Левиафан

Глава 4

Не то чтобы я не ожидал, что воришка попытается сбежать… Ожидал, и еще как!

Но в моем понимании перед тем, как бежать, надо что-то сделать, как-то отвлечь противника — имитировать атаку, например! Или сорвать с шеи все же шарф и бросить в глаза оппоненту, перекрывая ему зрение на мгновение, нужное для разворота!

А девчонка просто развернулась и дала по тапкам! И само по себе отсутствие какой-то подготовки к побегу было настолько неожиданным, что я целую секунду стоял, глядя ей вслед, прежде чем понял, что произошло.

А когда понял — сорвался ей вслед, сразу переходя на максимальную скорость!

Совсем охренела пигалица! Ишь чего удумала — бежать! Накосячила — так отвечай за свои действия!

Никто просто так не смеет пускать мне кровь! И плевать, что крови там кот наплакал, а царапина уже через неделю исчезнет с лица — это не повод спускать с рук такое поведение!

Поймаю — не просто сдам полицейским, а еще и отшлепаю перед этим!

Вот только для этого сперва надо было девчонку поймать. А она, то ли от страха, то ли из спортивного интереса (не удивлюсь, с нее станется, судя по тону и голосу) сразу же взяла такой темп, что за несколько секунд оказалась в другом конце улицы, и чуть не скрылась из моего поля зрения!

Хорошо, что я не стал тупить еще на секунду дольше!

Редкие уличные прохожие судорожно шарахались от нас, кто-то кричал вслед что-то нелицеприятное, но я не обращал внимания — сейчас мне надо было поймать эту чертовку, чья спина маячила в десятке метров передо мной. У меня ноги явно длиннее, да и тело мне досталось тренированное, не знающее одышки и хрустящих коленей, поэтому лишь вопросом времени было, как скоро я догоню воровку.

А то, что я ее вообще догоню — даже не обсуждалось. Если обстоятельства не изменятся, я ее догоню!

И, видимо, это поняла и она тоже. Поняла — и решила изменить обстоятельства, потому что внезапно резко обернулась прямо на бегу, рассмотрела меня, и тут же выбросила в сторону руку, хватая проезжающую мимо тележку — все ту же чертову тележку, с которой совсем недавно продавался свежевыпеченный хлеб! Схватила и крутнулась на месте, резко роняя ее набок, прямо поперек моего пусти!

— Э-э-э, куда! — заволновался хозяин телеги, который не успел среагировать на действия девушки и выпустил ее из рук. — А ну!.. Твою мать!..

Телега со скрипом рухнула набок, одно из деревянных колес слетело с оси и покатилось по улице, а хозяин телеги, ругаясь последними словами, поспешил за ним следом. Правда с его скоростью это было совершенно бесполезное занятие — он все равно никак не успевал…

Но для меня это было неважно. Для меня было важно лишь то, что тележка перекрыла мне путь, растележившись, по-другому не скажешь, между фонарем и стеной дома, и перегородив все свободное место! И сбоку от фонаря не оббежать — там, как назло, как раз едет пыхтящий грузовичок с грузом живых вопящих свиней в кузове!

И как теперь миновать этот барьер⁈ Если я попытаюсь пробежать по нему, доски, из которых сколочена телега, наверняка не выдержат и провалятся прямо подо мной, награждая меня хорошо если вывихом, а скорее всего — переломом, да еще и со смещением!

Знаю!

За мгновение до того, как споткнуться о телегу, я активировал «Рывок» и оставил препятствие далеко за спиной! Даже выиграл этим пару метров до девчонки! Она снова обернулась на бегу, увидела меня, нахмурилась прямо на бегу и притопила еще быстрее, так и суча локтями, как пряльная машина!

Я тоже поднажал, не желая упускать хоть и случайно полученное, но преимущество. Брусчатка тротуара нещадно колотила в пятки, а я только и успел порадоваться, что вместе с формой Академии поменял и обувь тоже. Если бы я сейчас был в строгих форменных ботинках Академии, а не в этих мягких полу-мокасинах, найденных в пыльном сундуке, то с их дубовой подошвой вряд ли я смог бы поддерживать этот темп!

