Легенда о Лили: Тайна замка Килхурн.

Глава 41

После разгрома шотландских войск на поле Колоддена английские солдаты, одержимые желанием подавить любое сопротивление, наводнили земли кланов, сея ужас и разрушение. Они безжалостно преследовали выживших якобитов, арестовывая, казня и отправляя в ссылку в колонии. Каждый дом и замок в горах подвергался обыску, каждая пещера и укрытие — проверке. Новый порядок, установленный англичанами, был жесток: было запрещено ношение тартанов и килтов, игра на волынках приравнена к мятежу, а любое упоминание о принце Чарльзе Эдуарде Стюарте — каралось смертью. Но самым страшным для горцев стала утрата их клановой системы — англичане уничтожали не просто мятежников, они разрушали саму основу шотландской культуры и идентичности. Под особым прицелом оказался Клан МакГрегоров — один из самых старых и славных кланов Шотландии, члены которого сражались за Стюартов и не раз поднимали знамя мятежа.

Англичане вынесли суровый приговор: имя МакГрегор было запрещено. Тем, кто носил это имя, пришлось либо отказаться от него, либо подвергнуться казни. За одно лишь упоминание фамилии МакГрегор можно было угодить в тюрьму или отправиться на виселицу. Их тартаны и другие символы клана были уничтожены, а все земли и имущество конфискованы. Многих представителей клана без суда и следствия казнили на глазах у их родных, чтобы сломить волю сопротивления. Другие, спасаясь, были вынуждены покинуть родную Шотландию и искать приют в Ирландии, Франции или Новом Свете. Но даже вдали от родных гор, они с гордостью хранили память о своём клане, мечтая о дне, когда смогут вернуться домой.

Замок Килхурн, некогда величественная крепость МакГрегоров, стал символом этих страшных перемен. Как только начались репрессии, слуги, опасаясь за свои жизни и судьбы семей, покинули замок. Гулкие залы и просторные комнаты опустели, казавшись теперь безмолвными свидетелями ушедшей эпохи. Башни, когда-то гордо возвышавшиеся над берегом озера, теперь смотрели в небо мрачными силуэтами, словно оплакивая своих хозяев.

Англичане, стремясь раз и навсегда подавить дух клана МакГрегоров, передали принадлежавие им земли и сам замок Килхурн их давним врагам — клану Кэмпбеллов. Для МакГрегоров это было особенно болезненно, ведь именно с Кэмпбеллами они вели долгую и ожесточённую вражду. Теперь же Кэмпбеллы получили не только земли, но и власть, которой так давно добивались.

Однако, несмотря на все запреты и утраты, память о МакГрегорах не исчезла. Даже в темные времена, вдалеке от родных гор, в сердцах выживших членов клана жила надежда. Они верили, что однажды имя МакГрегор вновь будет звучать гордо, а их земли и замок вернутся к истинным хозяевам.

В замке Леди Морн, казавшемся теперь последним островком свободы среди суровых гор, царила тревога. Леди Морна понимала: любое подозрение, малейший намёк на помощь мятежникам — и её род подвергнется страшным репрессиям. Но она не могла оставить своих. Тайком, укрываясь от взглядов, она приказала обустроить в глубине замка потайные комнаты, где нашли убежище раненые Раймонд, Бертран, Ричард и Алекс. Лили и Изабель, стали незаменимыми помощницами — их знания трав и магии помогали облегчить страдания и спасать жизни.

Каждое утро Лили просыпалась в холодном поту, ожидая, что под окнами замка раздастся топот английских солдат. Но она не могла позволить себе страх — её муж, её друзья нуждались в ней. С Изабель они уходили в леса, собирая редкие травы, и, возвращаясь, часами готовили отвары и настои. Раймонд, с тяжёлой раной в плече, пытался вставать и помогать, но Лили строго приказывала ему отдыхать. «Если ты не восстановишь силы, как мы выживем?» — шептала она, гладя его по лицу.

