду? О том, что меня предали самые близкие люди, и в одно мгновение мир из розового облака превратился в грозовую тучу? Что я не замечала ничего вокруг, бредя в своем одиночестве и полном отчаянии? Что, продрогнув под дождем, я случайно оказалась в крепких горячих объятиях и сама пустила всё под откос?.. Не могла и не хотела больше контролировать свою жизнь. Пусть всё летит к чертям!

— Что молчишь? Не нужно ничего выдумывать. Сознайся — и я отпущу тебя, — заговорщицки произносит Каримов.

Он стирает одним легким движением слезы с моих щек и, придерживая ладонями мое лицо, нависает над моими губами. Его жаркое дыхание обжигает. Он слегка касается моих губ, и я чувствую его ухмылку.

Почему этот гад улыбается? Меня как кипятком обдает. Что ему нужно?

— Говори!

Сталь в его голосе пробивает насквозь.

— Я не понимаю, о чем вы... Я шла... Я не заметила... Это какая-то нелепая случайность. Извините, так вышло. Можно мне уйти?

Каримов опускает руки, склоняет голову. Складывается впечатление, что он что-то обдумывает, но никак не может принять решение. Посмотрев на меня исподлобья, он тут же отводит взгляд, встает и идет к двери, бросая через плечо:

— Погостишь у меня!

Дверь захлопывается. Тишина. Только бешеный стук моего сердца. Я смотрю на окно: ветер продолжает трепать занавески, а солнце катится вниз, погружая мир во мрак.

Спустя время кто-то снова отпирает дверь. В комнату влетает милая горничная, почти моя ровесница. Она включает оба ночника и, достав из кармана ключ, освобождает мои руки. Посмотрев на меня, она сообщает, что Илья Вадимович позволил мне привести себя в порядок и через час ждет внизу к ужину.

— Одежду я сейчас принесу. Можете пока принять душ.

Девушка с жалостью смотрит на меня и добавляет:

В её голосе читается не просто предупреждение, а предостережение, основанное на чем-то, что она уже видела здесь раньше. Становится жутко. Но сил на анализ ситуации или попытки сопротивления совсем не осталось.

Как только горничная выходит, я слышу, как срабатывает замок. Меня снова заперли. Пытаюсь встать, но руки и ноги затекли, спина жутко болит, а голова идет кругом. Посидев немного на краю кровати, я наконец поднимаюсь и, придерживаясь за подголовник, оглядываюсь по сторонам.

Нигде нет моей сумки. Я обшариваю каждый угол — ни телефона, ни личных вещей. Твою ж мать! Во что ты вляпалась, Лиза? Ладно, решим позже. Если бы мне хотели причинить реальный вред, я бы сейчас здесь не сидела. Буду решать проблемы по мере их поступления.

После душа мне становится значительно лучше. Мои длинные черные волосы рассыпаны по плечам, тело немного расслабляется от горячей воды. Но взгляд, смотрящий на меня из зеркала, буквально кричит: «Девочка, что происходит? Что с тобой будет?»

Мои внутренние стенания прерывает звук открывающейся двери. Та же милая девушка вбегает в комнату с пакетами в руках.

Она оставляет пакеты на кровати и так же стремительно исчезает.