Девушка резко, не снижая скорости, так, что аж проскользила с полметра по инерции, касаясь рукой брусчастки, свернула направо, и я последовал за ней. Последовал — и практически сразу же уперся в забор, перегораживающий переулок поперек!

Девчонка прямо на моих глазах ловко прыгнула на ближайшую стену, толкнулась об нее одной ногой, набирая еще больше высоты, и перемахнула через верхушку забора, опираясь лишь одной рукой — легко и непринужденно, как гимнастка на гимнастическом коне!

Или козле?.. Не помню! Да это и неважно!

Важно то, что я так скакать по стенам не умел — ну, или думал, что не умел.

Поэтому, подбежав к забору, я просто подпрыгнул как можно выше, уцепился пальцами за гребень, подтянулся, благо молодое тело почти ничего не весило и подтягивалось так же легко, как и бегало, и лег животом на гребень забора. После этого свесил голову вниз, и перекинул ноги через бок, переваливаясь через забор.

Да, это не так эффектно, как скакать по стенам. И, наверное, даже не так эффективно, потому что скорости я потерял прилично. Зато этот трюк я умел делать хорошо, буквально на рефлексах. И то, насколько просто тело исполнило этот «перевал» — лучшее тому подтверждение.

Девчонка снова удалилась от меня на добрый десяток метров, поэтому я слегка схитрил — уперся ногой в забор, толкнулся от него, как спринтер на старте, сразу же задавая себе побольше скорости, и снова заработал руками и ногами!

Воровка снова обернулась на бегу, и, кажется, не поверила своим глазам — по крайней мере, она на секунду замедлила шаг… А потом снова припустила прочь, еще быстрее!

Да когда ж ты устанешь⁈ В тебе же сорок килограммов живого веса, откуда у тебя столько прыти⁈

Мы неслись по какому-то узкому переулку, зажатому между двумя каменными домами, и только перекрестки с соседними такими же переулками мелькали справа и слева с огромной скоростью. Редкие прохожие, завидев нас, старались нырнуть обратно в переулок, из которого вышли, а если не получалось — то просто прижаться к стенам, как будто у них тут каждый день происходят такие вот гонки! Только один раз какой-то старикан с тростью, попавшийся на пути, что-то заорал вслед девчонки, а на меня при моем приближении вообще замахнулся своей палкой! Однако хватило всего одного взгляда, чтобы он резко передумал и шарахнулся в сторону — видимо, было в моем взгляде что-то такое, что заставило его передумать.

Я сам не заметил, как желание догнать девчонку и сдать ее полицейским совершенно незаметно заменилось азартом погони! Это чувство, как прохладный вечерний ветерок обдувает лицо, как работают разогревшиеся тугие мышцы, как раздуваются и сдуваются, пропуская через себя кубометры воздуха, легкие… Ох, как давно я этого не испытывал!

Ну, или мне кажется, что не испытывал…

Истошное протяжное бибиканье — и из одного из перпендикулярных переулков, чуть не сбив девчонку, выкатился небольшой грузовичок, из серии тех, что возили в рабочем квартале всякое разное. Воровка шарахнулась от него в сторону, чудом избежав столкновения с мелкой решеткой радиатора, а сам грузовичок резко присел на передние колеса — водитель явно вжал тормоз в пол. Вот только тормоза в этом мире явно не отличались высокой эффективностью, потому что грузовик проехал еще добрых пять метров, прежде чем остановиться… Ровно посреди моего пути! Точно так, чтобы перекрыть все возможности оббежать его по дуге! Некуда там оббегать — и слева и справа по стене дома!

Водитель грузовика открыл дверь, встал на подножку, выпрямился, и, глядя через крышу, принялся что-то орать вслед воровке, потрясая кулаком, а я…

А я, добежав до грузовика, прыгнул вперед, подтягивая под себя ноги, проскользил по капоту на заднице — горячий, собака! — и спрыгнул с другой стороны.