Англичане часто появлялись у ворот замка. «Хозяева уехали на свадьбу», — неизменно отвечала стража, держа руки на мечах. Леди Морна встречала незваных гостей с холодной улыбкой и непреклонным взглядом. «В моём доме нет места предателям короля Георга», — говорила она, скрывая дрожь в голосе. Но ночью, сидя у камина, она молилась, чтобы следующий день не принёс беды.

Между тем, Лили всё чаще задумывалась о словах Изабель о Грани. Она чувствовала, что магия — их последний шанс. Если мир людей обречён, может, в мире за Гранью они найдут спасение? Но даже там их могли ждать опасности. И всё же, стоя у окна и глядя на рассвет, Лили знала: она не сдастся. Ни перед англичанами, ни перед страхом. Она была ведьмой. И она была готова бороться.

Несмотря на все ужасы, обрушившиеся на Шотландию после подавления восстания, Лили, Раймонд, Ричард, Алекс, Изабель и леди Морна не покинули замок Килхурн. Пусть он и утратил былое величие, пусть слуги разбежались, а вокруг царила тревожная тишина, они знали: это их дом, их земля, и пока они здесь — надежда жива.

Шёл второй месяц после роковой битвы при Колоддене. Тяжёлые, пасмурные дни сменялись долгими ночами, наполненными тревогой и печалью. Многие близкие были потеряны, а о тех, кто не вернулся, уже не надеялись услышать. Среди них был и Жак — верный друг и соратник Раймонда, которого все считали погибшим на поле боя.

В один из таких дней, когда густой туман стелился над замком, заслоняя видимость, тишину нарушил неожиданный шум у ворот. Лили, услышав, как стража торопливо опускает подъемный мост и спешно впускает кого-то внутрь, вышла на улицу, чувствуя, как сердце стучит всё быстрее. Кто мог приехать в это мрачное время?

И вдруг она замерла, не веря своим глазам. Перед ней стоял Жак — исхудавший, грязный, с потёками засохшей крови на лице и одежде, но живой. Его тёмные глаза, хоть и полные усталости, светились радостью от встречи.

— Жак! — воскликнула Лили, бросаясь к нему. — Это правда ты?! Я не могу поверить… Как же я рада видеть тебя!

Она обняла его крепко, словно боясь, что он исчезнет, как призрак. Слёзы облегчения и счастья потекли по её щекам.

На шум вышли и другие. Раймонд, увидев Жака, застыл, не веря своим глазам. Ведь он сам видел, как Жак упал на поле битвы, сочтя его мёртвым.

— Жак… — выдохнул он, подходя ближе. — Но как? Я… я видел, как ты пал. Это невозможно…

Жак, улыбнувшись, тяжело оперся на плечо Раймонда.

— Я сам не верил, что смогу выжить, — сказал он тихо, но с улыбкой. — Англичане ранили меня, и я долго пролежал без сознания. Но каким-то чудом меня не добили. Видимо, подумали, что я уже мёртв. Я пришёл в себя только на следующий день, когда поле было уже пусто… Долго я скитался, скрываясь, пока не смог добраться сюда.

Лили, всхлипывая, прошептала:

— Теперь все в сборе… Мы снова вместе…

Они ещё долго стояли, обнявшись, не веря своему счастью. И в этот момент, несмотря на всю боль и утраты. — Ну что ж… — тихо произнесла леди Морна, смахивая слезу, блеснувшую на её щеке. — Сегодня у нас будет праздник. Да, времена тяжёлые, но мы живы, а теперь, когда Жак вернулся к нам, у нас есть повод отпраздновать это. Пусть слуг осталось мало, но те, кто верны нам, ещё здесь. Мы справимся.

Она поднялась со своего кресла и, выпрямившись, уверенно направилась на кухню. Её шаги, как всегда, были твёрдыми и решительными. Войдя в просторное, хоть и слегка опустевшее помещение, леди Морна оглядела оставшихся слуг — несколько женщин и пожилого повара, которые, несмотря на страх и опасности, не покинули замок и остались верны своему дому.

— Соберите все припасы, что у нас остались, — распорядилась она. — Сегодня мы готовим праздничный ужин. Не важно, что времена тяжелые, не важно, что нас осталось мало. Сегодня мы будем праздновать, потому что мы живы, потому что мы вместе!