— Еще один! — раздалось мне в спину голосом все того же водителя. — Вы что, совсем ополоумели, самоубийцы гребаные⁈

Я даже не стал поворачиваться, чтобы наградить его тем же взглядом, от которого минутой ранее шарахнулся дедок. Некогда мне.

От меня добыча уходит. Ну, пытается уйти.

Девчонка снова обернулась, опять увидела меня, и, кажется, впервые за все время ее уверенность в том, что она сможет сбежать, пошатнулась. Она снова свернула в ближайший проулок, и я свернул за ней.

А потом она свернула еще раз.

И еще раз.

И еще раз.

Я едва успевал запоминать повороты — мне по ним еще обратно возвращаться после того, как все это закончится! Но нет худа без добра — воровка явно начала выдыхаться и каждый новый поворот в каждый новый проулок давался ей все дольше и дольше. Я догонял ее, и она это понимала.

И тогда она снова пошла на хитрость. Она знала эти места, знала намного лучше меня, и петляла по переулкам тоже не просто так — она намеренно вела меня! Вела меня к тому месту, где проулок перегораживала настоящая стена, похожая на брандмауэр, только стоящий отдельно от зданий и украшенный коваными пиками по верху. В стене не было никаких дверей, только несколько узеньких окошек, такого размера, что в них беременная кошка протиснулась бы с трудом!

И именно в одно из этих окошек воровка и сиганула. Взбежав по стене, она ухватилась за две пики руками, подтянула ноги, закинула их в окно, и скрылась в нем целиком… Влезла как осьминог в банку — так же ловко, быстро и непринужденно, словно у нее костей нет в организме вообще!

Если бы не гребаные пики, я бы, может, перебрался так же, как и через предыдущий забор, но сейчас…

И «Рывок» еще не откатился, зараза! Да и нет у меня никакой гарантии, что он сработает через твердое препятствие!

Неужели придется бросить погоню и признать ее победу⁈

Да хрен там плавал!

На глаза попалось какое-то ведро, стоящее у угла дома вверх ногами. Я прямо на бегу зацепил его ногой и толкнул вперед, точно под стену. А потом прыгнул вперед, толкнулся от ведра, как от подкидной доски, вытянулся весь вперед, как рыба-ремень, убегающая от кальмара, и руками вперед вошел в окно!

Ну, почти вошел. Левый бок и спина больно ударились о края, затрещала ветхая рубаха, явно расползаясь по швам, но главное — я пролез! Я сходу влетел в окно по самый пояс и даже почти не застрял! Пришлось, конечно, упереться руками в стену и надавить, вытягивая ноги из каменного плена, но — выбрался! Выбрался, и даже упал не на голову, а подставив руки и перекатившись через них и ободранную спину!

Вскочив на ноги, я бросил быстрый взгляд вперед, и увидел, что девчонка не очень-то и старается убегать! Видимо, она была уверена, что я не протиснусь следом за ней, и сейчас удалялась от меня легким прогулочным шагом. И удалиться-то успела всего лишь на каких-то пять метров — в два рывка догнать можно!

Но тут, видимо, она почувствовала каким-то образом мой взгляд, потому что остановилась и резко обернулась — даже коса ее взлетела в воздух, снова сверкнув вплетенным в кончик лезвием!

А, увидев меня, натурально ахнула!

— Да когда ж ты уже отвяжешься! — с надрывом в голосе произнесла она.

— Когда на твоих запястьях защелкнуться браслеты наручников! — ухмыльнулся я, делая шаг вперед.

— Не мечтай! — бросила она, развернулась и дала по тапкам!

И погоня продолжилась с новой силой! Десятка секунд передышки хватило, чтобы восстановить сбитое дыхание, и теперь я снова был полон сил и решимости догнать мерзавку.

Еще два поворота — и мы совершенно неожиданно оказались на рыночной площади! Ну, или как правильно назвать большую круглую площадь, заставленную лотками и палатками? Многие из них уже были закрыты, а остальные — закрывались, поэтому народу тут было немного, но…

— Куда прешь⁈ — заорал дородный дядька в кожаном фартуке, несущий полную корзину какой-то требухи на потеху радостно прыгающего у его ног псу. Девчонка чуть не сбила мясника с ног, и собака, явно решившая, что это — покушение на ее ужин, моментально переключилась в злобный режим и вцепилась в штанину девушки! Раздался треск рвущейся ткани, девушка, не глядя, дернула ногу вперед и в зубах у пса остался здоровенный кусок, который он принялся трепать, словно это и была его цель, а девчонка втопила дальше, сверкая белоснежной кожей в свежей прорехе!

Пробегая мимо пса, я уже приготовился к тому, что он попытается и меня тоже атаковать, но он был слишком занят местью оторванной штанине, чтобы обратить на меня внимание. Мясник тоже лишь проводил меня недовольным взглядом, но так ничего и не сказал.

Рыночная площадь осталась за спиной, и снова мимо нас потянулись узкие переулки. Девчонка еще несколько раз сворачивала, пытаясь потеряться из моего поля зрения, но хрен там плавал — я каждый раз сворачивал следом за ней, и каждый раз оказывался на полметра ближе.

И тогда она применила свое тайное оружие. Нет, не косу с лезвием — ею она не дотянулась бы при всем желании! Вместо этого она стянула с левой руки и отбросила за спину перчатку, а потом, когда дорогу нам перегородил неширокий каменный канал, в котором плескалась вода, она… исчезла!

Исчезла только лишь для того, чтобы мгновением позже появиться на другой стороне!

«Рывок», вот это что такое было! Так вот как он выглядит со стороны! Так значит, у девчонки тоже есть система, причем тоже с веткой «Пехота»! Или тут ветки могут дублировать разные навыки? Проклятье, надо будет спросить при первом же подходящем случае у адмирала!

Мой собственный навык давно уже откатился, и хорошо, что я не поддался соблазну использовать его сразу же — сейчас бы пришлось прыгать через этот канал, и не факт что получилось бы допрыгнуть!

А так я просто активировал навык, и перенесся на ту сторону следом за воровкой, что вызвало у нее новый протяжный стон, когда она обернулась:

— Да какой же ты неугомонный!

И снова потянулись проулки, повороты и мелькающие мимо окна…

И внезапно все кончилось.

За очередным поворотом дорогу нам обоим снова перекрывала стена. И в этот раз уже окончательно непроницаемая. Это была частая вертикальная решетка из стальных прутьев в мой палец толщиной и высотой добрых три метра. Умеешь ты там прыгать от стен, или нет — через нее не перебраться. Единственный способ — это ухватиться за прутья, упереться в них же стопами, и медленно ползти вверх, поминутно скатываясь обратно… Но, если девчонка решит это делать, это будет ее полнейший провал, потому что я без проблем схвачу ее, даже не особенно торопясь при этом.

Вот только девчонка будто и не собиралась этого делать. Она вообще больше не собиралась бежать. Она просто стояла у решетки, согнувшись, уперев ладони в колени и тяжело дыша.

— Нормально побегали. — произнес я, чувствуя себя явно не в пример лучше, чем она. — Жаль только недолго. Я думал, ты более вынослива.

— Мне… И не нужно… — в перерывах между вдохами выдавила она, и наконец выпрямилась. — Быть выносливой. Мне ээто не нужно.

— Согласен. — я сделал еще шаг по направлению к ней. — Тебе совсем не нужно быть выносливой. Если бы ты была выносливее, может, я бы тебя так и не поймал.

— А ты меня еще и не поймал. — усмехнулась она, окончательно восстановив дыхание. — Или, может, ты хочешь сказать, что поймал меня? Держишь меня?

— Я уж думал, ты не спросишь! — ухмыльнулся я, протянул руку и ухватил ее за запястье.

Но за мгновение до этого девушка коснулась указательным пальцем большого, и моя рука… просто прошла насквозь через ее запястье! Как будто она была объемной голограммой, а не живым человеком!

— Я же говорила. — с ноткой превосходства в голосе произнесла она. — Ты еще меня не поймал. И уже не поймаешь.

И, пристально глядя мне в глаза, она сделала два шага назад…

И просочилась сквозь стальную решетку, как туман…

Как призрак…