Слуги с готовностью кивнули и сразу же принялись за дело. Вскоре по всему замку разнеслись ароматы свежевыпеченного хлеба, жареного мяса и травяных приправ. Пусть запасов было немного, но из того, что осталось, сумели приготовить простые, но вкусные блюда. Для тех, кто потерял почти всё, даже небольшой ужин с семьёй и друзьями был настоящим пиршеством.

В большом зале вновь накрыли длинный стол, который теперь казался слишком просторным — слишком много людей уже не вернётся, слишком много пустых мест. Но сегодня на них не обращали внимания. Каждый, кто остался, был бесконечно дорог.

Лили, улыбаясь, помогала расставлять блюда, а Раймонд, не отходя от Жака, всё ещё не мог поверить в его возвращение. Изабель, заметив, что Лили всё время смахивает слёзы, шутливо заметила:

— Перестань, Лили. Ты ведь не хочешь, чтобы в суп попала соль из твоих слёз?

— Пусть попадает, — рассмеялась Лили. — Он только вкуснее будет. Сегодня всё должно быть особенным.

Когда все наконец уселись за стол, леди Морна встала, поднимая кубок с вином.

— Мы пережили страшное время, и, возможно, ещё более тяжёлые дни впереди. Но сегодня, здесь и сейчас, мы вместе. Мы живы. И пока мы вместе, у нас есть сила, есть надежда. За нас, мои дорогие. За жизнь и за тех, кого мы любим.

— За нас, — эхом отозвались все.

И в этот вечер, несмотря на потери и страх, в стенах замка Килхурн вновь звучали смех, песни и тёплые голоса. Они праздновали просто потому, что были живы.

Праздничный ужин был в самом разгаре. За длинным деревянным столом, уставленным простыми, но сытными блюдами, слышался смех, звон кубков и тихие разговоры. Тяжесть последних месяцев словно немного отступила, уступив место тёплому ощущению семьи и единства. Но Лили, хоть и улыбалась, ощущала глубокую тревогу, гнездившуюся в сердце.

Она осторожно встала и, оглядев зал, направилась к Изабель, сидевшей чуть поодаль. Подойдя ближе, Лили тихо произнесла:

— Мне нужно поговорить с тобой.

Изабель взглянула на неё внимательно, словно почувствовала, что разговор будет важным, и молча кивнула. Они вышли из шумного зала в прохладный, слабо освещённый коридор. Массивные каменные стены замка, такие родные, теперь казались Лили одновременно и защитой, и напоминанием о том, что они потеряли.

— Ты ведь знаешь… — начала Лили, обернувшись к Изабель. — Наш замок… наши земли… Всё забрали. Мы потеряли всё, что принадлежало нам веками. Даже имя наше теперь под запретом.

Изабель вздохнула, её взгляд потемнел. Она понимала, как тяжело было принять эту реальность.

— Я знаю, Лили, — тихо ответила она.

— Вот я и подумала… — Лили посмотрела ей прямо в глаза. — А сможешь ли ты… помочь мне? Мы можем перенести наш замок и всех, кто остался, в тот мир? В мир за гранью. Я уверена, там жизнь будет легче… и спокойнее. Без страха, без преследований.

Изабель молчала, обдумывая услышанное. В её глазах мелькнули сомнения, но затем они уступили место решимости.

— Давай попробуем, — наконец сказала она.

Лили облегчённо вздохнула, а на её лице появилась надежда.

Они молча направились к выходу из замка. Ночь была прохладной, воздух свеж и напоён запахом трав и сыростью камня. Звёзды ярко сияли в чёрном небе, будто наблюдая за ними. Изабель достала из-под плаща небольшой мешочек, в котором хранились мелкие сосуды с порошками и травами, и тонкий кинжал с замысловатой гравировкой на лезвии.

— Нам нужно обойти всю территорию, — тихо сказала Изабель, — и нанести символы. Это важно. Без них магия не сработает.

Лили кивнула и последовала за ней. Они медленно двигались вдоль крепостных стен, останавливаясь через каждые несколько шагов. Изабель аккуратно высыпала небольшие круги порошка на землю, чертила кинжалом странные символы, которые Лили никогда раньше не видела, и шептала древние заклинания. Лили помогала, как могла, подавая нужные вещи, присыпая места солью или пеплом, когда Изабель просила.

Процесс был долгим и утомительным, но они не останавливались. В голове Лили мелькали мысли: как примут это остальные? Согласятся ли покинуть родную землю, даже если она стала опасной? Но другого выхода она не видела.

Когда последний символ был нанесён, Изабель выпрямилась и вытерла пот со лба.

— Всё готово, — сказала она. — Но теперь нам нужно поговорить со всеми. Это должно быть их решением.

— Ты права, — кивнула Лили. — Не будем откладывать. Пошли.

Они быстрым шагом направились обратно в зал, где их уже заждались. Завтра должно было стать началом новой жизни. Или концом старой.

Лили, сердце которой билось так громко, что, казалось, его стук слышен всем, решительно подошла к леди Морне. Глубокий взгляд пожилой женщины, полон мудрости и тяжести прожитых лет, остановился на молодой девушке. Леди Морна молча изучала её, словно пытаясь понять, что та собирается сказать. Наконец, Лили, собравшись с духом, прошептала:

— У меня есть важное объявление. Для всех.

Леди Морна, не отводя взгляда, медленно кивнула. Она понимала, что слова Лили будут значить для их будущего.

Встав из-за стола, она слегка постучала по деревянной поверхности, призывая к тишине. Весёлый гомон стих, и все взгляды обратились к леди Морне. Её строгий, но тёплый голос прозвучал ясно:

— Прошу всех подойти ближе. Лили хочет сказать что-то важное.

Люди, сидевшие за столом, а также те, кто хлопотал на кухне и в дальних уголках зала, начали приближаться. Слуги, дети, мужчины и женщины, оставшиеся в замке, обступили Лили и леди Морну, настороженно вглядываясь в лица, пытаясь понять, что случилось.

Лили сделала глубокий вдох. Её голос дрожал, но она продолжала:

— Вы все знаете, что нам пришлось пережить. — Она обвела взглядом лица, полные усталости и тревоги. — Мы потеряли многое… Наши земли, наши имена, нашу свободу. Англичане отняли у нас всё, что нам дорого, и теперь мы лишь тени того, чем были когда-то. Но… — она замолчала на мгновение, собираясь с мыслями. — Но есть надежда.

В зале повисла напряжённая тишина. Никто не шелохнулся, слушая каждое её слово.

— Я могу попробовать… — продолжила Лили, — перенести наш замок и всех, кто остался, в другой мир. В мир, который находится за гранью нашего. Там нет англичан. Там нет преследований. Там мы сможем начать всё сначала, жить спокойно и счастливо…

Она замолчала, ожидая реакции. В толпе послышался шёпот. Люди переглядывались, не зная, что сказать. Леди Морна внимательно смотрела на Лили, в её глазах читалось волнение и забота.

— Но… — добавила Лили, — это ваше решение. Я не могу сделать это без вашего согласия. Если вы готовы, мы попробуем. Но выбор — за вами.

Леди Морна тяжело вздохнула, почувствовав всю ответственность, которую сейчас предстояло взять на себя.

— Это серьёзное решение, Лили, — сказала она мягко, но твёрдо. — Дай нам время подумать.

Лили медленно кивнула, понимая, что поспешность в таком вопросе могла быть опасна. Она знала, что этот выбор изменит их судьбы навсегда.

Раймонд не сомкнул глаз всю ночь. Он лежал в темноте, глядя в потолок, пока его мысли неслись вихрем. Слова Лили не давали ему покоя. Перенести замок и всех его обитателей в другой мир… Это звучало как безумие, но в сердце теплилась надежда, что, возможно, это их единственный шанс.

Рядом, на его плече, мирно спала Лили, прижавшись к нему, словно находя в его присутствии спокойствие и защиту. Раймонд бережно провёл рукой по её волосам и, улыбнувшись горькой улыбкой, прошептал:

— Когда-то я спас тебя… Теперь ты спасаешь всех нас.

Он закрыл глаза, но сон так и не пришёл.